logo Книжные новинки и не только

«Шелковый поцелуй» Барбара Картленд читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Барбара Картленд Шелковый поцелуй читать онлайн - страница 1

Барбара Картленд

Шелковый поцелуй

Глава 1

—  Пошли, Пушок.

Вайра обратилась к белому пуделю, прыгавшему вокруг нее в таком возбуждении, что ей никак не удавалось пристегнуть поводок к ошейнику.

Наконец ей это удалось. Выйдя из дома, она по узкому переулку направилась к Кенсингтон-Хай-стрит и остановилась на перекрестке перед потоком движения.

Пересечь улицу было делом нескольких минут, и вот они уже в парке. Вайра всегда внимательно следила за временем, не позволяя себе потратить ни одной лишней минуты на прогулку из страха опоздать на работу.

Но в это утро все у нее пошло не так.

Будильник почему-то не зазвонил, и она проспала. За этими неприятностями последовали и другие, так что времени у нее оставалось в обрез.

Но вот наконец она уже бежала по парковой дорожке, а Пушок с лаем несся рядом.

Утренние солнечные лучи тускло поблескивали над верхушками деревьев, скользили по огромным клумбам с тюльпанами, великолепными в своей яркой и пестрой красоте.

Ветер шевелил светлые волосы Вайры, окрашивал румянцем ее щеки и наполнял влажным блеском ее глаза.

—  Постой, Пушок, — придержала она собаку, с трудом переводя дух.

Но пудель продолжал тянуть ее вперед. И вдруг случилось нечто неожиданное.

Словно из ниоткуда перед Вайрой возникла мужская фигура. Вайра хотела остановиться и подтянула к себе собаку, но было уже поздно. Нога мужчины зацепилась за поводок, он споткнулся и, не удержавшись на ногах, припал на одно колено, рухнув на собаку. Пушок взвизгнул от боли. Вайра выпустила поводок из рук, и собака с радостным лаем понеслась вперед, волоча его за собой.

А Вайра осталась стоять на дорожке перед коленопреклоненным незнакомцем.

—  Простите, ради бога, — сказала она. — Понять не могу, как это случилось. Вы не ушиблись?

—  Пожалуйста, не извиняйтесь, мадемуазель, — прозвучал в ответ низкий голос с легким иностранным акцентом. — Все в порядке; я просто, как это у вас говорится, был застигнут врасплох.

—  Мне очень жаль. Мы спешили, и Пушок, моя собака, рвался на поводке. Боюсь, мы оба не видели, куда бежали.

Мужчина медленно поднялся. Брюки его были в пыли, а на руке выступили капельки крови.

—  Ах, у вас кровь на руке! — воскликнула огорченно Вайра. — Нужно чем-нибудь смазать ранку. Может быть, здесь где-нибудь поблизости есть аптека.

Она оглянулась по сторонам, как будто ожидая, что аптека вдруг появится посередине Гайд-парка. Незнакомец рассмеялся.

—  Пустяки, — сказал он. — Пожалуйста, не беспокойтесь.

—  А ваши брюки! Они все в пыли.

—  Пыль легко смахнуть, — заметил он великодушно.

Незнакомец улыбнулся, и она увидела, что он высок и весьма недурен собой. Но его загорелое лицо с четко очерченными скулами, глубокими темными глазами и высоким лбом — все это затмила его улыбка.

Его улыбка была просто неотразима.

—  Я могу только еще раз повторить, что приношу свои искренние извинения, — проговорила Вайра.

—  А я осмелюсь заметить, что даже рад случившемуся, поскольку это дало нам возможность познакомиться, — сказал мужчина. — Я надеюсь, это можно считать знакомством даже в Англии, где необходимо быть представленным, прежде чем вступить в разговор, не так ли?

Вайра не могла не рассмеяться, а он продолжал:

—  Поскольку Пушок, который в некотором роде взял на себя труд нас познакомить, исчез, я позволю себе представиться: я — Пьер де Шалайе, к вашим услугам.

—  Вы француз? — спросила Вайра.

—  Нетрудно догадаться. Я прекрасно понимаю, что мой английский не настолько хорош, чтобы меня можно было принять за вашего соотечественника.

—  Это так, — ответила она откровенно. — Но у вас очень хороший английский.

—  Это потому, что я люблю Англию и, разумеется, англичан, — отвечал он с едва заметным поклоном, превратившим его слова в комплимент.

—  Меня зовут Вайра Милфилд. А теперь мне надо идти, иначе опоздаю на работу. Еще раз примите мои извинения, я надеюсь, что ваша рука быстро заживет.

С этими словами она повернулась и бросилась бежать по Роттен-роу. Пушок немедленно, хотя и с видимой неохотой, последовал за ней.

Вайре удалось не опоздать — она явилась на работу без одной секунды девять.

Ей было жарко, она тяжело дышала, но с облегчением отметила, что девять еще не пробило, когда она входила в парадный подъезд. Вайра торопливо спустилась в цокольный этаж.

Навстречу ей с платком на голове и ведром в руке вышла жена швейцара.

—  Я уж подумала, что вы сегодня опоздаете, мисс Милфилд, — сказала она с улыбкой.

—  Я и сама так думала, — отвечала Вайра.

—  Тед все беспокоился, вдруг собачка не придет.

—  А как Тед? — осведомилась Вайра.

—  Получше, слава богу, — сказала женщина. — На самом деле он вроде бы покрепче становится. Мне кажется, это все собачка. У него есть теперь чего ждать.

—  Что ж, я рада, — улыбнулась Вайра, — но я не могу задерживаться, миссис Хаггинс, а то меня уволят.

—  Я только хотела спросить, мисс, — поспешно добавила миссис Хаггинс, — вы не продали бы нам свою собачку?

—  Нет, нет! Я не могу. Пушок не мой пес, он мамин, а она очень больна и так его любит! Я вывожу его на прогулку по утрам и когда прихожу домой в обеденный перерыв, поэтому я и могу оставлять его у Теда. А просить маму расстаться с ним… Нет, это совершенно невозможно!

—  Я понимаю. Я только так подумала, видя, как Тед к нему привязался. Но вы не беспокойтесь, мисс Милфилд, вы и так были очень добры. Мы что-нибудь придумаем.

—  Ну конечно! Вы подумаете, и я подумаю, и мы найдем способ порадовать мальчика. А теперь мне надо идти.

Она поднялась по лестнице, пересекла вестибюль и, войдя в лифт, нажала кнопку верхнего этажа. Когда она вошла в просторный офис, сразу же увидела, что пришла последней.

—  Ты снова опоздала, — раздался хор голосов.

—  Я знаю, знаю. Все сегодня пошло не так.

—  Да ты не волнуйся, — сказала одна из девушек. — Старушки Крэнки пока нет.

Вайра вздохнула с облегчением. Она ужасно боялась мисс Крэнкшафт, главы секретариата, прослужившей в компании Блейквелла больше тридцати лет и никогда не забывавшей напоминать об этом своим подчиненным.

Вайра направилась в гардеробную в конце коридора. Взглянув в зеркало, она поняла, что ей требуется немедленно привести себя в порядок.

Ее белокурые волосы растрепал ветер. Но в фиолетового цвета глазах все еще отражались лучи светившего в парке солнца.

Она причесалась, поправила платье и с видом смиренным и, как она надеялась, деловым вернулась в контору.

—  Так лучше, Сара? — тихо спросила она, садясь за свой стол.

—  Намного, — отвечала Сара. — Что у тебя были за приключения?

—  Мне пришлось бежать сюда бегом, — призналась Вайра. — Я проспала, а потом подгорел мамин завтрак, и надо было поменять ей наволочку, а еще электрический чайник не работал. Ну словом, все из рук вон.

—  Бывают такие дни, — сочувственно заметила Сара.

—  А потом я отправилась в парк. Пушок побежал вперед, натянул поводок, и об него споткнулся мужчина. Он даже упал. И это тоже меня задержало.

—  Вот новый способ завязать знакомство! — засмеялась Сара. — Он хотя бы был симпатичный, этот мужчина?

—  Он француз, — сдержанно ответила Вайра.

—  Будь осторожна, — предостерегла ее Сара. — Совершенно ясно, что не Пушок его сбил, а он Пушка.

—  Ну что за глупости ты болтаешь, Сара! — улыбнулась Вайра.

Заправив лист бумаги в пишущую машинку, Вайра наконец принялась за работу.

Но она не могла не думать о французе и устремленном на нее взгляде его темных глаз.

Пьер де Шалайе! Красивое имя, она не скоро его забудет.

А запомнил ли он ее имя, вдруг пришло ей в голову.

—  Все мечтаем, мисс Милфилд? — раздался резкий голос.

Вайра подняла голову. Перед ней стояла мисс Крэнкшафт, и выглядела она еще более внушительно, чем обычно.

—  Простите, мисс Крэнкшафт, — поспешно ответила Вайра. — Я… я просто размышляла, что мне следует делать дальше.

—  Мне не в первый раз приходится призывать вас к порядку, мисс Милфилд, — фыркнула мисс Крэнкшафт. — И полагаю, что не в последний. Вы тратите впустую больше времени, чем любая другая наша сотрудница. А теперь извольте пойти со мной.

—  Пойти? Но куда?

—  Вас желает видеть сэр Эдвард.

—  Сэр Эдвард! — ахнула Вайра. — Но зачем бы это?

—  Вы, несомненно, узнаете в положенное время, — строго сказала мисс Крэнкшафт. — Сэр Эдвард выразил желание вас видеть, а он не любит ждать.

Вайра встала. Она была встревожена. Ее увольняют? Она не могла вообразить себе другую причину, по которой сэр Эдвард мог бы пожелать ее видеть.

В полном смятении она последовала за мисс Крэнкшафт на второй этаж.

Мисс Крэнкшафт бросила на Вайру беглый взгляд, словно желая убедиться, насколько она пристойно выглядит, и затем, для порядка постучав в дверь, распахнула ее.

—  Мисс Милфилд, сэр Эдвард, — объявила она, вводя Вайру в большую комнату, где девушке никогда не случалось бывать раньше.

Стены кабинета были отделаны дубовыми панелями. В комнате стояли два огромных письменных стола. За одним столом сидел сэр Эдвард Блейквелл. Рядом с ним стоял его сын Йен.

Вайра знала Йена Блейквелла в лицо — он ежедневно заходил в контору. Она знала, что ему двадцать восемь лет. Он очень умный и совершенно недоступный.

Как говорили клерки постарше, он не был похож на своего отца. Сэр Эдвард мог иногда и накричать на служащих, но у него находилось для каждого и приветливое слово, и он знал о каждом больше, чем они знали о себе сами.

За то время, что Вайра работала в фирме «Блейквелл и Компания», сэр Эдвард появлялся в конторе нечасто. Всю зиму он провел за границей, так что за четыре месяца она видела его только два или три раза, и то на расстоянии.

Какое-то мгновение царило полное молчание, и оба мужчины — и старый, и молодой — не сводили с Вайры глаз.

А потом мистер Йен Блейквелл сказал гневно:

—  Я говорил, что это невозможно, отец. Я говорил вам, это абсолютно невозможно.

—  А я тебе говорю, что это единственное, что мы можем сделать, — возразил ему сэр Эдвард.

—  Я не согласен. И более того, я не желаю принимать в этом участие.

Сэр Эдвард стукнул кулаком по столу, в мгновение превратившись в олицетворенную энергию.

—  Что ты хочешь этим сказать, что ты не желаешь принимать в этом участие? Ты будешь делать то, что я скажу. Я — глава фирмы или кто? Как, по-твоему, я должен думать об интересах фирмы и о твоем будущем, кстати, или я должен отказаться от одного из самых крупных проектов, какие нам попадались за всю историю нашего дела?

Йен Блейквелл пожал плечами и отошел с видом почти что вызывающим.

«Какой неприятный молодой человек», — подумала Вайра.

Она почти сочувствовала сэру Эдварду, так как было очевидно, что он искренне убежден в своей правоте, тогда как молодой человек, скорее всего, чинил препятствия из упрямства.

—  Я должен извиниться, мисс Милфилд, — сказал сэр Эдвард с неожиданной старомодной любезностью. — Мой сын и я немного поспорили и, что было весьма неучтиво, повели себя так, словно не замечали вашего присутствия. Присаживайтесь, прошу вас.

Смущенная Вайра села на предложенный ей стул напротив стола. Сэр Эдвард смотрел на нее, а она на него, и, к своему удивлению, она заметила, что оба они улыбаются.

—  Вы очень похожи на вашу мать, милочка, — сказал сэр Эдвард негромко.

—  На мою мать?! — воскликнула изумленная Вайра.

Когда ее вызвали сюда, она ожидала услышать что-нибудь неожиданное, но только не это.

—  Да, очень похожи. На самом деле, глядя на вас, мне кажется, я возвращаюсь на четверть века назад.

—  Вы знали мою мать?

—  Да, знал. Я очень хорошо ее помню и думаю, что и она, может быть, меня не забыла.

—  Я должна ее спросить. Когда я сказала ей, где я работаю, она не говорила мне, что была знакома с вами.

—  Дело в том, что фамилия Блейквелл ей незнакома. Мой дядя с материнской стороны оставил мне крупную сумму денег — это было пять лет спустя после моего знакомства с вашей матерью — при условии, что я возьму его фамилию.

—  Ах вот как, — сказала Вайра.

Последовала короткая пауза. Сэр Эдвард по-прежнему смотрел на Вайру, но у нее было такое чувство, что он видит перед собой не ее, а ее мать.

«Что бы все это значило?» — подумала она, и этот вопрос был готов сорваться с ее губ, когда Йен Блейквелл повернулся к отцу.

—  Право же, отец! Я думаю, что нам следует еще раз обсудить все без присутствия мисс Милфилд.

—  То, что я намерен сказать, касается мисс Милфилд, и поэтому я хочу, чтобы она оставалась здесь, — возразил сэр Эдвард.

Озадаченная Вайра переводила взгляд с одного мужчины на другого. Йен Блейквелл нахмурился. Когда он встретился с ней взглядом, морщинка между его бровями углубилась.

«Похоже, я ему очень не нравлюсь, — подумала Вайра. — Но почему?»

—  Мисс Милфилд, я перехожу к сути дела, — сказал сэр Эдвард, — и я пригласил вас, чтобы узнать, не оказали бы вы нашей компании большую услугу.

—  Ну конечно, — с готовностью ответила Вайра. — Если только я в состоянии это сделать.

—  Вы можете помочь нам необычным, и я бы даже сказал, уникальным способом.

—  Отец, я прошу тебя… — вмешался Йен Блейквелл.

—  Помолчи, — резко оборвал его сэр Эдвард. — Я знаю, что делаю.

Он снова повернулся к Вайре:

—  Я кратко объясню вам ситуацию. Проработав здесь несколько месяцев, вы, конечно, знаете, что наша компания — самая крупная в Англии по импорту шелка.

Вайра кивнула, и он продолжал:

—  Мы не занимаемся производством шелка, но за последние несколько лет мы создали лабораторию для проведения экспериментов по обработке и хранению шелка. Это было побочное направление в нашем бизнесе, но оно меня заинтересовало примерно лет десять назад. А вот другие директора и особенно мой сын считали вложения в эту сферу нашей деятельности пустой тратой денег.

Он бросил взгляд на Йена. Тот тем временем уселся за свой стол и был, видимо, целиком поглощен лежащими перед ним бумагами.

Он не поднял взгляд, но Вайра понимала, что он напряженно слушает, с явной неприязнью воспринимая каждое услышанное слово.

—  Эти исследования, однако, были не настолько бесплодными, как этого некоторые ожидали, — продолжал сэр Эдвард. — В итоге приглашенные мною специалисты открыли новый процесс, введение которого в практику даст нашей компании значительные преимущества. Кратко говоря, чтобы это было доступнее для вас, милочка, мы изобрели кое-что не только сохраняющее качество импортируемого шелка в течение длительного хранения, но и препятствующее его сминанию при ненадлежащем обращении.

—  Это же чудесно! — воскликнула Вайра.

—  Это и вправду чудо, — согласился сэр Эдвард. — И так же думают все, кто хочет приобрести у нас патент на это изобретение.

Он снова бросил взгляд на сына и продолжал:

—  Вы понимаете, мисс Милфилд, что конкуренция будет жестокой, но мы считаем закономерным — в силу моральных обязательств — предложить это средство в первую очередь нашим основным поставщикам — компании Дюфло из Лиона.

—  О да, я слышала эту фамилию, — сказала Вайра.

—  Если бы вы проработали у нас всего один день, вы и тогда бы ее услышали. Наши предприятия связаны самым тесным образом. Мсье Франсуа Дюфло всегда был нашим надежным партнером, и я отношусь с величайшим уважением к его деловым качествам.

—  Да, конечно. — Вайра чувствовала, что от нее чего-то ждут, и недоумевала, к чему клонит сэр Эдвард.

—  А теперь я перехожу к самой сути дела, — продолжал сэр Эдвард. — Мсье Дюфло согласился использовать изобретенный нами процесс на своих фабриках и предоставить нам исключительное право импортировать весь шелк, обработанный таким способом. Вы понимаете теперь, что это значит?

—  Я думаю, да, — сказала Вайра с некоторым сомнением.

—  Это значит, — торжественно объявил сэр Эдвард, — что, поскольку мы будем единственными импортерами, всем в Англии, кто захочет приобрести такой шелк, придется обращаться к нам.

—  Но это замечательно для вас! — сказала Вайра с улыбкой.

—  Да, замечательно, — согласился сэр Эдвард. — Но есть одно препятствие.

—  Отец, я прошу тебя… — перебил его Йен. Сэр Эдвард не удостоил его внимания.

—  Препятствие в том, что для полной уверенности в том, что мы не позволим никому, кроме компании Дюфло, воспользоваться этим изобретением, мсье Дюфло предложил заключить еще более тесный союз между нашими семьями. Он хочет, чтобы мой сын женился на его дочери.

У Вайры вырвалось невольное восклицание. Она поняла, о чем был весь этот спор.

—  Видите ли, милочка, — продолжал сэр Эдвард, — на континенте они устраивают такие союзы. Я хорошо знаю французов, и хотя за последние несколько лет они несколько отошли от старых обычаев, в респектабельных деловых кругах, да и в аристократических тоже, такие браки по-прежнему остаются обычным явлением.

После небольшой паузы он продолжал:

—  Это значит, что каждая семья что-то приобретает в таком браке и он полностью исключает всякого рода мезальянсы, так часто имеющие место в семьях наших друзей и даже в наших собственных.

—  Но если… если люди не любят друг друга… — проговорила Вайра, запинаясь.

—  Любовь! Так рассуждают англичане, — возразил сэр Эдвард. — Любовь приходит, когда оказывается, что люди подходят друг другу, когда у них общие интересы. А если любви и нет — ну и что же, французы считают, что муж и жена свободны поступать по-своему при условии соблюдения внешних приличий.

—  Я не думаю… мне кажется, что это… не очень удачная идея, — нерешительно сказала Вайра.

—  Быть может, вы и правы. Во всяком случае, такие браки не пользуются одобрением в Англии. Но проблема в том, что я не могу оскорбить моего делового партнера и старого друга Франсуа Дюфло, объявив ему, что мой сын ни при каких обстоятельствах не женится на его дочери.

—  А это его очень бы обидело?

—  Он был бы не только оскорблен, он бы просто не понял.

—  Так, значит, ты должен заставить его понять, — вмешался Йен Блейквелл.

—  Мой дорогой Йен, человека невозможно изменить. У Франсуа есть масса достоинств. В делах нет никого дальновиднее и прогрессивнее его. Но в вопросах морали он типичный французский буржуа. Наши принципы и обычаи ему непонятны.

Сэр Эдвард вздохнул:

—  Я не могу сказать ему, что ты не хочешь жениться из принципа. Он воспринял бы твой отказ как личное оскорбление, настолько личное, что могли бы пострадать наши с ним деловые отношения.

—  Это невероятно! Невозможно! — гневно воскликнул Йен Блейквелл.

—  Когда ты увидишь Франсуа Дюфло в его окружении в его собственном доме, ты поймешь, — холодно проговорил сэр Эдвард. — А теперь, мисс Милфилд, — я полагаю, что могу называть вас Вайра, поскольку я знал вашу мать много лет назад, — я перехожу к делу.

—  К делу? — повторила озадаченная Вайра.

—  Да! Вот где мне нужна ваша помощь. Мой сын должен отправиться во Францию, чтобы наладить прочные контакты между Блейквеллом и Дюфло. Я хочу, чтобы вы поехали с ним.

—  Но хватит ли у меня опыта? Со стенографией, признаться, я не в ладах.

—  Я не прошу вас ехать в качестве секретаря, — сказал сэр Эдвард. — Я прошу вас поехать в качестве будущей жены моего сына.

Вайра открыла рот, желая заговорить, но не могла произнести ни слова. Несколько мгновений она молча смотрела на сэра Эдварда, решив, что он не в себе.

Заметив выражение ее лица, он воскликнул:

—  Это все, разумеется, чисто формально. На самом деле это будет сугубо деловое соглашение. Я все продумал. Я напишу Франсуа, что мой сын приедет со своей будущей женой, хотя о помолвке официально еще не объявлено. Вы проведете во Франции неделю и вернетесь домой.