«Лекарство от смерти» Джеймс Дэшнер читать онлайн - страница 10

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

<<<15678910111213>>>

Желудок свело от страха, едва Томас вообразил, как шизы заполоняют планету. Он и представить не мог, насколько все запущенно. Если Вспышка окончательно вырвется из-под контроля, иммунитет не спасет.

— Так есть еще и вторая проблема? — спросил Минхо. — Первой мало, что ли?

— Вторая беда — люди вроде нас.

— Люди вроде нас? — смущенно переспросила Бренда. — Иммунные?

— Ну да, — подался вперед Галли. — Их крадут, они исчезают. Куда — неизвестно. Сорока на хвосте принесла новость, будто иммунных продают в лабораторию ПОРОКа как материал для Переменных, на случай если придется начать эксперимент заново. Правда это или нет, но за последние полгода количество иммунных сократилось вдвое во всех городах. И по большей части люди пропали без следа. Народу они нужны и даже очень, просто никто этого не осознает. Недостаток иммунных уже начинает отрицательно сказываться.

Страх усилился.

— Нас ненавидят. Люди терпеть не могут иммунных, разве нет? Вдруг нас убивают поодиночке? — Альтернатива показалась Томасу еще страшнее: ПОРОК крадет иммунных и заставляет проходить те же испытания, что и глэйдеров.

— Вряд ли, — ответил Галли. — Моя сорока — источник надежный, и от похищений за версту несет ПОРОКом. Обе проблемы создают опасное сочетание: по городу гуляет зараза, хотя правительство вовсю отрицает этот факт. И нас становится все меньше и меньше. Что бы на самом деле ни творилось, в конце концов Денвер вымрет. Что станет с другими городами — я не знаю.

— Ну а мы здесь при чем? — спросил Хорхе.

— Тебе что, плевать на гибель цивилизации?! — поразился Галли. — Города разваливаются. Скоро кругом станут бродить одни психопаты, мечтающие сожрать тебя на ужин.

— Конечно, нам не плевать, — ответил за Хорхе Томас. — Но что от нас требуется?

— Эй, я знаю только то, что у ПОРОКа одна цель — найти лекарство. Опыты обречены на провал, это и так ясно. Будь у нас деньги и власть ПОРОКа, мы обратили бы ресурсы на действительно благое дело: уберегли здоровых от заразы. Я думал, ты в этом тоже заинтересован.

Конечно. Конечно, Томас хочет спасти выживших. Отчаянно хочет.

Не дождавшись ответа, Галли пожал плечами.

— Терять нам особенно нечего. Можем и попытаться.

— Галли, — заговорил Томас, — ты знаешь что-нибудь о Терезе и тех, кто бежал с ней?

Галли кивнул:

— Да, их мы тоже отыскали. Проинформировали, как и вас. Кто, по-твоему, моя сорока?

— Тереза, — прошептал Томас. В душе зажглась искорка надежды: вдруг Тереза, обретя память, вспомнила о мерзких делишках ПОРОКа? Вдруг после операции она приняла сторону Томаса? И заявления вроде «ПОРОК — это хорошо» останутся наконец в прошлом?

— Верно. Она призналась, что не желает повторения экспериментов. И вроде как надеется отыскать тебя. Кстати, есть еще кое-что…

— Новые проблемы? — простонал Томас.

Галли пожал плечами:

— Куда без них сегодня? Один из наших, пока искал вас, подслушал тревожные сплетни — о беглецах из лаборатории. Вряд ли тебя отследили, но о том, что ты направился в Денвер, ПОРОК, похоже, догадался.

— И что? — спросил Томас. — О чем сплетни?

— За голову некоего Ганса дают крупную награду. Он работал на ПОРОК, и теперь его хотят убить. Ты же к нему прилетел?

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Бренда поднялась с места.

— Мы уходим. Прямо сейчас. Пошли.

Хорхе и Минхо вскочили первыми. Надо было сразу послушаться Бренду. Главное все же отыскать Ганса и обезвредить маячок в голове. Если нейрохирурга и правда ищут, то следует поторопиться.

— Галли, поклянись, что ты рассказал нам правду.

— Клянусь, все до последнего слова — правда. — Изувеченный глэйдер даже не шевельнулся, не встал. — «Правая рука» жаждет действия, они прямо сейчас — пока мы лясы точим — планируют одну операцию. Но им не хватает сведений о внутреннем устройстве ПОРОКа. Кто лучше тебя может рассказать о нем? Если удастся привлечь на нашу сторону Терезу — так вообще здорово будет. У нас теперь каждый живой глэйдер на счету.

Ладно, Галли верить можно. Они с Томасом раньше ненавидели друг друга, зато сейчас у них общий враг. Пора объединяться в команду.

— Если захотим примкнуть к «Правым», что от нас потребуется? — спросил Томас. — Нам вернуться сюда? Или искать другую точку?

Галли улыбнулся:

— Возвращайтесь сюда. Принимаю гостей всю следующую неделю. Каждый день, до девяти утра. Буду ждать. Вряд ли за эти семь дней мы что-либо предпримем.

— А потом? — нетерпеливо спросил Томас.

— То, что вам нужно знать, я уже рассказал. Хотите большего — возвращайтесь, жду.

Томас и Галли пожали друг другу руки.

— Я тебя ни в чем не виню, — признался Томас. — Во время Метаморфозы ты видел, чем меня заставлял заниматься ПОРОК. Так что я бы и сам себе не доверился. Знаю, Чака ты убивать не хотел, но на дружеские объятия не рассчитывай.

— Взаимно.

Бренда ждала у двери, однако у самого порога Галли перехватил Томаса за локоть.

— Мир еще можно попытаться спасти.

— Дождись нас, — ответил Томас и вышел вслед за друзьями. Вернулась надежда, и больше он не страшился неизвестности.


Ганса нашли только на следующий день.

Хорхе подыскал дешевый мотель, где ребята и устроились на ночь, предварительно купив новую одежду и продукты. Пока Томас с Минхо ковырялись в Сети, Бренда и Хорхе обзванивали каких-то знакомых. Наконец, спустя несколько часов напряженных поисков, через десятые руки удалось добыть адрес Ганса. Было уже поздно, и беглецы завалились спать: Минхо с Томасом на полу, остальные двое — на кроватях.

Наутро они умылись, позавтракали и, переодевшись в новое, пошли ловить такси. Водитель отвез их по адресу — к многоквартирному дому чуть лучше того, в котором обитал Галли.

Поднявшись на четвертый этаж, они постучали в серую металлическую дверь. Женщина, открывшая им, упорно твердила, что никаких Гансов не знает. Хорхе не сдавался, и наконец из-за плеча женщины выглянул седой мужчина с массивной челюстью.

— Впусти их, — мрачным голосом велел он хозяйке.

Минуту спустя Томас и трое его компаньонов уже сидели за шатким кухонным столиком. Ганс не слишком-то гостеприимно присел в сторонке.

— Рад видеть тебя живой и здоровой, Бренда, — сказал он наконец. — И тебя, Хорхе. Правда, я не в настроении беседовать за жизнь. Выкладывайте, зачем пришли.

— Полагаю, основная причина тебе и так ясна, — ответила Бренда, кивая в сторону Томаса и Минхо. — Еще мы узнали, что ПОРОК назначил награду за твою голову. Надо спешить: проведи операцию и сразу беги отсюда.

Последний пункт, казалось, никак не взволновал Ганса. Пожав плечами, седой взглянул на двух потенциальных клиентов.

— Хотите избавиться от имплантатов, так?

Томас кивнул. Он нервничал и притом торопился покончить с делом.

— Я только хочу вырубить управляющее устройство, воспоминания не нужны. И еще: как именно ты проводишь операции?

Ганс брезгливо поморщился.

— Нет, вы только послушайте! Бренда, что за труса ты привела? У него коленки трясутся.

— Я не трус, — не давая ответить Бренде, заявил Томас. — Просто ко мне в голову кто только не залезал.

Ганс хватил ладонями по столешнице.

— Кто сказал, что я полезу к тебе в голову? Ты не так сильно мне нравишься.

— Вежливых людей в Денвере не осталось? — пробормотал Минхо.

— Даю три секунды, народ. Потом вышвырну вас из моей квартиры.

— Так, все заткнулись, быстро! — крикнула Бренда и зашептала Гансу почти в самое ухо: — Дело важное. Томас сам очень важен, и ПОРОК пойдет на все, чтобы вернуть его. Этих гадов нельзя подпускать к Томасу и Минхо слишком близко, иначе их мозгами начнут манипулировать.

Ганс окинул Томаса пристальным взглядом ученого, рассматривающего образчик некой субстанции.

— По мне, так обычный мальчик. — Покачав головой, он встал. — Мне нужно пять минут, чтобы приготовиться.

Сказав это, он вышел через боковую дверь в соседнюю комнатку. Оставалось гадать, узнал ли он Томаса, вспомнил ли, чем тот занимался для ПОРОКа до отправки в Лабиринт.

Вернувшись в кресло, Бренда вздохнула:

— Могло быть и хуже.

Ну да, все самое худшее еще впереди. Хорошо, что Ганс согласен помочь. Правда, чем больше Томас поглядывал в сторону соседней комнаты, тем сильнее нервничал. Сейчас совершенно незнакомый человек в антисанитарной обстановке вскроет ему череп.

— Зассал, Томми? — хихикнул Минхо.

— Забываешь, muchacho, — напомнил Хорхе, — что тебе предстоит та же операция. Пять минут — и седовласый дедуля будет готов. Мужайся.

— А, чем скорее — тем лучше, — ответил Минхо.

В висках появилась пульсирующая боль, и Томас, придвинувшись к столу, обхватил ладонями голову.

— Томас? — прошептала Бренда. — Тебе плохо?

Томас ответил было:

— Да просто…

Но слова застряли в горле; позвоночник пронзила острая боль. Через мгновение ее и след простыл, однако потом резко вытянулись, как по струнке, руки и ноги — и Томас, дрожа, съехал на пол. Ударившись спиной о твердую плитку, он вскрикнул и попытался восстановить контроль над телом. Не смог. Стопы сами собой сучили по полу, лодыжки бились о ножки стола.

— Томас! — завопила Бренда. — Что с тобой?

Томас соображал отчетливо, но не в силах был управлять собственным телом. Рядом возник Минхо и попытался его успокоить. Хорхе, выпучив глаза, застыл как громом пораженный.

Вместо слов с губ срывались только брызги слюны.

— Ты меня слышишь? — громко спросила Бренда. — Томас, ответь: в чем дело?

Внезапно страшная судорога прошла, конечности обмякли. Двигать ими сознательно, впрочем, тоже не выходило — как Томас ни тужился. Он вновь попробовал заговорить — тщетно.

— Томас? — в ужасе позвала Бренда.

Неким образом руки и ноги снова пришли в движение. Тело вопреки воле начало поднимать себя с пола. Томас хотел закричать и не смог.

— Прошло? — спросил Минхо.

Томас действовал, бездействуя, и оттого запаниковал. Голова развернулась в сторону двери, через которую вышел хозяин квартиры. Ни с того ни с сего Томас произнес:

— Я… вам… не позволю.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Нечто чуждое — несмотря на отчаянное сопротивление — овладело мышцами.

— Они захватили тебя, Томас! — кричала Бренда. — Борись!

Томас толкнул Бренду — и девушка упала. Хорхе метнулся было защитить ее, но Томас опередил его — ударил, в кровь разбив ему губу.

— Я… вам… не позволю! — На сей раз это был крик. Такой сильный, что от натуги заболело горло. Мозг словно превратился в машину, запрограммированную выдавать одну-единственную фразу-предупреждение.

Бренда тем временем поднялась на ноги, Минхо недоуменно взирал на друга, а Хорхе — глядя на Томаса полными гнева глазами — утирал кровь с подбородка.

Предохранитель! Конечно же, он не позволит отключить имплантат. Томас хотел крикнуть друзьям, чтобы его усыпили, и не смог. Оттолкнув Минхо, он шаткой походкой направился в соседнюю комнату. На полпути схватил нож возле мойки. Томас пытался бросить его, но пальцы только крепче сжимались на рукоятке.

— Томас! — прокричал Минхо, выйдя к тому времени из ступора. — Борись, чувак! Гони этих уродов из головы!

Томас — ненавидя себя за слабость, за невозможность сопротивляться — обернулся и поднял свое оружие. Говорить не получалось. Тело полностью превратилось в живой предохранитель, не дающий отключить имплантат.

— Чего, убьешь меня, кланкорожий? — спросил Минхо. — Зарежешь, как Чака? Ну давай, давай тогда! Кинь в меня нож!

Томас успел испугаться, что именно это и произойдет, однако в следующую секунду тело развернулось в противоположную сторону. И тут вышел Ганс. Похоже, он — главная цель. Тело Томаса убьет любого, кто способен извлечь имплантат.

— Какого черта? — произнес Ганс, изумленно воззрившись на Томаса.

— Я… тебе… не позволю.

— Этого я и боялся, — пробормотал Ганс и крикнул остальным: — Сюда, ребята, помогите мне!

Томас представил, как у него в голове крохотные паучки крутят лапками крошечные колесики механизма — того, что управляет им сейчас. Он стиснул зубы, напрягая волю, однако рука еще выше подняла нож, пальцы крепче сжали рукоять.

— Я те… — Договорить он не успел. Кто-то накинулся на него, выбив из руки нож.

Томас упал, кое-как выгнул шею — и увидел над собой Минхо.

— Никого ты здесь не убьешь, — предупредил друг.

— Слезь! С меня! — завопил Томас, а по чьей воле: ПОРОКа или по своей, — было уже не понять.

Минхо, пыхтя и отдуваясь, надежно прижал Томаса к полу.

— Не слезу! Пока мозги тебе не прочистят!

Томас хотел улыбнуться, но напряженные — все до последнего — мускулы не исполнили даже этой простейшей команды.

— Томас не вернется, пока Ганс не выключит имплантат, — сказала Бренда. — Ганс?

Седой опустился на колени рядом с Томасом и Минхо.

— Поверить не могу, что работал на этих людей. Работал на тебя. — Последнее слово, глядя Томасу в глаза, Ганс практически выплюнул.

А Томас беспомощно наблюдал за происходящим. Все нутро кипело от бесплодных усилий, попыток расслабиться и не мешать Гансу. В следующую секунду живот налился жаром, волна которого устремилась вверх. Томас взбрыкнул и начал высвобождать руки. Тогда Минхо, подобрав ноги, сел ему прямо на спину.

Предохранитель спровоцировал выброс адреналина, и Томас сумел-таки скинуть друга, вскочил на ноги и, подобрав нож, прыгнул на Ганса, ударил, но тот предплечьем отвел лезвие. Полилась кровь. И вот уже седой и юноша сцепились на полу. Как ни противился Томас, его рука продолжала колоть и рубить.

— Держите его! — крикнула где-то рядом Бренда.

Томаса схватили за руки. Кто-то дернул его сзади за волосы, и Томас, завопив от боли, махнул не глядя ножом. Слава Богу, Минхо и Хорхе его пересилили, начали потихоньку стаскивать с Ганса. Спина ударилась об пол, нож вылетел из руки. Кто-то ногой оттолкнул его в дальний угол кухни.

— Я вам не позволю! — вопил Томас. Он ненавидел себя, хоть и знал, что не управляет собой.

— Заткнись! — прямо ему в лицо прокричал Минхо. Хорхе тем временем ухватил Томаса за руки. — Ты спятил, чувак! Они тебя с ума сводят!

Отчаянно хотелось сказать: да, мол, ты прав, я сам себе не верю. Минхо же обернулся к Гансу и крикнул:

— Давай уже прочистим ему череп!

— Нет! — закричал Томас. — Не-ет!

Он отбивался со звериной яростью, но четверо оказались ему не по зубам, тем более что каждый схватил его кто за руку, кто за ногу.

Они оторвали его от пола и вынесли в короткий коридор, где Томас умудрился сбить со стен несколько картин в рамках. Зазвенело стекло.

Томас кричал. Сил сопротивляться не осталось — всю энергию забирало восставшее тело. Бросив попытки пересилить предохранитель, Томас боролся с друзьями и Гансом, произносил запрограммированные слова.

— Сюда его! — прокричал Ганс.

Они вошли в тесную лабораторию: два стола с инструментами и койка; над матрасом висела грубая копия маски-вспоминалки.

— Уложите его! — скомандовал Ганс, и Томаса швырнули на койку. Но и тогда он не затих. — Кто-нибудь, перехватите эту ногу. Надо вырубить нашего драчуна.

Минхо, державший до того Томаса за одну ногу, всем весом налег на обе. Томас сразу же вспомнил, как они с Ньютом точно так же удерживали Алби во время Метаморфозы.

Ганс гремел инструментами на столиках. Потом порылся в ящиках стола и, вернувшись, приказал:

— Держите его как можно крепче!

Взревев на пределе возможностей глотки, Томас совершил последний рывок. Одну руку — ту, которую держала Бренда, — удалось освободить, и Томас врезал Хорхе.

— Хватит! — крикнула Бренда, пытаясь вновь удержать Томаса.

Тот выгнулся дугой.

— Я… вам… не позволю! — Еще никогда он не чувствовал такого отчаяния.

— Проклятие, да держите же его! — воскликнул Ганс.

Бренде все же удалось вновь схватить Томаса за руку и придавить ее собственным весом.

Внезапно что-то кольнуло в правую ногу. Странно было сопротивляться чему-то и одновременно желать этого всем сердцем.

Когда наконец в глазах начало темнеть и конечности ослабли, Томас вновь обрел контроль над телом.

— Ненавижу этих утырков, — сказал он и отключился.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Одурманенный снотворным и обезболивающим, Томас видел сон.


Ему пятнадцать, и он сидит на кровати. В комнате темно, и только одинокая лампа на столе испускает желтоватое свечение.

Тереза, отодвинувшись от стола, сидит на стуле прямо перед Томасом. Лицо ее донельзя скорбное.

— У нас не было выбора, — тихо произносит она.

Томас одновременно и с ней, и не с ней. Он не понимает, о чем говорит Тереза, однако чувствует, что запятнал себя неким ужасным деянием. Они совершили нечто бесчеловечное. Спящий Томас не помнит этого, но знает: хоть жертвы страшного поступка сами вынесли себе приговор, вина Томаса оттого не становится меньше.

— Выбора не осталось, — повторяет Тереза.

— Знаю, — безжизненным и сухим голосом произносит он.

Барьер, закрывающий доступ к памяти, на мгновение становится тоньше, и в уме проскальзывает страшное слово: «Чистка».

— Том, они сами хотели для себя такого конца, — продолжает Тереза. — Лучше сразу погибнуть, чем годами гнить, сходя с ума. Их больше нет. Способ они выбрали самый быстрый, а нам выбора не оставили. Что сделано, то сделано. Пора создавать новую команду. Мы зашли слишком далеко и не можем остановить эксперимент на полпути.

На мгновение в сердце вспыхивает ненависть к Терезе и тут же гаснет. Тереза просто пытается быть сильной.

— Не жди, что я приму это с радостью. — Так сильно Томас еще ни разу на себя не злился.

Тереза молча кивает.

Спящий Томас тянется к разуму Томаса юного, хочет прочесть его мысли, заглянуть в пока еще незапертую память. Создатели, чей мозг поразила Вспышка, теперь мертвы, прошли Чистку. Их место заняли бесчисленные, добровольцы. Уже запущены в работу два параллельных Лабиринта, с каждым годом эксперимент набирает обороты, с каждым днем приносит все больше результатов. Медленно, но верно копятся образцы реакций для спасительной матрицы. Идет подготовка запасных участников.

Вот она, память юного Томаса — бери не хочу. Однако Томас спящий меняет решение и, развернувшись, уходит.

Прошлое пусть остается в прошлом. Сейчас важно только будущее.

Томас погружается в темную бездну забвения.


Проснулся он без сил, с тупой болью в глазницах. Сон еще теплился в сознании, однако детали уже размывались: после Чистки и смерти Создателей их место заняли другие. Произошла утечка вируса, и Томас с Терезой вынуждены были уничтожить персонал лаборатории. Они двое — обладатели иммунитета, единственные, кто выжил. Томас поклялся себе больше никогда об этом не думать.

Рядом в кресле, уронив голову на грудь, дрых Минхо.

— Минхо, — шепотом позвал Томас. — Эй, Минхо. Проснись.

— А? Чего? — Друг медленно приподнял веки и закашлялся. — Что такое? В чем дело?

— Успокойся, я только хочу знать, как все прошло. Ганс отключил маячки? Мы свободны?

Минхо кивнул, зевая во весь рот.

— Ага, нас обоих отключили. По крайней мере Ганс говорит, что вырубил имплантаты. Чувак, ну ты нам устроил! Все помнишь?

— Еще бы. — Томас даже покраснел от стыда. — Меня словно парализовало, я не мог управлять собой.

<<<15678910111213>>>