«Задержи звезды» Кэти Хан читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Кэти Хан Задержи звезды читать онлайн - страница 1

1234510>>>

Кэти Хан

Задержи звезды

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава первая

— Это конец.

Они поворачиваются, пошатываясь и стараясь сфокусироваться друг на друге: Кэрис тяжело дышит, удушливая паника наполняет ее круглый шлем, похожий на аквариум.

— Черт, — произносит она. — Я умру. — Она протягивает руки к Максу, но это движение относит его прочь, и Кэрис не может до него дотянуться.

— Мы не погибнем.

— Мы погибнем. — Ее голос прерывается мелкими вздохами и громко раздается за стеклом шлема Макса. — О господи!

— Не говори так, — протестует он.

— Мы погибнем. О боже мой!

Они падают в открытый космос, все дальше удаляясь по спирали от своего корабля, два похожих на мазки пуантилиста [Пуантилист — художник, создающий свои полотна в манере пуантилизма — течения в живописи конца XIX — начала XX в., характеризующегося манерой наложения чистых красок отдельными мазками в виде точек. (Здесь и далее примеч. пер., если не указано иное)] пятнышка на бесконечно темном полотне.

— С нами все будет в порядке.

Макс озирается по сторонам, но для них тут ничего нет: ничего, кроме бездонной черной вселенной слева и Земли в ореоле великолепного техноцвета справа. Он вытягивается, чтобы схватить Кэрис за ногу. Кончики его пальцев задевают ее ботинок, а затем Макса закручивает в сторону и он не в силах остановиться.

— Как ты можешь быть таким спокойным? — спрашивает она. — Черт побери!

— Кэрис, прекрати. Давай, возьми себя в руки.

Ее нога проносится перед его лицом, которое опускается в сторону ее колен.

— Что нам делать?

Макс, насколько возможно, подтягивает ноги к телу, пытаясь превозмочь панику, просчитать, в состоянии ли он воспрепятствовать этому вращению. Точка опоры? Ось? Он не знает.

— Я не знаю, — говорит Макс, — но тебе нужно успокоиться, чтобы мы могли разобраться с этим.

— О боже! — Она молотит руками и ногами в тщетных попытках воспрепятствовать их движению по траектории от корабля, но это не дает результата. — Какого черта мы собираемся делать?

Из-за того, что ее сильнее задело ударной волной, она, кружась, отдаляется от корабля быстрее, чем он.

— Нас все дальше уносит в стороны, Кэри, и скоро мы будем слишком далеко, чтобы вернуться друг к другу.

— У нас разные траектории, — говорит она.

— Да. — Он на секунду замолкает, чтобы подумать. — Нам нужно возвратиться друг к другу, — замечает он. — Сейчас.

— Хорошо.

— На счет «три» махни руками в моем направлении, словно ты ныряешь в бассейн. — Он показывает, как это сделать. — Наклони торс как можно сильнее. Я попробую продвинуться в твою сторону, поэтому будь готова схватить меня. Договорились? На счет «три».

Их передатчики звука трещат.

— Один. Два…

— Подожди! — Кэрис поднимает руку. — Разве мы не можем использовать силу удара, чтобы изменить наш курс обратно в направлении «Лаерта»?

«Лаерт», с его матово-черными бортами и без видимых огней на корпусе, покинутый, висит над ними, корабль, парящий в ночи.

— Как?

— Если один из нас достаточно сильно толкнет другого, — говорит она, — поможет ли это направить нас обратно?

Макс обдумывает ее вопрос. Возможно. Возможно?

— Нет, давай сначала привяжемся страховочным фалом [Фал — страховочный трос для крепления космонавта к кораблю при выходе в открытый космос.] друг к другу. Пока еще не поздно — я не хочу потерять тебя здесь. Готова?

— Да.

— Сейчас.

Кэрис выпрямляет тело вперед, а Макс тянется назад. Ее руки летят к его ногам, пока он вытягивает их. На секунду он и она замирают, напоминая кавычки, а затем благодаря амплитуде их притягивает параллельно друг другу. Когда они уже на одном уровне, она хватает его ноги за ступни.

— Попался.

Падая валетом, с помощью рук они поворачиваются по часовой стрелке, медленно двигаясь по оси, пока наконец не оказываются друг к другу лицом.

— Привет. — Она обвивает руками его шею.

Он достает из кармана на бедре страховочный фал и аккуратно обвязывает плавающей в невесомости веревкой себя и Кэри, соединяясь с ней.


Макс переводит дыхание.

— Нам необходим план. — Он смотрит назад на «Лаерт», скрытый в тени пространства, пока они с каждой секундой все дальше отдаляются от него. — Нужно позвать на помощь.

Кэрис уже, подтянувшись, забралась к Максу за спину и сейчас роется в заднем кармане его серебристого скафандра.

— Кто нам поможет? Мы не видели ни единой души на протяжении…

— Я знаю.

— У нас есть фонарики, — перечисляет она, — веревка, вода… Почему мы не взяли топливо? Мы такие глупцы.

— Нужно попробовать…

— Нам не следовало так спешить. Ты должен был позволить мне вернуться и взять азот…

— Это была аварийная ситуация. Что мне, по-твоему, следовало делать? Наблюдать за тем, как твоя голова сжимается, пока ты задыхаешься и умираешь?

Она, качнувшись, возвращается обратно, и они снова оказываются лицом к лицу, Кэрис укоризненно смотрит на него.

— Все происходит совсем не так, и ты об этом знаешь. Специалисты ЕКАВ сказали, что сжимание головы — миф родом из двадцать первого века, распространенный благодаря плохим фильмам.

— В ЕКАВ много всего говорили. Они сказали, что мы в полной безопасности и все пройдет как надо. — Макс стучит по голубому значку Европейского Космического Агентства Воеводства на своем рукаве. — Они также заставили нас подписать документ об отказе от оценки рисков, если помнишь.

— Не могу поверить, что это происходит. — Она оглядывается. — Не попробовать ли нам связаться с Озриком?

— Да, конечно. Да! — Он резко обнимает ее.

Кэрис, протягивая флекс [Флекс — устройство, состоящее из сетчатых элементов, одевающееся на руку, чтобы печатать на виртуальной клавиатуре за счет измерения движения мышц руки.] вокруг костяшек, начинает двигать пальцами, печатая, узкие полоски сетчатых элементов измеряют ее мышечные рефлексы и движения пальцев по незримой клавиатуре.

— Озрик, ты видишь мои сообщения?

Она ждет.

— Озрик, ты там?

— Я здесь, Кэрис.

В ее аудиопередатчике слышен звук доставленного сообщения, и с левой стороны стекла шлема появляются слова голубого цвета.

— Слава богу. Макс, я связалась с Озриком. Ты можешь запросить помощь?

— Конечно, Кэрис. С кем бы вы хотели связаться?

— С базой? ЕКАВ? С кем угодно.

— Узнай, не находятся ли какие-нибудь корабли поблизости, — говорит Макс, — на всякий случай.

— Есть ли кто-нибудь в диапазоне, чтобы спасти нас?

— Нет, Кэрис. Сожалею.

— Ты уверен?

— Да, Кэрис. Сожалею.

— Ты можешь связаться с Землей?

— Нет, Кэрис. Сожалею.

Она кричит в отчаянии, звук искажается в ее шлеме и в их аудио:

— Почему нет?!

— Мой рецептор был поврежден в результате аварии. Я полагаю, Макс пытался его починить, когда у нас закончился кислород, Кэрис.

— Черт побери.

— Прошу прощения, Кэрис?

— Извини, Озрик. Опечатка.

— Ничего страшного, Кэрис.

— У нас серьезная проблема, Озрик. Ты можешь помочь?

— Как бы вы хотели, чтобы я помог, Кэрис?

Она вздыхает.

— Макс, я хожу по кругу, разговаривая с этим.

Он гладит ее по рукаву скафандра.

— У меня не было времени подсоединить мой флекс, Кэри, поэтому пока что тебе придется продолжить. Узнай все, что сможешь. Нет ли каких-нибудь кораблей в этом районе?

Она отрицательно качает головой.

— Озрик, — шевелит она пальцами, — ты можешь направить «Лаерт» к нам?

— Отрицательный ответ, Кэрис. Системы навигации не отвечают.

— Ты можешь переместить его?

— Отрицательный ответ. Системы навигации не отвечают.

— Повернуть его?

— Отрицательный ответ. Системы навигации не отвечают, включая систему управления, с помощью которой я мог бы повернуть «Лаерт».

Она запустила бы руки в волосы, если бы могла, но они в плену ее перчаток, а рыжеватая коса заключена в стекле похожего на аквариум шлема. Маленькая ромашка, которую Кэрис заткнула за ухо, теперь немного не к месту.

— Ты можешь помочь нам просчитать, как вернуться обратно на корабль?

— Кэрис? Если позволите, я предполагаю, что есть более срочные вопросы…

— Вычисли, как нам вернуться обратно на корабль, Озрик.

— Ситуационный анализ показывает мне, что траектория, по которой вы движетесь, не предполагает пути назад к «Лаерту» без использования реактивных азотных двигателей, Кэрис. У вас есть реактивные азотные двигатели, Кэрис?

— Ты не мог бы не вставлять мое имя в конце каждого предложения, Озрик?

— Конечно.

— Спасибо. Нет, у нас нет ракетного топлива. Какой-то другой способ?

— Пожалуйста, подождите, пока я с помощью ситуационного анализа вычислю варианты, Кэрис.

— Поторопись. Озрик говорит, что мы не сможем вернуться на корабль без двигателей.

Макс корчит гримасу.

— Точно нет?

— Кэрис? Есть кое-что более серьезное…

— Подожди. Что еще мы можем попробовать? Озрик говорит, системы навигации отключены. Может, мне спросить, есть ли…

— Кэрис?

— Что, Озрик?

— Ситуационный анализ показывает, что ваши баллоны с воздухом неполные.

— Мы находимся вне корабля уже достаточно долго.

— Количество оставшегося воздуха, а также использованный кислород не совпадают с общей емкостью.

— Что ты имеешь в виду? Говори по-европейски, Озрик. Пожалуйста.

— Ваши баллоны с воздухом были не полностью заполнены.

— Что?

— Кроме того, ситуационный анализ показывает, что в них есть утечка.

— Что? — От удивления она забывает, что Озрик не может слышать, и тут же быстро печатает: — Что?

— У вас обоих повреждены баллоны с кислородом, Кэрис.

— Сколько воздуха у нас осталось?

— Кэри? — произносит Макс.

— Вычисляю…

— Поторопись, Озрик.

— Боюсь, у вас осталось воздуха только на девяносто минут, Кэрис.

Глава вторая

Девяносто минут

— Кэри. Что случилось? — Макс сжимает ее плечи, но ее это не успокаивает. — Что сказал Озрик?

— Извините, что назвал вас «Кэрис», Кэрис.

— Девяносто минут, — произносит она, глубоко и тяжело вдыхая. — У нас хватит воздуха лишь на девяносто минут.

Он ошеломленно отшатывается назад.

— Не может быть. Этого не может быть. У нас как минимум четыре или пять часов. Мы…

— Мы умрем, Макс. И очень скоро. — Она сдерживает слезы, пока он судорожно подыскивает правильные слова.

— Нам нужно немедленно вернуться на корабль, — наконец говорит Макс. — Но первым делом ты должна прекратить панику. Так ты быстрее расходуешь воздух.

— Наш воздух вытекает.

Он подскакивает:

— В самом деле? Сейчас?

— Прямо сейчас. Озрик говорит, в баллонах утечка.

— В обоих? — спрашивает он.

— В обоих.

— Черт. — На этот раз ругается уже Макс. — Нам лучше немедленно это исправить. — Он смотрит на Кэрис, оценивая степень ее паники. — Давай я попробую найти место утечки, пока ты задержишь дыхание, хорошо?

— Нет, все в порядке, — отвечает она, в то время как сердце гремит у нее в груди. — Я сама это сделаю. — Кэрис ослабляет фал, связывающий их между собой, и они отплывают друг от друга, почти как в балете. — Прими положение, будто пытаешься сделать ангела на снегу, — говорит она, держа его за запястье и ногу. Единственный слой ткани, покрывающий его кожу, формирует герметичную, устойчивую поверхность, защищающую его от космического вакуума, словно гидрокостюм, скрещенный с броней, но совершенно податливый для человеческого движения, мягкий на ощупь. — Не отпускай мою руку.

Макс вытягивает руки и ноги, паря на уровне ее талии. Все еще держа его за руку, Кэрис наклоняется так, чтобы видеть его скафандр. Это совсем не легко сделать, ведь они не стоят на месте — непрерывно двигаясь, падают в темноту, в нечто, напоминающее чертову прорву за пределами Земли.

Она пробегает рукой и глазами по его металлически — серебряному скафандру. Каждая секция отделена гладкими, словно отлитыми выточками, голубые надписи сбоку — единственная полоска цвета. Кэрис ищет по всему периметру, пока не замечает повреждение на самом дне: небольшое облачко из вытекающих молекул воздуха, практически незаметное для глаза, если бы она не искала его так отчаянно и если бы молекулы не плыли к своей новообретенной свободе от гравитации.

— Нашла. — Она вытаскивает ленту из кармана на колене, всегда доступный набор заплаток, и разглаживает ее на канистре, проверяя, чтобы воздух не просачивался по краям.

— Готово? — спрашивает Макс.

— Озрик, — двигает пальцами Кэрис, — это исправило утечку?

Голубой текст появляется на стекле ее шлема, сопровождаясь отчасти успокаивающим звуком оповещения.

— Подтверждаю, Кэрис.

— Готово. — Она кивает Максу, тяжело выдыхая.

— Тогда нам лучше заняться и твоим.

Кэрис колеблется.

— Этого не должно было произойти — нам даже не следовало быть здесь.

— Давай, Кэри.

— У нас осталось только девяносто минут воздуха.

Наконец с его уст срывается всхлип, короткая вспышка, заглушающая уравновешенные слова, ореол его вынужденного спокойствия. Макс отстраняется от противостояния, стресса, от ее трудно сдерживаемых эмоций — вот что он делает. А через минуту шутит:

— Что ж, не знаю, как ты, но я оставлю на Майнд-шер [Майндшер — социальная сеть.] очень плохой отзыв о космических путешествиях.

— Заткнись, Макс, — говорит она, хотя его предсказуемость немного успокаивает ее. — Сейчас не время для твоего ужасного чувства юмора.

— Знаю.

Он всегда был готов шутить в наиболее экстремальные моменты: во время курса подготовки астронавтов; на похоронах; когда они в первый раз встретились.

— Что нам делать?

— Мы успокоимся, перегруппируемся, а затем я собираюсь тебя спасти, — улыбается Макс. — Чем постоянно и занимаюсь.

* * *

Они встретились три месяца назад на Ротации, когда Кэрис в качестве очередного жителя нового европейского города набирала себе больше языков в языковой лаборатории региона.

— Мой коллега переехал сюда с Воеводы 11, — вынуждена была сказать инструктору Кэрис, — поэтому мне нужно выучить современный греческий.

Языковую лабораторию Воеводы стилизовали под ретро-сеть кофеен с направленным вниз светом, диванами из искусственной кожи и запахом тысяч бобов низкокачественной арабики, пережаренных в сковороде. Веселенький плакат за прилавком заявлял: «Выучив пять языков, ты сможешь говорить с семидесяти восьмью процентами населения Земли».

Инструктор издал звуковой сигнал, сопровождавшийся зеленым светом, затем на рабочем месте Кэрис начали быстро проектироваться руководства и курсы.

— Спасибо.

Она надела флекс на руку и занялась неблагодарным делом, снова и снова копируя греческий алфавит. На половине третьего захода вспомнила об ужине. Водопад информации, обновляющейся в реальном времени, перемещался по трем стенам — Стенные реки [Стенные реки — экраны, встроенные в стены, исполняющие функцию монитора компьютера.] показывали постоянный, прокручивающийся вниз поток новостей, погоды и обновлений. Кэрис быстро задвигала пальцами, напечатав короткий запрос на Майндшер, местную социальную сеть.

«Кто-нибудь знает, где на Воеводе 6 можно купить гусиный жир?»

Слова появились на идеальном испанском, они успели промигать на стене несколько секунд, перед тем как потерялись в потоке комментариев, вопросов и анекдотов на нескольких языках, используемых во всей системе Воевод. Она дошла до омеги и вернулась обратно к греческому алфавиту.

Бип. Кэрис подняла глаза. Кто-то ответил.

«Зачем тебе гусиный жир в наше-то время?» — было написано по-французски.

Чувствуя себя бунтаркой, она напечатала ответ на каталонском: «Чтобы готовить».

Бип. Румынский: «Почему ты готовишь в наше время?»

«Жареную картошку». — Португальский.

«Я спросил, почему ты готовишь?» — Немецкий.

Поскольку она была не очень сильна в немецком, Кэрис переключилась на итальянский, уголки ее рта начали подниматься от легкой улыбки. «Новые соседи. Я хотела бы угостить их хрустящим жареным картофелем. Есть идеи?»

Опять итальянский: «Касательно твоих новых соседей? Нет. Извини».

В их лингвистическом состязании повторение этого языка было маленькой победой, и на сей раз она открыто улыбнулась. «Может, ты один из моих соседей. И, вероятно, позже я угощу тебя жареным картофелем, таким резиновым, что его можно будет жевать, как попрыгунчик. Тогда ты пожалеешь, что не помог мне найти гусиный жир!»

Бип. «Я не доверяю незнакомцам готовить себе еду».

«Наверняка незнакомцы готовят тебе в ресторанах Ротации», — напечатала она.

«На самом деле нет. Я шеф-повар, так что это легко».

Кэрис помедлила.

«Ты работаешь в ресторане Ротации?»

«Да».

«Отлично. Не можешь ли мне помочь советом в сфере кулинарии? Ты, случайно, не знаешь, где я могу найти гусиный жир в округе?»

Нет ответа.

«Пожалуйста:)» — Она добавила смайлик, чтобы смягчить тон.

Бип. «Попробуй поискать в классическом супермаркете вблизи от Пассео».

«Спасибо».

«Они даже продают еду в жестяных банках, если можешь в это поверить, в наше-то время».

«Ты одержим фразой “в наше время”, — ответила Кэрис. — Это уже в третий раз».

«А кто не одержим? Столько всего изменилось».

«И правда. Спасибо за помощь, я позже схожу в супермаркет».

Она закончила шесть повторений греческого алфавита и сняла сетку из проводков с запястья, держа в голове фразу «жареная картошка» на семи языках.


Кэрис вышла в красивый сентябрьский вечер, щекочущий ветерок пробегал по руинам. Гладкие стекла и стальные конструкции прорывались через кирпичи и фундаменты давно исчезнувших зданий, их призрачные панцири сохранили и структурно поддерживали новейшие интерьеры. Местами выпирали остатки узких переулков и высоких оштукатуренных стен, поддерживаемые стальными балками. Внутри, в руинах, были комнаты, сделанные из огромных листов стекла: мерцающая современность, словно спрятанная в матрешке недр древних, покрытых трещинами сооружений.

Свет постепенно исчезал, превращаясь в оранжевую дымку, пока она шла вдоль заполненных кафе площадей, прижимая голые предплечья к груди. Ее чип вдруг начал тормозить, и Кэрис остановилась на углу.

«Не унывай, милая, этого никогда не произойдет», — раздался звонок, и она с раздражением повернула запястье.

— Если метеоры начнут уничтожать человечество, я знаю, кого бы хотела уничтожить первым, — пробормотала Кэрис, стоило чипу наконец-то обновиться и показать, куда ей идти дальше.

Выйдя на широкую мощеную улицу с посаженными по сторонам деревьями, Кэрис свернула к ряду магазинов, их фасады провисли от возраста и были подперты стальными балками. Небольшой вход украшала занавеска из разноцветных бусин, а над окном светилась вывеска «Супермаркеты Фокс». Снаружи находилась стойка с газетами, заголовок мигал: «Радиоактивные осадки в США наконец на безопасном уровне».

Старомодные проволочные корзины и тележки для покупок выстроились в ряд с каждой стороны от входа. Она отодвинула занавеску из бусин, ритмично затрещавшую, и направилась в супермаркет.

В восьмом проходе парень, стоя на коленях, укладывал консервы.

— Извините, что беспокою, — обратилась она к нему, — но не могли бы вы показать, где можно найти гусиный жир, если он у вас есть.

1234510>>>