Как правило, пройдя миссию — другую, я возвращался в Интернет. До прихода тети (обычно она приходила поздно, в десятом часу вечера) я крутился на разных исторических форумах: особенно мне нравилось читать про великих полководцев. Моим кумиром был Сунь-Цзы и его «Искусство войны»: во всех играх при моделировании различных вариантов сражений я старался придерживаться его рекомендаций. К сожалению, не все игры позволяли в полной мере задействовать все мои навыки и воплотить в жизнь все придуманные варианты сражений.

Поэтому, посещая форумы, посвященные войне и воинскому искусству, я находил сценарии битв и выкладывал их на всеобщее обсуждение. Мы разбирали эти битвы до мельчайших деталей, определяя, как правильнее было бы поступить в той или иной ситуации. Помимо разбора самих битв я увлекался историей жизни и деяний этих полководцев — их подвиги настолько захватывали меня, что с каждым годом во мне зрела мысль, что я хочу стать в этой жизни чем-то большим, чем просто обычным мальчиком Вовой Курочкиным.

В третьем-четвертом классах, чем больше я выносил издевательств в школе, тем сильнее становилось это желание. Мне хотелось совершить нечто такое, после чего бы тетя мной гордилась, учителя восхищались, а все те, кто надо мной смеялся и издевался, умерли от зависти.

К пятому классу желание стать особым давало о себе знать только изредка, и то лишь в самые неприятные моменты жизни. А теперь я просто смирился с мыслью, что до окончания школы останусь таким, как есть. Потому-то я и сидел целыми днями в Интернете, уже не пытаясь что-либо изменить. До самого возвращения тети с работы я не вылезал с таких родных и спокойных форумов, когда же она приходила, отрывался от компьютера, чтобы поужинать и немного пообщаться с ней.

Нужно сказать, что тетя моей школьной жизнью интересовалась редко, проверяла только дневник. А там по всем предметам, кроме физкультуры, были пятерки. Раньше, до того как мама и папа погибли в автокатастрофе, я редко виделся с тетей (маминой сестрой) — до того ужасного дня, когда я пришел из школы и застал ее плачущей у нас дома. Она крепко обняла меня. И сказала, что моих родителей больше нет в живых. Сначала я не поверил ей. Как-то отстраненно думал, что этого просто не может быть. Осознание того, что все это не сон, пришло ко мне в тот дождливый осенний день, когда я стоял на кладбище рядом с тетей и смотрел, как маму и папу закапывают в землю.

Сейчас я уже смутно помню, что делал после того, как понял: все происходящее реально, и я больше никогда не увижу своих родителей, не услышу их голоса. Единственное воспоминание — это собственный крик, возгласы родственников и навалившаяся тьма. Выплыл я из нее только на следующий день, дома, в своей кровати. В придвинутом к ней кресле сидела тетя. Она так, сидя, и заснула. С тех пор мы жили вместе. У тети не было ни мужа, ни детей, и со временем она стала считать меня своим сыном. Постепенно и я привык к ней и воспринимал как маму, к тому же и внешне они были очень похожи.

Поужинав быстро разогретыми полуфабрикатами, мы разошлись: я — читать книги, а тетя — смотреть свои любимые сериалы. Когда тетя уходила спать, я немного выжидал, а потом садился за комп и открывал свою секретную папку. Три месяца назад знакомые с одного из исторических форумов затронули тему заработка, и в качестве одного из вариантов предложили игру на понижении и повышении курса валют.

Я поначалу отнесся к этому скептически, но мне показали один из сайтов фирмы, предлагающей такие услуги для всех желающих. Для начала можно было открыть тренировочный счет и на нем попробовать свои возможности в зарабатывании денег на реальном падении и повышении пар валют. Установив программу-клиента этой фирмы, я попробовал — как мне советовали мои знакомые — играть на коротких ставках.

Всего за три дня я удесятерил свой тестовый счет и, окрыленный такой удачей, завел уже реальный, переведя на него все накопленные деньги. Ровно за эти же три дня я спустил больше половины своих — уже не теоретических — средств. Не понимая причин такой неудачи, я принялся искать информацию в Интернете. Оказалось, что не все так просто и что фирмы, предоставляющие клиентам возможность для ставок и слежения за курсом валют, берут за каждую ставку комиссионные в размере двух-трех пунктов. К тому же на реальных счетах отследить своевременность сообщаемой информации и честность брокеров было невозможно. Выяснилось также, что не я один выигрывал на тренировочных счетах, но проигрывал на реальном счете.

Советов было всего два: либо найти высокооплачиваемого профессионального брокера для игр с валютой, либо разработать собственный клиент, чтобы играть без посредников. По понятным причинам первое мне было не по карману, а вот второе — достаточно реально. Хоть программист был из меня никудышный, найти в Интернете код программы и уговорить помочь друзей с форумов проблемы не составило. Решив в следующий раз подойти к процессу серьезно, я прочитал несколько книг о правилах игры на курсах валют и уже точно представлял себе, что можно делать и чего нельзя на коротких ставках.

Вот уже неделю у меня все шло довольно удачно, я вернул проигранные деньги и сегодня планировал получить прибыль. Просидев до трех ночи, я заработал две тысячи рублей. Результат был отличным, и я решил ложиться спать, пока не начал проигрывать. К тому же сегодня меня снова ждала каторга, ведь последним уроком была физкультура.

Встав утром, я позавтракал и отправился в школу. Быстро миновав школьных хулиганов и прошмыгнув в здание, я вздохнул немного свободнее: полпути до класса было преодолено — не каждый день мне сопутствовала такая удача. Бить меня эти поганцы не били, чаще пачкали одежду, отбирали или рвали тетради и книги, заставляли есть всякую гадость. При этом мне нужно было стонать и причитать, чтобы они закончили свое веселье побыстрее. Однажды я решил, стиснув зубы, терпеть все издевательства. Не видя реакции на их ухищрения, хулиганы издевались надо мной в три раза дольше, до самого начала уроков. Поэтому теперь я всегда делал вид, что мне плохо: их это забавляло, но быстро надоедало, и меня отпускали. Мне повезло и во второй раз: я успел прокрасться в класс, минуя уже мальчишек-одноклассников, которые сидели и обсуждали что-то на подоконнике.

Поблагодарив богов удачи, я молча, ни с кем не здороваясь, подошел к своему месту и приготовил все необходимое к уроку математики. Сев за парту, я осмотрел ее: новых надписей не добавилось, что уже было хорошо. Вообще, вся моя парта была исписана оскорбительными надписями и стихами-вариациями с моей кличкой. Сначала я их стирал, а потом мне это надоело, и теперь я просто констатировал сам факт появления новых гнусностей.

Прозвенел звонок. Вместе с учительницей математики в кабинет зашла наша классная руководительница, «англичанка» Ольга Петровна. Подождав, пока рассядутся опоздавшие ученики, она сказала:

— У меня для вас хорошие новости — завтра мы идем в поход.

Все оживленно загудели. Ольга Петровна продолжила:

— Вы уже шестиклассники и вполне самостоятельны, поэтому завтра в шесть утра встречаемся возле школы.

Класс возмущенно зашумел.

— Я сказала — в шесть утра, — жестко повторила она. — Возле школы вас будет ждать автобус, и мы поедем в Рудный Ключ. Оттуда пойдем до Большой скалы, там конечная точка маршрута. Еды брать на один день, одеться в походную одежду и по погоде.

Ольга Петровна оглядела класс и еще тверже сказала:

— Надеюсь, вам излишне напоминать? Никаких сигарет и спиртного! Учтите, с нами будут Олег Валентинович и Владимир Петрович.

Вздрогнули даже хулиганы: если пойдут физрук и директор, то вполне реально, что они отберут все спиртное и выпьют его сами. В прошлый раз, когда мы ходили в поход с шестым «а», так и произошло: все спиртное, что взяли с собой посчитавшие себя взрослыми пацаны из обоих классов, было конфисковано и выпито взрослыми.

— А презервативы можно брать? — нагло поинтересовался Денис Иванов, вставая из-за парты. Он был одним из самых сильных и популярных у девочек парней школы и, по совместительству, главарем тех хулиганов, что трясли у всех деньги.

Девчонки покраснели и зашушукались.

Ольга Петровна грозно посмотрела на нарушителя спокойствия и ответила:

— Бери, Иванов, только думаю, что, кроме надувания воздушных шариков, ты не знаешь, зачем они нужны.

Иванов покраснел и сел на место, а все засмеялись. Я поймал себя на мысли, что хорошо, когда смеются не над тобой.

Классная ушла, оставив меня в глубоких раздумьях по поводу завтрашнего дня. На протяжении всех уроков я думал, как поступить: пойти — и тогда надо мной снова будет издеваться в походе весь класс, или не пойти — и навлечь на себя гнев классной и директора. Оба варианта меня мало прельщали.

За раздумьями я даже не заметил, как пришло время урока физкультуры. К счастью, сегодня физрук был чем-то занят и урок отменили.

Придя домой, я поел, сыграл пару партий в шахматы и открыл торговый терминал. Играть совершенно не хотелось, поэтому я решил подзаработать денег.

К вечеру я едва сумел собрать половину той суммы, что заработал вчера ночью. Не знаю почему, но сегодня мне не везло ни с моей основной парой валют, ни с другими. Расстроившись, я закрыл программу и начал лазить по форумам.

Когда тетя пришла с работы, я ей сказал, что завтра иду в поход. Она начала собирать мне одежду и еду, а также разъяснять правила поведения в походе. Послушать ее, так можно подумать, что она сама в них через день ходит. Хотя я точно знал: последний раз она была в походе на втором курсе института. Решив не спорить, я все выслушивал и кивал.

Рано утром тетя долго меня будила, прежде чем я наконец смог подняться с кровати. Кряхтя, я мысленно сожалел, что лег после полуночи, ведь вставать пришлось в пять утра. Энтузиазма это мне не прибавляло, но после подъема в голове словно сработал автопилот, и я, почти не засыпая на ходу, проследовал в ванную. Умылся, оделся и позавтракал, и тетя вручила мне собранный рюкзак. Все еще не взбодрившись, я вышел на улицу и поежился.

«Хоть и лето на дворе, но рано утром еще прохладно», — подумал я и, с каждым шагом стряхивая остатки сна, потопал к школе.

К автобусу я заявился одним из первых, поздоровался с директором, классной и физруком и устроился на переднем сиденье, так как задние обычно занимали самые сильные ребята. К назначенному времени собрались все, и автобус тронулся. До поселка Рудный Ключ ехать было часа три, и почти все это время в салоне стояла тишина — все досыпали то, что недоспали дома.

Прибыв на место, мы вышли из автобуса и дальше отправились пешком. Путь до Большой скалы занял еще около часа, туда мы дошли уже изрядно вспотевшими и измученными. Распределив между учениками обязанности по обустройству стоянки, Ольга Петровна с остальными сопровождающими принялись готовить место для проведения конкурсов.

Потом развели костер. Три девчонки занялись приготовлением еды, а для остальных устроили разные состязания. Я старался отсвечивать как можно меньше, но физрук все время меня отыскивал и тащил в круг. Как обычно, мои неуклюжие попытки соперничать с другими ребятами вызывали смех.

Когда эти дурацкие конкурсы закончились, я вздохнул свободнее и, услышав команду «На обед!», поплелся вместе со всеми к покрывалу, что заменяло нам стол. Еды было очень много, так как, кроме того, что сварили девчонки, каждый что-то прихватил из дому. Взяв миску с супом из вермишели с тушенкой, я заработал ложкой. После того как все наелись, учителя объявили час перерыва, но предупредили, чтобы мы далеко не расходились, поскольку, если кто-то потеряется, у всего класса будут проблемы.

Все разбрелись кто куда, а я остался сидеть у костра. Гуляние на природе меня совершенно не интересовало, больше всего я хотел попасть домой и засесть за свои любимые игры.

— Чего сидишь, Вова? — внезапно раздалось надо мной.

Я поднял голову и не смог произнести ни слова — это была Света Воробьева, самая красивая девчонка класса, да и, пожалуй, вообще всех шестых классов школы. Поклонников у нее было не счесть. До этого момента она вообще не замечала моего существования, а тут вдруг подошла да еще назвала по имени вместо гадкой клички.

— Ну что ты молчишь? — капризно спросила меня красавица.

— Да вот… сижу… — промямлил я.

— Не хочешь составить мне компанию? — Она кивнула в сторону леса.

От ее слов у меня перехватило в горле, я просто не поверил своим ушам. Самая красивая девочка класса приглашает меня погулять?..

— Вова, ты идешь? Или мне искать кого-то другого? — уже не так ласково, как раньше, спросила она.

Я вскочил на ноги и пробормотал:

— Да, конечно… Пошли…

Мы брели по лесу, все больше и больше удаляясь от лагеря. Я начал волноваться, так как помнил предупреждение Ольги Петровны, но, по понятным причинам, не говорил об этом идущей рядом девочке. Да и вообще я молчал, ничего не мог ей сказать, даже не соображал, о чем же с ней разговаривать.

Когда мы вышли на небольшую полянку возле изгиба реки, Света остановилась и, обернувшись, махнула рукой. Из-за деревьев выскочили пятеро моих одноклассников. Поймав презрительный взгляд Светы, я понял, что попался в ловушку. Бросился в другую сторону, но меня довольно быстро догнали. Сбили с ног, связали припасенными веревками и, ухватив за руки и за ноги, поволокли обратно на поляну.

Подтащив к Свете, бросили на землю. Света ехидно улыбнулась:

— Что, Червяк? Думал, что ты мне понравился и поэтому я пошла с тобой гулять?

Я промолчал. Тогда она плюнула на меня и сказала гогочущим ребятам:

— Делайте, что планировали.

Развязав меня, каждый прижал по одной моей конечности к земле, так что я не мог даже шевельнуться, после чего Денис Петров достал из кармана нож и, щелкнув им, поднес к моему лицу. Странно, но, увидев лезвие, я вообще не испугался. Теперь, когда выяснилось, что Света затеяла всю эту операцию только для того, чтобы меня унизить, мне стала абсолютно неинтересна их затея. Я просто лежал и ждал, что будет дальше.

Помахав ножом у меня перед носом, Денис стал резать мою одежду и срывать ее с меня: лишившись ее, я сразу покрылся «гусиной кожей», несмотря на то что ярко светило летнее солнце. Сорвав с меня даже трусы, он стал ржать, показывая всем на низ моего живота и обсуждая со всеми мои органы.

Насмеявшись вдоволь, они завели мне руки за спину и связали, а затем, усадив на траву, попытались связать ноги. Денис наклонился, и я изо всех сил ударил снизу вверх коленом, метя в его мерзкую рожу. К сожалению, удар пришелся вскользь, до крови содрав кожу со скулы. Заревев как бык, тот смахнул ладонью кровь и, набросившись на меня, принялся избивать. Поскольку меня держали за руки, я был как боксерская груша, мотающаяся из стороны в сторону. Рыча, тот матерился и месил меня кулаками, да так, что после нескольких ударов я потерял сознание.

Очнулся я от льющейся мне в лицо воды. Открыл глаза и увидел, что это делает Света.

— Ты че, урод? — гневно зашипела она на Дениса. — Срок захотел за побои? Договорились же, никаких следов не оставлять! А вдруг он в милицию пойдет жаловаться? Посмотри на него? Как он назад поедет? Что ты учителям скажешь? Что он споткнулся и упал на твой кулак?

Денис слушал ее и понуро молчал, потирая кровоточащую ссадину на скуле.

— Все! Заканчивайте быстро, и сматываемся отсюда, — скомандовала Света.

Осторожничая, пацаны на этот раз не стали спутывать мне ноги, а просто подтащили к стоявшему на опушке толстому дереву и прикрутили к нему.

— Быстро уходим, пока нас не хватились, — повторила Света, когда они закончили свое дело.

Мерзавцы, пару раз пнув меня, двинулись к лесу.

Я остался один. Стоял под солнечными лучами и никак не мог поверить в то, что все случившееся со мной — действительность. Я даже пару раз зажмурился, пытаясь проснуться, но картинка оставалась прежней. Попробовав пошевелиться, я застонал — все тело ныло. Хотелось пить.

Шло время, но на поляну никто не приходил, и я понял, что выбираться придется самому. Учителя могли и не заметить, что меня нет. Когда мы со Светой уходили, они уже разливали привезенное вино. Вспомнив о Свете, я скрипнул зубами — у меня появился еще один кандидат на жестокую месть.

Размышляя о способах своего освобождения, я внезапно почувствовал, как земля под моими ногами дрогнула. Дерево, к которому я был привязан, вдруг каким-то странным образом сначала подскочило, а потом резко опустилось. Ничего не понимая, я посмотрел по сторонам: было такое чувство, что земля уходит из-под ног.

Не успел я оценить обстановку, как все повторилось, но намного сильнее. Падая вместе с деревом на землю, я увидел, как участок леса недалеко от меня проваливается, а образовавшаяся на поверхности гигантская трещина змеей бежит в сторону скал. Спустя несколько секунд к треску валящихся деревьев добавился грохот каменного обвала. Еще пару раз подпрыгнув вместе со сроднившимся со мной деревом, я понял, что это землетрясение.

Оглядев местность, я просто не узнал ту часть леса, из которой пришел. Практически все деревья метрах в ста от поляны моего унижения были повалены или исчезли в гигантской трещине. Она начиналась где-то в лесу, пересекала поляну и уходила к скалам.

Природная катастрофа мне помогла — прыгая вместе с деревом вверх и вниз, я своим весом ослабил узел веревки, которой связали меня эти уроды. Высвободил сначала правую руку, затем левую и, извиваясь ужом, выполз из пут.

Почувствовав себя на воле, я вздохнул с облегчением, поднялся и огляделся. Путь к лагерю по лесу был отрезан разломом, и я направился к скалам, надеясь обойти трещину там. Идти голым было как-то неловко, но я радовался хотя бы тому, что эти гаденыши не сняли с меня ботинки. Шагать босиком по сломанным веткам и острому щебню было бы не самым приятным занятием.

Уже почти дойдя до скал, я заметил странный блеск, исходящий из глубины расщелины, которая образовалась там от землетрясения. Я приблизился и замер — из земли торчал гигантский бок непонятно чего.

Слегка поборовшись со своим любопытством, я решил все же рассмотреть это непонятное поближе. Протиснувшись в расщелину, я осторожно подошел к этому «нечто». И понял, на что оно похоже — на бок космического корабля из какого-то голливудского фильма. Удивившись, откуда взялся в нашей глуши этот макет, я постучал кулаком по корпусу. Звук был глухой — я бил явно не по картону, но и не по металлу. Да и по внешнему виду материал, из которого был сделан корабль, мне ничего не напоминал. Подняв с земли кусок гранита, я попытался процарапать корпус, но на странном материале не оставалось ни следа.

В голове у меня задребезжала мысль, которой я испугался:

«Это что же, я наткнулся на космический корабль пришельцев?»

В принципе будучи сторонником той идеи, что во Вселенной мы просто не можем быть одиноки, я удивился не чрезмерно. Но сам факт, что я вот так вот запросто столкнулся с явным подтверждением популярной гипотезы, был для меня неожиданным.

Я принялся осматривать выпирающий из-под земли корпус корабля. Пройдясь от одного до другого видимого края диковинного аппарата, я заметил странные линии, разбросанные по всему корпусу находки, но сходящиеся в какой-то одной точке. Разглядывая их, я случайно прикоснулся к одной из линий, и сразу же отдернул ладонь. Мне показалось, что под моей рукой эта странная черточка шевельнулась.