Прошло четыре месяца, а наши поиски не приносили никаких результатов — все найденные базы были разрушены. Единственное, что радовало — в процессе поисков мы заработали порядка тридцати тысяч кредитов на разработке астероидов. В надежде на обнаружение частей роботов мы не тратили эти деньги, думая все же найти сохранившуюся базу.

— Так дальше дело не пойдет, — заявил я Келлеру, когда мы разочарованно разглядывали очередную разгромленную базу. — Мы бессмысленно тратим время на облет всех руин тупо по списку.

— Твои предложения? — поинтересовался он.

— Сделай так: перекинь все данные по базам в одно место, с сортировкой по координатам. Туда, кроме названия базы, ее координат и типа производства, ничего больше не заноси, — ответил я ему.

— Ну список составить несложно, но что будешь с ним делать?

— Думать, — отрезал я. — Иначе мы в этих бесполезных метаниях по галактике только потеряем время и сожжем горючее.

Через час Келлер перекинул мне ссылку на затребованные ресурсы. Подключив процессоры, я начал думать, изучая отсортированный по секторам галактики перечень баз.

— Разбей этот список на два. В первом оставь только сырьевые базы, а во втором — военные заводы, — произнес я наконец.

Через некоторое время я продолжил:

— Теперь подчеркни те базы, которые мы уже посетили.

Келлер исполнил пожелание, и выяснилась интересная картина. Большинство баз, что мы посетили, были военными, всего лишь несколько оказались сырьевыми.

— Ты хочешь сказать, что наш способ поиска по ближайшим координатам был неправильным? — спросил Келлер, увидев сложившуюся тенденцию.

— Ну-ка, высвети красным базы, находящиеся не в космосе, а на астероидах или планетах, — не ответив на его вопрос, сказал я.

Список, после произведенных Келлером изменений, стал еще интереснее.

— Вова, ты гений! — воскликнул он.

— Вспоминай это почаще, когда ворчишь на меня, — ответил я с довольной улыбкой.

Восхищаться было чем: из имеющегося первичного списка баз мы, как нарочно, посетили всего одну военную базу, находящуюся на планете, и ни одной сырьевой, построенной на астероиде или планете.

— Давай составим перечень всех сырьевых баз, расположенных на астероидах или планетах, — сказал я. — Лучше всего сведи их в один, третий список, с сортировкой по координатам. Пожалуй, начнем вот с этих, — я пометил три базы из списка, находившихся не далее чем в двух неделях пути от нас.

— Заправляемся и сразу стартуем, — откликнулся довольный Келлер.

Первые две помеченные мною базы оказались планетными и были уничтожены полностью, но в их окрестностях мы нашли множество остатков дронов-рабочих. Поскольку большинство дронов работало в шахтах, то корабли флота, не став утруждать себя сбросом бомб, просто завалили входы в них тысячами тонн пустой породы. Процесс добычи остатков дронов оказался трудоемким и кропотливым, причем нам здорово помогли два робота, которых я купил. Без них мы провозились бы там не одну неделю, и неизвестно, добились бы положительного результата.

Самое приятное открытие ожидало нас на нижнем уровне шахты: пробившиеся туда роботы обнаружили трех совершенно целых дронов-рабочих. Оставленные без управления и пролежавшие в земле несколько сотен лет, они просто израсходовали всю свою энергию, но, поскольку были изготовлены из нержавеющих композитных материалов, то выглядели как новые.

Занеся их на корабль, я спросил у Келлера:

— Сможешь к ним подключиться? Подать питание хотя бы на их блоки управления и кристаллы памяти?

— Да, конечно, если ты мне поможешь.

Через два часа, когда я почти полностью разобрал одного из дронов и добрался до его блока управления и кристалла-носителя, Корабль сказал, что подключил питание и установил связь с блоком управления.

— Ну что там? — ежеминутно спрашивал я у молчащего Келлера.

— Есть две новости, и обе хорошие, — наконец отозвался он. — Первая: я знаю программный код дрона и, что самое поразительное, полностью понимаю логику команд, необходимых для управления им. Собирай его обратно и ставь на зарядку. Управление дроном не составит никакого труда, блок управления у него построен на чипах, похожих на тот, что сидит в твоей голове.

— А вторая новость?

— Информация в его кристалле-носителе помогла мне ускорить расшифровку некоторых данных из ранее недоступных мне областей собственной памяти, и вот взгляни, что я там нашел.

— Хм, — это все, что смог я произнести, глядя на данные Келлера.

Новая информация содержала подробное описание мест развертывания различных сырьевых баз, а также способы их маскировки и организации защиты.

— Будь у нас побольше денег и дронов-рабочих, можно было бы прямо сейчас добывать бериллий вот в этом секторе, — показал я пальцем, приятно удивленный полученной информацией.

— Ага, и я о том же, — ответил он. — Предлагаю тебе не сдавать дронов, а оставить их себе, поскольку они функциональнее и производительнее наших. По продолжительности и эффективности работы превосходят их раза в два.

— Оставим и тех, и этих. У нас теперь куча частей берсеркеров как от дронов-рабочих, так и от механизмов добычи, — ответил я. — Больше бесплатной рабочей силы — лучше для нас.

— Ты со своей ленью скоро всех переплюнешь, — снова подколол меня Келлер. — Как продадим части, может, созреешь для тренажера?

— Опять пристаешь с этой ерундой! — поморщился я. — А вот, кстати, раз уж разговор зашел: слушай, я с каждым днем все хуже себя чувствую: то мышцы болят, то все тело ломит. Может, я заболел чем-то?

— Да, и болезнь эта называется ленью, — ответил Келлер, странно хихикнув.

— Я серьезно тебе говорю. Почти каждую ночь просыпаюсь от этих болей. Наверное, надо будет показаться врачам, когда в какое-нибудь цивилизованное место попадем, а то я скоро ходить не смогу.

— Ты абсолютно здоров, мой юный друг, — елейным голосом ответил Келлер. — Твои симптомы похожи на обычную болезнь космопилотов, которые длительное время находятся в космосе, при искусственной гравитации. Можно, конечно, сделать ее пониже, но тогда на планетах ты не сможешь самостоятельно передвигаться. Что скажешь?

— Нет уж, лучше потерплю, — ответил я, испуганный такой перспективой. — Невесомость — это, конечно, хорошо, но дистрофиком я точно не хочу быть.

— Хотя, возможно, не только в этом дело, — вдруг посерьезнел он. — Как только прилетим на военную базу, сразу сделаем тебе комплексную прививку от самых распространенных болезней в галактике.

— Договорились, — успокаиваясь, согласился я.

Рассортировав и закрепив обломки роботов и механизмов берсеркеров, извлеченных из шахты, мы отправились к третьей сырьевой базе, отмеченной в моем списке. После ее посещения мы решили вернуться в предыдущую систему, так как ближайшая военная база находилась там. Она была выбрана нами еще и потому, что там, рядом с обитаемой планетой Полярис, располагалась научная база, взломать которую Келлер хотел уже давно.

Я даже не подозревал, что мое желание все знать с такой силой захватило и Келлера. Ранее спокойный и выдержанный, он сейчас стал все больше походить на меня, любопытного и всюду сующего свой нос. Отличие между нами состояло в том, что он никогда не уставал, поэтому чувство лени было единственным, что он не перенял от меня. Его желание познавать новое превзошло мое во много раз и расцвело буйным цветом, так что он с маниакальным упорством взламывал любые базы данных, до которых мог дотянуться.

Когда я спросил его, не мог бы он проделать в каком-нибудь из населенных миров такую же операцию по добыванию денег, как на Земле, он живо заинтересовался этой идеей и неделю посвятил изучению вопроса. По прошествии этого срока он нехотя признался, что банковская система этих миров для него слишком сложна и хорошо защищена, и сделать так, чтобы следы его вмешательства не отследили, он не в силах. Он также добавил, что здешние банкиры защищают свою информацию лучше, чем даже некоторые системы управления космическими военными базами. Мы с ним немного посокрушались над невозможностью быстрого обогащения и решили повторить попытку, когда приобретем для него новые, более мощные серверы.

Глава 3

Новая жизнь

Прилетев на следующую сырьевую базу, построенную на большом астероиде, мы нашли на ее месте только спекшийся воедино кусок металла и камня. Только хорошо поработав промышленным буром, мы за несколько дней смогли раздробить проплавленные останки, но этот каторжный труд был хорошо вознагражден — количество дронов-рабочих под поверхностью астероида оказалось очень велико, мы забили их частями весь трюм и опять мою многострадальную каюту. Проблема нехватки свободного места под груз стала очень острой, с каждым днем мы с Келлером убеждались в том, что новый корпус с вместительным трюмом нам просто необходим.

Когда все части берсеркеров были собраны и мы собрались улетать, Келлер неожиданно сказал:

— Вов, не спрашивай меня, откуда я это знаю, но в этой системе существовал охранный пост для защиты от охотников. Если сюда прилетел объединенный флот и уничтожил базу, то вполне возможно, что сам замаскированный пост остался цел.

— Меня начинают пугать твои познания о берсеркерах, — сказал я, слегка нахмурившись.

Та информация, которой владел Келлер, была уникальной. Очень странно, что на корабле, который я нашел в моей Галактике, имелась информация о другом месте Вселенной.

— Я сам иногда себя боюсь, — пошутил Келлер, но по его голосу я понял, что он озадачен не меньше меня.

Решив проверить его информацию, мы направились к тому месту, где должен был находиться пост защиты. Им оказался астероид размером поменьше, чем тот, на котором находилась база.

— Как-то не похоже, чтобы тут что-то было, — сказал я, сканируя астероид радаром.

— Я уверен, что он здесь, — ответил Келлер и добавил: — Я выпустил дронов-рабочих, через несколько минут узнаем результат.

Дронам понадобилось двадцать минут на то, чтобы найти замаскированный люк на поверхности астероида, вскрыть его и проникнуть внутрь. Следя за картинкой, передаваемой сканерами дронов, я видел только голые помещения, вырезанные лазерами в скале, и огромный пустой ангар, в котором, по-видимому, раньше располагались шипы.

— Похоже, что все корабли защищали базу и погибли, — расстроился я.

— Да, жаль, — ответил Келлер. — Ладно, проверим последние помещения и отзовем дронов.

Последним помещением оказалась ремонтная мастерская, в которой находились несколько дронов-рабочих, куча запчастей и какие-то контейнеры.

— Хоть что-то, — проворчал я.

— Дроны нам в любом случае пригодятся, — заметил Келлер.

Когда все из мастерской было доставлено на корабль, мне пришлось два найденных контейнера размещать в рубке управления, поскольку свободного места больше нигде не осталось, все проходы были завалены частями роботов и контейнерами с добытой рудой.

— Думаю, ты не удивишься, если я тебе скажу, как эти контейнеры открываются? — спросил меня Келлер.

— Ничуть, — подтвердил я, действительно не удивившись. — Лучше скажи, для чего они нужны?

— В таких контейнерах перевозили собранных дронов, — ответил он.

— Да ну?! — не поверил я. — Контейнеры выглядят слишком маленькими для этого.

— Сейчас откроем их и увидим.

Я отжал указанные Кораблем замки, контейнеры раскрылись, и их стенки упали на пол. Я увидел, что внутри, повторяя контуры контейнеров, находилось нечто металлическое серебристо-серого цвета.

— Вова, ты счастливчик, — радостно сказал мне Келлер.

— С чего это вдруг? — подозрительно спросил я, присматриваясь к непонятным штуковинам.

— Подцепи к вон тем разъемам кабели питания — и я покажу тебе почему, — весело ответил он.

Все еще не понимая, что за демонстрацию затеял Корабль, я вытащил из бокса запасные кабели питания и подключил их к указанным разъемам на металлических боках непонятных штуковин.

Через пару минут я застыл от удивления. Кубы начали разворачиваться и трансформироваться, как в мультиках про роботов-трансформеров. Вскоре предо мной предстали два робота: невысокие, ниже меня, на странных трубообразных ногах и с клешнятыми захватами вместо рук. На их плечах были непонятного назначения квадратные коробки, а на предплечьях закреплены какие-то странные длинные цилиндры.

— Это еще что за чудища? — спросил я в недоумении у Келлера.

— Эх, не понимаешь ты, Вова, своего счастья, — ответил мне он. — Перед тобой роботы из последней серии дронов-абордажников, предназначенные как для космического, так и наземного абордажей. Ноги у них заканчиваются магнитными захватами, совмещенными с маневровыми двигателями на антиматерии, а вместо ладоней — такие же магнитные захваты с ручными фазорами.

— А как они по части работы телохранителями? — тут же поинтересовался я. — Не хочется на разных бандитских планетах отдавать деньги за услуги сопровождения.

— Я уже подключился к их блоку управления и провожу необходимое перепрограммирование. Теперь их приоритетным заданием будет любой ценой сохранить тебя, — ответил Келлер. — Ну и, соответственно, меня тоже.

— Это радует, — хмыкнул я, оглядывая дронов со всех сторон. — А что это у них за фиговины на плечах? Коробки какие-то…

— Эти, как ты их называешь, фиговины — пусковые ракетные установки. Если захватить корабль не удается, то его всегда можно взорвать.

— Главное, чтобы они меня при этом не взорвали, — пробурчал я.

— Я же не враг себе, — ответил Келлер с явно ехидными интонациями. — Пока не сделаю копию себя, буду тебя холить и лелеять.

— Ну ладно, занимайся дронами, а я стартую к Полярису, — ответил я. — Прямо не терпится узнать, на сколько кредитов мы насобирали частей и металлов.

Полет прошел без проблем, а тех пиратов, что попытались атаковать меня на подлете к планете, быстро отогнали военные патрули.

Подлетев к научной базе, я запросил разрешение на стыковку, и после подтверждения легитимности моего ключа охотника мне дали добро. Пристыковавшись, я запросил у диспетчера информацию о том, с кем мне можно связаться, чтобы сдать части берсеркеров. Диспетчер настолько поразился моему сообщению, что сам лично переключил меня на главу отдела исследований берсеркеров. На экране появился маленький сморщенный астанин.

— Зачем отвлекаете меня от работы? — недовольно проскрипел он, глядя на нас с монитора.

— Доктор Ярен, тут один охотник хочет сдать части берсеркеров, — оправдываясь, сказал ему диспетчер.

Тут астанина как подменили.

— Что? И вы молчите? Почему меня сразу об этом не предупредили? Первая партия за последние двадцать лет, и они молчат! Где пристыковался корабль? Док номер три? Иду, ничего без меня не трогайте!

Сразу после этого голосвязь с ним прервалась, мы с диспетчером недоуменно переглянулись, и тот покрутил пальцем у виска. Я улыбнулся ему и сказал:

— Ох уж эти ученые.

— Ты, главное, на корабль никого не пускай, пока об оплате не договоришься, а то назовут цены столетней давности и плакали наши денежки, — напомнил мне вездесущий Келлер.

— Ты не умничай, а ломай базу данных станции, нам позарез нужно побольше информации о берсеркерах, — ответил я.

— Да работаю уже, — буркнул Келлер. — Система охраны сложная, хочу войти аккуратно, чтобы не оставить следов, а это непросто.

— Вот и болтай поменьше, а лучше свои говорильные процессоры подключи к взлому, — подколол его я.

В последнее время Келлер с его заботливостью стал невыносим. Опять что-то пробурчав, он занялся делом, а я, закрыв за собой люк, вышел в шлюзовую камеру навстречу ученому.

Конечно же, первым делом мы с Келлером снова собрали всех боевых дронов в компактные кубы и спрятали их в рубке управления, заперев люк. Поскольку больше ничего криминального у нас на борту не находилось, я был спокоен.

Долго ждать мне не пришлось. Через минуту после того, как я оказался в шлюзовой камере станции, туда вломился астанин с кучей помощников и роботов. Промчавшись мимо меня, начальник отдела исследований принялся долбить кулаком обшивку корабля, а я и все остальные с интересом наблюдали за этим действом. Когда спустя некоторое время ученый убедился в бессмысленности отбивания кулаков, он начал экспансивно изъясняться на непонятном моему переводчику языке. Только по посиневшему лицу другого астанина, стоявшего рядом со мной, я догадался, что темпераментный ученый говорит не о проблемах мироздания.

Решив не накалять обстановку, я обратился к ученому мужу, быстро выговаривая слова, чтобы тот не мог меня перебить:

— Добрый день, господин ученый. Я рад встрече с вами, но, прежде чем вы получите доступ к моему кораблю, давайте договоримся о цене. Вот опись всего имеющегося на борту, с головидео каждого объекта, тут же указана моя цена за него. Цены взяты из общего прайса научных центров, так что если хотите поторговаться — я готов.

С этими словами я достал из кармана кристалл с информацией и протянул ученому.

В базе данных охотников имелась информация о том, что случаи, когда части берсеркеров забирали, а охотника оставляли ни с чем, происходили довольно часто. Если же тот начинал возмущаться, вызывали военных, которые с «почетом» провожали бедолагу восвояси, без денег и товара.

От моей наглости начальник отдела замер с открытым ртом, а его сопровождающие выпучили на меня глаза. Я почувствовал себя бабочкой, которую прокололи булавкой и положили под микроскоп для всестороннего изучения.

— Ну не хотите, как хотите, — сказал я, нарушив всеобщее молчание. — Полечу в другой научный центр, говорят, у пентагрионов хорошо платят.

Зря я произнес название этой расы в присутствии астанских ученых. Как только те услышали об этих, самых ненавистных для них существах, как все хором разразились ругательствами. Мой переводчик опять скромно молчал.

«Нужно найти другого, — подумал я, — из-за этого недоучки все интересное пропускаю».

В общем-то, взрыв ученого негодования был легко объясним: те ученые, которыми не заинтересовалась пентагрионская шпионско-диверсионная служба Индоваз, считались бездарностями, поскольку эта служба выбирала свои объекты, руководствуясь только одним критерием — компетентностью. Вторым фактором ненависти было то, что эта служба крала все, до чего дотягивались руки ее шпионов, и это, понятное дело, не приносило ей популярности в научных кругах. Если не своровали изобретение у одного из ученых, то уж точно стащили у его коллеги или оппонента.

Когда мне надоело слушать ругательства в свой адрес, я спокойно повернулся к ученым спиной и направился к выходу из шлюзовой камеры. Меня остановил все тот же начальник отдела. Пылая злобой, он буквально выплевывал слова мне в лицо:

— Ты! Считающий себя разумным существом! Должен знать, насколько важны наши разработки для всего Содружества! И никакой помощи, никакого сотрудничества! Вместо этого от вас только и слышишь — деньги, деньги, деньги! Я заплачу тебе все, что ты там насчитал, не торгуясь, а теперь не мешай мне забрать мои приобретения!

— Сначала оплата, — разозлившись, заявил я.

Не объяснять же, в конце концов, этому лабораторному червю, что мне нужно оплатить стоянку возле их базы, закупить топливо на дальнейший полет, приобрести новый корабль и оборудование для него.