В распахнутое окно вырвались пламя и дым.

Беглецов обдало горячим воздухом.

Пейнтер выбрался из-под сенатора. Когда отголоски взрыва затихли, он метнулся к окну, закрыл створку и установил железную решетку на место.

Пусть нападавшие гадают, как можно было выбраться из запертого помещения.

Если повезет, это замешательство позволит выиграть несколько лишних минут, пока преследователи будут обыскивать гостиницу. Пейнтер вернулся к Гормену.

— У меня в двух кварталах отсюда машина. Они поспешили прочь от гостиницы.

Гормен пыхтел, стараясь поспеть за Пейнтером, то и дело хватаясь за ушибленное плечо. Через квартал он остановил своего спасителя и, глядя ему в глаза, задал извечный вопрос:

— Черт побери, кто вы такой?

— Обыкновенный сотрудник государственного ведомства, — пробормотал Пейнтер, поглощенный новой задачей. Закрепив микрофон на шее, он включил передатчик. — Монк, как у вас там дела?

Монк услышал в ухе несколько неразборчивых слов, но когда он снял противогаз, ему в рот набилась пена. Он снова навалился на дверь, надеясь, что она каким-то чудом откроется. Должно быть, замок сработал, как только полилась пена.

Может быть, отсюда есть другой выход.

Но прежде чем Монк успел двинуться с места, сверху хлынула горячая вода. Пена тотчас же начала стремительно таять. Меньше чем за тридцать секунд от толстого слоя, покрывавшего пол, не осталось и следа.

Монк оглянулся на Крида. Тот был похож на тощего мокрого щенка, собирающегося встряхнуться. Его глаза лихорадочно блестели от пережитого потрясения.

— Биологически активная пена, — объяснил Монк. — Она использовалась в качестве обеззараживающего вещества для уничтожения патогенов в воздухе. Нам она не опасна.

В доказательство его слов щелкнул замок. Должно быть, он был оснащен таймером, запрограммированным на время проведения стерилизации. Повернув ручку, Монк вышел в коридор.

И в это время в дальнем конце послышались возбужденные голоса. Монку была хорошо видна площадка перед лифтами. Дверь туда была приоткрыта. На площадке кто-то спорил по-норвежски. Монк узнал форму охранников.

Автоматическое включение системы очищения от патогенных веществ не осталось незамеченным.

Монк застыл на месте. Возвращаться в лабораторию с грибами было нельзя. Несомненно, это место проверят в первую очередь. Оставался единственный выход. Монк быстро пересек коридор и приложил ладонь к считывателю у двери напротив. Он затаил дыхание, дожидаясь, пока сработает сканер, наблюдая за дверью в конце коридора и моля бога о том, чтобы никто из охранников не обернулся.

Наконец замок отперся. Мысленно вздохнув с облегчением, Монк толкнул дверь. Они с Кридом быстро проскочили внутрь.

Монк оставил дверь приоткрытой, чтобы наблюдать в щелочку за коридором.

Отряд охранников из четырех человек возглавлял лаборант в белом халате. У него был такой вид, словно его только что подняли с постели. Судя по всему, для того чтобы попасть сюда, требовалась определенная форма допуска.

Монк осторожно прикрыл дверь, но остался стоять пригнувшись, слушая то, что происходило в коридоре. Дверь в другую лабораторию открылась и закрылась. Несколько человек осталось в коридоре. Монку были слышны их приглушенные голоса. Он не знал, сколько их, но в конце концов решил, что не меньше трех. И что дальше?

— Посторонитесь немного, — послышался позади голос Крида.

Монк обернулся. Его напарник сбросил куртку и надел халат, потом вытер волосы и грубо расчесал их пятерней. Пока Монк наблюдал за дверью, Крид сходил в лабораторию со стеклянными ульями и теперь вернулся в тамбур.

— Что ты задумал? — спросил Монк, оглядывая парня с ног до головы.

Крид отступил в сторону. Внимание Монка привлекло движение за закрытой стеклянной дверью. В лаборатории сгущалась туча кружащих пчел.

— Что ты сделал? — спросил Монк.

Крид поднял руку. В ней была коробочка с сетчатой стенкой.

— Я похитил матку. — Он указал влево. — И открыл улей.

Монк нахмурился. Сквозь отверстие для лотка из стеклянного улья вырывалась густая клубящаяся туча пчел.

— Но зачем? — не понимал Монк.

Пчелы собирались плотной массой у закрытой внутренней двери.

— Определенно, это дикие африканские пчелы, — пробормотал Крид, не отрывая взгляда от похищенной матки. — Очень уж они агрессивные.

— Все это замечательно, но я повторяю — зачем?

— Для того чтобы мы могли выйти отсюда. — Крид указал на внутреннюю дверь, ведущую в лабораторию. — Откроете ее по моей команде. Но сами ocтавайтесь за ней.

Монк потихоньку начинал понимать. Поменявшись местами с Кридом, он передвинулся к внутренней двери. Крид застыл перед дверью в коридор, наблюдая за разбухающим пчелиным облаком.

Бурлящая оранжево-черная туча облепила стеклянную дверь и стены, привлеченная запахом своей матки. Жужжание стало таким громким, что у Монка по спине поползли мурашки.

Крид ждал. Коробочку с пчелиной маткой он положил на пол. Встревоженное облако cтало таким плотным, что сквозь него с трудом пробивался свет.

— Приготовились, — сказал Крид, выпрямляясь. Монк ухватил ручку двери.

Напоследок еще раз пригладив волосы, Крид повернулся к двери в коридор и рывком распахнул ее. Монк оставался в укрытии, но ему были слышны изумленные возгласы охранников.

Крид что-то недовольно бросил им по-норвежски.

Пока охранники решали, исходит ли от этого нового незнакомого лаборанта угроза, Крид ногой толкнул к ним по полу коробочку с маткой.

— Давай! — крикнул он.

Распахнув дверь настежь, Монк спрятался за ней. Клубящееся облако тотчас же вырвалось в прихожую гневным кулаком.

Крид отступил назад, полностью распахивая дверь в коридор. Дорога к матке была открыта, и рой густой тучей устремился в коридор. Охваченный паникой, один из охранников выстрелил.

Это была ошибка.

Монк достаточно разбирался в африканских пчелах и знал, что они очень восприимчивы к громким звукам.

Последовали крики, что еще больше усугубило ситуацию.

Протянув руку, Крид схватил Монка за рукав куртки. Пора уходить. Монк выскочил следом за напарником в коридор. Необходимость соблюдать скрытность отпала. Четверо охранников извивались в плотном бурлящем облаке, покрытые сплошным слоем жалящих пчел. Разъяренные насекомые забирались им в рот и нос.

Монк и Крид бегом бросились в конец коридора. Стайка честолюбивых пчел устремилась в погоню за ними. Монка несколько раз ужалили, но рой остался рядом с маткой. На своих длинных ногах Крид добежал до лифтов первым. Выскочив на площадку следом за ним, Монк захлопнул за собой дверь.

Крид нажал кнопку вызова, и двери тотчас же раскрылись. Кабина по-прежнему находилась на нижнем этаже. Монк и Крид заскочили внутрь. Не имея времени добираться до серверов, Монк был вынужден отказаться от основной задачи. Он нажал кнопку первого этажа. Пришло время убираться отсюда. Крид не возражал.

Пока кабина поднималась вверх, Монк пристально оглядел напарника.

— А ты отлично поработал, Дуги.

— Вот как? — кисло нахмурился Крид. — Я по-прежнему Дуги?

Монк молча пожал плечами. Ему не хотелось, чтобы успех вскружил парню голову. Они вышли из лифта и поспешили к выходу. Когда они оказались в холодной ночи, у Монка в ухе послышался настойчивый шепот.

— Монк, как там у вас дела? — Это был Пейнтер. Монк большим пальцем прижал микрофон к шее.

— Сэр, мы уже уходим. Последовал шумный вздох облегчения.

— А как операция?

— У нас возникли кое-какие неприятности с пчелами.

— С пчелами?

— Я все объясню позже. Мы встречаемся в гостинице?

— Нет. Я сейчас направляюсь к вам. Я буду не один. Не один?

— Планы изменились, — продолжал Пейнтер. — В Осло становится слишком жарко. Так что мы поднимаем ставки и перемещаемся туда, где немного похолоднее.

Все еще мокрый насквозь после пенистого душа, Монк чувствовал, как ледяной холод проникает до мозга костей. «Куда уж еще холоднее?»

Направляясь к служебной стоянке, Монк мысленно представил себе Грея в теплой уютной палатке, перед жарко натопленной печкой. Везет же некоторым!

Глава 16

13 октября, 0 часов 22 минуты

Озерный край, Англия

Вцепившись в поводья, Грей смотрел на пылающий лес. Огонь бушевал уже со всех сторон. Маленький отряд спешно оседлал лошадей. Нельзя было терять ни минуты.

После первой огненной бури пламя притихло до адских отсветов вокруг. Долину затянуло покрывалом густого дыма, скрывшим свет звезд. Яркое зарево обозначало загоревшийся участок леса. Скорее всего, это был старый сухостой, готовый вспыхнуть от одной искры. Остальной лес, покрытый снегом, пока что держался под натиском пламени.

Однако о безопасности не было и речи. — По коням! — зычно крикнул Грей.

Нужно было двигаться. Каждая секунда приближала скрытую угрозу. Огонь распространяется в толще торфяника, простирая во все стороны дымящиеся щупальца и образуя глубокие огненные колодцы. Хотя лес оставался темным, под землей скрывалась бушующая огненная преисподняя.

По прикидкам Бойла, меньше чем через час вся долина будет объята огнем. Никакие спасатели не смогут подоспеть вовремя. Грей с помощью спутникового телефона связался с Пейнтером, вкратце объяснил ему ситуацию и сообщил координаты, полученные с помощью навигатора. Но даже директор «Сигмы» вынужден был согласиться с тем, что времени вызвать спасательную авиацию нет.

Маленький отряд был предоставлен самому себе.

Грей вскочил в седло, и в этот момент один из массивных камней, образовывавших кольцо, повалился вниз, поскольку прогоревший торфяник больше не мог выдерживать его вес. Тяжелая глыба рухнула на землю, поднимая сноп искр. Следом за первым камнем начали падать и остальные, причем некоторые полностью исчезали в огненных колодцах.

Этот пожар не был естественным.

Кто-то подпалил торфяник, намереваясь уничтожить место раскопок — и всех, кто здесь находился.

Рейчел ехала рядом с Греем, крепко сжимая поводья. Ее лошадь дико вращала глазами и испуганно ржала. Впрочем, наездница была испугана ничуть не меньше.

Все понимали, какая опасность им грозит.

Когда вспыхнул пожар, одному пони удалось вырваться из загона. Обезумевший от страха, закинув голову, он убежал в лес. Через мгновение послышался громкий треск, вверх взметнулись высокие языки пламени, и раздалось пронзительное ржание.

Грей проводил взглядом монолит, медленно опускавшийся в огненное болото, напоминая о том, какая опасность кроется прямо под ногами. Один неверный шаг — и их ждет та же судьба, что и бедного пони.

Грей увидел подбегающую к нему Сейхан. Это ее пони запаниковал и удрал в лес. Нагнувшись, Грей схватил молодую женщину за руку, подтянул и усадил в седло позади себя.

— Пошли! — крикнул он, указывая на самый темный участок леса, где пока что еще не виднелись багровые отсветы.

Им нужно было вырваться из огненного кольца и подняться выше в горы.

Дорогу прокладывал Грей, Бойл следовал за ним. Впереди семенил Руфус.

— Собака найдет безопасную дорогу, — уверенно произнес профессор. Его лицо было пепельно-серым. — Горящий торфяник испускает очень сильный запах. Руфус учует то, что не видим мы.

Грею хотелось надеяться, что Бойл прав, однако над всей долиной стоял смрад горящего торфа. Маловероятно, что собачий нюх уловит едва заметное отличие дыма от подземного пожара. Но что еще им оставалось делать?

И возможно, собака действительно что-то чуяла. Терьер бежал вперед, петляя по лесу, то и дело останавливаясь и поворачивая вбок.

Грей ехал медленной рысью, стараясь соблюдать осторожность не в ущерб скорости. Собака пересекла заснеженный участок и перепрыгнула через ледяной ручей. Казалось невозможным, что в такую холодную ночь, под землей, укрытой снегом и льдом, бушевал огненный ад.

Однако беглецам напомнил об опасности благородный олень, который выскочил у них на пути, напуганный огнем. Дикое животное уверенно промчалось между деревьями, затем выбежало в покрытую снегом лощину. Вдруг земля под оленем разверзлась. Его задние ноги провалились в огненный колодец, поднимая фонтан пламени и раскаленного пепла. Олень вытянул шею в предсмертной агонии, затем его тело обмякло и скрылось из виду, опустившись под землю. Вверх взметнулся столб дыма. Волна горячего воздуха разогнала ночную прохладу.

Этот урок отрезвил всех.

— Господи Иисусе, — пробормотал Ковальски. Сейхан крепче обхватила Грея за талию.

Беглецы продолжили путь через окутанный дымом! лес. Темнота то и дело озарялась новым заревом — это распространяющийся под землей ад прорывался на поверхность, превращая в факелы сухие деревья. Одно такое дерево они объехали стороной. Это был старый дуб, кряжистый, расщепленный молнией. Языки пламени плясали на белых ветвях, предупреждая о невидимой опасности, которая расползалась под корнями.

Даже Руфус замедлил бег. Собака останавливалась все чаще, крутила головой, принюхиваясь, и громко скулила, очевидно, уже не такая уверенная. И все же терьер вел всадников за собой, иногда вынужденный возвращаться назад и пробегать прямо между ног испуганных лошадей.

И вот наконец Руфус окончательно встал. Впереди было старое пересохшее русло, неглубокая извивающаяся впадина. Казалось, никакой угрозы здесь нет, но собака нерешительно бегала вдоль берега. Один раз она осмелилась было спуститься вниз, но тотчас же передумала и вернулась назад. Определенно что-то ее пугало. Руфус возвратился к застывшим в напряжении всадникам, и его тихое завывание переросло в проникнутый ужасом скулеж.

Привстав в стременах, Грей всмотрелся в лес. Повсюду вокруг подземный пожар начинал вырываться на поверхность, обнажая свое истинное огненное лицо. Невдалеке повалилась огромная сосна, увлекая за собой более мелкие деревья. Она с треском рухнула на землю, поднимая гейзер пламени. Все больше и больше деревьев разделяли ее судьбу. Теперь уже целые участки леса проваливались в пылающее болото: одни деревья не могли больше стоять, после того как у них сгорали корни, другие просто падали под собственной тяжестью, так как сама земля под ними превращалась в раскаленный пепел.

Грей прекрасно понимал, что им нельзя оставаться на месте. Чем дольше они будут ждать, тем хуже станет их положение. Нужно было добраться до окрестных гор.

— Ну же, старина, — попытался ласково подбодрить собаку Бойл. — Руфус, у тебя все получится. Ну же, мой мальчик, отыщи дорогу домой.

Собака пристально посмотрела на хозяина, затем повернулась к высохшему руслу. Ее начало трясти. Она опустилась на задние лапы. Решение Руфуса не вызывало сомнений. Безопасной дороги вперед не было.

Спрыгнув на землю, Грей передал поводья Сейхан.

— Жди здесь.

— Что ты задумал? — спросила Рейчел.

Грей подошел к замшелому камню, лежавшему рядом. Ему требовалось убедиться наверняка. Опустившись на корточки, он вытянул камень из земли и подтащил к краю заснеженного русла. Распрямив руки, Грей швырнул камень по пологой дуге вниз. Камень упал в самую середину русла — и тотчас же провалился в огненную пропасть. Вверх взметнулось пламя. Снег по краям дыры стал с шипением таять, испуская облачка пара.

Провал сразу же начал увеличиваться в размерах, распространяя вокруг пылающие щупальца. Тут и там вдоль русла появились новые дыры. Брошенный валун произвел то же действие, что и камень, упавший в гладь пруда. Огненные круги лавинообразно побежали во все стороны — это преисподняя получила доступ к свежему кислороду. Пламя трещало и плевалось, мгновенно превращая снег в пар. Пожар стремительно распространялся вдоль русла пересохшей реки.

— Никак нельзя было обойтись без этого, — проворчал Ковальски. — Не мог оставить все в покое.

Не обращая на него внимания, Грей подошел к другому валуну. Выдернув камень из земли, он со всей силы забросил его на противоположный берег, до которого было меньше восьми ярдов. Камень с глухим стуком упал на покрытую снегом землю.

— Там почва еще прочная. Если мы сможем перебраться на другую сторону… — Грей вопросительно посмотрел на Бойла. — Насколько хорошо ваши горные пони умеют прыгать?

Профессор с сомнением посмотрел на объятое пламенем русло.

— Конечно, лошадки хороши, — неуверенно произнес он, — но уж больно далеко нужно прыгать, черт побери.

Свое суждение высказал Ковальски:

— Как будто у нас есть выбор!

В этот момент позади с грохотом рухнуло еще одно дерево.

— Да, это правда, — согласился Бойл.

— Я попробую первым.

Подойдя к своей лошади, Грей протянул руку, чтобы помочь Сейхан спуститься.

— Я с тобой, — ответила та.

— Нет. Лишняя ноша только помешает…

— А ты видишь здесь свободных лошадей? — отрезала Сейхан. — Мне в любом случае придется прыгать вдвоем с кем-то. А твой жеребец самый сильный.

Грей вынужден был признать, что она права. Он сел в седло. Остальные освободили место, давая ему возможность отъехать подальше от берега для лучшего разбега.

— Держись крепче, — бросил Грей.

Сейхан послушно обвила его руками и прижалась щекой ему к спине.

— Давай, — прошептала она.

Наклонившись в седле вперед, Грей пришпорил коня, отпуская поводья. Жеребец, и без того уже на взводе, словно поняв, чего хочет от него всадник, устремился вперед, грохоча копытами. Всего за несколько шагов он разогнался до галопа.

Грей даже через седло ощутил исходящую от лошади силу. Выпуская из раздутых ноздрей облачка пара, вытянув вперед шею, жеребец продолжал набирать скорость — и вот он выскочил на берег.

В одном могучем напряжении мышц пони прыгнул высоко вверх. Оторвавшись от седла, Грей ощутил мгновение невесомости. Сейхан крепко держалась за него сзади. Они пролетели над огнем, обдавшим их волной горячего воздуха.

И приземлились на противоположном берегу.

Грей откинулся в седле назад, мастерски погасив силу инерции пружинистым движением ног в стременах. Жеребец пробежал еще несколько шагов и остановился, подчиняясь натянутым поводьям.

Сейхан продолжала сидеть, вцепившись в Грея.

Вернувшись к пылающему руслу, Грей облегченно вздохнул. Опасаясь, что голос подведет, он махнул рукой, призывая остальных последовать за ним. По всему его телу пробежала дрожь. Сейхан никак не могла расцепить обнимающие Грея руки.

— У нас получилось, — пробормотала она, вжимаясь губами ему в спину.

Остальные быстро начали переправляться на эту сторону. Первым прыгнул Бойл, держа на коленях Руфуса. Грей вынужден был признать: старый профессор определенно умел ездить верхом.

Следующей прыгала Рейчел. Отъехав подальше, она помчалась к берегу. Возможно, самый крупный пони был у Грея, но у Рейчел лошадь несомненно была самой быстрой. На полной скорости она выскочила на берег, но тут произошло непредвиденное.

Одно копыто продавило мягкую землю, и пони поскользнулся. Его развернуло вбок, и прыжок получился слишком низким.

Грей понял, что лошади и всаднице не суждено достичь противоположного берега.

Рейчел как могла старалась удержаться в седле. Сразу же после прыжка она почувствовала, как центр тяжести кобылы смещается в сторону. Молодая женщина сдавила коленями бока лошади, чтобы не вылететь из седла. Подтянув поводья к самой груди, она резко наклонилась к луке седла.