Глава 2
ПОЛЯРНАЯ ОДИССЕЯ
Необычный подводный караван двигался двенадцатиузловым ходом в стылой глубине Баренцева моря. В голове колонны шла малошумная АПЛ-«охотник»[АПЛ — атомная подводная лодка.] класса «Барс», проекта 971УМ, вслед за ней скользили в водной толще три подлодки-ракетоносца «Мурена» проекта 667Б и 667БД Но сейчас баллистические ракеты Р-29 в отсеке-«горбе» позади рубки уступили место специальным наливным емкостям-танкам для нефти и резервуарам Дьюара для сжиженного газа. Все три лодки были выведены из состава флота по причине морального устаревания ракетного комплекса. Им на смену пришли стратегические подводные крейсеры «Борей» 955-го проекта с баллистическими ракетами «Булава-30» и «Булава-30М». А «Мурены», вместо того чтобы разрезать на металл, тратя на это немалые деньги, к большой радости «экологических активистов» из организации «Беллона» переоборудовали в подводные танкеры. Экипажи для них набирали из опытных подводников, уволенных в запас. Большинство из них, прослужив несколько десятков лет на Севере, успели досконально изучить непростые условия плавания в высоких широтах — отмели, айсберги, подводные скалы и хребты.
Караван вышел из Североморска и, дойдя до границы паковых льдов, продолжил свой путь под ледяным панцирем. Подледная навигация была очень сложна — нужно было внимательно следить за курсом, ведь дно океана — это не бескрайняя равнина. Здесь есть подводные хребты, плато, долины и ущелья. А сверху над нагромождением подводных скал нависает ледяной панцирь, тянущийся в глубину острыми клыками сталактитов, которые запросто могут распороть борт подводной лодки. А еще — айсберги с их непредсказуемыми и опасными маршрутами. Штурманы подводного каравана практически не покидали своих постов, корректируя прокладку курса по данным гидролокаторов и эхоледомеров. Ситуация усложнялась еще и тем, что в высоких широтах вблизи магнитного полюса Земли «сходили с ума» компасы и другое навигационное оборудование. Поэтому все расчеты велись в так называемой системе квазикоординат, когда вся сетка параллелей и меридианов Земли меняется местами. «Квазиполюса» проходят через экватор, а «квазиэкватор» — на полюсах.
И все же подводная навигация по Северному морскому пути была гораздо безопасней и экономически выгодней, чем надводная. Атомным субмаринам не страшны полярные штормы, для проводки караванов не нужно использовать огромные ледоколы, вести ледовую разведку вертолетами. Да и использовать подводные маршруты можно практически круглый год.
Сейчас подводный и подледный поход уже подходил к своему завершению. Находящийся в центральном посту капитан, ветеран дальних походов и подводного противостояния двух сверхдержав, принял доклад командира боевой части связи:
— Товарищ капитан, мы засекли приводной радиомаяк. Пеленг идет, чисто берется.
— Ясно. Штурман — держать курс по пеленгу радиомаяка. Старпом, подвсплываем на глубину пятьдесят метров, дифферент пять градусов на корму!
— Есть курс — по радиомаяку. Подвсплываем на глубину пятьдесят. Дифферент — пять градусов на корму.
Хоть переоборудованные подлодки-танкеры и числились сейчас судами гражданского флота, порядки на них оставались военными. Да в подплаве иначе и нельзя, дисциплина — залог безопасности.
— Включить телевизионную систему слежения!
— Телевизионная система включена.
На экранах среди темной бездны, куда редко проникал луч света, показалась россыпь огоньков. Это была подводная топливная база и одновременно — грузовой терминал по перекачке нефти и сжиженного газа. Углеводородное сырье поступало сюда по многокилометровым трубопроводам от огромной буровой платформы, на сегодняшний день — самой большой в мире.
Боевая АПЛ-«охотник» отошла в сторону, чтобы не мешать подводным танкерам швартоваться к подводной базе.
Подойдя к подводному нефтегазовому терминалу, субмарины-танкеры включили мощные прожекторы. В лучах света виднелись герметичные модули подводного причала и турбонасосной станции, огромные сферические емкости сжиженного газа и нефти. К ним шли трубопроводы от расположенной в нескольких километрах огромной буровой платформы. От нее вертикально вниз спускались в бездну водоотделяющие колонны, которые тянутся вертикально до самого дна. Здесь установлена пятнадцатиметровой высоты башня, так называемая противовыбросовая задвижка, внутри которой находятся гидравлические клапаны и аппаратура автоматического управления. А под ней в шельфе стоит стальная обсадная колонна, которую и связывает с буровой платформой полый титановый сосуд водоотделяющей колонны.
Атомные подводные лодки-танкеры подошли к подводному причалу. Раскрылись массивные броневые крышки бывших ракетных шахт — сейчас они скрывали нефтеналивные и газосберегающие емкости. Навстречу выдвинулась заправочная эстакада, автоматически произошла стыковка форсунок с горловинами лодочных танков, и турбонасосы погнали внутрь «черное золото», а сосуды Дьюара начали наполняться сжиженным газом.
Массивная буровая платформа казалась утлым островком среди бескрайней стихии белого льда и свинцово-серой воды. «Белый медведь», так она называлась, была самым высокоширотным и самым большим сооружением по промышленной добыче нефти и газа. Располагалась она на подводном хребте Менделеева, который был частью шельфа Северного Ледовитого океана, принадлежащего России. Вполне оправдывая имя великого русского химика, это геологическое подводное образование подарило своей стране несметные сокровища. Недавно именно здесь, на границе полярных владений, были обнаружены богатейшие запасы нефти и газа, залегающие на большой глубине.
Согласно международным правовым нормам, если морская территория является продолжением материка, то на нее не действует ограничение о 200-мильной экономической зоне. Однако «цивилизованный мир» думал иначе: никто не хотел видеть Россию сильной. А стране, раскинувшейся почти на одной шестой суши и делающей сейчас стремительный рывок вперед, были крайне необходимы энергоресурсы.
В кратчайшие сроки на северодвинских верфях «Севмашпредприятия» была спроектирована и построена уникальная сверхглубокая буровая платформа «Белый медведь». И вскоре она была отбуксирована к новому месторождению. Буровая рассчитывалась на крайне неблагоприятные условия Севера и комплектовалась всем необходимым для длительной и сложной работы в течение полярной ночи.
В качестве автономного источника энергии на ней был установлен компактный ядерный реактор, как на подводных лодках. Буровая также имела собственную доковую площадку, нефтеналивной терминал и целое звено вертолетов Ка-32, которые исключительно хорошо зарекомендовали себя в полярных условиях. Добыча «черного золота» началась.
Однако сразу же русским стали мешать. Несмотря на то что буровая платформа находилась на территории русских полярных владений, корабли и самолеты НАТО под началом Великобритании и изрядно побитого в Карибском море ВМС США постоянно действовали на нервы русским морякам и нефтяникам.
Вот и сейчас почти вровень с вертолетной площадкой буровой платформы завис британский истребитель вертикального взлета и посадки «Си Харриер». Он раскачивался на струях газовых сопел, расположенных в носовой и кормовой частях, а также на законцовках крыльев. Бороться с силой земного притяжения самолету также помогали и поворотные сопла подъемно-маршевого двигателя. Ветеран еще Фолклендской войны 1982 года смотрелся грозно и демонстрировал подвешенные под крылом ракеты. А в это время его напарник кружил над буровой, оглашая ледяную пустыню ревом своих двигателей.
Один из рабочих в сердцах выставил английскому летчику оттопыренный средний палец.
— Блин, как же они уже задрали! Все мускулами играют! Мало им было Украины и Венесуэлы!
— Сюда бы «зеушку»[Зенитная пушка ЗУ-23-2.]… — мечтательно сказал стоящий рядом с ним специалист по автоматизированным системам управления из Донецка. — Я из такой пушки «Черного ястреба» под Торезом[Торез — город в Донецкой области.] завалил.
Но пушка не понадобилась. Разрывая воздух ревом мощных турбин, над буровой платформой пронеслась пара тяжелых сверхзвуковых истребителей-бомбардировщиков Су-34ПЛ.
Висящий всего в нескольких метрах от буровой английский летчик к такому раскладу готов не был. Неизвестно, что там у него случилось, но самолет вдруг завалился «на спину», накренился и рухнул на огромную льдину, дрейфующую рядом с русской буровой платформой. В последний момент сработала система катапультирования, выбросившая кресло пилота из истребителя. Взрыв запятнал копотью чистый снег, а пилот под оранжевым куполом упал на ледовое поле возле русской буровой платформы. Почти сразу же к месту аварии вылетел один из вертолетов Ка-31 со спасателями.
— «Альбатрос-2», прикрывай! Берем второго «Харриера» в «клещи». — Капитан Игорь Чайка передвинул РУДы[РУД — рычаг управления двигателем.] вперед, увеличивая тягу турбин. — Второй паре — занять четыре тысячи и прикрывать нас.
— Вас понял командир, выполняю.
Игорь закренил тяжелый истребитель-бомбардировщик, заходя в хвост уходящему английскому истребителю. Тот попытался было уйти со снижением, но пара Су-34ПЛ быстро нагнала его. Тогда англичанин переменил тактику. Он до предела снизил скорость и, пользуясь газоструйной системой управления, почти завис на месте, а потом полетел вперед хвостом!
— Командир, что он творит?! — Штурман головного Су-34ПЛ Александр Смирнов был просто в шоке от увиденного.
— Спокойно, Сашка, он нас просто на понт берет! Долго он на таком полетном режиме не протянет. Уходим вверх! — Игорь взял ручку на себя.
Но внезапно его осенила идея получше. Капитан Чайка подошел почти вплотную к летящему задом наперед «Си Харриеру» и на проходе выполнил «Кобру Пугачева». Ручку управления на себя, секторы газа назад до минимума — и р-раз! Тяжелый Су-34ПЛ вздыбился, встав на хвост и отклонившись «всем телом» назад. Казалось, что он вот-вот перекувыркнется и рухнет, закрутившись в штопоре. Но летчик удержал контроль над истребителем-бомбардировщиком весом в сорок четыре тонны. Ручка управления отклонена вперед, двигателям дан полный газ — Су-34ПЛ опустил нос в стремительном «змеином рывке». Подействовало.
«Харриер» переворотом через крыло вошел в пикирование, чтобы набрать скорость. Перейдя в горизонт,[В горизонтальный полет (летн. жаргон).] он сбросил подвесные топливные баки и попытался уйти на сверхмалой высоте.
— Вот уж это знаменитый английский снобизм, — пробормотал себе под нос Игорь Чайка, выписывая невероятные маневры на сверхмалой высоте.
Пара русских истребителей-бомбардировщиков шла буквально по пятам за улепетывающим «Си Харриером», словно гончие за зайцем. Английский пилот снова попытался сманеврировать на малой скорости. На что и Игорь Чайка, и Сашка Смирнов лишь скептически ухмыльнулись: мол, видел бы он нас на посадочной глиссаде при заходе на подводный крейсер! Это не Аргентина-82, сэр! Тогда «Харриеры» за счет своих двигателей с отклоняемыми соплами получили неоспоримое преимущество над «Миражами» и «Супер Этандарами». Ну а сейчас феноменальная, «фирменная» аэродинамика истребителя ОКБ Сухого и двигатели с управляемым вектором тяги оставили далеко позади старичка «Харриера». Возможно, что и непревзойденные Су-27 уйдут в прошлое, но что придет к ним на смену?
А пока два русских истребителя-бомбардировщика Су-34ПЛ все же зажали его в «клещи», как ни старался английский ас выкрутиться, но русские летчики все время держали его на «коротком поводке». Показав, таким образом, кто хозяин в полярном небе, краснозвездные самолеты резким разворотом ушли прочь, туда, где во льдах ждал их подводный атомный авианесущий крейсер под Андреевским флагом.
Массивное черное вытянутое тело «Северстали» резко контрастировало с окружающей его белой ледяной равниной.
— Я «Альбатрос-1», приготовиться к посадке. Снижаемся.
— Вас понял «Альбатрос-1». Выполняю.
Один за другим самолеты снижались на посадочном курсе, цепляли тормозным гаком тросы аэрофинишеров на палубе подводной лодки и попадали в объятия «кокона» — аварийной системы торможения. Вся посадка выполнялась в автоматическом режиме, но летчики все равно балансировали на тонкой грани. Но все прошло нормально, и крайним на площадку самолето-подъемника опустился миниатюрный спасательный вертолет.
Все люки задраены, подводный атомный авианесущий крейсер «Северсталь» снова поменял стихию.
Игорь Чайка и Александр Смирнов откинулись на спинки катапультных кресел. Это был их своего рода ритуал — посидеть в «остывающем» после вылета самолете, наслаждаясь мгновениями покоя и тишины.
Вообще-то после событий у берегов Венесуэлы, где авиагруппа «Северстали» сыграла важную роль в отражении агрессии ВМС США, перед экипажем подводного крейсера, и в особенности — перед летчиками, открылись ну просто грандиозные перспективы. Новоиспеченным капитанам Игорю Чайке и Александру Смирнову предложили служить на новейшем, только что сошедшем со стапелей «Севмашпредприятия», атомном подводном авианосце. Но летчики все же остались на родной подводной лодке «Северсталь». Она стала для них домом, а экипаж — семьей. Так и сказал об этом Игорь Чайка майору Ветрову. Майор не возражал, и вот теперь Игорь стал командиром звена и одновременно — командиром авиагруппы ТК-20 «Северсталь».
— Ну, как слетали?
— Нормально, один из супостатов так обделался со страху, что с управлением не справился!
— Рисуй очередную звездочку!
Здесь же, на ангарной палубе, был и сам командир подводного авианосца капитан 1-го ранга Вячеслав Славин. Это стало новой негласной традицией, когда сам капитан, «первый после Бога», на корабле отдает дань уважения своим летчикам, которые в каждом вылете идут на огромный риск — ради Отечества.
Вот и сейчас летчики замерли по стойке «смирно», и капитан Игорь Чайка отрапортовал командиру корабля:
— Товарищ капитан 1-го ранга! Полет прошел нормально, задача по прикрытию буровой платформы выполнена. Во время инцидента один из британских истребителей, «Си Харриер», потерпел аварию, пилот катапультировался. Второй самолет боевым маневрированием вытеснен за пределы русского воздушного пространства. Докладывает командир звена Су-34ПЛ капитан Чайка.
— Вольно. Поздравляю вас, ребята. Идите в кают-компанию, отдыхайте. Капитан Чайка, потом напишете рапорт о случившемся инциденте.
— Есть.
Нервное напряжение после боевого вылета и посадки на подводную лодку, сравнимой с приземлением парашютиста на канат цирковых акробатов, требовало выхода. С шутками и прибаутками летчики пошли в кают-компанию. Там повар выдал каждому из пилотов-подводников «наркомовские» сто граммов — для снятия стресса.
Капитан 1-го ранга направился в центральный пост.
— Погружаемся. Рулевой, дифферент — пять градусов на нос. Глубина сто.
— Есть дифферент пять, глубина сто.
— Штурман, просчитайте курс в точку рандеву с нашей оперативной эскадрой.
— Есть.
Подводный авианосец «Северсталь» продолжал нести свою скрытную вахту.
Эсминец «Гремящий» проекта 956 «Сарыч» Краснознаменного Северного флота России нес боевую вахту, ведя наблюдение за совместным маневрированием авианосных ударных групп флотов Великобритании и США. Американцы и англичане, придя из моря Бофорта, вплотную приблизились к территориальным водам России и длительное время шли вдоль ее морской границы.
Переваливаясь с волны на волну, русский эсминец «вел» ударную группировку вероятного противника. Парадоксально, но разыгравшаяся непогода существенно облегчила его задачи по слежению. Когда шторма не было, американские и английские вертолеты постоянно висели над «Гремящим», а реактивные ударные самолеты Соединенного Королевства и США имитировали атаки на русский эсминец. На корабле подали зенитные ракеты на направляющие, а шестиствольные автоматы АК-630М провожали холодными зрачками дульных срезов иностранные винтокрылые машины.
Сейчас капитан 3-го ранга Сергей Романов сумел приблизиться почти вплотную к новейшему английскому атомному ударному авианосцу. Дистанция между ними составляла не более четырех кабельтовых. Внезапно от строя кораблей отделился английский эсминец «Даймонд».
Выполнив резкую циркуляцию, он лег на встречный курс с русским кораблем. Вероятно, командование объединенной англо-американской авианосной группой решило раз и навсегда избавиться от непрошеного «эскорта» русского эсминца, который вот уже четвертые сутки «висел на хвосте» мощного ударного соединения. Английский и американский атомные авианосцы, атомный ракетный крейсер, а также эсминцы и фрегаты охранения не то чтобы опасались одинокого русского корабля, но чувствовали себя как-то неуютно, осознавая, что здесь они не слишком желанные гости.
А вот русский капитан действовал решительно, осознавая, что за его спиной вся мощь Северного флота.
— Радиорубка — открытым текстом: «В случае опасного сближения буду вынужден открыть огонь!
— Есть, товарищ капитан, радиограмма передана.
Но капитан английского эсминца, как видно, ее всерьез не воспринял, корабль НАТО продолжал опасное маневрирование. Видя, как «Даймонд» выходит на контркурс, Сергей Романов коротко скомандовал:
— БЧ-2, носовая башня, предупредительный огонь! Упреждение — пол-кабельтова, наведение — визуально, по электронно-оптическому визиру. Пли!
— Есть!
С тихим гулом механизмов, тонущим в звуках штормового моря, носовая башня эсминца плавно развернулась, и дульные срезы 130-миллиметровых скорострельных орудий холодно уставились на англичан. Дистанционные взрыватели снарядов автоматически выставлены на заданное расстояние. Орудийный залп был подобен раскату грома, сорок пять выстрелов в минуту! Сплошная стена водяных столбов перечеркнула курс движения английского корабля.
Но капитан его был, видимо, тем еще сорвиголовой. «Даймонд» снизил ход, но только для того, чтобы дать ответный предупредительный залп. Рядом с бортом «Гремящего» тоже вздыбились фонтаны разрывов 127-миллиметровых снарядов носового орудия английского эсминца.
— Рулевой, держать курс! Машинное — полный ход, БЧ-2 — отстрелить помехи!
Идущий на полной скорости русский эсминец окутался молочно-белой пеленой. Небо за кормой расцветилось салютными разрывами специальных пиропатронов.
— Что теперь, ракетная атака?
«Даймонд» проектировался исключительно как эсминец ПВО, его основным оружием был зенитно-ракетный комплекс SYLVER с сорока восемью ракетами «Астер-15» или «Астер-30». После Второго Карибского кризиса его срочно довооружили двумя счетверенными пусковыми установками «Гарпун», а часть ячеек подпалубной стартовой установки зенитного комплекса переоборудовали под более тяжелые ракеты «Томагавк». Хотя все те же события у берегов Венесуэлы показали их довольно низкую эффективность по сравнению с русскими аналогами.
Два корабля мчались друг на друга, разрезая острыми форштевнями бушующие волны, и никто не хотел уступать — гордость «Владычицы морей» столкнулась с броневой, путиловской, решимостью русских моряков. Материальная, так сказать, сторона этого столкновения тоже была серьезна.