Какие силы мне пришлось применить, чтобы не перебить всех присутствующих на обеде, известно только богам, но я лишь скрипнул зубами и промолчал. В том, что Алакдар врет, у меня не было никаких сомнений, но что скрывает этот ходячий памятник истории, мне было неизвестно. Мое замешательство продлилось только секунду, и мне удалось сделать вид, что я понимаю проблемы гвельфов.

Разговор как-то сам по себе перешел в вежливый обмен комплиментами и ничего не значащими фразами. Через полчаса я, сославшись на усталость, попросил, чтобы меня отпустили спать, и встал из-за стола. Ингур сразу заявил, что брат будет ночевать у него в покоях, и проводил меня по коридорам в левое крыло замка. Мой брат занимал четыре комнаты и имел в распоряжении троих слуг из полукровок и квартеронов.

Отправив слуг приготовить мне ванну и подобрать одежду взамен унесенной в стирку, Ингур сразу же набросился на меня с расспросами. Я с трудом удовлетворял его любопытство, так как мои мысли были далеко от интересовавших его тем. В голове крутилась только одна мысль: как узнать, о чем говорили между собою Алакдар и Анхель после нашего расставания.

Смыв с себя грязь и переодевшись в халат и тапочки из гардероба Ингура, я решил прекратить фонтан славословия брата и, незаметно войдя в транс, просто усыпил его. Мне же спать абсолютно не хотелось, слишком я был возбужден после беседы с Алакдаром и поэтому приступил к обдумыванию сложившейся ситуации. Ничего, кроме попытки уйти в астрал и в бестелесном виде проникнуть в покои Алакдара, чтобы попытаться выяснить, о чем разговаривали гвельфы, мне в голову не пришло. Я постарался успокоить нервы и приступил к подготовке данного мероприятия. Ингур лежал у себя на кровати прямо в одежде и храпел как бульдозер. Чтобы храп не мешал мне сосредоточиться, я ушел дальнюю комнату, закрыл за собой дверь и начал сканирование пространства вокруг покоев брата.

Мои подозрения насчет того, что меня не оставят без контроля, подтвердились. В коридоре и под окнами я сразу обнаружил ауры охранников. Помимо них на окна уже накинули какую-то магическую сигнализацию, с которой мне раньше сталкиваться не приходилось. Сканирование также обнаружило луч Силы, пригодный для зарядки, у самой входной двери в покои, но мне пришлось залезть для удобства зарядки на стул. Через час я полностью зарядил свои девайсы и ауру. Когда я снова собирался уходить в дальнюю комнату, меня привлек тихий шум в коридоре — это Элинир привел смену караула перед дверью в покои. Меня словно током шарахнуло: зачем заморачиваться какими-то заумными способами добычи информации, когда она сама идет в руки. Я открыл дверь в коридор и позвал начальника охраны к себе в гости. Гвельф, сменив караул, зашел в покои Ингура. Я усадил Элинира в кресло и, налив ему стакан вина, просто усыпил и так уже уставшего старого воина.

Есть такая укоренившаяся ошибка среди командиров, долго находящихся на высоких постах: они все поголовно считают себя неуязвимыми. Если за них не думает охрана, то они в ее отсутствие почти беспомощны. Это подтвердилось и в данном случае. Элинир, командуя охраной замка, сам практически был безоружен, если не считать длинного гвельфийского кинжала, на нем даже кольчуги не было. Отсутствовали также какие-либо защитные амулеты, кроме сигнализатора магического сканирования. Этот девайс мне был хорошо известен, и я просто разрядил его, перекачав энергию в свою ауру. Сканирование мозга Элинира защитных блокировок не выявило, и мне ничто не мешало залезть в его подсознание.

Блуждание в лабиринтах памяти гвельфа было недолгим, потому что беседа Алакдара с Анхелем произошла не так давно и запись о ней хранилась почти на поверхности. Я настроил свое восприятие и погрузился в транс… и увидел кабинет Алакдара глазами Элинира.

Алакдар сидел в кресле с бокалом вина в руке и смотрел на мечущегося по кабинету Анхеля. Элинир стоял за полупрозрачной портьерой и, как всегда, молча ждал указаний своего господина. Он был не просто охранником, но и секретарем, собеседником и советником Алакдара. Почти двести лет они были вместе, и поэтому доверие к нему у господина было абсолютным. В его обязанности входило запоминать все сказанное в кабинете, и в случае необходимости эти слова должны быть перенесены на бумагу. Если возникали какие-то вопросы, то Алакдар просто смотрел запись в мозгу Элинира. За десятилетия тренировок данная процедура, вызывающая у других дикие головные боли, а то и сумасшествие, кроме головокружения, никаких последствий для секретаря не имела.

— Анхель, сядь и перестань мелькать перед глазами, — сказал Алакдар.

— Отец, почему ты не поставил меня в известность, что написал в письме к Викане, что я смертельно болен!

— Да потому, что девочка с места не сдвинулась бы, если бы смертельно заболел я. Викана — видящая и не раз сканировала мой организм в учебных целях. Викана прекрасно знает, что у меня лишь одна болезнь — старость, а от нее существует только одно лекарство — эликсир жизни! Для того чтобы повернуть старение вспять, мне нужна двадцатая часть всего эликсира, получаемого от Дерева Жизни. Единственное, на что я сейчас могу надеяться, — это стареть комфортно и протянуть еще лет семьдесят. Внучка у меня не круглая дура и прекрасно понимает, что я такое письмо никогда бы не написал, значит, это очередная попытка просто вытащить ее из монастыря. Ты сам виноват, когда устроил сватовство императора к Викане, девочка просто в ужасе от этого развратника.

— Отец, но я хотел счастья для своей дочери! После этого похищения Викану просто необходимо выдать замуж за достойного жениха. Среди гвельфов нельзя искать претендентов на ее руку, сразу начнется междоусобица и наш дом потеряет власть, так что, кроме Антора, подходящих претендентов на сегодня нет. Не так уж и плох император, да, он по многим постелям прошелся в молодости, а кто безгрешен? Ты, отец, когда был моложе, тоже отдал дань любовным утехам, да и сейчас твоя кровать редко остается холодной!

— Щенок, как ты разговариваешь с отцом! Вся эта заваруха началась только по твоей милости! Антор ни сном ни духом не догадывался о предстоящей женитьбе на Викане, ему и своих меранских потаскух хватало, нет, тут ты вылез с этим сватовством. Неужели ты до сих пор не понял, что бегство Селии с эликсиром жизни в Меран — это месть за отказ Виканы?

— Не смеши меня, отец! Месть за отказ выйти замуж за императора — ерунда все это.

— Ерунда, говоришь? Конечно, Антор не сам пришел к этой идее, ему помогли, и помогли наши темные родственнички! Ты думаешь, что они не знали о плохом урожае в этом году? Темные знали и о твоих планах уменьшить их долю эликсира, а главное, они знают о том, что дерево болеет! Слава богам, что о причине болезни никто не догадывается!

— Откуда у тебя такие сведения, отец?

— От твоей бывшей женушки. Эта стерва, нанюхавшись эльфийской пыли, начудила с опылением цветков и повредила плодоносящую функцию дерева. Если все будет хорошо, то урожай восстановится через сорок лет, а если плохо, то и никогда.

— Что же теперь делать? Если об этом узнают, то наш дом просто вырежут!

— Никто ничего не узнает. Это я послал наказующих убить Селию, кроме нее, никто об этом даже не догадывается, потому что нет знаний и подготовки, как у нее.

— Зачем ты тогда вызвал Викану из монастыря?

— А затем, чтобы передать ее имперцам взамен убитой Селии. Антор женится на Викане, и у нашего дома будет имперская поддержка, а значит, и шанс выжить.

— А что, если Антор надругается над Виканой и сделает ее просто наложницей?

— Тогда, сын, я сам себе перережу глотку, потому что не хочу, чтобы это сделали другие.

— Когда имперцы явятся в замок за нашей девочкой?

— Они сюда не явятся. Все будет выглядеть как очередное похищение. Имперцы устроят засаду сразу за мостом через реку Телир, затем спустятся вниз по реке и уплывут в империю.

— Отец, когда это случится?

— Я думаю, дней через пять, может, на день раньше или позже. Имперцы уже вошли в Телир на небольшом таргском дракаре, мне доложили об этом с побережья.

— Их выловит лесная гвардия и вырежет, как детей.

— Все уже обговорено, и проблем у имперцев не будет, — сказал Алакдар.

— Мне все ясно, отец, а что будем делать с этим Ингаром и его драконом?

— Будем поить-кормить и отпустим на все четыре стороны с Ингуром вместе.

— Может, захватим его и выясним, где он нашел дракона и как с ним управляться?

— Нет, сын, ты законченный дурак, хоть и бывший Великий князь. Ингар — истинный высокородный, ты хочешь, чтобы он наш замок спалил и заодно всех в нем вырезал? Я триста лет назад, когда прибыл на Геон, такой магической мощью не обладал. Дракон у него не сказочный, а самый настоящий и сделан на Геоне недавно. Ты уверен, что он прилетел один, а не с десятком таких же, как он, бойцов на драконах? Мир, из которого пришли Стас и Ингар, ужасен. Стас только один раз позволил мне заглянуть в свою память, я потом неделю в себя приходил! В битвах на Земле гибнут миллионы, их маги одним ударом сжигают города, с ним нужно дружить, а не воевать.

— Но Ингар прилетел за Виканой.

— Вот и хорошо! Имперцы похитят девочку, а Ингар попытается ее спасти. Возможно, это ему и удастся. Пусть тогда за него и выходит замуж, тем более она в него влюблена по уши. Будет очень достойная пара. Ладно, пора спать, а то я совсем вымотался за сегодня, — закончил Алакдар и встал с кресла.

Дальше ничего интересного в памяти не было. Секретарь, получив несколько ничего не значащих указаний от Алакдара, отправился проверять посты в замке.

Вынырнув из сознания Элинира, я разбудил его и сделал вид, что сплю с пустым стаканом в руке. Элинир, решив, что просто задремал, как и я, тихо поднялся и вышел за дверь. Меня же на самом деле сморил сон, и я так и заснул, сидя в кресле.

Глава 11

ОХОТА НА ИМПЕРЦЕВ

Разбудил меня пристальный взгляд Ингура, который, не желая меня беспокоить, устроился в кресле, стоящем напротив, и дожидался, когда я проснусь самостоятельно. Солнце стояло уже высоко, и я проспал завтрак, на который меня приглашали хозяева замка. Будить меня не стали, и завтракать пришлось в одиночку прямо в покоях Ингура.

Прислуга у Алакдара оказалась вышколена по высшему разряду, и моя потрепанная одежда приняла достойный вид в результате стирки, глажки и ремонта, а сапоги буквально сияли. Ингур во время завтрака порывался опять наброситься на меня с очередными расспросами, но воспитание, хоть и с трудом, сдержало этот порыв, и мне удалось обдумать информацию, полученную у Элинира.

Ситуация вокруг моей попытки найти Викану закручивалась непростая. Алакдар продал внучку имперцам в результате неизвестных договоренностей, но произошедший сговор явно ему не по душе. Мне было абсолютно ясно, что старый гвельф сказал Анхелю не всю правду. Есть в этом раскладе какой-то тайный смысл, который известен только Алакдару. Ломать голову над этим вопросом было бессмысленно, и я перешел к обдумыванию первостепенных проблем.

«Так что мы имеем на сегодняшний день? — начал я свои рассуждения. — Викана в замок не приедет, потому что ее должны перехватить по дороге имперцы. Мой прежний план спрятать ее в замке деда невыполним по простой причине, что похищение организовал сам дедушка. Значит, нужно отбить Викану у имперцев, но как это сделать, вот в чем проблема? В моем распоряжении только Ингур, который абсолютно не в курсе происходящего, и как он себя поведет, мне до конца не ясно. Высиживать в замке неизвестно что тоже нельзя, поэтому необходимо улетать отсюда, не дожидаясь осложнений, и найти место для стоянки недалеко от моста. Островок, на котором я останавливался, слишком заметен и может использоваться только как запасной вариант на черный день. Значит, улетаем из замка завтра утром, а пока готовим к полету Ингура, оружие и припасы. Для Виканы и брата нужна теплая непродуваемая одежда, а то я привезу на Танол закоченевшие трупы. Мне удалось не окочуриться от холода только благодаря возможности подогревать организм при помощи Силы. Еды нужно взять побольше. Дельтаплан троих не поднимет, а если и поднимет, то с такой перегрузкой рухнет в море через пару часов, возможно, мне придется сначала отвезти Викану на Танол и оставить ее там одну, спрятав в укромном месте, а потом вернуться за Ингуром на Тарон. Получается какая-то загадка про волка, козу и капусту. По всем раскладам моя эскадра к бухте Плача доберется позже нас, и корабли придется ждать от двух дней до недели».

— Ингар, ты не заснул? — раздался в ушах голос Ингура, прервавший мои расчеты.

— Нет, я просто задумался. Брат, мне нужна твоя помощь.

— Я сделаю для тебя все, что смогу, только попроси.

— Ингур, мы должны завтра улететь из замка на Танол, но для этого нам нужно добыть два комплекта теплой одежды, еду и пару колчанов со стрелами для лука, мои лук и стрелы не очень хорошего качества.

— Еда, луки и стрелы не представляют проблемы, а вот насчет одежды нужно спросить у кастелянши. Моя зимняя одежда осталась в Илирии, а здесь я не хозяин.

— Тогда пошли просить помощи у хозяев, — сказал я и стал одеваться.

Алакдара мы застали в кабинете. Старый гвельф принял нас как родных и тут же отдал приказ Элиниру обеспечить меня всем необходимым. Секретарь проводил нас с Ингуром в подвал замка, где хозяйничала экономка, пожилая квартеронка Люси. Выслушав приказ Алакдара, женщина отвела нас в гардеробную князя и предложила выбрать из одежды все, на что упадет наш взгляд. Мне ничего из княжеских вещей и близко не подошло. Ингуру, хотя он был лишь немного ниже меня ростом, однако оказался намного уже меня в кости, тоже ничего не подошло. Единственное из вещей, что я решил взять с собой, был женский меховой зимний охотничий комплект с капюшоном и похожий на маскхалат комбинезон, меняющий цвет, как хамелеон, в зависимости от окружающей обстановки. На вопрос, можно ли забрать эти вещи, Люси ответила, что они были приготовлены для Селии, но она ни разу их не надевала и теперь, после ее смерти, они вряд ли кому понадобятся. Забрав до кучи и меховые сапожки, я свернул все вещи в небольшой тюк, и мы вышли из гардеробной.

— Господа, я даже ума не приложу, что вам предложить из вещей князя. Все, что вы видели, вам не подходит! — удрученно всплеснула руками экономка. — Гвельфы народ стройный и гибкий, а вы настоящие богатыри.

— Уважаемая Люси, нам не обязательно нужна княжеская одежда, я согласен и на экипировку простых воинов или прислуги, лишь бы вещи подошли по размеру.

— Ну, если так, то вопрос можно решить легко. У меня есть брат, он служит кузнецом у князя Алакдара и месяц назад уехал в Илирию к родственникам. Вещи брата должны подойти вам, князь, только, возможно, будут даже немного велики.

— Я с радостью куплю их у вас, уважаемая Люси.

Через полчаса я был полностью экипирован, только маскхалат оказался изготовлен из обычной плотной ткани, выкрашенной в зеленый цвет наподобие камуфляжа. Ингуру подобрали комплект какого-то гвельфа из лесной стражи.

— Ингур, почему у стражников одежда из простой ткани, а не из такой, как комбинезон Селии?

— Ингар, эта ткань стоит огромных денег, и ее могут позволить себе единицы, в лесной гвардии только у офицеров такие комбинезоны. У меня есть такой же, только я по дурости оставил его в Илирии.

Закончив с одеждой, мы отдали ее слугам, чтобы они привели ее в порядок, а сами вернулись в покои Ингура. Брат выложил на стол все наличное оружие, которое у него было, и мы стали отбирать комплект, который стоило взять с собой. Все красивые безделушки, годные только для парадов, я решительно отбросил в сторону и оставил два лука, меч и пару кинжалов.

— Ингур, ты хорошо стреляешь из лука? — спросил я.

— Брат, ты меня удивляешь своим вопросом, я, конечно, не Арима Летящая Смерть, но на последнем празднике Нордрассила занял четвертое место среди гвельфов. Я прожил среди гвельфов десять лет и учился боевым искусствам, а учили меня жестко и хорошо.

— Как стреляет Арима, я видел, но мне необходимо точно знать, на что способен ты. Это не недоверие к тебе, просто мы скоро вступим в бой с превосходящими силами врага, и я должен грамотно поставить тебе задачу.

Ингур молча кивнул, и мы вышли из замка на берег озера. Охрана все так же стояла вокруг дельтаплана с луками в руках, и на песке вокруг него не было видно свежих следов. Я подвел Ингура к аппарату и сказал:

— Это дракон, на котором я прилетел в замок.

— Брат, ты, наверное, шутишь? — с подозрением произнес Ингур. — Эта этажерка из труб ни капли не похожа на дракона, про которого говорят легенды. Драконы во времена войн древних магов летали по небу со страшным ревом, сжигали все живое жидким огнем и травили магическим ядом. В каждом геонце живет ужас от воспоминаний столетней давности, когда во время войны Меранской империи и Чинсу народ последней воскресили двух драконов. Драконы за час сожгли и отравили полгорода, но, на счастье имперцев, драконы после этого упали на землю и сами сгорели дотла. Я видел картинки этого налета в старых хрониках, и мне читали об этом. Чинсу и сейчас угрожают имперцам драконами, в противном случае их давно бы стерли с лица Геона.

— Ты прав, когда мой дракон спит, он совсем не похож на дракона, но завтра, я думаю, ты изменишь свое мнение. Оставим пока этот разговор и лучше посмотрим, как ты стреляешь.

Ингур, улыбнувшись, размотал тетиву своего лука и молча натянул ее на верхний рог. Я последовал его примеру. Брат показал мне учебную мишень, стоящую от нас на расстоянии метров двухсот, и одну за другой выпустил пять стрел. Первая стрела еще не успела достичь своей цели, а пятая уже была в воздухе. Все пять стрел попали в цель на расстоянии ладони от центра мишени. За спиной раздались одобрительные возгласы стражников, охраняющих дельтаплан.

— Ингур, теперь попробуй поразить как можно быстрее все десять мишеней, но только через одну слева направо, а потом справа налево оставшиеся, — попросил я брата.

Ингур сосредоточился, и стрелы снова засвистели в воздухе. На этот раз он единожды промахнулся, но следующей стрелой поразил мишень. Возгласы за спиной стали громче, и один из гвельфов заявил, что Арима не смог бы лучше. Ингур даже покраснел от смущения, услышав эту реплику.

— Нет, брат, Арима бы вряд ли промахнулся, он был великим стрелком, — заявил я, чтобы у Ингура не наступила звездная болезнь.

— Ингар, а где ты видел, как стреляет Арима Летящая Смерть? Я слышал, что он погиб где-то в империи, в неравном бою, убив при этом с полсотни врагов.

Если разобраться по совести, то нужно было проигнорировать этот вопрос, но понты прорвались наружу, я сам страдал звездной болезнью.

— Судьба свела нас с Аримой в поединке, и мне пришлось убить его, — распустил я павлиний хвост.

— Как?! — только и смог выговорить обалдевший Ингур.

— Я застрелил его из лука, — этак скромненько заявил ваш покорный слуга, пожав плечами.

За спиной раздался настоящий гвалт голосов, требующий немедленного доказательства правоты моих слов. Меня буквально распирало от самомнения, и я решился на демонстрацию своих талантов.

— Ингур, как ты думаешь, вон то дерево на другой стороне озера не является священным и может служить в качестве мишени?