Крик рвется и с уст Джейни, но замирает в горле.
Она охрипла.
Пальцы онемели.
От этого кошмара ее трясет как в лихорадке.
Девочки переглядываются в темноте. Мелинда ворочается, стонет и затихает.
— Как ты? — шепотом спрашивает Джейни и тоже садится.
Керри кивает, тяжело дыша, и со сдавленным смущенным смешком, дрожащим голосом шепчет:
— Нормально. Извини, что разбудила. Страшный сон приснился.
— Может, расскажешь? — с замирающим сердцем спрашивает Джейни.
Мысли у нее путаются.
— Не стоит. Ложись спать.
Керри укладывается на бок. Мелинда ерзает, перекатывается поближе к Керри и снова затихает.
Джейни смотрит на часы. 3.42.
Она измотана. Соскальзывает в сон…
...3.51
…и резко приходит в себя посреди роскошной просторной спальни. На стенах висят вставленные в рамки постеры «*NSYNC»[«*NSYNC» — американская мальчиковая группа, созданная в 1995 году и имевшая оглушительный успех (название составлено из последних букв имен участников). Подростковая история вокруг этой группы достигла пика в марте 2000 года, когда их новый альбом «No Strings Attached» был продан за первую неделю в количестве 2,4 миллиона экземпляров и стал самым быстро продаваемым альбомом в истории поп-музыки. С 2002 года фронтмен группы Джастин Тимберлейк занялся сольной карьерой.] и Шерил Кроу.[Шерил Кроу — американская певица, гитаристка и автор песен, девятикратная обладательница премии «Грэмми».] За столом сидит Мелинда и машинально рисует что-то на полях тетради. Джейни отчаянно моргает, пытаясь убраться отсюда, и осознает, что снова сидит в спальном мешке, но ее телодвижения никак не влияют на то, что она видит. Поняв это, она снова ложится — посмотреть, что будет дальше.
Мелинда рисует сердечки. Джейни подходит к ней и окликает по имени, но та не реагирует. Правда, когда кто-то стучит в окно, Мелинда мигом оборачивается, улыбаясь.
— Поможешь мне открыть окно?
Джейни смотрит на Мелинду в упор — та встречает ее взгляд и делает движение головой в сторону окна. Джейни невольно подчиняется: нехотя идет за Мелиндой к окну, и они вместе открывают его. В окно влезает Керри.
...Обнаженная до пояса.
И груди у нее как арбузы.
Когда Керри перебирается через подоконник, они раскачиваются из стороны в сторону.
Она проходит сквозь Джейни и смущенно останавливается перед Мелиндой.
Джейни пытается отвернуться, но ничего не получается. Она машет рукой у Керри перед носом, но та не реагирует. Мелинда подмигивает и заключает Керри в объятия. Они обнимаются и целуются. Джейни закатывает глаза, и тут они неожиданно снова переносятся в класс, на урок мисс Парчелли. Мелинда снова обнимается в проходе между столами — и не с кем-нибудь, а с Керри. Она ведет Керри вперед, и Джейни видит, что никто в классе решительно не обращает никакого внимания на полуобнаженную Керри и ее непомерно большие груди.
И опять Джейни сидит в спальном мешке, отчаянно мотая головой и чувствуя, как кончики косичек бьют ее по щекам, но даже это не помогает ей убраться из класса. Хуже того, приходится не только оставаться там, но и смотреть.
...Мелинда проскальзывает в кладовку, увлекая за собой Керри. Джейни, вовсе того не желая, следует за ними. Как только Керри и Джейни оказываются внутри, Мелинда закрывает дверь и снова целует Керри в губы.
Джейни наугад сучит ногами в спальном мешке.
Лягает Мелинду. Неслабо.
И снова оказывается в гостиной Керри.
Мелинда — волосы ее растрепаны — садится, озирается по сторонам и находит взглядом Джейни.
— За каким чертом ты это сделала?
Она в ярости.
Джейни, притворяясь сонной, разлепляет один глаз.
— Извини, — бормочет она. — У тебя по спальнику полз паук. Я спасла тебе жизнь.
— Что?!
— Не парься, я его согнала.
— О, круто. Тогда я еще посплю.
Джейни ухмыляется в темноте. 5.51.
7.45
Чувствуя, как что-то придавило ей ноги, Джейни открывает глаза и не сразу понимает, где она. Но тут Керри отбрасывает с ее головы клапан спального мешка.
— Просыпайся, соня.
Солнечный свет слепит глаза.
Джейни что-то невнятно бормочет и медленно садится.
Керри сидит у нее на ногах и смотрит, приподняв бровь.
И тут Джейни вспоминает. Ну и дела!
— Ты хорошо спала? — спрашивает Керри.
У Джейни сводит желудок.
— Э… да. — Она следит за реакцией подружки. — А ты?
Керри улыбается.
— Как младенец. Хоть и на твердом полу.
— Хм. Классно.
Джейни выбирается из мешка, встает и одергивает ночную рубашку.
— Ой, а где Мелинда?
— Отчалила минут десять назад. Какая-то она… странная. Сказала, что у нее в восемь урок фортепиано, а она забыла.
Керри хмыкает.
Джейни усмехается. Ей хочется есть. Вдвоем они принимаются за завтрак. Керри, похоже, напрочь забыла о своем кошмаре.
А вот Джейни ничего забыть не может.
Когда они уминают тосты, Джейни исподтишка присматривается к бюсту подружки. Каждая грудь у Керри не больше половинки яблока.
Вернувшись домой, Джейни падает на кровать, размышляя об этой странной ночи. Гадает, случается ли такое с кем-нибудь еще. Но в глубине души она знает, что, скорее всего, нет.
Потом она проваливается в сон и просыпается далеко за полдень.
Решив, что все эти ночевки в гостях не для нее.
И с этим ничего не поделаешь.
7 июня 2004 года
Джейни шестнадцать лет. Теперь она сама покупает себе одежду. Да и продукты частенько тоже. Социального пособия матери хватает на оплату жилья и выпивку, но больше почти ни на что не остается.
Еще пару лет назад Джейни устроилась в дом престарелых, чтобы подрабатывать несколько часов после школы и по выходным. А сейчас, в летние каникулы, она работает полную неделю.
Руководству дома престарелых и сотрудникам Джейни нравится. Особенно они довольны ее работой в каникулы, поскольку она готова подменить кого угодно, выйти в любую смену, хоть в дневную, хоть в ночную. Если кому-то нужно взять больничный или отпуск, можно смело рассчитывать на Джейни.
Ей нужны деньги, и все это знают.
Джейни собирается поступать в колледж.
Пять, а то и больше дней в неделю она надевает форму медицинского персонала и садится на автобус. Ей нравится ухаживать за стариками. Они никогда не спят слишком крепко.
Джейни и Керри по-прежнему живут по соседству, продолжают дружить и свободное время частенько проводят у Джейни: пока ее мать лежит в отключке в своей комнате, они смотрят фильмы или сплетничают о мальчишках. Ну и о других вещах тоже — например, почему отец Керри всегда такой злющий, а мама не любит гостей. Правда, Джейни кажется, что тут и толковать не о чем: нелюдимые они, и все тут. Просто и ясно. Всякий раз, когда Керри спрашивает, нельзя ли Джейни остаться у нее на ночь, родители отвечают:
— Хватит и того, что она ночевала у тебя на твой день рождения.
Керри даже не считает нужным напомнить, что было это четыре года назад.
Бывает, Джейни задумывается о Карсоне и гадает, действительно ли Керри единственный ребенок. Но Керри категорически не расположена обсуждать такие темы. Как будто боится: если они заведут разговор о чем-то таком, ее прорвет.
Керри по-прежнему дружит и с Мелиндой. Родители у нее все такие же богатые, а сама Мелинда теперь играет в теннис. И еще она в группе поддержки футбольной команды. У ее предков есть недвижимость в Вегасе, на острове Марко, в Вейле и, кажется, где-то в Греции. Большую часть времени Мелинда проводит с такими же детьми богатых родителей, в компанию которых приглашает и Керри.
Джейни, в общем-то, против Мелинды ничего не имеет, а вот та до сих пор ее на дух не переносит. Причем Джейни кажется, что она знает истинную причину этой неприязни, и к деньгам она никакого отношения не имеет.
25 июня 2004 года. 23.15
Отдежурившая рекордные одиннадцать ночных смен подряд и семь раз из этих одиннадцати втянутая в повторяющийся кошмар старого мистера Рида о Второй мировой войне, Джейни без сил валится на кушетку, на ходу сбрасывая туфли. По количеству пустых бутылок на журнальном столике, сплошь покрытом круглыми следами от донышек, она заключает, что ее мать у себя, в бессознательном состоянии.
Заходит Керри.
— Можно мне тут упасть?
Глаза у нее покрасневшие.
Джейни вздыхает про себя: страшно хочется спать.
— Конечно. Кушетка тебя устроит?
— Еще бы. Спасибо.
Джейни успокаивается. Если Керри будет спать на кушетке, можно не волноваться.
Керри громко фыркает.
— Ну, что стряслось? — спрашивает Джейни и, несмотря на усталость, старается, чтобы в голосе было слышно сочувствие.
Вроде бы получилось.
— Да папаша опять разорался. Меня пригласили на свидание. А он уперся: не пойдешь.
— А кто пригласил?
— Стью. Из автомастерской.
— Он же старый?
— Ему двадцать два! — вскидывается Керри.
— А тебе шестнадцать! Да он еще и выглядит старше своих лет.
— Но не вблизи. Он классный. Особенно задница.
— Может, он фанат «Dance Dance Revolution»?[«Dance Dance Revolution» (DDR) — серия танцевальных видеоигр, популярная во всем мире. Игра проходит на танцевальной платформе с четырьмя панелями: «вверх», «вниз», «влево» и «вправо». На экране — последовательность стрелок. Когда они совпадают с полупрозрачным трафаретом в верхней части экрана, игрок должен нажимать ногами ту или иную панель в такт музыке.]
Керри хихикает. Джейни улыбается.
— Ладно. У тебя найдется что-нибудь выпить? — невинным тоном осведомляется Керри.
Джейни смеется.
— Ты прямо по адресу. Чего хочешь, пива?
Она обводит взглядом бутылки на столе.
— Шнапс? Виски? Двойную порцию водки?
— А не найдется ли дешевого виноградного вина, которое хлещут алкаши в Селби-парке?
— Любой каприз!
Джейни поднимается с кушетки и ищет чистые стаканы. На кухне кавардак, что неудивительно, ведь Джейни уже почти две недели туда не заглядывала. Она нащупывает в раковине два липких стакана, моет их, а в материнском загашнике обнаруживает запасы дешевого вина в ассортименте.
— Ага, есть. «Бунс фарм» подойдет?
Не дожидаясь ответа Керри, она открывает бутылку, наливает до краев два стакана и убирает бутылку обратно в холодильник.
Керри включает телевизор и принимает у Джейни стакан.
— Спасибо.
Джейни отпивает сладкого вина и морщится.
— Ну и что ты будешь делать с этим Стью?
Ей кажется, что вопрос прозвучал почти как строчка из песни в стиле кантри.
— Погуляем…
— Если твой отец узнает, он тебя убьет.
— Ну конечно. Тоже мне новость.
Они забираются на скрипучую кушетку и кладут ноги на журнальный столик, сдвинув пустые бутылки на середину.
Под монотонный звук телевизора потягивают вино и дурачатся. Джейни встает и, порывшись у себя в комнате, возвращается с чипсами.
— Однако! Ты что, хранишь «Доритос» под подушкой?
— Это мой неприкосновенный запас. На такой случай, как сегодня.
«И на тот, когда мамаша не удосуживается купить еду, не забыв про выпивку», — думает Джейни, но вслух этого не говорит.
— А! — Керри кивает.
00.30
Джейни спит на кушетке. Ей ничего не снится. Вообще.
5.02
Джейни вдруг оказывается в сне Керри. В том самом, у реки. Опять. С того первого случая, когда им было тринадцать, она побывала там уже дважды.
Не видя комнаты, где она спит, Джейни пытается встать. Если ей удастся на ощупь добраться до спальни и закрыть за собой дверь, до того как начнется онемение, она окажется достаточно далеко от сновидицы и сумеет разорвать связь. Пальцами ног она задевает валяющиеся на полу бутылки — обходит их, опирается рукой о стену и выходит в коридор, в то время как во сне Керри они бредут по лесу.
Джейни нащупывает дверные проемы: первый по коридору — в спальню матери (тихонько, главное не наткнуться на дверь), второй — в ванную, а следующий — ее комната. Джейни заходит внутрь, поворачивается и закрывает за собой дверь — как раз в тот момент, когда Джейни и Керри выходят к реке.
Связь разорвана.
Джейни облегченно вздыхает, оглядывается по сторонам, прищуривается и, убедившись, что вокруг привычная обстановка, валится на кровать и засыпает.
9.06
Проснувшись, она видит на кухне мать и Керри. Бутылки из гостиной убраны. Керри моет в раковине тарелки, а мать Джейни готовит свой утренний напиток — водку с апельсиновым соком и льдом. На плите стоит сковородка, накрытая бумажной тарелкой. На другой бумажной тарелке лежат тосты с маслом, два обжаренных с обеих сторон яйца и немного прожаренного до хруста бекона. Мать Джейни подцепляет кусочек бекона, отпивает свой коктейль и молча удаляется к себе.
— Спасибо, Керри, только зря ты этим занялась. Я как раз сегодня собиралась навести тут порядок.
— Должна же я была хоть как-то тебя отблагодарить, — весело отзывается Керри. — Как тебе спалось? Когда ты легла?
Джейни медлит с ответом, заглядывает в сковородку — там картофельные оладьи.
— Ух ты! Когда я легла? Ну… Не так давно. Уже светало. Я вымоталась.
— Это потому, что ты со своей работой не знаешь меры.
— Ну, зато я знаю, зачем мне это надо. Я хочу поступить в колледж. И рано или поздно добьюсь своего. А ты хорошо спала?
— Нормально…
Вид у Керри такой, словно ей хочется что-то добавить, но она молчит.
Джейни подцепляет с тарелки кусочек. Она здорово проголодалась.
— Наверное, тебе снились сладкие сны?
Покосившись на Джейни, Керри берет очередную тарелку и вытирает полотенцем.
— Хм… Я бы так не сказала.
Джейни принимается за еду, но у нее сводит желудок. Она ждет и, когда молчание уже становится неловким, спрашивает:
— Может, поделишься?
Снова надолго воцаряется молчание.
— Нет, — наконец отвечает Керри. — Не стоит.
УСКОРЕНИЕ
30 августа 2004 года
Первый день учебного года. Джейни и Керри уже в предпоследнем, одиннадцатом классе.[В США школьники посещают сначала младшую школу, потом среднюю, потом старшую — high school (четыре последних класса, с 9-го по 12-й).] Они стоят на автобусной остановке на своей улице. Рядом ждет автобус стайка учеников. Многие волнуются, боятся не успеть к началу уроков. Джейни и Керри делают вид, что им нет никакого дела до новеньких.
Автобус опаздывает — к счастью для Кейбела Страмхеллера, который пришел на остановку позже всех. Джейни и Керри знают его как облупленного: с девятого класса в школе у него одни проблемы. Каким он был раньше, Джейни не помнит, а к ним в класс он попал, потому что остался на второй год. Он все время опаздывает. И выглядит как обкуренный. Правда, за лето он вымахал — стал выше дюймов на шесть. Черные волосы падают ему на глаза засаленными прядями, и сутулится он так, словно, будь коротышкой, чувствовал бы себя намного лучше. Он стоит в стороне от всех и курит.
Случайно поймав его взгляд, Джейни кивает. Он прячет глаза, смотрит себе под ноги, торопливо докуривает сигарету и втаптывает окурок в песок.
Керри толкает ее локтем в бок.
— Смотри, твой бойфренд.
Джейни закатывает глаза.
— Очень смешно.
Керри невзначай разглядывает его, пока он не смотрит в их сторону.
— Да, за лето он избавился от прыщей. А может, просто замазал их каким-нибудь чудо-средством.
— Прекрати! — шикает на нее Джейни, посмеиваясь.
Разговор ей не нравится, но исподтишка она присматривается к парню. Судя по одежде, он из такой же бедной семьи, как и она.
— Он просто себе на уме. Тихоня.
— Торчок, вот он кто. И у него на тебя стоит.
Глаза Джейни сужаются, выражение лица становится жестким.
— Хватит, Керри. Я серьезно. Ты как Мелинда.
Джейни смотрит на Кейбела. Джинсы у него коротковаты. Ей ли не знать, каково это, когда над тобой издеваются, потому что ты одета безвкусно и дешево: неудивительно, что ей хочется за него заступиться.
— Наверное, родители у него не миллионеры, как и у меня.
— Я вовсе не как Мелинда, — тихо говорит Керри.
— Тогда чего ты к ней липнешь?
Керри пожимает плечами.
— А я почем знаю? Потому что она богатая.
Наконец появляется долгожданный автобус. Из-за множества остановок дорога занимает двадцать пять минут, хотя до школы не больше пяти миль. Ученики предпоследнего класса, как Джейни и Керри, по неписаным правилам школьного автобуса относятся к элите и поэтому занимают места подальше от водителя. Кейбел проходит мимо них и плюхается на сиденье сзади: Джейни чувствует, как его колени упираются в спинку ее кресла, и, обернувшись, заглядывает в просвет между своим сиденьем и окном. Кейбел сидит, подперев подбородок, глаза закрыты, и их почти не видно под сальной челкой.
— Черт! — выдыхает Джейни.
Слава богу, Кейбел Страмхеллер не спит.
Во всяком случае, в автобусе.
И на уроках химии тоже.
И на английском.
И остальные, как выясняется, тоже не дрыхнут. После первого учебного дня Джейни возвращается домой с облегчением.
16 октября 2004 года. 19.42
Керри и Стью стучатся в окно Джейни, и она с грохотом его распахивает. Стью при полном параде, нацепил даже черный и узенький кожаный галстук, а Керри в облегающем черном платье с шалью, к которой приколота огромная орхидея.
— Увидела у тебя свет, вот и решила заглянуть, — объясняет Керри свой нежданный визит. — Слушай, пойдем с нами, потанцуем. Долго не задержимся. Давай?
Джейни вздыхает.
— Какие танцы, Керри? Ты ведь прекрасно знаешь, что мне нечего надеть.
Керри достает и показывает Джейни платье, все в серебристых, похожих на макаронины, полосках.
— Вот — зуб даю, оно тебе будет как раз. Я его взяла у Мелинды. Она обозлится, когда увидит в нем тебя, а не меня. И подходящие туфли я тоже прихватила.
Керри ехидно улыбается.
— У меня голова немытая, и вообще…
— Да ты классно выглядишь, Джейни, — встревает Стью. — Пойдем, не сидеть же мне весь вечер с тинейджерами. Пожалей старого человека.
Джейни ухмыляется. Керри шлепает Стью по руке.
Джейни подходит к входной двери, забирает платье и через десять минут возвращается.
21.12
Джейни пьет третью кружку пунша, а Керри и Стью уж в который раз идут танцевать. Джейни остается за столом одна.
21.18
Десятиклассник, о котором Джейни знает, что он «ботаник», приглашает ее на танец. Она разглядывает его. Говорит себе: «Ну и хрен с ним!» И соглашается. Она на голову выше его.
Он кладет голову ей на грудь, а руки на ягодицы.
Она отталкивает его голову, что-то бормочет, находит Керри, говорит, что ей пора домой и она уходит прямо сейчас.
Керри, не переставая обнимать Стью, машет ей рукой.
Джейни ломится через заднюю дверь спортивного зала и попадает в облако густого дыма. Похоже на тусовку готов. Ничего себе.
— Ой! — вскрикивает кто-то.
Джейни понимает, что заехала этому кому-то дверью, и извиняется, не оглядываясь.
Отмахав не меньше мили в туфлях на каблуках, Джейни чувствует, что у нее сейчас отвалятся ноги. Она снимает лодочки и спешит босиком через придомовые лужайки. Дома поначалу попадаются довольно красивые, но чем дальше она идет, тем хуже они становятся. На траве выпала роса, а лужайки уже не такие ухоженные, как в начале пути. Ноги у Джейни мерзнут.
Кто-то появляется рядом так незаметно, что она не сразу обращает на него внимание. Парень несет скейтборд. Еще двое опускают свои доски на землю, становятся на них и, удерживая равновесие, катят впереди Джейни.