6.01
Голова раскалывается.
Липко. Холодно.
Все лицо в крови. Она лежит ничком на холодных плитах.
Ей кажется, что глаза открыты, но зрение почему-то долго не восстанавливается.
Она не в силах пошевелиться.
Откуда-то издалека доносится голос Кейбела, который выкрикивает ее имя, зовет дежурного.
Керри визжит.
Для Джейни все черно, как ночь.
6.08
Джейни укладывают на каталку. Она сосредотачивается. Пытается проснуться. Голова трещит.
Ее выкатывают в коридор полицейского участка.
— Стойте, — хрипит она.
И откашливается.
— Стойте.
Над ней склоняются двое парамедиков.[Парамедики — медицинские работники, которые оказывают пострадавшим первую помощь до отправки в стационар.] Джейни открывает глаза. Правда, открыть удается только один, но она различает тени. Это уже хорошо.
— Со мной все в порядке, — бормочет она и пытается сесть. — У меня бывают приступы, это обычное дело. Все уже прошло. Видите?
Джейни вытягивает руки, чтобы показать, что все нормально.
И видит на них кровь.
Ее глаза расширяются, она пытается полностью восстановить зрение.
Ощупывает лицо. Кровь сочится из рассеченной брови, заливая глаз, на котором слиплись ресницы.
— О черт! — вырывается у нее. — Слушайте, у вас не найдется бактерицидного пластыря?
Парамедики переглядываются и снова смотрят на нее.
Джейни решает сменить тактику.
— Ребята, предупреждаю, у меня нет страховки. Мне это не по карману. Так что отпустите меня, пожалуйста.
Один из них машет рукой.
— Вы ведь Джейни? Послушайте, вы лежали на полу без сознания. Разбили себе голову об угол тележки.
Она пробует уговорить их по-другому.
— Послушайте, от столбняка меня прививали недавно, так что тут все в порядке. Зато скоро мне предстоит экзамен по математике, от которого зависит, смогу ли я поступить в колледж. И вообще, я заявляю, что отказываюсь от медицинской помощи. Отпустите меня сейчас же.
Парамедики неохотно отступают, позволяя ей подняться. Она с трудом перебрасывает через край каталки тяжелые, непослушные ноги, и как раз в этот момент через контрольно-пропускной пункт проходит капитан Комиски.
— Что, черт возьми, тут происходит? — оживленно осведомляется она. — О, мисс Ханнаган, привет. Приходим или уходим?
Джейни бросает взгляд на каталку, хватает кусок марли и прикладывает его к брови, пытаясь остановить кровотечение.
— Ну, теперь я здесь не останусь ни секунды, — бормочет она.
Набирает в легкие побольше воздуха.
Спрыгивает с каталки.
И приземляется, как… эта, как ее там — короче, как на Олимпийских играх.
Капитан смотрит на нее удивленно, а потом предлагает опереться о свою руку.
— Пойдемте, дорогая, — говорит она. — Похоже, ночь у вас была нелегкая.
Она отсылает парамедиков, и они исчезают.
Джейни благодарно улыбается, прижимая к глазу тампон из марли. Футболка у нее в крови, а ноги такие тяжелые, словно на ней башмаки из бетона. А голова как воздушный шар.
— Мне позвонили по пути сюда и сообщили новость, — объясняет капитан после ухода медиков. — Может быть, нам стоит поговорить у меня в офисе?
— Уверена, что стоит, — соглашается Джейни. — Ой, а который час?
Торопясь из дому, она забыла часы и теперь совершенно потеряла представление о времени.
— Шесть пятнадцать или около того, — отвечает капитан. — Думаю, наш мистер Страмхеллер уже достаточно насиделся за решеткой, как вы считаете?
Джейни трудно сосредоточиться, она знает только, что ей нужно поесть.
— Полагаю, вам виднее, сэр, — отвечает она с коротким смешком.
И вспоминает про Керри и Стью.
— Капитан, — говорит Джейни, нервничая, — вообще-то я приехала сюда несколько часов назад, чтобы вызволить подругу и ее парня. Привезла деньги для залога, но у меня их не взяли, потому что восемнадцать мне исполнится только через месяц. Может, вы поможете?
— Конечно.
Джейни вздыхает с облегчением.
— Спасибо.
— Пока мы не вошли, — говорит капитан, — хочу напомнить, что для всех мы не знакомы. Понятно?
— Да, сэр, — отвечает она.
— Хорошая девочка. Пошли к твоим друзьям.
6.30
Керри вылетает из камеры, словно это душегубка. Стью за ней. Увидев, что Джейни вся в крови, Керри едва не падает в обморок, но и Джейни, и Стью оставляют ее актерское мастерство без внимания.
— Вы свободны, ребята, — говорит Джейни. — Жаль, что получилось не сразу, но мне придется еще задержаться, заполнить какие-то бумажки, протокол о несчастном случае или что-то в этом роде.
Она показывает на свой глаз и морщится, давая понять, что все это доставляет ей мало удовольствия.
— Эти копы уже достали.
Стью сжимает Джейни плечо, глядя на нее с благодарностью.
— Огромное тебе спасибо. От нас обоих. Ты настоящий друг.
Джейни улыбается, а Керри выглядит пристыженной.
— Спасибо, Джейни, — лепечет она.
— Хорошо, что ты позвонила, Керри.
«А теперь уходи».
6.34
Джейни, все еще прижимая к быстро распухающей брови тампон из марли, идет в туалет. Смотрится в зеркало. Любуется на свою рану. Наверняка останется шрам. Раньше она бы забеспокоилась, подумала о том, что нужно наложить швы, но с некоторых пор шрамы кажутся ей очень привлекательными. И этот вполне на своем месте.
Футболку, испачканную кровью, которая лилась из дюймового пореза, Джейни выворачивает наизнанку, моет лицо и руки. Набирает бумажных салфеток, размачивает их и залепляет бровь.
6.47
Джейни выходит из туалета, и подоспевший Кейбел ведет ее к гардеробу. Он выглядит усталым, но явно испытывает облегчение.
— Дай посмотреть, — говорит он.
Джейни убирает салфетки и показывает свое боевое ранение.
— Весьма впечатляюще, — говорит он шутливым тоном, но уже с тревогой в глазах добавляет: — Когда я увидел, что ты засыпаешь, я…
Осекшись, он вздыхает.
— Я ничего не мог поделать, оставалось только смотреть. Почти два часа подряд! Я чуть с ума не сошел, но выдать себя не имел права.
Джейни, вдруг осознав, что дрожит и у нее кружится голова, прислоняется к Кейбу.
Он гладит ее по спине, положив подбородок на ее макушку.
— Ты уверена, что в состоянии говорить с боссом? — заботливо спрашивает он.
Джейни, прижатая его подбородком, кивает.
— Как только мы отсюда выберемся, я раздобуду что-нибудь из еды, ладно?
Джейни улыбается.
— Спасибо, Кейб.
— Встретимся у черного хода, хорошо? Помнишь, какая дверь? Мы должны выйти по отдельности.
— Да, конечно, — мямлит Джейни.
Кейбел невозмутимо идет к лестнице и спускается вниз. Джейни сквозь метель бредет полквартала от главного входа и огибает здание, чтобы зайти с другой стороны. К двери без таблички она добирается в холодном поту. Негромко стучит. Дверь отворяется, и Джейни идет за Кейбелом вниз по лестнице.
Внутри оживление, Кейбела одобрительно похлопывают по плечу, поздравляя с удачной ночной операцией.
— Дело еще не закончено, — скромничает он.
Кейб стучится в дверь капитана.
— Войдите, — доносится изнутри.
Кейбел и Джейни входят.
— У вас у обоих сегодня экзамен? Есть время, чтобы заняться этим прямо сейчас?
— Экзамен в десять тридцать, капитан. У нас еще уйма времени.
Капитан присматривается к Джейни.
— Боже ж ты мой! — изумляется она. — Могу себе представить, какой фонарь у тебя будет к концу дня. Ты теряла сознание?
Джейни пожимает плечами.
— Я не знаю.
— Еще как теряла, — вмешивается Кейбел. — За ней надо присматривать, я весь день глаз с нее не спущу. А если понадобится, то и всю ночь.
Он говорит это вполне серьезно.
Капитан бросает в него ластиком и посылает за кофе.
— И принеси заодно бедной девочке что-нибудь перекусить, пока она не начала падать от голода.
Она выдвигает ящик письменного стола, роется в нем, достает аптечку первой помощи, а заодно пакетик арахиса — такой, которые выдают в самолете.
— Давай-ка двигайся поближе, — приказывает она.
Джейни переставляет свой стул.
— О господи, — снова бормочет капитан, щедро выдавливая на рану антисептическую мазь, вскрывает упаковку пластыря и быстро и умело заклеивает порез.
— Так-то лучше, — замечает она. — Если у твоей матери или отца возникнут вопросы о том, что с тобой произошло, пусть звонят мне. Думаю, мы сумеем это уладить, лишь бы все не выплыло наружу.
Она пододвигает Джейни пакетик с арахисом.
— Угощайся.
— Да, сэр, — благодарно отзывается она, разрывая упаковку. — Проблем не будет, никто вас не побеспокоит.
Кейбел возвращается с тремя чашками кофе, маленькой чашкой молока и пакетом с кексами и пончиками. Поставив перед Джейни молоко и кекс с отрубями, он плюхает ей в кофе тройную порцию сливок и три кусочка сахара.
Джейни дрожащими руками подносит чашку ко рту и с наслаждением пьет прохладное молоко.
— Замечательно, — говорит она, переводя дух.
— Теперь за дело, — начинает капитан. — У тебя есть что доложить, Кейбел?
— Да, сэр. Значит, когда мы где-то минут десять десятого пришли на вечеринку, там уже вовсю курили марихуану, а где-то к половине одиннадцатого в ход пошел кокаин. Никак не меньше пяти ребят и несколько взрослых нюхнули по «дорожке». Мистер Уайлдер отозвал меня в сторону, и мы обсудили наши дела. Он и сам был под кайфом, но насчет бизнеса соображал четко, был доволен, как все идет, и признался, что у него есть возможность, как он выразился, «выбросить на рынок» дополнительную партию товара. Конечно, Бейкеру и Коббу этого было достаточно, хотя где он хранит свой запас, мы так и не узнали. Они прибыли в течение трех минут, накрыли притон и тех, у кого не хватило ума разойтись по домам, доставили в участок. Само собой, там оказался и мистер Уайлдер с обоими детьми — миссис Уайлдер на вечеринке не было. Думаю, она здесь ни при чем.
Он посматривает на Джейни и пожимает плечами, как бы извиняясь.
— Керри была здорово под кайфом, разошлась не на шутку, так что пришлось и ее прихватить. Ты уж извини.
Джейни улыбается.
— Ничего, может, станет умнее.
— Ну вот, к двум часам ночи вся компания уже в участке, — продолжает Кейбел. — И как раз когда приезжает Джейни, чтобы вызволить Керри и ее парня, мистер Уайлдер, основательно осоловевший, отключается, несмотря на всю эту кутерьму вокруг.
Он выпрямляется и умолкает.
Капитан кивает.
— Хорошая работа, Кейб, как всегда.
Она поворачивается к девушке.
— Джейни. Скажу сразу. Ты у нас не работаешь, с нами не сотрудничаешь, и мы не обращались к тебе с просьбой помочь нам в расследовании. Соответственно, никто не вправе требовать от тебя доклада о том, что было до того, как ты ударилась об эту чертову тележку, которую я сразу после нашего разговора прикажу выбросить на свалку. Но если у тебя есть желание и ты считаешь, что можешь добавить что-то, заслуживающее внимания, буду рада тебя выслушать.
Капитан записывает что-то в блокнот, прячет его в карман и продолжает:
— Как ты уже слышала, мы так и не смогли узнать, где тайник. Поэтому любая информация может оказаться ценной. Вспомни, не видела ли ты во сне что-то важное?
Сообразив, что это звучит как шутка, капитан усмехается.
— И не торопись, дорогая.
Джейни, к которой уже вернулась способность соображать, прокручивает в голове кошмар мистера Уайлдера. Один эпизод заставляет ее сосредоточиться, она закрывает глаза, озадаченно качает головой и снова смотрит на капитана.
— Может быть, это звучит глупо, но хотелось бы знать, есть ли у мистера Уайлдера яхта?
— Да, — медленно отвечает Кейбел, — сейчас она в зимнем ангаре. А почему ты спрашиваешь?
Воцаряется молчание. Джейни не настолько доверяет своей интуиции, чтобы быть уверенной, но, с другой стороны, терять ей нечего.
— А оранжевые спасательные жилеты?
Капитан, явно заинтригованная, подается вперед, и ее голос звучит немного хрипло.
— Джейни, не бойся ошибиться. Подозрение есть подозрение. Знала бы ты, сколько их оказывается ошибочными, но без этого преступления не раскроешь.
Джейни кивает.
— Я не буду пересказывать этот бесконечный сон от начала до конца, если только вы сами не попросите. Но лучше всего я запомнила вот что… Мы на яхте в океане. Прекрасный солнечный день. Вдалеке виднеется нечто, похожее на тропический остров, и мистер Уайлдер правит к нему. Миссис Уайлдер загорает на палубе, в передней части яхты — как она называется? Короче говоря, ближе к носу. И тут погода внезапно меняется. Небо затягивает тучами, поднимается ветер, яхта все сильнее раскачивается на волнах. Я хочу сказать, налетает самый настоящий ураган…
Она умолкает, закрывает глаза и снова оказывается там. В состоянии, похожем на сон.
— Мистер Уайлдер приходит в ярость, потому что все его попытки приблизиться к острову ни к чему не ведут. Если и удается подогнать к нему яхту, очередной волной ее отбрасывает назад, еще дальше. Совсем как в том кино, не помню названия, там еще Том Хэнкс играет парня, который попал на необитаемый остров и подружился с волейбольным мячом…
Капитан хмыкает.
— Кажется, он называется «Изгой», Ханнаган.
— Да. Наверное. В общем, миссис Уайлдер по-прежнему сидит на палубе и читает книгу, не обращая внимания на шторм. Что, конечно, странно. Муж говорит ей, чтобы она спустилась в каюту за спасательными жилетами, но она не слышит. А потом яхта начинает кружиться на месте, ее швыряет на риф, и все летят в воду. Яхта разбивается вдребезги, и все, что было в каюте, оказывается на волнах среди обломков. Миссис Уайлдер барахтается в воде, а мистер Уайлдер плавает вокруг места крушения. Он видит, что его жена тонет, хватает спасательные жилеты — там их плавает штук пятнадцать, и ему удается схватить сразу восемь или девять. Он разворачивается и плывет к ней.
Джейни закрывает глаза и сглатывает. Голос у нее дрожит.
— По-моему, он хочет спасти ее…
Кейбел закусывает губу.
Капитан предлагает сделать перерыв.
Джейни отказывается, чтобы не отвлекаться, и продолжает.
— Он плывет к ней со спасательными жилетами. Но вместо того чтобы спасти, говорит: «Сгореть тебе в аду, старая сука!» И плывет дальше, мимо нее, к берегу, со всеми этими жилетами.
Джейни переводит дух.
— Так, словно они для него дороже жизни. И…
Она умолкает и продолжает упавшим голосом.
— Эти жилеты — они не держатся на воде. Наоборот, они тонут. Тянут за собой. Вниз. Под воду. Но он их не выпускает.
Джейни открывает глаза и торжествующе смотрит на капитана.
— Думаю, сэр, то, что вы ищете, может быть спрятано в спасательных жилетах.
Капитан набирает номер и запрашивает ордер на обыск яхты.
Кейбел сидит с отвисшей челюстью.
У Джейни раскалывается голова.
— Есть у кого-нибудь обезболивающее? — слабым голосом спрашивает она.
10.30
Кейбел и Джейни приступают к выполнению экзаменационного задания по математике.
10.55
Джейни вся горит, по щекам текут соленые слезы. Она закрывает бледно-голубую тетрадь, сдает ее и выходит из класса, сопровождаемая взглядами всех присутствующих. Кейбел записывает еще несколько ответов, выжидает несколько минут и тоже сдает работу. Сначала он ищет ее на парковке и, увидев, что ее машину замело снегом, облегченно вздыхает: по крайней мере, ей хватило ума не садиться за руль. Он возвращается в школу и обходит все классы.
Пока не находит ее в пустой библиотеке, в бесчувственном состоянии, за ее столом.
Кейбел поднимает ее.
И везет в отделение скорой помощи.
По дороге он звонит капитану. Говорит, что сейчас для Джейни не самое подходящее время, чтобы ее беспокоили сны пациентов клиники.
Когда Кейб привозит Джейни, для нее уже подготовлена отдельная палата. Кейб усмехается.
— Мне нравится эта работа, — бормочет он.
У Джейни обезвоживание. Только и всего.
Ей делают внутривенную инъекцию, и Кейбел забирает Джейни к себе домой. Спит она долго. Он тоже спит, на кушетке.
Она винит в этом соленое море.
СЛАВА И НАДЕЖДА
16 декабря 2005 года. 16.30
Джейни и Кейбел снова в кабинете.
Входит капитан.
Закрывает дверь.
Садится за стол и отпивает глоток кофе. Кладет ногу на ногу. Откидывается в кресле и смотрит на них.
— Вот что мы получили, — говорит она.
Улыбается, а потом смеется, словно выиграла в лотерею.
И вручает Джейни конверт.
Внутри:
контракт,
предложение стипендии,
чек.
— Прочитай внимательно. И если это тебя заинтересует, скажи мне, — добавляет капитан.
Выдерживает паузу.
— Желаю успеха, Джейни.
25 декабря 2005 года. 23.19
Джейни подбирает с тарелки последние крошки пирожного. Делает обход в доме престарелых, молча прощается со спящими пациентами и благодарно обнимает директрису. Она берет с праздничного стола красный воздушный шарик, поворачивается и, медленно, зная, что это в последний раз, выходит из здания и идет через парковку к Этель.
Едет домой, а оттуда по снегу спешит к нему.
Открывает дверь.
Проскальзывает внутрь.
Он спит и во сне ждет ее.
Она ложится, прижимается к нему в темноте, целует его плечо. Он берет ее за руку. Сплетает ее пальцы со своими.
И так, установив связь, они улетают.
Наблюдают за собой со стороны.
Ловят сны.