Печать находилась сейчас на стыке двух миров, в нее никто не мог проникнуть и повлиять на что-либо. "Ножницы" сработали как надо. Они в мгновение ока отрезали меня от демона, лишив его возможности высосать мои внутренне резервы. Следующим на очереди стало плетение "копья" целиком и полностью из Искусства Смерти. На самом же деле это лишь означало, что я затратил на его создание энергию своей души, но об этом чуть позже. Кинув "копье" изнутри по куполу, образовавшемуся вокруг меня, я пробил его, но вот не учел некоторых факторов. В действительности, я попросту не знал об этих факторах. В частности, я совершенно не подозревал, что, пробив щит, я приведу в действие своего рода энергетическую бомбу. За секунду слепив из внутренних резервов свой щит, я, как невидимую пленку, натянул его поверх своей одежды, и, должен признать, сделал это вовремя, правда, все равно от этого не было никакого толку. От энергетического взрыва неразрушимый минерал под моими ногами вздыбился, подобно волнам на воде. Мне же, стоящему в эпицентре, досталось больше всего. Сначала, едва не вырвав мое "копье", пронзившее насквозь щит, взрыв перекрутил всю мою внутреннюю структуру, изменив ее до неузнаваемости. От большого количества чужеродной энергии, влившейся в мою энергетическую систему, меня чуть не порвало на части. Упав на колени, я едва не выблевал все свои внутренности. Все это происходило исключительно внутри пентаграммы, и за ее пределы вряд ли проник хоть один звук. Для всех все полыхало красным, белым и черным, земля сама по себе и совершенно бесшумно поднималась и опадала, а красные молнии били в меня прямо из ясного неба.

Справившись со спазмами, я поднял голову вверх и увидел "нить демона". Она и не думала возвращаться в свой мир, целеустремленно обшаривая края пентаграммы в поисках изъяна. Совет явно пытался что-то предпринять. Неожиданно мой взгляд остановился на Теналии. Капюшон позволял видеть лишь нижнюю часть ее лица, и я заметил легкую улыбку. Несколько расслабленная поза — она выделялась, словно белая ворона, несмотря на свои черные одеяния. Не удержавшись, я, находясь несколько не в себе, помахал ей ручкой, и в этот же момент, к моему ужасу, надо мной стало разрастаться черное пятно, проход между мирами. Его размеры уже позволяли увидеть лицо разъяренного демона. Угольно-черная чешуя на жутком подобии человеческого лица и огненные глаза, с яростью смотрящие прямо на меня. Сдавленно пискнув, я, не обращая внимания на тип энергии, своя не своя, сплел "сеть" и тут же бросил ее на расширяющее черное пятно, демон в моем мире был лишним. Испуг — хорошая вещь. Сплети я "сеть" только из одного вида энергии, обычного, ничего бы не получилось, но я задействовал три вида. Энергию Жизни, Смерти и Демоническую. Плетение, несмотря на яростное противостояние со стороны демона, довольно быстро затянуло образовавшуюся дверь между мирами.

Я уж было решил, что все закончилось, но демон все же отомстил. В последнюю секунду существования прохода он атаковал неизвестной мне рунной структурой. Энергии для полноценной защиты во мне не осталось, поэтому я лишь обреченно ждал последствий. Сгусток огня ударил мне под ноги, и, прежде чем я успел что-либо понять, меня, как из катапульты, выбросило вверх и вбок. В этот же момент проход закрылся, и защита вокруг пентаграммы прекратила свое существование, в результате чего я беспрепятственно вылетел с ее территории.

Пролетев по воздуху с четверть версты, начал стремительно падать вниз. Положение у меня было незавидное. Если воспользуюсь полноценной левитацией, то об Искусстве Видящих можно будет забыть до конца жизни, а если не воспользуюсь, то конец жизни настанет очень быстро. Пошел на компромисс и выбрал третий вариант. Перед тем, как грохнуться на крышу какого-то дома, я "притормозил", затратив на это все доступные мне резервы, вплотную приблизившись к грани, за которой Искусство перестанет для меня существовать.

От удара спиной о черепицу из легких выбило весь воздух, а в следующую секунду я почувствовал, как крыша подо мной просела. Обреченно подумав, что сегодня явно не мой день, я провалился в дом. День точно был не мой. Мало того, что провалился, так еще угодил прямиком в открытый люк, ведущий на чердак. Хозяевам, видимо, что-то понадобилось на этом демоновом чердаке. Жесткий удар о деревянную лестницу — и подо мной опять раздался отчетливый хруст. Ступеньки не выдержали, и я свалился на пол, теперь уж окончательно остановившись.

Слегка оглушенный, я поднялся на ноги. Слегка ныла спина, немного сбилось дыхание и… И все! Потрясенно осмотрев себя, сразу нашел причину. Может, день был не такой уж и плохой. Защита, наложенная еще в самом начале всей этой эпопеи, осталась по-прежнему на мне, хотя и в потрепанном виде. Магия демона попросту прошла через нее, как раскаленный нож сквозь теплое масло, практически не повредив. Не будь ее на мне, я бы в лучшем случае отделался потерей сознания, кучей синяков и вывихов, в худшем же мог отдать Эрсиану душу.

— Что понадобилось молодому господину в моем доме? — произнес любезный женский голос у меня за спиной.

— А? — ошеломленно произнес я, обернувшись.

Передо мной стояла миловидная женщина где-то тридцати-тридцати пяти лет от роду, и глазами, в которых плескался ничем не прикрытый страх, смотрела прямо на меня. Не будь на мне отличительных знаков Видящего, она давно бы уже оглушительно визжала.

— Дорогая, что там упало? — раздался снизу басовитый голос.

Это каким же надо быть ид…

— Тут молодой господин! — отозвалась она, оборвав мою мысль.

— Я, пожалуй, пойду, — промямлил я и бочком, бочком проскользнул мимо женщины. Далеко, правда, не ушел — голос, раздавшийся над городом, заставил меня испуганно замереть:

— Внимание! Жители Кардинга, просьба содействовать в поимке особо опасного преступника, Видящего, предположительно достигшего мастерства Ранл-Вирна, Лайкора Траскера. Траскер маскируется под ученика Гильдии восемнадцатой ступени, одет соответствующе. Каждый, кто окажет посильную помощь в поимке сбежавшего преступника, будет представлен к Императорской награде. На данный момент Траскер не может использовать Искусство, повторяю, весь его энергетический потенциал заблокирован.

Секундная тишина и опять:

— Внимание! Жители Кард…

Это сообщение, мягко говоря, повергло меня в искреннее изумление. Ранл-Вирн?! Нет, я, конечно, опережаю свой уровень, но это явный перебор. Уроды. Переведя взгляд на женщину, я в ужасе отшатнулся от нее. Алчности в ее глазах хватило бы на маленькое войско, только что захватившее богатый город. Императорская награда — это безбедная жизнь нескольким поколениям, статус дворянина, а также почет и уважение. Все равно, даже это не смогло бы заставить меня смотреть на человека ТАКИМИ глазами.

— ДУНАР!!! — заверещала она. — Здесь этот Видящий, которого ищут — лови его!!!

Не успел понять, что к чему, как эта баба повисла на мне, тут же расцарапав мне руку до крови. Среагировав вполне адекватно, я, тем не менее, стыдно признаться, от испуга, что есть мочи, ударил ей кулаком по голове. Женщина мгновенно отцепилась от меня, безвольной тушей рухнув на пол. Не медля ни секунды, я ринулся вниз по лестнице. Возникшего передо мной мужика просто растоптал — мне сейчас было не до гуманности. Пролетев за секунду весь дом, уже собирался выскочить на улицу, но возле двери притормозил и по-быстрому скинул с себя все, что могло выдать во мне Видящего. На улицу вышел в одежде, ничем не напоминавшей одежду ученика Гильдии. Черные брюки, черные туфли, черная рубашка и сверток с какой-то ветошью подмышкой. Моя одежда в точности совпадала с одеянием Кардинского Университета Боевых Искусств, правда, не хватало парочки деталей, да и одежда была парадной, но другой найти не смог. И так просто подстраховался, нарушив одеяние Гильдии. Я ведь не знал, что меня решили наказать печатью Хомана, думал, будет хоть и редкое, но обычное отчисление. В общем, мое жизненное кредо себя оправдало. Лучше быть готовым ко всему. К счастью для себя, всегда следовал этому правилу… почти. Идя по многолюдной улице, внимательно прислушивался к тому, что говорят.

— …убил весь Совет!

— …он в сговоре с демонами!

— …лично мне до захарда, что он там натворил, меня волнует только награда.

И все точно в таком же духе. Действительности никто не знал. Новости с площади еще не успели в полной мере дойти до этих людей, а значит, следует как можно быстрее покинуть здешний район. Можно было не сомневаться, что на мои поиски бросили большую часть учеников Гильдии, а из них, несмотря на смену одежды, меня мог узнать едва ли не каждый. Для верности Совет мог внедрить мой облик в память всем ученикам, бросившимся на мои поиски. От этих мыслей я невольно прибавил шагу, еле сдерживая себя, чтобы не перейти на бег.

Наконец, кажется, спустя целую вечность, оказался на не слишком людной улице Гвидо Великого. Официальное название у нее было другое. Потому как не так давно, не больше пары лет, какой-то идиот по одному ему известной причине решил сменить название. Вот только кого не спроси, никто новое название улицы так и не знал, поэтому все по привычки называли ее улицей Гвидо. Был когда-то такой человек, заведовавший Гильдией воров и убийц, великий человек! Я им искренне восхищаюсь. На мой взгляд, больше никто не обладал талантами Гвидо, хотя после его смерти прошло энное количество веков. Жаль, что мы родились в разное время, хотел бы я с ним пообщаться. Сейчас место "следящего" занимал какой-то никчемный, толстый, давно погрязший в своих пороках придурок. Как он получил подобное звание, для меня оставалось загадкой, хотя были весьма правдоподобные слухи. Вроде того, что Гильдия воров и Гильдия убийц едва не изничтожили друг друга, деля это место, вот и нашли альтернативу. Посадили на "трон" полного кретина, а за его спиной организовали "совет следящего", который на данный момент и заведовал всеми делами обеих структур. Надо заметить, успешно заведовал. Месяц назад убили барона Хольца, а из его дома утащили даже парадную лестницу. Такое дело можно было провернуть только при посильном участии обеих сторон. Даже жаль, что мне самому не удалось в этом поучаствовать. Буча поднялась знатная, народ до сих пор обсуждает произошедшее.

Пройдя мимо двух шпиков, что профессионально вели какого-то знатного господина, нырнул в подворотню. Переступая через различный мусор, некоторое время шел по закоулкам, пока не зашел за очередной дом. Нырнув в подвал давно заброшенного магазинчика, некоторое время постоял, привыкая к кромешной темноте, после чего медленно двинулся в противоположный угол. Дойдя до него, ногами расшвырял всякие обломки-деревяшки, затем в определенной последовательности и нужных местах нажал на участки стены. Раздалось тихое шуршание, и в двух шагах от меня кусок пола приподнялся и медленно сдвинулся в сторону. Я лишь криво усмехнулся. Когда-то за этот фокус выложил баснословные для меня деньги и считал, что защита на моем убежище высшего класса. Теперь… теперь я стопроцентно знаю, как крупно меня надули. Подобное связующие плетение я мог воспроизводить уже в первый месяц своего обучения. Главная сложность в них — это стабильность, сделать так, чтобы они не рассеялись.

Щелкнув пальцами, чтобы включился свет, спрыгнул вниз. "Печать встречи" сработала как надо. Мягко опустившись на пол, хлопнул ладонью по стене справа от себя. С шуршанием вход над моей головой закрылся. Свет стал ярче. Дом, милый дом.

Свое жилище я постарался сделать как можно уютнее. Мягкий ковер с густым ворсом, лежащий на всем пространстве пола, двуспальная кровать с балдахином, две тумбочки, стоящие по бокам кровати, и на обеих присутствовали шары света. Напротив меня маленькая кухня, а в двух шагах был даже туалет на самый крайний случай, если нельзя было покидать убежище. Причем, с наложенной на унитаз печатью, уничтожающей продукты жизнедеятельности. Только я предпочитал им не пользоваться, больно уж неприятные ощущения возникали. Разбить помещение на несколько комнат не удосужился, из-за чего, сидя на унитазе, у меня появлялось глупое чувство, будто сейчас кто-то зайдет. Воздух же в помещении был чистым и свежим, а главное, теплым. Еще одна полезная печать, в моем случае даже полезнее холодильного шкафа, находящегося на кухне. Последняя деталь интерьера — круглый столик, стоящий в центре комнаты, прямо под люстрой света, и расположенные рядом с ним глубокие кресла с высокими спинками. Предполагалось, что там будут сидеть мои друзья, вот только за все существование моего дома такие не появились.

Я лелеял надежду, что об этом месте вообще никто не знает. Даже Видящего я сюда приводил только ночью, предварительно его перед этим усыпляя и, на всякий случай, завязывая глаза и связывая руки. Уводил его отсюда точно таким же образом. Из-за этой предосторожности пришлось выложить немало денег поверх тех, что Видящему пришлось отдать за работу, но безопасность превыше всего!

Бросив вещи в кресло, пошел к холодильному шкафу. Достав бутылку вина, штопором вытащил пробку и прямо из горла сделал пару глотков. Только после этого действительно почувствовал себя в безопасности. Когда же это осознал, навалилась такая дикая усталость, что еле нашел в себе силы раздеться. После чего дополз до кровати и, щелчком погасив свет, рухнул на ложе. Причем уснул, едва щелкнув пальцами.

Не знаю, сколько прошло времени, но проснулся от неясного чувства опасности. Открыв глаза, с удивлением увидел, что свет горит, хотя точно помнил, как его выключал.

— Неужели проснулся? — раздался мелодичный, явно женский голос со стороны кресел.

Сотни картин, одна хуже другой, тут же промелькнули перед моими глазами. Поняв, что если покажу свой страх, будет только хуже, расслабился и, натянув на губы вежливую улыбочку, приподнялся на локте. Увиденное, несмотря на ситуацию, искренне меня порадовало. В кресле сидела молодая девушка среднего роста, волосы цвета пшена собраны в тугую косу, которая была переброшена через плечо и спускалась между двух соблазнительных холмиков, доходя почти до пояса. Голубые глаза смотрели на меня взглядом кошки, загнавшей в угол беззащитную мышку. Впрочем, я был занят разглядыванием ее фигуры. Черная ткань плотно прилегала к телу девушки, в точности повторяя все его изгибы, глаз невозможно было отвести.

— Привет! — радостно воскликнул я. — И что же такого ангела, как ты, заставило спуститься с небес под землю к такому ничтожному человечку, как я?

— Императорская награда, — по-птичьи склонив голову набок, ответила она.

Я сразу поскучнел.

— Убийца? — поинтересовался я.

Девушка утвердительно качнула головой.

— И как столь очаровательное создание опустилось до такой профессии?

Ответа на свой вопрос я не дождался, впрочем, я на него и не рассчитывал. С такой красотой вполне можно предположить, что ее изнасиловали, вот она теперь всем и мстит, а, может, с психикой чего-нибудь не то, и ей нравится убивать. Но первое было более правдоподобным.

— Заканчивай представление, — неожиданно зло произнесла девушка. — Вставай, одевайся и пошли. Я хочу еще до обеда получить свою награду.

Из того, что она сказала, получалось, что я проспал чуть меньше суток. Вот только энергии во мне было столько же, сколько и вчера. Купол, образованный наложенной на меня печатью, все так же оставался на месте, как и "копье", пробившее его. Все внутренние резервы уходили на поддержание "копья". Только, вот странность, расходовалась лишь энергия жизни, она же Мира, а вот энергию Души я просто не чувствовал. Создавалось ощущение, будто у меня ее никогда и не было. Видимо, даже частичное наложение печати привело к блокированию этого Источника. Несколько мгновений анализа сложившейся ситуации, и я заметно помрачнел. Фактически печать была наложена, вот только энергию из меня качал не демон, а собственное плетение. Проживу я столько же, сколько полагается Видящим, а в идеале они бессмертны, но не смогу сплести ни одной рунной структуры. Веселенькое будущее, нечего сказать.

Отбросив невеселые мысли, я выбрался из кровати и с кряхтением потянулся, после чего нахально посмотрел на девушку. И мои брови удивленно взлетели вверх. Моя персональная убийца смотрела на меня со смущением. Если бы не надо было внимательно следить за моими действиями, я готов поспорить, она бы отвернулась.

— Святой Идор! — совершенно искренне произнес я. — За мной пришла убийца-девственница!

Может, мне показалось, а может, и нет, но вроде она заскрипела зубами.

— Знаешь, какое у меня прозвище? — Ее злобная ухмылка не предвещала мне ничего хорошего, даже ее смущение стало почти незаметным. — Я кое-что разузнала о тебе, и, судя по всему, ты не понаслышке знаком с другой, — она подчеркнула это слово, — "жизнью" этого города, поэтому должен знать о некой, которую называют Тихая Смерть.

Вообще, мне после этого заявления полагалось, если не упасть в обморок, то картинно побледнеть точно. Считается, что нет лучшего убийцы, чем эта девушка. Сколько смертей на ее счету, я не знаю, но за сотню могу поручиться. И когда только успела? Ведь совсем еще молодая. Суть же в том, что ее прозвище должно было нагнать на меня страху, вот только у меня на нервной почве от словосочетания "тихая смерть" возникла ассоциация с "черной вдовой", а отсюда и сопутствующие пошлые мыслишки. Поэтому, повалившись на кровать, я зашелся в приступе неконтролируемого хохота, причем хохот только усилился, когда я понял, что Тихая Смерть разболталась и превратилась в "Болтливую девственницу". Чего только со страху в голову не придет.

Видимо, девушка в первый раз сталкивалась с подобной реакцией на ее прозвище. Когда я пришел в себя, она, нахмурившись, все так же сидела в кресле и смотрела на меня. Заодно пытаясь понять причину моего безудержного веселья.

— Извини, это у меня нервное, — успокоил я ее, все еще посмеиваясь и вытирая выступившие из глаз слезы.

Весело глянув на девушку, резко вскинул руку с маленьким арбалетом, до этого мирно лежащим под подушкой. Едва успел направить его на свою жертву, как у меня рядом с плечом, при этом слегка задев его, пролетел метательный нож, воткнувшись в спинку кровати. Я сразу же расслабился.

Злобно ухмыльнувшись, встал с кровати и подошел к девушке: пошевелиться она не могла, но глаза ее выражали такую ярость, что я с трудом сдержал желание немедленно свернуть ей шею. Если она потом меня когда-нибудь найдет, лучше мне к этому времени быть не только мертвым, но и чтобы тело рассыпалось в прах. Наклонившись к ее уху, заговорил проникновенным шепотом:

— Печать Защиты Хозяина… тебе эти слова о чем-нибудь говорят? — Отстранившись, заглянул ей в глаза — судя по растерянному взгляду, о таком она не слышала.

Снисходительно кивнув, я просветил ее:

— Да будет тебе известно, дитя мое, что такая печать очень редка и наложена на определенный предмет, находящийся в доме. Если хозяину дома грозит какая-нибудь опасность, защита ее отводит, а источник парализует на срок до шести часов. Если источников больше одного, то парализует всех, но только на два часа. Тут разницы нет, будет два человека или десять. К сожалению, у печати есть свой максимум, она может парализовать только до двадцати человек. Именно из-за этого плетения ты сейчас промазала и не можешь пошевелить даже языком. Хотя, могу тебя успокоить и сказать, что такой защитой обладают по всей Империи раз-два и обчелся. Я стопроцентно уверен про Императора, лорда Дикса и графа Эдвирильского, может быть, эти трое даже владеют секретом создания печати такого рода. А вот где сам взял такую дорогостоящую вещь, я тебе не скажу, маленькая еще знать такие вещи.