Я смотрела, как стекло все больше и больше обрастает трупами мошек, летевших навстречу. Стрелка спидометра ползла к ста пятидесяти.

Что-то я задумалась.

Кинув украдкой взгляд на словно не замечающую ничего Лизу, я сбросила скорость и сделала погромче радио.

Странно переплелись наши судьбы. Сестра, родившаяся во спасение матери, так и не смогла своим рождением ее спасти, лишь отсрочив приговор (рак мало кого щадит), стала для меня ребенком, которого у меня никогда не было и не будет, а Лизе, хочется верить, я заменила мать.

— Лиз, — стараясь отвлечься от грустных воспоминаний, я затормошила сестру, — воздух-то какой! А природа! Да на каких Карибах ты такое найдешь?

Тяжело вздохнув, она почесала кончик носа, повертела в руках пустую банку и, сунув ее под сиденье, глянула на меня своими странными, болотного цвета глазами.

— Судя по количеству мошкары, которая залепила наше лобовое стекло, я буду жить в машине! Не хочу, чтобы меня съели заживо! — демонстративно отворачиваясь, буркнула Лиза и насупилась, всем видом выказывая мне свое недовольство. Я еле сдержала улыбку, бросив на Лизу быстрый взгляд.

Высокая, худощавая, с черными, подстриженными в форме каре волосами, сестренка все еще напоминала мне подростка, а может, я просто не хотела смириться с мыслью, что она незаметно выросла. Вот только вырасти и быть взрослой — две совершенно разные вещи, и это ей еще предстоит понять.

— Я взяла спрей от комаров, — невозмутимо заявила я, мельком поглядывая на скривившееся личико сестренки. Все-таки избаловала я ее… — И мазь от клещей и всякой прочей гадости. Короче, не бойся, прежде чем напиться нашей кровушки, перетравится половина самых рьяных, а другая половина…

— …нас дожрет, после того, как преспокойно дождется, когда отравимся мы!

Нет, ну вот в кого она такая язва?

— За две недели? Не дождется! А вот с такими разговорами ты можешь продлить себе каникулы еще недели на две, — едва снова удержавшись от улыбки, я покосилась на Лизу. Еще больше посмурнев, она кинула на меня убийственный взгляд и отчеканила:

— Тогда с тебя день рождения на Канарах!

— Зачем? Вдруг тебе на исторической родине понравится? Значит, опять приедем, чтобы и день рождения здесь отметить. Да и выгодно!

Сделав вид, что закашлялась, я перевела взгляд с сестры на дорогу и… о ужас! — внезапно перед машиной выросла куча каких-то досок и кусков арматуры! Я резко крутанула руль. Машина вильнула. Нас тряхнуло. Затем раздался хлопок — похоже, что одно из колес на что-то наехало, — и джип развернуло на сто восемьдесят градусов.

Я едва удержалась от крепкого словца, а вот Лиза — нет.

— Ёпэрэсэтэ! Ну кто так водит?! Конечно, читать мне нотации — куда важнее, чем следить за дорогой и беречь единственное средство передвижения!

Скрипнув зубами от досады, я вышла из машины и, стараясь не прислушиваться к Лизиному ворчанию, обреченно попинала лопнувшее колесо.

Какой дурак устроил на дороге эту свалку?

— Галя, ты сама учила меня во время езды на машине молча смотреть на дорогу. Молча! Понимаешь? Я опущу слово «смотреть». — Из приоткрытого окна доносились недовольные комментарии сестры.

Естественно, я знала, что она хотела поехать к океану, но… во-первых — кризис, а во-вторых, Лиза и так последние пять лет каждый год ездила к океану с подругой! Надо же хоть иногда менять обстановку?!

— Теперь меня точно сожрет комарье! Блин, мне уже жутко! А чем не начало для ужастика? Помимо двухметровых комаров здесь, сто пудов, водятся люди-мутанты!

«Ну точно, устрою ей каникулы здесь на месяц!» — начиная тихо злиться на сестрицу, подумала я и, с тоской осмотрев место нашего крушения, открыла багажник. Тупо изучив угрожающе огромную гору вещей, закрыла.

Нет, а чего я паникую? Что, я колеса ни разу не меняла? Меняла. Каждый человек, становясь водителем, должен уметь делать хотя бы самые простые вещи. Запаска есть, сейчас только отдохну и… и нужно разгружать багажник! Инструменты, как назло, были похоронены под грудой сумок и свертков. Боже, зачем нам столько вещей?

Еще раз оглядев забитый баулами багажник, я позвала сестру:

— Лиз, иди сюда.

Да, я не заметила преградивший нам внезапно дорогу мусор, но что теперь поделать? Проблемы должны решаться сообща. Да и сестренке, думается, для общего тонуса не повредит, а то привыкла, что все за нее решает кто-то другой. Совсем жизни не знает!

— Ну? — Дверца хлопнула, и рядом появилась Лиза.

— Давай обойдемся без нытья. Я знаю, что виновата.

Вздохнув, она изучила колесо и просто спросила:

— Что нужно?

Я кивнула на ощетинившийся сумками багажник:

— Найти инструменты.

— Это задача из области фантастики! — Она с неохотой подергала за свешивающиеся ручки. — К тому же скоро вечер!

— Ой, не начинай, пожалуйста! — не выдержала я и, рывком дернув, вытащила на асфальт бугристый рюкзак. Ухватившись за второй, довольно покосилась на Лизу, принявшуюся мне помогать.

Внезапно наше занятие прервал вопрос:

— Девчонки, вы разве не знаете, что свалка дальше?

Мы нехотя обернулись. За сопением и пыхтением я не услышала шелеста колес серебристой иномарки, которая остановилась в нескольких метрах от нас.

— Если честно, нам показалось, что свалка именно здесь! — не удержалась я от сарказма и тем не менее вежливо улыбнулась скалящемуся из машины парню. Мало ли…

— Утром еще в город ездил — ничего такого здесь не было. Помочь?

— Ага, — тут же оживилась Лиза. И наивно попросила: — Лодочку вот эту достаньте, а то она больше меня весит.

— Да зачем? — Хлопнула дверца, и неожиданный спаситель, держа в одной руке темную сумку, бодро направился к нам. — Пусть ваша лодочка там и лежит.

— Но у нас под вещами инструменты… — рискнула возразить я, разглядывая его. С определением «парень» я поспешила. Скорее мой ровесник, может, чуть постарше, но выглядит весьма подтянуто. Темно-русые волосы коротко подстрижены, приятное волевое гладко выбритое лицо, стального цвета глаза. Такие, как он, внушают доверие, и все же не стоит расслабляться!

— Инструменты и у меня есть! — Он покачал вместительной сумкой, поставил ее на асфальт и присел у спущенного колеса. — Запаска, надеюсь, имеется? Доедете на ней до ближайшей деревни, а там мужики проколотое колесо починят.

— Запаска имеется, — успокоила я его и кивнула на крепившееся на крышке багажника колесо.

— Отлично! — Он застенчиво улыбнулся и, придвинув к себе инструменты, принялся за работу.

Глава 3

Лиза

Н-да, только мы могли умудриться на пустом, по сути, шоссе — у черта на рогах! — проколоть колесо! Хорошо хоть, что нам этот мужик встретился! Не знаю, как Галка, а из меня механик… Эх, не будем о грустном!

Меж тем мужчина домкратом ловко приподнял джип и, быстро поменяв колесо, услужливо оттащил на обочину пробившую его железяку.

— Ну вот и все, — улыбаясь в тридцать два белоснежных зуба, он подошел к нам, — принимайте работу!

— Мы вам что-нибудь должны? — Галка кокетливо заправила за ухо прядку волос.

— Ну разве что сказать «спасибо»! — Мужчина помог мне впихнуть обратно в багажник опрометчиво выброшенный сестрой на дорогу рюкзак, затем подхватил свою сумку с инструментами и остановился возле сестры. — Разрешите представиться. Я понимаю, что несколько запоздало, но лучше, согласитесь, поздно, чем никогда. Я — Петр.

— Галина. — Сестра настороженно улыбнулась нашему неожиданному помощнику.

Хм, с тех пор, как ушел Александр (вернее, как я его называла, «папа Саша»), сестра, насколько я знала, больше не заводила романтических знакомств. Я привыкла к такому раскладу, и сейчас пристальное внимание к ней незнакомца ревностью обожгло сердце.

— А меня зовут Лиза, — представилась я, нагло встревая в их разговор.

Мужчина приветливо кивнул мне и снова уставился на Галку:

— А вы городские?

— Да.

— Возвращались?

— Нет, нас во время аварии развернуло. — Галка, заметно нервничая, покрутила пуговицу на своем блузоне. — Мы в Боровлянку едем.

— Извините… — Я дернула его за рубашку, заставляя обернуться. — Как вас, кажется, Петр? Спасибо, что помогли, но нам пора!

— Ну пора так пора! — Пожав плечами, мужчина прошагал к своей машине, забросил на заднее сиденье инструменты и, не спеша усесться за руль, предложил: — А может, я вас провожу? Ну в смысле, мне тоже в ту сторону.

— Дорога прямая, указатели стоят, сами доедем! — фыркнула я, забираясь в джип.

— Петр… э-э… спасибо, что помогли. — Галина кинула на меня выразительный взгляд. Ой, чувствую, нотации мне сегодня обеспечены! — Но действительно не стоит беспокоиться. Мы не заблудимся. Кстати, а вы сами из Боровлянки?

— Ну почти… — уклонился от ответа наш новый знакомый, и на его приятном лице вновь засияла приветливая улыбка. Уж очень он положительный… — А вы в Боровлянку надолго?

— На всю жизнь! — не выдержала я. — Мы что, похожи на добровольных переселенцев?

— Лиза!

— А что — Лиза? Завезла в какие-то дебри! Еще и лясы точит с местным трактористом! А то, что до деревни еще семь верст лесом, и то, что сестра голодная, — тебе на это наплевать!

Все! Меня понесло, и остановить не мог даже предстоящий нагоняй.

— Судя по количеству вещей, вы действительно похожи на переселенцев, — усмехнулся Петр. И не удержался от вопроса: — А почему вы решили, что я тракторист?

— Ну фермер-животновод или ветеринар-технолог, какая разница? А кто, простите, в деревне еще обитать может?

— Ну… — мужчина всерьез задумался, — позвольте с вами не согласиться. Я — военный, а по совместительству исследователь. Уфолог. — Он развел руками. — Так уж сложилось.

— Кто?! Ой, не смешите меня! В этой деревне разводят летающие тарелки?

— Так, Лиза! Все! — резко одернула меня сестра и многообещающе показала мне кулак. Затем виновато улыбнулась нашему спасителю: — Извините нас, Лиза просто нервничает. Нам ведь еще добраться надо. Место незнакомое…

— А зачем вам в Боровлянку?

— Мы отдыхать едем. Там у одного моего клиента мать живет, вот он нас и пригласил.

— Ясно, — Петр снова заулыбался, — отдыхать — это правильно! Места там красивые! Лес шикарный — у деревни все больше березок, дубов, а дальше, за речкой Чертовкой, бор начинается. Там как раз наша база стоит. Уже давно хотели объект перенести ближе к городу, да только случай один произошел лет пять назад. Вот нас и оставили, после того, как в лесу…

— Очень люблю сказки, — невежливо перебила я, чувствуя, как во мне закипает злость. Прицепился как репей… — Только на сытый желудок и желательно у камина. Так что извините, что я опять вмешиваюсь, но нам еще до той деревни добраться надо и бабулю найти!

— Да действительно, Петр, нам пора. — Галина с видимой неохотой взялась за ручку машины. — Может, еще как-нибудь увидимся? Тем более если вы где-то там недалеко живете…

— Конечно, увидимся! Я вас на рыбалку свожу! На ночную. И за грибами. — Мужчина не двинулся с места. — Там у нас лесник есть. Нелюди-и-и-мый — жуть! Но все места грибные знает. А еще он как-то мне рассказывал, что видел единорогов. Представляете, девчонки, какие у нас места?

— Ха, после самогонки?! Еще хорошо, что ему динозавры на водопое не померещились, — беззастенчиво фыркнула я, едва сдерживая смех.

Не, ну враль! Хотя, может, у них там база радиоактивная? Тогда единороги не самое страшное, что может привидеться местному леснику!

— Поедем мы. — Галина решительно захлопнула дверцу и плюхнулась на сиденье. — До встречи — и еще раз спасибо!

— Галя, — Петр, словно что-то вспомнив, обогнул машину и заглянул в окно, — а как зовут вашу хозяйку, у которой вы жить будете?

— Репонова Ольга Николаевна. — Сестра снова нервно затеребила пуговку. — Вы знаете ее?

— А может, на «ты»?

У-у-у, да когда же все это закончится!

Я демонстративно пару раз посигналила, заставив парочку вздрогнуть.

— Галь, еще пару минут расшаркиваний, и я автостопом возвращаюсь в город!

— А? Да-да! Уже едем! — Галина кинула на меня грозный взгляд и, неохотно заводя машину, вновь спросила: — Так ты ее знаешь?

Петр отступил на шаг и беззаботно махнул рукой:

— Не знаю, но найду! Кстати, езжайте за мной. Дорога на базу идет как раз через Боровлянку, так что я вас заодно и провожу!

— Это было бы неплохо! — снова расцвела Галина, дождалась, когда он сядет в свою машину, и неторопливо тронулась за ним.

Некоторое время мы ехали молча.

Первой не выдержала я:

— Галь, я тебя не узнаю! Вроде довольно серьезная бизнесвумен, а вела себя с ним, как пятнадцатилетняя девчонка!

Сестра кинула на меня быстрый взгляд и вместо предполагаемой нотации вдруг улыбнулась:

— Знаешь, Лиз, иногда так хочется побыть пятнадцатилетней девчонкой, а не серьезной бизнесвумен. — И тут же нахмурилась: — А вот твое поведение вообще не поддается объяснению! Человек помог, проявил сознательность, а ты? Мало того что обхамила, так еще и вела себя… даже стыдно за тебя!

— Просто… — Я запнулась, подбирая слова. — Он чужой, Галь.

— Возможно… — Галина уставилась на серебристую «тойоту», шустро катившую впереди нас. — Возможно, ты права! Только чужой иногда так просто может стать своим, а свой — чужим.

Не решаясь продолжить разговор, я молча откинулась на спинку кресла, не сводя глаз со стелющейся перед нами трассы.

Нет, признаться ей, что этот мужчина мне чем-то напомнил папу Сашу, я не смогу. Зачем бередить раны?

Так, в молчании, мы проехали еще полчаса, пока впереди не замаячил указатель с выцветшими от времени синими буквами:

...

БОРОВЛЯНКА — 500 м

Вскоре, разделенные неширокими перелесками, с обеих сторон трассы замелькали деревенские угодья. А еще через некоторое время, словно встречая нас, вдоль дороги выстроились небольшие домики. После стали попадаться даже и двухэтажные дома.

Дорога круто вильнула и вывела нас на небольшую площадь, окруженную тройкой магазинов и парочкой каких-то муниципальных зданий. Что-то вроде школы и больницы.

Галина, подрулив к одному такому зданию, лихо затормозила, а наш новый знакомый чуть сбавил скорость, мигнул на прощание фарами, но останавливаться не стал. Пересек площадь и скрылся за следующим поворотом.

Ну и хорошо!

Едва заметно вздохнув, сестра обернулась ко мне:

— Посиди пока в машине, а я зайду в магазин, может, разузнаю что о нашей бабульке… да и куплю чего-нибудь. Неудобно как-то с пустыми руками…

— Я пойду с тобой — надо же ознакомиться с местным ассортиментом! Да и минералку я, надеюсь, заслужила?

Выбравшись из машины, мы настороженно огляделись. Естественно, наш приезд не оказался незамеченным. Сидевшие неподалеку на хлипких ящиках две женщины отерли от дорожной пыли пузатые банки с молоком и какими-то соленьями и призывно заулыбались.

Неподалеку, возле поеденного ржавчиной уазика и ярко-красного москвичонка, о чем-то оживленно переговаривались трое мужчин, сдабривая речь виртуозным матом. Скользнув по нам равнодушным взглядом, они внимательно уставились на джип и заинтересованно зашушукались.

— Хм, контингент тут… — негромко протянула я, изучая не вызывающие доверия лица мужиков, заросшие недельной щетиной. Н-да, похоже, экстремальный отдых, к которому так рвалась сестренка, начался!

Одеты аборигены были соответствующе. Выцветшие кепки, линялые, в жутких пятнах футболки, заправленные в вытянутые на коленках трико. Хотя вру! На одном были широкие, до колен, шорты, а на его голой загорелой груди красовалась татуировка в виде огромной кружки пенистого пива и двух перекрещенных рыбин.

— Слушай, а эти парниши, пока мы ходить будем, машину не угонят? — шепнула я сестре, предостерегающе указав на троицу глазами. — Уж больно они ею заинтересовались!

— Лиз, не смеши меня! — Сестра выудила из глубин машины сумочку и, закинув на плечо, пискнула брелоком, ставя нашего железного коня на сигнализацию. — Они потому и смотрят на нее, что хотят подзаработать. Видишь, у одного инструменты в руке? Они, наверное, и есть те мужики, о которых нам говорил Петр.

— Слава богу, обошлись без их помощи, — чуть успокоившись, хмыкнула я.

— А вообще, если боишься, оставайся в машине. Нужно интуиции своей доверять! — подмигнула сестра и, кинув мне брелок, решительно направилась к гостеприимно открытым дверям самого дальнего, выкрашенного желтой краской павильона с красноречивой надписью «Пиво-водка».

Я еще раз покосилась на мужчин и, понадеявшись на надежность сигнализации, бросилась следом за Галкой.

Войдя в прохладный полумрак, я невольно остановилась, с брезгливым любопытством разглядывая пару холодильников-витрин. Что и говорить, разбаловал меня город, да и финансовые возможности сестренки.

Между тем она, словно не замечая убогости магазина, решительно направилась к скучающей за прилавком необъятной тетеньке в грязно-белом халате и решительно потребовала:

— Две бутылки «Бейлиса».

— Чо? — Продавщица смерила ее взглядом потревоженной королевы и уточнила: — Водки, что ль?

— Ликер. Или что-нибудь из коктейлей.

— Не, коктейли не мешаю. Бери пшеничную. Тока вчера привезли!

Галина грустно покосилась на меня и перевела взгляд на тетку.

— А вино есть? Мне для подарка нужно.

— Есть! — обрадованно закивала та, услышав знакомое слово. — Тридцать шесть рублей. Портвейн «Три семерки».

— Н-да. С таким ассортиментом или вообще бросишь пить, или сопьешься за месяц! — бросила сестра. Жаль, недостаточно тихо.

Продавщица обиженно поджала губы, словно мы только что охаяли вино пятидесятилетней выдержки, и недовольно процедила:

— Так бы и сказали, что вам чего поэлитнее! — Она шагнула к витрине и, сцапав из длинного ряда бутылку, поставила ее перед нами. — Вот! Портвейн «Анапа».

Едва сдерживая смех, мы с Галиной переглянулись.

— Боюсь, с таким подарком нас и на порог-то не пустят! — Вежливо, но решительно сестра облекла в слова наш отказ и безнадежно поинтересовалась: — А может, пиво есть?

— Есть, — недовольно процедила продавщица и кивнула куда-то позади себя. — «Балтика».

— О, хоть что-то! — одобрила я.

— Так, значит, вино не берете? — Тетка нерешительно взялась за горлышко бутылки и, глядя на наши синхронные покачивания головой, пожала плечами: — Ну как хотите! Хотя по мне так лучше водку. Баловство одно все эти пива да вина! Скока?

— Пару бутылочек! — решила Галина. — И еще чего-нибудь съестного.

— Выбирайте, — оживилась толстуха, кивнув на слабоосвещенные витрины холодильников.

— Хм… — Я с ужасом уставилась на ряд серо-коричневых палок колбасы, судя по всему, изготовленной еще при Брежневе. — А у вас есть что-нибудь… мм… свежее?

— Все свежее! — обиженно вскинулась продавщица, словно она еще сегодня утром видела то парнокопытное, из которого и навертели эти деликатесы. — В начале недели привозили!

— Угу, знать бы еще какой! — засомневалась я.

— А может, мы лучше сыр возьмем? — Галина неуверенно бросила на меня взгляд.

— Ага, вон один кусок лежит. С плесенью! Как раз как ты любишь!

— Мм, а йогурт у вас есть?

— Да был какой-то, щас поищу! — Продавщица скрылась под прилавком, а я дернула Галину за рукав.

— Пошли отсюда! Что-то не внушает мне доверия этот магазин.

— Да, боюсь, ты права. Только за пиво заплачу.