logo Книжные новинки и не только

«Дозор навсегда» Сборник читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Сборник Дозор навсегда читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Дозор навсегда

Лучшая фантастика — 2018

Евгений Лукин

Мой разговор с дьяволом

— Не делайте этого…

Я поднял глаза от налоговой декларации и огляделся. Комната была пуста. Впору предположить, что усталый мужской голос возник в замороченной моей голове сам собою, но, во-первых, такого со мной не случалось ещё ни разу, а во-вторых, я точно мог указать, откуда именно он раздался. Из кресла в углу.

— Стоит ли?.. — проникновенно добавил голос.

Я встал из-за стола и, подойдя к креслу, внимательно его осмотрел. Ничего похожего на видеокамеру с динамиком обнаружить не удалось.

— Ну, люди… — процедил я и вернулся за стол.

По дороге мысленно перебрал знакомых. В подозреваемые из них не годился никто: у одних плохо с деньгами, у других — с фантазией. Кроме того, начинить кресло электроникой — это ж ещё и в квартиру проникнуть нужно!

— Люди?.. — озадаченно переспросили вслед. — Почему люди?

— А кто? — волей-неволей пришлось вступить в беседу. — Инопланетяне?.. Валька, ты, что ли, прикалываешься?

— Может, мне вам показаться? — Такое чувство, будто голос был слегка позабавлен моим поведением.

— Сделайте одолжение!

— В каком виде?

— В каком есть, в таком и покажитесь.

В углу хмыкнули.

— Нет. В каком есть — это я вам всю мебель пожгу. Давайте-ка так…

В кресле возник неброско одетый мужчина без особых примет.

Я сглотнул. Потом покосился на окно. За стеклом пушило февральским снежком двадцать первое столетие. Наизобретали хренотени…

Встал и, снова подойдя к креслу, ткнул голограмму пальцем, заранее уверенный, что сопротивления тот не встретит.

Палец упёрся в живую плоть.

Опаньки! Стало быть, не врали по ящику, что вот-вот телепортацию освоят. Стало быть, и впрямь освоили… Нетвёрдым шагом я приблизился к бару и, ошалело оглянувшись, наполнил рюмку. Выпил единым духом. Налил вторую.

— Тогда уж и мне заодно… — услышал я.

Руки подрагивали. Тем не менее с грехом пополам просьбу удалось выполнить. Вручил рюмку, чокнулся машинально.

— Что вам надо? — хрипло спросил я.

Незнакомец огорчился.

— Ох уж эта современная психология! — посетовал он. — И не спросит ведь даже: кто такой? Сразу к делу: что надо? Ну хорошо! Мне надо, чтобы вы указали в налоговой декларации настоящую сумму ваших доходов…

Дрожи — как не бывало.

— А-а… — понимающе протянул я. — Вон вы откуда…

Он фыркнул и залпом проглотил свой коньяк. До ответа не снизошёл.

— Ладно! — сказал я. — Кто вы?

— Допустим, дьявол, — внятно выговорил он, не сводя с меня утомлённого взгляда.

— Допустим! — принял я вызов. — А я вас приглашал?

— Нет.

— А чего ж тогда?

Он пожал плечами:

— Сам…

— Душа понадобилась?

— Нет… — Он поморщился.

— То есть как это нет? — возмутился я. — Душа, что ли, плохая?

Назвавшийся дьяволом пристально взглянул мне в глаза.

— Ну почему же… — чуть помедлив, ответил он. — Душа как душа…

— Так, — решительно проговорил я, пододвигая сервировочный столик и ещё одно кресло. Сел напротив, уставился в упор.

— Что надо? — повторил я с угрозой.

— Я же сказал уже: укажите в декларации настоящую сумму доходов…

— И что я с этого буду иметь?

— Ничего, — безразлично обронил он.

— Н-ни фига с-се… Почему?

— А сами подумайте! Я вас, по сути, сманиваю на доброе дело. Но если за дело платят, то какое же оно доброе? Сказано: получают уже они награду свою… Писание читали?

— Минутку! — потребовал я. — Вы — дьявол?

— Дьявол.

— Вам-то какая выгода в добром деле?

— Прямая.

— Поясните!

Он повертел в пальцах пустую коньячную рюмку.

— Скажите… — задумчиво начал он. — Вам нравится этот мир?

— В смысле?

— Н-ну… там… весна, травка… яблони цветут на даче… Нравится?

— Д-да… А к чему вы…

— Вам ведь не хотелось бы всё это потерять?

— Это что, угроза?

— Угроза. — Он кивнул. — Понимаете, чаша мировых грехов, можно сказать, полна. Ну сами видите… достаточно телевизор включить… Как только чаша переполнится — Страшный Суд. То есть конец света. Травке конец, даче, яблонькам… Скажите, оно вам надо?

Я прикинул.

— Пожалуй… н-нет. А вам?

— Вот и мне не надо. Так что не кобеньтесь, укажите настоящую сумму. Одним грехом меньше…

— Да что за детский сад! — взорвался я. — Даже если укажу! Я что, один декларацию заполняю? А остальные?

— С остальными тоже сейчас работают.

— Кто?

— Я.

— О ч-чёрт!..

Поднялся, сходил за пепельницей. Достал сигареты.

— С куревом ещё не боретесь? — ядовито осведомился я, присаживаясь вновь.

— Нет, — буркнул он.

— Тогда закуривайте.

— Спасибо, надышался! У нас там, знаете ли, и так дымно…

— Ну как хотите… — Я закурил. — Так это что же? Пока чаша грехов не переполнится, конца света не будет?

— Естественно…

— И вам поэтому выгодно, чтобы люди жили по заповедям?

— Вот именно!

— А им? — Я указал тлеющей сигаретой в потолок. — Наоборот?

— В общем… да.

— То есть если ко мне вдруг заявится ангел, попросит скрыть часть доходов…

— Гоните в шею!

— Ангела-то?

— Имеете полное право. Ему там за такие проделки все перья пооборвут!

— Ну вы даёте!.. Значит, ангелам творить зло нельзя, а вам добро — можно?

— Ну я же только что объяснял! Если добро выгодно, то какое ж оно, к чёрту, добро?

Я попытался собраться с мыслями и долго гасил сигарету. Наконец спросил:

— А вы сейчас нарушению какой заповеди препятствуете?

— Не лжесвидетельствуй. Сами, что ль, не знаете?

— А остальные заповеди? Скажем, не убий! В Сирии-то сейчас вон что творится! Да и в Донбассе тоже…

— Н-ну… с Сирией тоже разрулить пытаемся…

— А не укради? Не прелюбодействуй?

— Послушайте, не уводите разговор в сторону, — одёрнул он. — Вы обозначите в декларации истинную сумму ваших доходов?

— М-м… постараюсь… — сделав над собой усилие, выдавил я.

— Постарайтесь! — С этими словами он исчез.

Некоторое время я тупо смотрел на две пустые рюмки. Что это было? Хотя какая разница! Схватил сотовый телефон.

— Валёк? Привет! Слушай, ты налоговую декларацию заполнил?

— Д-да… а что? — отозвался тот.

— К тебе не приходили?

Долгая пауза.

— В смысле?.. — Голос Валька дрогнул.

— Ну там… не знаю… попросить, чтобы доходы не скрывал…

— Эм… а-а… Что-то связь плохая! — И Валёк стремительно отключился.

Та-ак… Стало быть, приходили. Стало быть, и впрямь не ко мне одному… Взгляд мой остановился на заполненной наполовину декларации. Интересно, как поступят остальные? Ох, не оказаться бы лохом…

...
Волгоград, январь 2017

Дарья Зарубина

Пепел и пар

— Однако погодка, мистер Фергюс, — сказал молодой человек в твидовом пальто, чуть закопченном с правого бока, и клетчатом кепи. Колокольчик над дверью, возвестивший о его приходе, еще покачивался на пружине. Он один, казалось, был живым в часовой мастерской Фергюса, где также располагался и ломбард Штосса. Впрочем, несмотря на два имени на медной вывеске над входом, в обеих конторах уже третий год единолично хозяйничал мистер Фергюс. Харольд Штосс покинул грешный мир двадцать восемь месяцев назад в разгар эпидемии полиомиелита, но у его компаньона все никак не доходили руки заказать новую табличку.

— Доброго дня, мистер, — бесцветным голосом проговорил Фергюс, не поднимая головы от своего занятия. Часовщик сидел, сгорбившись, у стола, над которым горела выкрученная на полную — что за неприличная для такой скромной конторы расточительность?! — газовая лампа. Под лампой на зеленом сукне лежали часы, которые и разглядывал Фергюс, замерев в своей хищной птичьей позе. Левый глаз он сощурил, а на правый опустил с медного обруча на лбу сразу три разновеликие линзы.

— Я дам тебе восемь долларов, Пит, — заявил он наконец. — И еще четыре доллара, если сумею продать до конца месяца.

— Позвольте… — проговорил молодой посетитель. В его голосе послышались сердитые нотки. Но договорить он не успел. В углу раздался скрипучий кашель. То, что гость часовой мастерской принял по невнимательности за брошенное в кресло старое пальто, пришло в движение.

— Эти часы стоят больше двух сотен, Фергюс. Добавь-ка еще линзу к тем, что висят у тебя на глазу, — и, может быть, сумеешь разглядеть свою совесть. Я без очков ее уж и не вижу.

Из-за поднятого воротника пальто показался длинный нос и один глаз, слезящийся и красный. Старик выбрался из кресла и, шаркая ботинками, подошел к часовщику. Положил узловатую руку на часы.

— Я лучше продам их Картеру за одиннадцать. Он хотя бы будет носить их в жилетном кармане и форсить перед дамочками, а не бросит пылиться в ящик со скрепками.

Старик, не обращая внимания на слабый протест часовщика, сгреб корявой пятерней со стола часы и пошаркал к двери, ловко ухватив с вешалки у входа запыленный потертый цилиндр.

— Что вы хотели, господин? Часики починить? — обратился Фергюс к посетителю, который словно завороженный смотрел в спину старику.

— Извините… Стойте. Мистер… Питер. Я хотел бы посмотреть ваши часы…

Старик обернулся. Его взгляд неожиданно сделался ясным. В нем сверкал сарказм. Он оглядел молодого человека с головы до ног и, что-то решив для себя, продолжил путь.