— Сначала прирежь его, — посоветовал я и сотворил иллюзию Ненавистника. Перед охотниками предстало высокое тонкое существо с телом-палкой. Оно было полностью хрустальным и ярко переливалось. На секунду охотники ошарашенно застыли, но потом с яростными криками бросились на иллюзию. Я моментально развеял её и соткал вновь, но в десяти метрах правее. Охотники, словно ослики, идущие за морковкой, резко повернули направо и рванули к иллюзии. Я провернул такой маневр ещё четыре раза, и ненависть охотников к монстру росла в геометрической прогрессии. Сканирование показывало, что Ненавистник с каждой секундой ликовал всё более и более явно — уже почти не скрываясь.
Когда я в очередной раз не позволил охотникам коснуться иллюзии, их ненависть достигла предела. И Ненавистник выбрал именно этот момент, чтобы появиться. Он предстал перед злющими охотниками, но не пытался защититься. Охотники швырнули в него больше десятка заклинаний, и… все они вернулись и поразили своих создателей. Ненавистник был идеальным зеркалом, от которого отскакивала магия. Но если моя догадка верна… Я не успел додумать — Данж содрогнулся. Пещера будто бы расширилась и медленно двинулась влево. В моей голове щёлкнуло. Одуванчик! Он и правда оказался под куполом, потому что купол увеличился! Так вот как Ненавистник действует! Пока не стало слишком поздно, я прыгнул к Ненавистнику и врезал ему по круглой голове. Кулаком, даже не усиленным магией. Дзынь! — и монстр рассыпался на осколки. Данж прекратил расти и остановился.
— Как ты это сделал? — прохрипел очухавшийся Гена.
— Этот монстр использует ненависть своих жертв в качестве оружия. Первый шаг — заманить жертву и запереть её в ловушке. Жертва знает, что монстр где-то рядом, но ничего не может сделать. Она злится из-за собственной беспомощности. Второй шаг — довести жертву до белого каления. Она должна возненавидеть монстра. А третий шаг — появиться перед жертвой и наблюдать, как она убивает себя своими же заклинаниями. Если человек ненавидит этого монстра, то он не сможет нанести ему вреда. Все заклинания отрикошетят обратно. Монстр обожрётся энергией жертвы, расширит Данж и переместит его на новое место, к новым жертвам. Данж перемещается вдоль Трещины, поэтому она постоянно росла. Идеальная защита. Идеальная охота, — я пнул стеклянный осколок, оставшийся от Ненавистника. — Зачем сражаться, если можно выждать и наблюдать, как жертва буквально умирает от злости?
— Ты чо, понял это за пять минут? — пробормотал Бровастый.
— Ага, в отличие от тебя, — подтвердил я. — И если до тебя не дошло, то — да, я имел в виду, что ты — тупой.
— Эм-м-м-м-м-м-м-м, — невнятно промямлил Бровастый и заткнулся.
— Но почему нас не выкинуло на поверхность? — спросил Гена. — Данж не закрылся.
— Потому что это был не главный монстр. Данж открыл кто-то другой, — ответил я, напряжённо оглядываясь. — Охота не закончилась.
ГЛАВА 7
— Потому что это был не главный монстр. Данж открыл кто-то другой, — ответил я, напряжённо оглядываясь. — Охота не закончилась.
Значит, в бриллиантовых стенах прячется ещё один Ненавистник. Но как только я врубил сканирование на полную мощность, блестящая поверхность стен пошла тысячами тонких трещин. А в следующую секунду — взорвалась мелкими осколками и стеклянной пылью. Я активировал защитный барьер — иначе всех охотников сильно изрезало бы, так как они не успели отреагировать. Так и стояли как истуканы. Видимо, пытались осмыслить способности Ненавистника. Только вот он уже не представлял для нас опасности… Потому что главный монстр, открывший Данж, был другого вида. Ненавистники не могут существовать без стеклянных стен. Это — залог их выживания.
— Всем оставаться начеку. Здесь обитает второй монстр, — предупредил я.
— Не, ну эт понятно, — хмыкнул Бровастый. — Данж-то не закрылся.
— Он имеет в виду — с другими способностями, — раздражённо объяснил Гена.
— Да разве ж такое возможно? — удивился Бровастый. — Нет, серьёзно, кто-нибудь сталкивался?
— Такое нечасто встречается, но встречается, — вздохнул я. Сканирование молчало. Каких-нибудь очевидных мест, где мог бы спрятаться монстр, я не заметил. В таком случае нужно напрячь все чувства: нюх, осязание, слух, зрение, вкус. Странный запах? Едва ощутимое прикосновение? Неуловимая горечь, растекающаяся на языке? Ничего. Я попытался осмотреть пещеру боковым зрением. Если монстр прячется, когда на него смотришь, то он может расслабиться, когда ты отвернёшься. Бинго! Что-то мелькнуло в самом уголке глаза. Образ был мутным и непонятным, а ещё он словно был одновременно в нескольких местах. Я нахмурился и попробовал снова. В животе похолодело. Монстр был не один. И он был не самостоятельным организмом, а паразитом.
— Гена, взгляни-ка на него, — я кивнул на Бровастого. — Не прямо. А как бы исподволь. Смотри на меня. Ага, правильно. А теперь попытайся увидеть его боковым зрением. Пусть даже не чётко. Главное, чтобы ты видел силуэт.
— Да чтоб меня леший трахнул! — шокированно выдохнул Гена и наставил меч на Бровастого. Тот тоже выхватил оружие и приготовился обороняться. Остальные охотники на секунду растерялись, но потом повторили за ними. По итогу все встали в кружок, грозя друг другу мечами.
— Тихо! — гаркнул я, и охотники уставились на меня. — Не отводим взгляды! Попытайтесь рассмотреть своего соседа!
— Справа или слева? — уточнил Бровастый.
— Без разницы, — я закатил глаза.
Все напряглись, старательно выполняя приказ. Через пару секунд раздались шокированные крики, кое-кто бросился к выходу из Данжа. Я швырнул в “смельчаков” слабенькую оглушайку. Некоторые люди сначала делают, а потом — думают. Цель монстра — выбраться наружу и расплодиться, а они и готовы ему помочь.
— Как от этого избавиться? — напряжённо спросил Гена.
— Мы умрём? — выдавил Бровастый и тут же истерично ответил на свой вопрос: — Конечно, мы умрём! У меня на спине сидит неведомая хтонь! Я о ней никогда не слышал! Я даже не почувствовал, как она на меня забралась! Мы умрём!
— И ты — раньше всех, если не заткнёшься, — пообещал я и обвёл охотников внимательным взглядом. Ничего необычного. Люди как люди. Но на краю зрения появляется размытый образ чего-то странного. Впрочем, если не концентрироваться, то его можно легко пропустить. Ерунда. Показалось. Мозг решил подшутить. Как бы не так.
На плечах у каждого охотника сидел серый склизкий осьминог. Щупальца обвивали их руки и грудь, а зубастый рот впивался в их затылок. Я не мог отсюда видеть, что он делает. Но мне этого и не нужно было — я знал. Тварь медленно прогрызала путь до мозга, чтобы потом так же неспешно его высосать до последней капли. Монстр назывался Шишига и был довольно редким. Если быть точнее — в этом мире человечество встретилось с ним всего один-единственный раз. Четырнадцать лет назад на Камчатке открылся Данж. Монстров в нём не обнаружили и признали безопасным — туда начали водить туристов на экскурсии. А через месяц началась череда странных смертей. Все, кто посещал Данж, погибали от недостатка… мозга. Буквально.
Поднялась паника. И она росла в геометрической прогрессии, когда выяснилось, что симптомы “болезни” проявились у людей, которые никогда не бывали в Данже. Но контактировали с теми, кто его посетил. Подключились лучшие магические целители Империи и обнаружили возбудителя “заболевания” — Шишигу. Монстра так прозвали, потому что он безостановочно шипел, когда его отрывали от жертвы. К несчастью, всех спасти не удалось. Если Шишига добирался до мозга, то всё, можно считать, что его носитель — труп.
Я просканировал собственное тело, но ничего не обнаружил — ни одного чужеродного элемента. Вероятно, Шишиги почуяли возмущение пространства вокруг меня и побоялись, что я их найду.
— Как от него избавиться? — выдохнул Гена. Он поднял руку, чтобы потрогать свой затылок, но одёрнул себя на половине движения и нервно сжал руки.
— Выжечь, — ответил я. — Шишиги боятся огня.
— Но в таком случае нас тоже заденет, — пробормотал Бровастый.
— Вы либо выйдете с ожогом, либо не выйдете вообще, — отрезал я. — Нельзя допустить эпидемии. Кто-нибудь владеет огненной магией?
Вперёд шагнул парень с тёмным ёжиком и пытливыми синими глазами.
— Моя вторая ранговая способность позволяет создавать тонкую огненную струю. Я могу её полностью контролировать. От уровня температуры до толщины и направления, — сказал… точнее, сказала она. Как только охотница заговорила, я понял, что немного промахнулся с её полом. Ну, ничего удивительного в том, что девчонка косит под мальчишку нет. Охотниц нередко высмеивают за то, что они тянут в охоту свои женские штучки. Охотник должен умываться ледяной росой, и точка! А крема, лосьоны, витамины… Ты что, не мужик, что ли? В охоте даже бабы должны быть мужиками! Такие стереотипы были в прошлой жизни, нечто подобное я слышал и в этой.
— Отлично. Значит, у нас есть доктор, — я улыбнулся.
— Но я прекрасно управля… — возмущённым голосом начала девушка и осеклась. Секунду на её лице отражалась работа мысли, а потом она уточнила: — То есть вы не против?
— Нет, конечно, — я хмыкнул. — Какая разница, что у тебя в штанах, если ты профессионал? Все кристаллы, которые выпадут с дохлых Шишиг, отдаём ей! Если у неё не хватит энергии, нам всем крышка, понятно? Ну и наконец… Нам нужен тот, кто запечатает раны. Повязки не помогут, Шишиги легко прогрызут тряпки.
— Я укрепляю землю, — робко предложил мужик с широченными плечами. Он был невысокого роста, из-за чего выглядел как коренастая мрачная тумбочка.
— А как же стерильность? — возмутился Бровастый. — Мы от заражения сдохнем!
— Наша доктор простерилизует землю огнём. А он соорудит вам бетонные воротники. Достаточно, чтобы защитить вас от Шишиг. А на поверхности уже и до больницы недалеко, не успеете коньки отбросить, — Бровастый открыл рот, чтобы возмутиться, но я не позволил и с нажимом произнёс: — Других вариантов нет. Хотя ладно… Есть один. Если сможешь самостоятельно избавиться от Шишиги, то я позволю тебе покинуть Данж. А если попытаешься свалить тайком, я доложу Императору, что ты намеренно устроил теракт.
Бровастый со злостью сплюнул, но заткнулся и больше не отсвечивал. Охотники с опаской косились на девушку, никто не решался пойти на экзекуции первым.
— Как только избавитесь от паразита, можете быть свободны, — подбодрил я. — Шишига способна выбраться наружу, только присосавшись к жертве. Вы будете вне подозрений. Заодно вызовите врачей тем, кто пойдёт за вами.
— Ну уж нет. Вместе — так вместе. Но ты прав. Чего жопу мять? — махнул рукой Гена. — Чем раньше начнём, тем раньше выйдем. Как тебя звать хоть? — обратился он к девушке.
— Настя.
Он подошёл к девушке и уселся перед ней на землю, склонив голову и приспустив воротник. Настя прикрыла глаза и создала тоненькую огненную струйку. Несколько минут она набиралась смелости — не каждый способен хладнокровно поджарить другого человека. А ведь стоит учесть, что Настя смотрела прямо на Гену и не видела монстра. Перед ней был обычный затылок без признаков паразита. Наконец, девушка вздохнула, увеличила огненную струю и направила её на Гену. Тот вытерпел секунд десять. Стиснув зубы, он замычал и раскраснелся, его пальцы впились в колени.
— Стоп, стоп! — закричал он и ушёл из-под огня. — Я не смогу. Вам придётся меня держать, — Гена вытащил из штанов пояс и распластался на земле. Он засунул пояс между зубов, положил руки под голову и нетерпеливо позвал: — Ну, чего вы ждёте? Схватите меня за ноги и руки и не отпускайте, как бы сильно я ни брыкался.
Охотники навалились на него, и Настя приступила к операции. Сначала было ощущение, что она тупо поджаривает Генин затылок, но потом раздалось сильное шипение. Ши-ши-ши-ши-ши! Оно было непрерывным и стремительно набирало громкость. В какой-то момент нельзя было расслышать ничего, кроме этого шипения. Бум! Во все стороны разлетелись серые склизкие ошмётки.
Конец ознакомительного фрагмента