Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Что-то необъяснимое давало мне понять, что с ней я ещё отгребу от жизни не по-детски, но почему-то хотелось влипнуть во всё это как можно глубже. Главное, не сойти с ума от постоянного присутствия Даны рядом.

***

Выходные я провёл в стиле ленивого тюленя, то есть, лежал, спал и ел. Вставал только в туалет и за новой порцией еды. Звонила мама, узнав, чем я занимаюсь, жутко обрадовалась: за мной такого чуть ли не с подросткового возраста не замечалось. Спрашивала, приехать ли ей, приготовить что-то, но я сказал, что содержимое холодильника не такое уж и скучное, спасибо Марии, моей домработнице. Без неё бы, наверное, вообще в голоду умер.

В понедельник просыпаться не хотелось от слова совсем, поэтому я позволил себе проспать на целый час. И, о чудо, через час я встал куда проще. Собрался быстро, в офис, благодаря водителю, опоздал всего на сорок минут, но этого, как оказалось, было достаточно.

С своими терзаниями я и забыл предупредить Дану об утренних традициях нашей компании. Например, о том, что все отделы в период с девяти до одиннадцати утра приносят в мою приёмную документы на подпись. Ну, а по причине того, что Вика, будь она не ладна, свои четырнадцать, положенных по закону, дней отрабатывала через пень-колоду, в последнюю неделю ей документы не приносили. Зато, сейчас, узнав откуда-то, что секретарша у меня наконец-то новая, все повалили в приёмную, как мухи на… варенье. В итоге на столе у бедной девушки оказались две внушительные кипы документов, на которые она взирала полными ужаса глазами.

— Д-доброе утро, Владислав Егорович… — пробормотала она, кинув на меня жалобный взгляд. — А вам вот тут… на подпись принесли.

— Доброе, Дана, доброе… Вижу уже, сейчас что-нибудь придумаю.

Я вздохнул, посмотрел на часы. Оставалось ещё больше часа до окончания всей этой катавасии, а у нас уже вот что. Надо, надо что-то с этим делать.

Решение проблемы не заставило себя ждать. Я взял на столе у Даны лист А4, размашисто на нём написал “Документы сегодня на подпись больше не принимаются!”, попросил у девушки скотч и пошёл лепить предупреждение на дверь. Потом подумал, и к надписи ещё собственный росчерк оставил, чтобы точно все всё поняли.

Но мера была временная, и завтра нам придётся разгребать и остальное. А пока, надо быстрее разобраться с двумя пизанскими башнями, пока они ещё не выросли, и один я этого сделать точно не смогу… Конечно, можно бездумно налепить закорючек и дело с концом, но я не привык подписываться не понятно под чем.

— Дана, вы мне поможете с этим? — я обвёл руками всё бумажное великолепие. Девушка сначала рассеянно на меня посмотрела, а потом спросила:

— А что нужно делать?

Я облегчённо вздохнул:

— Ну, у вас же экономическое образование. В общем-то, ничего сложного. Читаете документ, если не видите несостыковок, то отдаёте мне на подпись, если появляются вопросы — задаёте. Вместе быстрее справимся.

Она кивнула, порывалась было взять одну из стопок и тащить ко мне в кабинет, но я смотреть на это спокойно не мог.

— Куда?! — рявкнул я и девушка от стола отшатнулась. — Я тут по-вашему смотреть должен, как вы надрываетесь? Идите лучше за кофе сходить, мне двойной эспрессо без сахара.

Дана, при упоминание моего любимого напитка, едва заметно скривилась, но послушно отправилась в кофейню на первом этаже нашего офиса.

Когда она вышла из приёмной, я спокойно подхватил обе стопки документов и отнёс в кабинет. Да, в последние лет пятнадцать, а то и двадцать, я только так силу оборотня и использую. Надо бы, кстати, размяться, что ли, а то скоро совсем в офисного мажора превращусь.

Решил, что не буду терять время напрасно и сразу же сел разбирать документы. К десятому договору вернулась Дана.

— Я туда больше не выйду! — воскликнула она. — Они меня едва не сожрали, пытаясь впихнуть пару бумажек в руки!

Я усмехнулся. да, надо было такое предположить, но кофе хотелось.

Девушка поставила передо мной стакан, я краем глаза глянул на то, какой кофе она взяла себе. Ванильный латте. Приторно для меня, но ей даже подходит.

Дана работала медленнее меня раза в полтора, наверное, но всё равно её участие было ощутимо. Да и, к тому же, я потом слегка притормозил, потому что начал всё дольше и дольше за ней наблюдать.

Она, к счастью, этого не замечала, и я могу спокойно разглядывать её лицо и её жесты. Дана хмурилась, вчитываясь в формулировки, иногда украдкой зевала и мило морщилась. Мне казалось, что я так вечность способен сидеть и смотреть.

Но всё хорошее, как и всё плохое, рано или поздно заканчивается. Закончились треклятые документы, закончилось и время, которое я мог провести рядом с Даной. Но мне хотелось продлить его хоть чуть-чуть…

Я посмотрел на девушку, она выглядела уставшей. Конечно, в отличие от меня она действительно работала и не отвлеклась от этих дурацких бумажек ни разу, а я вот едва ли не прохлаждался всё это время, договоры просматривал сквозь пальцы. Время было не обеденное, потому что обед мы уже пропустили. Странно, что никто меня ещё не дёрнул по какому-нибудь делу неотложной важности. Хотя, понедельник, первая половина дня… Не удивлюсь, если у меня половина офиса спит на рабочем месте.

Сопоставив все факты, я решительно поднялся на ноги и сказал:

— Дана, кажется, я заставил вас выполнить слишком много работы, не входящей в ваши обязанности. Чувствую себя должным. Пойдёмте, пообедаем?

Девушка от такого предложения сначала растерялась, потом взяла себя в руки и чётко мне отказала:

— Простите, Владислав Егорович, я не думаю, что это будет уместно…

Ах, да, кажется, она думает, что я к ней клинья подбиваю. Пусть, так оно и есть, но я должен убедить её в обратном… да и себя, желательно, тоже.

— Дана, вы устали, и, скорее всего, проголодались. А я лишил вас обеда, да и вам пришлось из-за меня перетрудиться в самом начале нашего сотрудничества. Мне не хочется, чтобы вы считали меня начальником-тираном.

И… кажется, подействовало. Она расслабилась, усмехнулась, посмотрела на меня устало:

— Я действительно проголодалась и у меня голова кругом от такого количества разной информации. Так что, только из-за того, что я хочу есть, придётся поддаться вашим уговорам.

О, чего мне стоило сдержать победоносную улыбку! Но я всё-таки сохранил серьёзное лицо и сказал:

— Тогда давайте встретимся в кафе напротив, “Океан”, вроде бы называется, через десять минут. Я разложу документы и к вам пресоединюсь.

Моё предложение явно пришлось Дане по душе, потому что она не хотела по всему офису с непосредственным начальником прогуливаться. Я её пожелание, хоть она о том и не просила, учёл.

Девушка вышла из кабинета, а я почувствовал, как мне стало легче дышать. Она будто бы заполняла собой всё помещение и делала меня зависимым от себя, как от кислорода. Очень странные ощущения, но мне нравится. Думаю, я могу себе их позволить, очень уж долго я не позволял себе сближаться с противоположным полом, боясь, что встречу свою истинную уже после того, как начну с кем-нибудь отношения. Сейчас мне сорок три года и есть вероятность, что меня пронесёт. Надеюсь на это, молюсь об этом.

Вспомнил отца брезгливо, тряхнул головой. Не надо о нём думать, а то помянешь чёрта…

Я торопливо собрал разбросанные по всему столу документы в кучу и, закрыв кабинет, вышел из приёмной, решив её не закрывать. Её вообще никто никогда не закрывал, потому что камер понатыкана там целая куча.

В коридорах было тихо, только из кабинетов слышались голоса, но тихие. Понятно, мои работники, похоже, от выходных отойти не могут… Ладно, мне сегодня не до этого, значит, я сегодня добрый. Меня никто не достаёт и ладно.

В кафе я оказался через двенадцать минут, — я засекал, — а Дана к тому времени уже нервничала: я увидел её через окно кафе, она сидела за столиком и смотрела на экран телефона.

Мне хотелось наблюдать за ней вот так вот вечно: со стороны, когда она не знает, что я её вижу, не держит лицо. Когда она настоящая.

Но стоять тут и, как идиот, пялиться в окно я не мог, ещё чуть-чуть и кто-нибудь точно пальцем у виска покрутил бы. Пришлось заходить в кафе, натягивать вежливую улыбку.

Дане уже принесли меню, она сидела слегка смущённая. Я даже не сразу понял, чем, но потом до меня всё-таки дошло, почему никто из нашего офиса не ходит сюда обедать. Цены-то не среднестатистические, далеко нет. Может быть, и не люкс, конечно, но для секретаря, пусть даже моей фирмы, тут явно кусачий прейскурант.

— Тут прекрасно готовят всё, — сказал я Дане. — Не знаю, что вы любите, но мне кажется, тут любое блюдо идеально, — потом я немного помолчал, раздумывая, и всё-таки добавил: — Если что, я же угощаю.

Присмотревшись, я понял, что Дана слегка покраснела. Чёрт, может стоило промолчать?.. И вообще, почему я сейчас чувствую себя сопливым пацаном, который хочет понравившейся девчонке мороженку купить? Бред какой-то, надо брать себя в руки.

— Хорошо, спасибо, — кажется, Дана тоже решила не устраивать тут сцену независимости, а просто согласиться.

Тут готовили разные блюда, но готовили и правда хорошо: я почти всегда обедал и ужинал именно тут, и перепробовал уже почти всё меню, кроме тех блюд, куда входил ненавистный мне болгарский перец.