По коже бегут мурашки, я начинаю снова думать: вдруг он бандит, прячущийся от правосудия? Деньги всюду рассовал, от человека избавился легко, как от мухи! Умара не испугался…
Черт.
Точно бандит! Головорез какой-то…
Надо быть с ним настороже.
Бероев ловко игнорирует мой вопрос, задав свой:
— Поела? Умывайся и будем выдвигаться. И ради всего святого, оставь эту сковородку! — морщится. — Места много займет.
— Тогда я ее понесу!
— Далась она тебе!
— Она чистая! — говорю с обидой. — Даже блестит! Отмыть сковородку теми средствами, которые были у тебя в доме, это подвиг!
— Хорошо, Золушка. Оставишь ее себе на память, если так хочется. Выходи во двор, поешь.
— Почему там?
— Потому что ты почти ничего не съела, а на свежем воздухе аппетит хороший!
Утро еще раннее. В горах так холодно… Я почти мгновенно зябну на небольшой скамье. Но вид завораживает: давит и восхищает одновременно.
На плечи опускается колючее одеяло.
— Укройся, а то замерзнешь!
— Спасибо!
Интересно, что задумал Аслан…
Я укутываюсь в одеяло плотнее, понемногу щиплю лепешку и запиваю водой из ковшика. Делаю это автоматически. В очередной раз мои пальцы натыкаются на мягкую шерсть. Я испуганно отдергиваю ладонь, в сторону бросается белое пятно с блеянием.
Уф! Это всего лишь козленок! Довольно подросший, беленький! Он тыкался мордашкой в ковш. Пить, что ли, хотел?
— Иди сюда, — подзываю его, переставив ковшик пониже. — Попей.
Козленок без движения стоит на месте, потом осторожно подпирается и пьет из ковша, лакая воду. Я осторожно поглаживаю его по белой шерстке.
— Аслан! — зову вполголоса.
Никакой реакции.
— Аслан!
Козленок напрягся. Мне кажется, он был готов удрать, но я схватила его за обрывок веревки на шее и удержала на месте.
— Аслан! Скорее сюда!
Козленок начинает брыкаться и дергается неожиданно сильно, вырвавшись. Я растянулась на пыльной земле.
На мои крики появляется супруг с ружьем в руках.
— Что стряслось?
Сажусь в пыли, отряхиваясь.
Аслан опускает ружье, из позы пропадает настороженность.
— Лея, смотри себе под ноги, необязательно орать, как резаная, всякий раз, когда тебе вздумается упасть! Просто будь внимательнее!
— Я нашла козленка! Только он снова удрал… Он пил из ковшика.
Аслан подает руку, чтобы я встала с земли.
— Поела?
— Немного. А ты?
Спохватившись, я вспоминаю, что хорошая жена должна встать раньше всех в доме, приготовить поесть. А я спала без задних ног.
— Если ты не голодна, умойся, собери волосы и выдвигаемся.
Аслан осмотрел меня с головы до ног.
— Тут недалеко, но лучше я тебя понесу.
— Недалеко? Это куда? У тебя еще один домик в горах? А сколько до него идти?
Я не сразу замечаю его фразу «я тебя понесу». Обращаю внимание на другие слова и пытаюсь понять, заваливаю мужчину ворохом вопросом, после которых он морщится с досадой.
— Просто собирайся. Все увидишь!
— Хорошо.
Я быстро переплетаю косу, умываюсь ледяной водой, которая бодрит до стука зубов. Не представляю, как буду шаркать ногами в калошах…
— Пошли.
Аслан неторопливо запирает свою хибару на огромный амбарный замок, передает мне ключ с таким важным видом, будто дарит ключ от целого королевства. И я, и он, мы оба прекрасно понимаем, что замок не спасет от воришек. В этот домишко можно спокойно влезть, разбив окно. Отчасти даже смешно, ведь воровать в этой хибаре нечего, но почему-то смеяться не выходит. Ключ на широкий ладони мужчины смотрится как приглашение, жест доверия.
Я беру ключ, скользнув пальцами по шероховатой горячей ладони. У Аслана крепкие, натруженные ладони с глубокими, четкими линиями. Супруг на миг запирает мои кончики пальцев своими.
Сердце стрекочет, просто взлетает ввысь.
Как же холодно! От нашего дыхания в воздух поднимается пар, по коже ползут мурашки, но мне горячо-горячо изнутри от простого жеста Аслана. Я мгновенно вспоминаю, как он меня вчера целовал, обнимал, гладил, как трогал, вызывая томление и жар. Это было так приятно… Повторится ли подобное?! Сейчас он такой суровый, собранный, жесткий, полный каких-то намерений. У меня даже язык не повернется задать ему вопрос о вчерашнем. По правде говоря, даже не верится, что это было на самом деле. Словно привиделось… Но тело мгновенно отзывается возмущенным жаром, от которого мои щеки и шею опаляет жаром. Я, что, краснею?
— Сохрани этот ключ.
Аслан разжимает пальцы. Приятное ощущение легкой щекотки пропадает, но не без следа. Чувство, что он меня касался, и может быть заботливо нежным, прокрадывается внутрь и сворачивается приятным клубком возле сердца, как мурчащая кошка.
Я молча прячу ключ в нагрудный карман комбинезона, предварительно удостоверившись, что в нем нет дыры, потом застегиваю карман на пуговицу.
— Пошли. Вернее, я пойду и понесу тебя, иначе несчастный километр будем идти до самого вечера.
Ох… Он меня понесет на руках.
Обстановка совсем неподходящая. Бородатый, смуглокожий Аслан с обветренным лицом совсем не похож на сказочного принца. Я тоже мало похожу на красавицу из сказки в этой мужской рубахе и рабочем комбинезоне, с закатанными рукавами и штанинами, еще и эти калоши громадные… Словом, я не Золушка на балу, а он точно не тянет на мужчину мечты. Но я все же шагаю к нему, со сладким еканьем внутри, думая о том, что меня впервые будет носить на руках мужчина.
Аслан сильный. У него широченная грудь. Сейчас он меня подхватит на руки, и…
Конец ознакомительного фрагмента