logo Книжные новинки и не только

«Черные души праведников» Альбина Нури читать онлайн - страница 2

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Часть I

Плава планина

Глава 1

— Теперь точно опоздаем на самолет, — сказала Юлиана.

Матвей с трудом подавил раздраженный вздох. Не сказать, что они долго знакомы и он успел узнать Юлиану как свои пять пальцев, но одно понял точно: стакан для нее всегда наполовину пуст.

— Не нагнетай. Успеем.

Девушка недоверчиво покачала головой, и на какой-то миг Матвею захотелось вытолкать ее из машины.

Такси двигалось в автомобильном потоке со скоростью, которую можно было назвать черепашьей. Только это слишком уж банальное сравнение, недостойное человека, который считается одним из лучших и перспективных казанских журналистов.

— У нас еще три часа в запасе, — ровным тоном проговорил Матвей. — Не о чем волноваться.

Юлиана поерзала на сиденье, но больше, к счастью, ничего не сказала.

Матвей был прав: они успели. Пробка вскоре рассосалась, и спустя десять минут они уже выгружали вещи из багажника перед терминалом «Д».

Два большущих бордовых чемодана на колесиках принадлежали Юлиане — бог знает, чего она туда напихала. Поездка предстояла короткая, всего-то несколько дней, к чему тащить с собой столько вещей? Сам Матвей взял одну сумку. Еще при нем были фотокамера и ноутбук.

Они благополучно сдали багаж, прошли таможенный и паспортный контроль и оказались в зоне ожидания.

— Зачем мы приехали в такую рань? — Юлиана сморщила точеный носик. — Вылет через час с лишним!

«Конечно. Помним про полупустой стакан!»

— Как говаривала моя матушка, лучше перебдеть, чем недобдеть. Главное, что мы не опоздали, верно?

Юлиана улыбнулась, и Матвей чмокнул ее в кончик носа.

— Хочешь кофе? — спросил он.

— Издеваешься? Он у меня скоро из ушей польется. В жизни не пила так много кофе — от него портится цвет лица.

Кофе и правда пили все утро: в кафе за завтраком, в редакции популярного московского журнала, куда Матвею нужно было заскочить по делам.

— Не ворчи. Этот факт не доказан. Не хочешь кофе, может, пообедаем?

— Мы же пообедали! Ты чудовище и проглот! — притворно возмутилась Юлиана. — Как можно столько есть?

— У меня нет безупречной фигуры, которую стоило бы беречь. Мою портить не жалко. Пойду разыщу какой-нибудь фастфуд. Съем жуткий холестериновый бургер.

Оставив Юлиану в зале, он отправился на поиски еды. Ел Матвей и правда много, но не поправлялся, хотя занятий спортом терпеть не мог и вообще ничего не делал, чтобы держать себя в форме. Никаких личных заслуг и силы воли — только правильные гены.

В зале было полно народу. Людские потоки, похожие на полноводные реки, текли, волнуясь и бурля, вдоль стен-берегов. Мужчины и женщины всех возрастов и национальностей спешили в разные стороны, говорили на разных языках, заходили в бутики за баснословно дорогими журналами или безделушками, искали взглядами информационные табло.

Почти все кресла были заняты: пассажиры дремали, читали, говорили по телефону в ожидании вылета. Взгляд Матвея упал на девушку, закутанную в короткое белое пальто из искусственного меха, которая спала в кресле возле окна.

У девушки были длиннющие черные ресницы, похожие на крылья диковинной бабочка, и короткие светлые волосы. Тонкие пальцы, сжимающие воротник пальто, были сплошь унизаны серебряными кольцами, на ногтях поблескивал серебристый лак.

За спиной девушки заходил на посадку очередной огромный лайнер. Самолеты всегда казались Матвею рукотворным чудом: то, что такая махина может не только подниматься в воздух, но и перемещаться с огромной скоростью, соединяя города и страны, уже сделалось привычным, но все равно было недоступно его пониманию.

Матвей невольно замедлил шаг, потом и вовсе остановился, глядя на незнакомку. Кто-то толкнул его в спину, но он не обратил внимания. Девушка, в облике которой было что-то неземное, нездешнее; огромные машины, живущие в небе… Во всем этом присутствовало что-то чарующее, волшебное, но вместе с тем тревожное.

«Стоило ли мне соглашаться лететь туда?» — спросил себя Матвей.

Девушка вдруг резко открыла глаза, оказавшиеся прозрачно-зелеными, и посмотрела прямо на него. Подумала, наверное, что он полный придурок или маньяк: стоит посреди зала и пялится на незнакомого человека. Матвей смущенно моргнул и отвернулся, заспешил прочь.

За бургер пришлось отдать в несколько раз больше обычной его цены (готовишься взлететь под облака, будь готов к заоблачным ценам!), а на вкус он напоминал картон. Или вкус был обычным, просто у Матвея неизвестно почему испортилось настроение и пропал аппетит.

Он оставил недоеденную булку с мясом на столе, взял стаканчик кофе и отправился обратно к Юлиане. Ему захотелось увидеть ее, поговорить — неважно, о чем, лишь бы обратить в слова и выплеснуть из себя неизвестно откуда взявшуюся тревогу.

Юлиана уткнулась в планшет — была поглощена чтением и не сразу заметила подошедшего Матвея.

— Чем ты так увлеклась? — спросил он, усаживаясь рядом.

Она отвела взгляд от экрана планшета.

— Статью читаю. Про место, куда мы летим.

— В самом деле?

Юлиана закинула ногу на ногу.

— От нечего делать взяла и набрала в поиске «Плава планина». Вылезла статья в каком-то сербском издании.

— Ты знаешь сербский?

Юлиана снисходительно посмотрела на Матвея.

— Вообще-то уже давно придумали программы-переводчики. Ты не в курсе?

— Не язви, — усмехнулся он. — Так что пишут?

— Туристический комплекс назван так же, как гора, на которой он построен. Ты знал, что Плаву планину — Синюю гору считают проклятым местом?

Ни о чем подобном Матвей не слышал. Да и не собирался заранее читать, собирать информацию: хотел, чтобы восприятие получилось ярким, непосредственным, ничем не замутненным, не навязанным извне. Когда он будет писать статью, то, конечно, изучит весь доступный материал, но поначалу хотелось бы положиться на собственное видение, составить личное впечатление.

Так что же — сказать Юлиане, чтобы замолчала, ничего ему не рассказывала? Так ведь не замолчит. Да ему и самому стало любопытно.

— Что значит — проклятым?

— Перевод, конечно, корявый, но суть понять можно. В тех местах люди не строят домов, не селятся примерно уже лет сто. Давным-давно на горе была большая богатая деревня, но все жители ее вымерли за несколько дней. И с тех пор больше там никто не отваживался жить.

— Мор, наверное. Эпидемия какая-то, — предположил Матвей.

— Не знаю. Может быть. Написано, что вроде поначалу люди снова хотели там поселиться: дома остались нетронутыми, подсобные хозяйства от прежних владельцев, скотина, все такое… Земля хорошая, плодородная, озеро и речка. Но все, кто пытались обосноваться, бесследно исчезали, и попытки прекратились. Люди стали обходить это место стороной. А те, кто случайно оказывались в тех местах, слышали, как по ночам там кто-то не то воет, не то стонет. Говорят, это бродят неупокоенные души бывших жителей проклятой деревни.

— Все? — Матвей смял стаканчик из-под кофе и выбросил в ближайший металлический бачок.

— Статья небольшая. Но тебе этого недостаточно? Почему твой друг решил строить отель именно в том месте, он не говорил?

Ее тон — напористый, с обвиняющими нотками — раздражал. Кем она себя возомнила? Законной женой? С языка чуть было не слетело что-то вроде «не нравится — можешь возвращаться обратно в Казань, никто не держит!», но Юлиана неожиданно робким голосом проговорила:

— Страшно немножко, да? Отель на месте проклятой деревни!

Это прозвучало по-детски, да она, в сущности, и была почти ребенком — двадцать четыре года, моложе его на восемь лет.

— Не верь всему, что пишут, — улыбнулся Матвей. — Авторитетно заявляю это как журналист с почти пятнадцатилетним стажем. Набрехать можно все что угодно.

Юлиана улыбнулась в ответ и убрала планшет в сумку.

— И потом, комплекс «Плава планина» не обязательно построен именно там. Гора огромная, строиться можно в разных местах.

Она окончательно успокоилась — а может, не сильно-то и волновалась, прислонилась к его плечу и заговорила о чем-то. Матвей не вслушивался, да она и не ждала реакции. В этом смысле с Юлианой было легко: можно молчать, кивать, мычать что-то невнятное, способное сойти за одобрение.

Матвею же теперь никак не удавалось съехать с мыслей о Синей горе. Правда, знал ли Эдик историю этого места или нет? Или история — не более чем выдумка?

Эдик позвонил десять дней назад.

— Братишка, выручай! Без тебя никак! Заметь — не за «большое спасибо».

Они были одноклассниками и, давно уже оставив позади школьное прошлое, продолжали не то чтобы близко дружить, но регулярно общаться.

Матвей учился в университете, параллельно работал — с восемнадцати лет писал заметки в газеты и журналы; карабкался по служебной лестнице — от внештатного корреспондента до главного редактора. Наступающий Новый год готовился встретить, будучи руководителем пресс-центра, с хорошей (очень хорошей!) зарплатой и отличными перспективами.

Эдик все эти годы, в сущности, делал только одно: пытался всем вокруг доказать, что стоит чего-то сам по себе, а не вкупе с отцовскими миллионами. Отец сидел возле нефтяного крана, возглавлял крупнейший в Татарстане холдинг и мог обеспечить единственному сыну поистине королевский уровень жизни и безоблачное будущее.