Катя: «Ты прав. Я перепишу финал»
Гриша: «Злишься?»
Катя: «Конечно нет! Ты что? Я просто была на психах, вот и вылезло слишком много сладкой ваты *смеющийся до слез смайлик*»
Гриша: «Сам роман очень крутой. Честный, чувственный, местами забавный, местами грустный. Всего в меру. Он может покорить мир *смайлики-звезды*»
Катя: «Ты меня перехваливаешь. Таких романов миллиарды, но… их правда любят. За сладкие финалы, между прочим!»
Гриша: «Я всего лишь высказал свое мнение. Обычно за такое даже деньги берут. Можешь оставить как есть, если хочешь. Ты ведь здесь царь и бог *смайлик в черных очках*»
Катя: «Ахаха! Я автор, я так вижу!»
Гриша: «Точно! Кстати, как дела с предыдущей рукописью? Издательство еще не ответило?»
Катя: «Нет, это небыстрый процесс»
Гриша: «Все еще не передумала насчет публикации в сети?»
Катя: «Мне хватает критики от тебя *смайлик, показывающий язык*»
Переписка с другом отвлекает от насущных проблем, болтаем о новых книгах, фильмах и музыке. Наше легкое общение ненадолго приносит душевный покой, и сейчас я с уверенностью могу сказать, что рада знакомству с Гришей, несмотря на то, как оно началось. Мы все уже давно забыли о пережитом. В конце концов, как сказал кто-то умный: «Человек ошибается до конца жизни», а значит, нужно учиться прощать.
Понедельник и так день тяжелый, а если ты встал в пять утра, то он автоматически становится еще и невыносимым. Топчусь у входной двери и прислушиваюсь к звукам из коридора в ожидании стартового хлопка. Сегодня в расписании Дария три пары, которые начинаются с самого утра, а значит… Шаг первый, дубль третий — «Случайная встреча в лифте».
Провожу пальцами под глазами, растирая консилер, и поправляю волосы, рассыпая кудри по плечам. Оттягиваю ворот белой рубашки, поверх которой надет вязаный жилет, и принюхиваюсь. Аромат духов ощущается приятным дуновением ветра, приносящим с собой лепестки сирени, а розовый перец и ментол придают пикантности. Вчера я решила, что наша с Дарием разница в возрасте может стать моим преимуществом, если я превращусь для него в глоток свежего воздуха. У него наверняка богатый опыт, десятки девушек за плечами. Он же старикан приятной наружности, как иначе? Но если Дарий увидит во мне что-то близкое и особенное, то попадется в ловушку. Одергиваю край серой клетчатой юбки, подтягиваю черные вязаные чулки и еще раз придирчиво разглядываю отражение в зеркале. Ну вроде бы ничего. Скромно и мило, но в то же время игриво и привлекательно.
Повторяю про себя план, чтобы не стушеваться и ничего не забыть. Сначала спокойно приветствую Дария милым голосочком во время поездки в лифте, после демонстративно вызываю такси и с особым страданием остаюсь у подъезда ожидать машину. Ничего лишнего, никаких эмоций и шуток. А если Дарий растает слишком быстро и предложит меня подвезти, то…
«Ни в коем случае! Только на второй раз! — звучит строгий голос внутреннего редактора. — Причем отказ должен быть смущенный и печальный, словно тебе очень неловко и стыдно принимать от него помощь. Катя, ты — котенок под дождем, а не голодная пума! Не забывай об этом, пожалуйста!»
Наконец слух улавливает глухой хлопок, боевая готовность на максимум. Жду три секунды и выхожу из квартиры, в этот же момент спина Дария исчезает за поворотом. Торопливо проворачиваю ключ в замочной скважине и бегу по коридору, у поворота замедляюсь и тихо выдыхаю, прежде чем выйти к лифтам. Дарий отрешенно смотрит на горящую кнопку на стене и не спешит обращать на меня внимание. Кажется, кое-кто тоже не в восторге от ранних подъемов. Шагаю ближе, сцепляя пальцы в замок, волнение мешает выдавить хоть слово. Дарий снова в образе строгого преподавателя: серые брюки, черный пиджак, гладкие щеки и аккуратная прическа. Даже не знаю, какой стиль идет ему больше.
Двери лифта открываются, Дарий входит первый, а я за ним, тут же отступая в дальний угол.
«Соберись, Катя! Ты должна поздороваться!» — приказывает внутренний редактор.
Сжимаю пальцы до легкого онемения и произношу тише, чем хотелось бы:
— Доброе утро.
Дарий убирает палец с панели, где уже светится кнопка первого этажа, и оборачивается. Его сонный взгляд пробегает по мне, губ касается нежная улыбка:
— Доброе, Катюш. Ты на учебу?
Порывисто вдыхаю, невольно округляя глаза. Чего это он такой миленький с утра пораньше? Мозг еще не проснулся?
— Угу, — отвечаю я и опускаю нос.
Лифт медленно движется вниз, останавливаясь почти на каждом этаже, людей становится все больше. Духота ощущается испариной на коже, а Дарий придвигается все ближе, оттесняемый новыми попутчиками. Смотрю в пол, боюсь пошевелиться. Что же меня так трясет-то, а?
— Чем это пахнет? — слышу приглушенный голос совсем рядом.
— Что? — удивленно переспрашиваю я.
— Духи, — уточняет Дарий. — Это от тебя?
Вот блин! Неужели переборщила?!
— М-м-м… может быть. Это «L Eau par — Kenzo».
«Ты что несешь? Он не спрашивал марку!» — злится внутренний редактор.
Дарий вдруг наклоняется и убирает кудряшки с моего плеча, едва ли не касаясь носом шеи. Его теплое дыхание ласкает кожу, сердце в ужасе замирает. Это что такое? Что за милые домогательства? Кто-нибудь вызовите «Скорую»! Не уверена, что останусь в сознании надолго.
— Приятно. — Дарий выпрямляется и заглядывает мне в лицо: — Похоже на цветы и жвачку.
— Сирень и ментол, — сдавленно отвечаю я.
— Тебе идет, — говорит он вместе с коротким звоночком, который означает остановку лифта.
«План! План! План!» — воет голос внутреннего редактора.
Спохватившись, достаю из бокового кармана сумки телефон и открываю приложение такси, шагая на выход из подъезда. Утренний воздух отрезвляет осенней прохладой, обнимаю себя одной рукой за плечи, чтобы сберечь немного тепла.
— Я тебя отвезу, — уверенно заявляет Дарий. — Идем.
Он проходит мимо и спускается с тротуара на дорогу, а я все стою на месте, отчаянно стараясь собрать мысли в кучу. Почему Дарий ведет себя так, будто…
— Я тоже еду в университет. — Он оборачивается. — Нам по пути.
Мотаю головой, крепче сжимая телефон, и отступаю, выдавливая неловкое:
— Не стоит.
— Такси нужно вызывать заранее, ты опоздаешь.
Мобильный подсказывает неутешительное — «Время ожидания машины 18 минут».
— Поехали, иначе мы оба опоздаем.
Его «мы» звучит так притягательно и волнительно, словно он и я уже близки. Отрываю ногу от земли и делаю первый шаг, голова пустая. Внутренний редактор истерично хлопает дверью каморки, структура плана рушится, а зеленые глаза точно магниты тянут вперед. Дарий довольно кивает и отворачивается, но я успеваю заметить, как его улыбка из добрососедской превращается в хищную. Что, черт возьми, происходит? Что он задумал? К чему все это?
— Садись, Катюш, — говорит Дарий и нажимает кнопку на автомобильном брелке.
Подхожу к задней двери заведенной машины и тянусь к ручке.
— Нет. На переднее сиденье.
— Но…
— Пожалуйста, Катя, садись вперед, — просит он с нарочитой вежливостью.
— Лад-но, — медленно отвечаю я и обхожу машину, а сердце так и норовит проломить грудную клетку.
Опускаюсь на переднее сиденье и закрываю дверь, в теплом салоне автомобиля пахнет лимоном и медом. Похоже, Дарий, как и я, любит приятные ароматы — это плюс. Кошусь на водительское кресло, Дарий уверенно выезжает с парковки, держа обе руки на руле. Он слишком спокойный и добрый, и я не понимаю почему — это минус.
Мозг от недостатка сна туго соображает, но я стараюсь структурировать дальнейшие действия. Нельзя позволить ему загнать меня в угол, нельзя выпадать из образа.
— Не думаю, что сажать меня впереди — хорошая идея, — смущенно говорю я. — Нас могут увидеть.
— Кто?
— Другие преподаватели или студенты.
— И что?
— Ну-у-у… проблем не боишься?
— Тебе ведь уже есть восемнадцать?
— Да.
— Тогда какие проблемы? — снисходительно хмыкает Дарий.
В мыслях вертится десяток ответов по типу — «что еще ты собираешься делать, узнав о моем совершеннолетии?», но я молчу. Да что же это? Откуда внезапная трусость и нелепое смущение? Нервно подергиваю край чулка.
Плотный поток машин движется в сторону городского центра.
— Сколько нам ехать?
— Полчаса, — отвечает Дарий и поворачивается ко мне лицом. — Поэтому я и попросил тебя сесть рядом. Не люблю говорить с тем, кто находится за спиной.
Его уравновешенный тон и полупустой взгляд больше меня не обманут. Он снова смеется надо мной, это же очевидно. Думает, я к нему клеюсь, считает себя королем. Что-то рановато.
— А может, ты боишься удара в спину? — дерзко спрашиваю я.
— Ну вот ты и проснулась, — широко улыбается Дарий. — Доброе утро, Катюш.
Он вновь смотрит на дорогу, включив стариканскую внимательность, а я медленно закипаю. Паническая злоба от потери контроля превращает мой голос в шипение:
— Почему ты так со мной разговариваешь?
— Как именно? — простодушно уточняет Дарий.
— Словно мы знакомы сто лет!
— Мы пили вместе вино, а значит, уже не чужие.
— Но не на брудершафт же!
— Мне заехать в алкомаркет? — нотки веселья в его интонации лопаются на моей коже, как пузырьки с кислотой.