logo Книжные новинки и не только

«Зона заражения» Александр Афанасьев читать онлайн - страница 10

Knizhnik.org Александр Афанасьев Зона заражения читать онлайн - страница 10

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Нет, я не всегда такой злой, просто воспитан плохо. А эти уроды — не бодигарды, название одно. Тем более нелегалы. И явно с криминальным прошлым, настоящим… теперь уже без будущего благодаря мне. Никто их не хватится. Тут шестьдесят миллионов душ обретается, и исчезновения нескольких никто не заметит.

Настя перебралась жить ко мне, через какое-то время я заметил, что деловая хватка у нее есть. Дал ей немного денег, чтобы она открыла модельное агентство. Теперь и она тоже при деле. Про ее прошлое я не знаю и узнавать не хочу. Это не имеет никакого значения.

Выдержав несколько минут под ледяным душем, растираюсь полотенцем. Насти в комнате нет, у нас современная семья. Мы живем в разных комнатах и приходим друг другу, только когда один из нас этого хочет. На мой взгляд, это правильно. Человека не должно быть много, иначе рано или поздно лодка любви разобьется о быт повседневности. Те отношения, которые у меня есть с Настей, позволяют мне чувствовать себя одновременно и свободным, и семейным человеком. Я это ценю. Думаю, что и она тоже.

Настя уже на кухне, в халате, но не том, который она надевает, когда хочет меня соблазнить, а большом, махровом. Увидев меня, она подставляет щеку для поцелуя, в чашку из кофейного аппарата капает ароматный напиток, в ее тарелке, которую я подарил, — немного овсяных хлопьев и сухофрукты — утром она больше ничего не ест. Вечером, кстати, тоже, если мне не приходит в голову угостить ее ужином в одном из ресторанов центра. Газета тоже пришла… все никак не могу привыкнуть, что газеты не надо покупать, газеты приходят еще ночью, и то, что можно принять за обычную бумагу, — на самом деле сверхтонкий и гибкий экран, газета на котором меняется каждый день. Он даже шуршит, как газета.

Настя читает «Сан» [Самая популярная в UK газета — таблоид, со скандалами и сплетнями.], никак не могу отучить ее от этой привычки, я же начинаю с «Файнэншл таймс», затем перехожу на профессиональную прессу. Профессиональная пресса приходит уже не на электронный экран, а на ноутбук, который я всегда ношу с собой. Она бесплатная, полагается каждому, кто платит взносы в Международную ассоциацию операторов, штаб-квартира которой находится здесь, в Лондоне.

Именно на это я потратил те во многом шальные деньги, которые получил несколько лет назад. Плюс добавил свои, собрав все свои заначки и продав большую часть из того, что у меня было. Решение, кажущееся глупым только с виду, в обмен я получил членство в самом престижном клубе военных операторов в мире, доступ к базам данных, включающим в себя все крупные транснациональные корпорации, право указывать логотип на своей визитке и доступ к материалам частной разведывательной службы ассоциации.

Сначала на меня не обращали внимания. Все-таки кроме карточки и членства надо еще быть вхожим. Или, по крайней мере, своим. Тут устоявшееся общество, все помнят, кто они и откуда, чтобы стать своим, надо учиться в приготовительных школах для мальчиков, потом в правильном университете, потом вращаться в свете, ходить в клубы, быть прихожанином англиканской церкви — короче говоря, я не подходил ни под один из этих критериев. Потом один судовладелец дал мне контракт на сопровождение судов [То есть на защиту судов от пиратства. К описываемому периоду пиратство превратилось из локальной в глобальную проблему, пираты были везде и всюду.]. Этот судовладелец был наш, из эмигрантов, потому, наверное, я и выиграл этот контракт — иногда хорошо быть и русским. Контракт я выполнил с высочайшим рейтингом, почти без потерь — и это заставило тех, кто держит руку на пульсе, обратить пристальное внимание на русского парвеню, каким я был тогда и остаюсь сейчас. Мне предложили несколько контрактов на субподряд, но я гордо отказался от всех, сказав, что я не субподрядчик и никогда им не буду. Потом мне удалось взять контракт на охрану нефтяных вышек, потом моя фирма работала на зачистке Абу-Даби [В 2032 году на Абу-Даби произошел налет объединенной армии кочевников, так называемых ихванов, закончившийся массовыми убийствами неверных. Охрана отразить налет на сей раз не смогла, ихваны прорвали периметр и бросились в жилые кварталы. Погибли более пятидесяти тысяч человек.]… В общем, много чего было. Постепенно я наработал репутацию если и не в лондонском свете, которого я сторонюсь до сих пор, то в среде профессионалов безопасности и менеджеров крупных транснациональных компаний. Все знают мою кличку — Мистер десять. Это не десять процентов отката, который я предлагаю, это десять процентов скидки от обычной рыночной цены за сертифицированные услуги при том же или лучшем качестве выполнения работ. Ни больше ни меньше — десять. Я не торгуюсь, не занимаюсь демпингом и не даю обещаний, которые не в состоянии выполнить.

Яркий солнечный свет сочится в окно, на улице прохладно, Лондон с тех пор, как Гольфстрим отвернул от него, вообще стал холодным городом, зимой до минус тридцати тут бывает, кофе уже накапал в чашку, и я снимаю ее с держателя. Врач запретил мне пить больше одной чашки кофе в день, и эту чашку я выпью прямо сейчас. Больше сердце не позволяет. В моем возрасте уже пора думать о пересадке, но я пока об этом не думаю. Как-то… не по себе от того, что твое сердце выращено в пробирке [К описываемому периоду органы для пересадки клонировали из твоей же ткани. Так что пересадка стала обычным делом, хотя и довольно дорогим.].

— Пока обойдусь своим…

— Что?

Я что, вслух это сказал?!

— Да нет, ничего… Есть что-то интересное в газетах.

— Да так… Свадьба принца Джереми, а в остальном то же самое. Ты же не любишь светские новости…

Верно. Не люблю.

Пикантность новости о свадьбе принца Джереми была в том, что он не женился, а… выходил замуж. За своего бойфренда. Я от таких новостей испытываю примерно то же, что испытывает человек, наступивший новыми туфлями в коровью лепешку.

— Не люблю, — подтверждаю я. — Как у тебя дела с показом?

Настя удивленно смотрит на меня.

— Откуда ты знаешь?

— Ну… скажем так, знаю.

Я вообще-то не сетью прачечных владею, верно? Типичная пантомима итальянской мафии — пожатие плечами, брови вверх, мол, понятно, но зачем проговаривать это вслух?

И мне даже не так интересно, чем занимается Настя на своих показах, — совсем. Ничем противозаконным она не занимается, это я знаю, а денег, зарабатываемых мной, хватает для нас двоих. Просто я знаю, что для поддержания отношений неплохо иногда интересоваться у партнера, как дела. Иначе он может подумать, что тебе все равно.

— Пока все отлично, — решается поделиться она. — Милен уже подтвердила свое участие, представляешь?!

Я не знаю, кто такая Милен, но вежливо киваю. У модельных агентств тоже есть своя иерархия, и если тебе доверяют готовить показ целиком, то это высший уровень, выше только Неделя моды. Те, кому не доверяют показы, выполняют черную работу типа скаутинга, обучения, к сожалению, и организации проституции. Почти все модельные агентства второго эшелона — либо откровенные бордели, либо агентства знакомств, где папик может выбрать подходящую себе девочку. Кроме… разве что Насти, она этим не занимается. Я это знаю точно.

— …и Дима… представляешь? Сама Дима?

— Дима? — недоуменно спрашиваю я. — Это что… андрогин [Еще одно явление в индустрии моды и фэшн — мужчина, который работает моделью-женщиной, показывает женскую одежду.]?

— Андрогин? — теперь приходит пора удивляться Насте. — При чем тут андрогин?

— Дима…

Настя смеется. У нее вообще очаровательный смех — хрипловатый и теплый. И еще она умеет говорить так… одновременно серьезно и соблазнительно. Возможно, если бы я уделял ей больше времени, было бы лучше. Но я не могу.

— ДимА, глупый. Ударение на «А». Она модель из Ливана. Очень известная.

— Бывшего Ливана [Ливан полностью погиб к 2036 году, на его территории двадцать лет шла ожесточенная Вторая гражданская война.], — машинально повторяю я.

— Да все равно. Ее вывезли оттуда совсем маленькой…

— Она мусульманка? — продолжаю машинально расспрашивать я. Для меня это не праздный вопрос, поверьте. Один парень из 22САС разом потерял свою репутацию, когда сделал послабление и не стал проверять очередную шалаву, которую подцепил его клиент. Он думал, что леди всего лишь хочет «Порше» в подарок, а леди оказалась такфириткой [Особо опасная часть джихада, последователи этого течения полностью отказывались от всех внешних атрибутов ислама, не свершали намаза, хаджа, некоторые даже принимали христианство, но в душе оставались мусульманами, ведущими джихад, и совершали теракты.] и пронесла в пентхаус почти четыре фунта пластида. Нехорошо получилось.

— Мусульманка. А при чем тут это?

— Да ни при чем. Просто будь осторожнее.

— Господи. В Лондоне триста пятьдесят мечетей.

— Знаю. И все равно — будь осторожнее…

Последние слова я, наверное, произнес жестче, чем следовало. Но Настя покорно согласилась.

— Хорошо, как скажешь.

Радости мне это не принесло. Иногда у меня возникает чувство, что я делаю что-то не так, но как правильно — я не знаю. Просто не знаю.