Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Александр Белов

Лунная башня

Пролог

Мир горел, мир сгорал, но продолжал биться в агонии. Пламя от бесчисленных пожаров поднимало в небо волны пепла, покрывая всё на своём пути. Невыносимый жар убивал всё живое. А ужасающее алое зарево пожаров обращало всех в бегство. По небу ползла тьма. Она словно черная плесень пожирала небо. Люди прятались, боролись и пытались выжить. Но огонь не знал пощады. Города тонули в пепле. Умирали, оставляя после себя руины. Страны исчезли в клубах дыма, оставляя лишь ничего не значащие названия. Всё горело, всё сгорало.

А потом на костях прошлого восстал из пепла священный город Дит. И в мире начали вновь появляться и расцветать поселения, образуя новые страны.

Но подобно новому пожару, человечество снова подняло в небо пепел, покрывающий всё на своём пути.

Глава 1. Новый пожар

Жерар лежал на траве в тени громадного дуба. Его лопата валялась неподалёку, сломанная пополам. Весь день он копал траншеи, думая о завтрашнем дне. Завтра бой и всё будет полыхать. Земля превратится в грязь и смешается с кровью. Трава почернеет от копоти, и даже старый дуб, у которого он лежал, сгорит. Но это будет завтра, а сейчас он хотел насладиться природой. Он лежал на спине и смотрел на небо. На пролетающих над ним птиц. Он чувствовал мягкую траву под собой, источающую жизнь. Жерар хотел сохранить в памяти этот момент.

— Сержант Янполь, — послышался знакомый голос, нарушивший тишину. Жерар вскочил на ноги и увидел капитана Кабернетти. Это был древний опытный солдат с аккуратной седой бородкой. На лысой голове у него красовалась фуражка с золотой кокардой в форме паука. Как всегда на нём была надета идеально выстиранная и выглаженная форма ядовитого зеленого цвета. На его фоне Жерар выглядел жалко. Весь в грязи, рубашка на половину высовывалась из штанов. Волосы топорщились в разные стороны. На сапогах был толстый слой глины. Капитан укоризненно оглядел Жерара с ног до головы.

— Где твоя лопата сержант? — он и так знал ответ, но, тем не менее, Жерар ответил.

— Сломалась пополам, когда я рыл траншеи, сэр, — немного подумав, он добавил. — Я не виноват. Это всё импланты, не могу к ним привыкнуть.

Кабернетти медленно перевёл взгляд на бесполезный мусор, который был когда-то лопатой, а затем снова на Жерара.

— Это у тебя и с винтовкой было? — капитан прищурился.

— Так точно. Я её слишком сильно сжал, когда стрелял по мишеням, — положение ухудшалось. Жерар начал думать, что ему влепят выговор и оштрафуют.

— Так не должно быть, — капитан начал задумчиво наглаживать свою бородку. — Сколько тебе лет?

— Двадцать, сэр, — ответил Жерар.

— Импланты лучше у молодых усваиваются, — капитан продолжал наглаживать бородку. — Сходи в лазарет, проверься. Скажи фельдшеру, что я тебя послал. А то ты нам тут всё переломаешь, — подумав не много, капитан добавил. — Но сначала заправься и сходи в штаб. Тебя вызывают.

Затем капитан развернулся и пошёл в сторону траншей. Жерар спешно начал поправлять свою форму, провожая взглядом Кабернетти. На спине у капитана красовался рисунок отвратительного паука. Эта тварь была на всех офицерских мундирах. Каждый раз, когда Жерар видел этих монстров, у него начинали бегать мурашки по всему телу. Паук смотрел прямо в его душу. Его восемь лап нежно обнимали спину капитана. И Жерару казалось, что паук хитро улыбается. Словно усмехаясь над тем, что люди творят друг с другом. Самое пугающее во всём этом было то, что в жизни они были ещё более отвратительными. Жерар всегда думал, что они ждут момента, когда людей останется меньше, чтобы захватить весь мир. Кабернетти удалялся всё дальше, забирая с собой чудовище.

— Проклятые пауки, — процедил сквозь зубы Янполь. Он встряхнул головой отгоняя мысли о коварных пауках и пошёл в сторону штаба.

Вокруг штаба крутились солдаты и наёмники. В основном они отдыхали и набирались сил перед боем. Сам штаб находился в сарае, вокруг которого были поставлены палатки. Они заняли эту заброшенную ферму три дня назад и устроили тут временный лагерь. Враг шёл в их сторону, и завтра до них должна была дойти огромная армия. Жерар вошёл в помещение. Внутри пахло потом и отчаянием. В центре сарая находился стол с картой местности на нём. И конечно десяток офицеров вокруг него, со спин которых на Жерара смотрели мохнатые мордочки. Мурашки снова побежали по всему телу. Один из офицеров посмотрел вопросительно на него.

— Сержант первого пехотного полка Жерар Янполь, — он отдал честь, приложив руку к голове, а затем продолжил. — Прибыл по вашему приказу.

Офицер улыбнулся и подошёл к Жерару. Это был главнокомандующий Галанд.

— Давайте поговорим на улице молодой человек, — сказал он. Улыбка на его лице растворилась, и Галанд стал очень серьёзным. И даже не много обеспокоенным.

— Ты ведь сын легендарного героя? — Жерар чувствовал, что это риторический вопрос. Они вышли из штаба, и он ответил.

— Да, маршал Дюбон Янполь мой отец.

Галанд тяжело вздохнул и вытащил из мундира запечатанное в белом конверте письмо.

— На базу в Наршиике была совершена атака, — главнокомандующий протянул письмо Жерару. — Твой отец был тяжело ранен и умер в госпитале. Перед смертью он написал тебе, — Галанд положил руку на плечо Янполю. — Мне жаль парень. Соболезную.

Галанд развернулся, показав рисунок паука, от которого Жерара начало подташнивать, и пошёл обратно в штаб. Жерар взглянул на конверт. На нём было написано: «Дорогому Жерару». Затем он усмехнулся и смял письмо.

— Прощай, старый урод, — затем он выкинул мятое письмо в лужу и пошёл в лазарет, который представлял собой палатку синего цвета.

В лазарете был только фельдшер. Раненых у них пока не было. И сюда ходили только с расстройством желудка, зубной болью и хламидиозом.

— Проходите, сержант. Присаживайтесь, — фельдшер указал на одну из коек. Его лысина блестела под наспех подвешенной лампой, а на лице у него была марлевая маска.

— Добрый день, — Жерар присел на койку. — У меня проблемы с имплантами. Сегодня лопату случайно сломал пополам. Ещё на стрельбище приклад у винтовки треснул.

Фельдшер достал из ящика резиновый мячик и сенсорный планшет.

— Сожми мячик, — сказал фельдшер и начал смотреть на показатели в планшете.

Жерар сжал без всякой жалости несчастный мячик. Его рука словно раскалилась.

— Я чувствую, как будто у меня кости горят. Но боли нет. И это часто происходит.

Фельдшер молча читал что-то в планшете. Лицо становилось всё серьёзней.

— Импланты не правильно прижились, — заключил он. — Такое иногда происходит. Нет повода для беспокойства.

Жерар вскочил с койки, выронив мячик. У него перехватило дыхание.

— Какого хрена! Вы издеваетесь! — начал он кричать. — Вытащите их из меня.

Фельдшер отшатнулся, но сохранил невозмутимый вид.

— Я отправлю запрос, и тебе проведут операцию. Их удалят. Нет повода для беспокойства, — фельдшер поднял с пола мячик и продолжил. — Твой организм неправильно отреагировал. Импланты укрепляют кости, иначе они бы сломались. И болевой порог снижен. Поэтому тебе кажется, что они горят.

Жерар выругавшись, вышел из лазарета и отправился к дереву, у которого он лежал ранее.

— Это всё он, — говорил себе под нос Янполь. — Это он во всём виноват.

Жерар снял свой мундир и начал осматривать своё тело. Импланты вживили пару месяцев назад, сразу после начала войны. До сих пор он не предавал значения своим шрамам. Жерар снова громко выругался. Кости снова начали гореть.

«Что они со мной сделали»? Он думал, что он станет немного выносливее. И это спасёт ему жизнь. Жерар смотрел на руки, на грудную клетку, и снова на руки. Всё тело было в маленьких шрамах длиной в 8 миллиметров. По четыре шрама на каждой руке и два в области сердца. Он ощупал спину и затылок. И там тоже были шрамы. Жерара начали посещать тревожные мысли. Что если их не смогут вытащить? Что если станет хуже? Жерар начал делать глубокие вдохи и выдохи, стараясь прийти в норму.

— Нужно успокоиться, — говорил себе Жерар. — Всё будет хорошо. Соберись тряпка. Завтра будет бой. Нужно выжить. Я выживу.

Он надел мундир и пошёл к казармам. Ему стало легче, но беспокойство осталось. Он вошёл в небольшую палатку, где располагались сержанты. Вместе с ним здесь ночевал его друг Рауль, с которым он окончил военное училище.

— Дерьмово выглядишь, Жерар, — сказал Рауль. Он сидел на койке с телефоном, скорей всего переписывался со своей девушкой. — Тебя не было на вечерней поверке.

— Я был в лазарете, — буркнул Янполь и лёг на койку. — У меня неправильно прижились импланты. Я сломал лопату. Ах да, и ещё у меня умер отец.

Рауль вскочил на ноги и обеспокоенно спросил.

— Ты как, дружище?

— Я в норме, — ответил Жерар, но это была ложь. Он не был в норме. Он чувствовал, что его заперли в чужом теле. Он уже давно это ощущал и до сих пор он врал себе, боясь это признать. А ещё он злился, но не на отца к своему удивлению, а на самого себя. Жерар закрыл глаза, представляя себе прекрасный дуб, у которого он лежал. И злость отступила.