logo Книжные новинки и не только

«Чернее черного. Книга 1. Пепельный рассвет» Александр Конторович читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Александр Конторович

Чернее черного

Книга 1

Пепельный рассвет

Тайга…

Тайга — это не просто лес. Нет, здесь тоже растут такие же деревья, как в подмосковном маленьком лесочке. Такая же или очень похожая трава. Вот живность действительно отличается — в тайге ее больше, да и ведет она себя здесь более уверенно, ничего и никого не опасаясь.

Но если в подмосковный лесок можно ввалиться поддатым, с расстегнутой ширинкой и полупустой бутылкой в руке… нагадить и осквернить окружающую обстановку… и после этого свысока взирать на последствия своего безобразия из окна роскошного джипа, то с тайгой дело обстоит несколько иначе. Нет, здесь тоже хватает неадекватных людей. Особенно сразу после получки. Но вот осквернить и испохабить свой дом — желающих немного. И те, кто позволяет себе подобные выходки, как-то очень быстро начинают о них сожалеть.

А тайга — это дом. Для всех: для человека и для зверя. В этом, пожалуй, и состоит главное отличие тайги от подмосковного лесочка. Тот лесочек когда-то тоже был чьим-то пристанищем. Был… Но его постояльцы отвернулись от своего жилища, вот оно и стало понемногу отчуждаться от своих прежних обитателей. И кто знает, каково теперь в этом лесочке оголодавшему человеку? Ибо брошенные дома частенько заселяются не самыми приятными созданиями…

Другое дело — здесь. Сколько бы ни проходило мимо людей, сколько бы ни уродовали землю их железные кони — тайга все это может скрыть и не заметить. Но не простить… Ибо человек, живущий в равновесии (пусть даже и относительном) с окружающей природой, — тоже ее часть. И мстить за посягательство на него тайга будет также неумолимо.

Вот и сейчас — торопливо пробиравшиеся по тайге люди всем своим нутром чувствовали недобрый взгляд. Он не имел конкретной привязки — каждый из беглецов, где бы он в настоящий момент ни находился, ощущал его непосредственно на себе. На одного смотрели сзади, на другого — сбоку. И на всех — одновременно. При этом внешне все обстояло как обычно. Попискивали птахи, перелетая с куста на куст. Где-то вдалеке постукивал дятел… Обычная лесная жизнь. Везде. Но не там, где проходили беглецы. Казалось, какая-то зона отчуждения окружала небольшой отряд. Иначе чирикали птицы, увидевшие их приближение. Даже сучья под ногами трещали как-то по-другому. Или это только чудилось людям?

— Карп… — прохрипел один из них, тщедушный шкет с лихорадочно горящими глазами. — Слушай… ну какого черта мы так спешим? От дороги уже далеко отошли, никто за нами не поперся… Куда несемся, скажи?!

— Все сказал? — мрачно поинтересовался главарь отряда — здоровенный широкоплечий мужик. Судя по обилию украшавших его тело наколок, человек в уголовном мире не последний.

— А тебе мало?

— Хватит… Уходить надо, чую я за спиною что-то хреновое.

— Да что же?!

— Идут за нами.

— Кто?

— Конь в пальто! Не знаю… но чую их. Даже птахи эти безголовые себя иначе ведут… неспроста это.

— Да не могу я идти больше! Ноги не держат!

— Пить надо меньше.

— Тебе хорошо говорить — вон здоровый какой! А я ослаб, мне отдохнуть надо. Здоровья совсем нет.

— Меньше ширяться надо! Вон где твое здоровье осталось!

— Да понимал бы чего… ты ведь и не представляешь себе, какое это счастье, кайф какой!

— Я его последствия вижу, — буркнул здоровяк. — Кончил базлать? Вставай, пора идти!

— Не пойду, — мотнул головой шкет. — Здесь останусь да догоняльщиков твоих сам и кончу всех! Там, чай, тоже не роботы!

— Так даже? — поинтересовался здоровяк. Наклонился к сидящему и вытащил у него из подсумка два магазина к автомату. — Тебе и двух оставшихся — за глаза!

— Эй, ты чего это?! — возмутился его собеседник. — Беспредел!

— Засохни! Станешь орать — отберу автомат и дам карабин. Вот и будешь с ним здесь куковать!

Притихший шкет отодвинулся в сторону, подтянув к себе автомат. Проводив глазами уходящих товарищей, снял шапку и выудил откуда-то сигарету. Достав из кармана зажигалку, прикурил и с наслаждением затянулся. Прикрыл глаза и откинулся спиной на ближайший пенек. На его лице появилась довольная улыбка, а по поляне пополз характерный запашок…

Прошло около часа. Осмелевшие птицы спустились ниже и безбоязненно перепрыгивали с ветки на ветку над самой головой отключившегося в наркотическом забытьи человека. Перед его глазами сейчас проплывали радужные картины, и курильщик улыбался, мысленно переживая разнообразные удовольствия.

Чуть слышный треск ветки заставил наркомана приоткрыть глаза. Некоторое время он полулежал, собираясь с мыслями. Потом помутневшие от наркотика глаза сфокусировались на каком-то движении. Человек? Да ну… не похоже. А вот это что? На ветку совсем не смахивает — слишком уж правильные очертания… Стало быть, раз это создание тащит с собою что-то такое… ага, вот, значит, кто за нами шел! Шкет перекатился на бок, подхватив с земли автомат.

Где же это… создание, или кто там еще? Только сейчас же был! Спохватившись, засадник передернул затвор, загоняя патрон в ствол. Сейчас… только покажитесь… уж я вас!

Но никто не показывался. Ни один непривычный звук не нарушал обычного лесного фона.

«Почудилось? — мелькнула в голове мысль. — Да ну, на фиг… был же там кто-то, я видел! А кого?»

Поразмыслив, шкет решил проверить подозрительное место собственноручно. Прижимаясь к траве (и оттопырив при этом тощий зад), он пробрался к нужной точке.


«Ну, что тут у нас? Следы… какие, интересно знать? Вроде бы никаких нет… знать бы еще, как они тут выглядеть могут, если кругом бурелом да густая трава. Она, кстати, не примятая… что ж, выходит, привиделось мне все?»

Раздосадованный таким выводом, он встал и, уже не таясь, закинул оружие за спину.

Повертев головою, отыскал прежнее место и направился к нему. В шапке еще есть пара «косяков», можно передохнуть. А уж после и пойдем… не торопясь, ибо спешка до добра не доводит.

Вернувшись к своему пню, шкет прислонил к нему автомат и сел рядом. Откинулся на шершавую кору и вздохнул. Опять спешка… куда сейчас спешить? Лучше уж еще затяжку…

Что-то тонкое и холодное вдруг сдавило ему горло! Так, что крикнуть не было никакой возможности. Слабеющая рука рванулась к автомату — ведь можно же выстрелить! Напугать, отогнать… Но поздно, лишь скрюченные в последнем усилии пальцы проскребли по ствольной коробке. Дернулись напоследок, и голова бандита склонилась на грудь…

Потеряшка разжал правую руку, отпуская деревянную рукоятку удавки. Потянув ее другой рукой, правой придержал тело, чтобы оно не упало на землю. Свернув в кольцо металлическую струну и убрал ее в подсумок. Поднял с земли свое оружие и бесшумно исчез в лесу. Не качнулась ни одна травинка, не зашелестели потревоженные ветки.


— Ну, что там? — Карп перекатил из одного угла рта в другой травинку.

— Сидит… — наблюдавший в бинокль бандит на секунду оторвался от окуляров. — Сначала вскочил чего-то, даже за ствол схватился. Пополз куда-то… а потом снова встал и назад вернулся. Должно быть, опять кайф ловить уселся.

— Недоделок долбаный! — выругался Карп. — Блин… Обидно, я думал — клюнут на него.

— Так кому клевать-то? Нет тут никого, кроме нас.

— Нет, Перченый, это уж ты мне поверь! Не одни мы здесь — всем нутром чую! Идет за нами кто-то… да вот не просеку никак, кто это здесь такой ловкий? Я в этих краях вырос, тайгу знаю… знал… неплохо. Так что чужого почую враз! Вот как сейчас. Да и вообще… уходить отсель надо.

— И без того идем, — пожал плечами собеседник.

— Не понял ты… Не просто уходить, а — УХОДИТЬ! Всеми лапами и со всей возможной скоростью!

— Чего ж мы тут тогда сидим?

— Пока этих не стряхнем, хода не будет.

— Да кто ж здесь такой может быть, что ты их так стережешься?

— Могут и люди быть… и не совсем… люди.

— Задрал ты мне мозги! — покачал головой Перченый. — Не люди… кто ж тогда?

— В здешних краях всякое случиться может. Места здесь глухие, вот и выглядывает из лесу иногда… разное. Особливо к тем, кто себя ведет нехорошо.

— Это ты про нас, что ли? Так и сам-то, чай, не в ангельском обличье ходишь! Или, хочешь сказать, за тобой ничего такого нет?

— Такого — не такого… кровь на руках есть, тут не спорю. Однако ж и эта кровь разная бывает. Одно дело — по дурости да по удали глупой. Эдак-то у многих случается. А совсем другой расклад, когда по жестокости ненужной. Тайга такого не любит и не прощает.

— На что это ты намекаешь?! — покосился на Карпа собеседник.

— Кабы не дурацкие ваши приколы с бабами, я бы не пасся так. Завалили, поигрались — с них не убудет. Даже, скорее, и останется! А вот то, что дальше делать стали… неправильно это!

— Что ж сразу-то не сказал?

— Оглох? Да я во всю глотку орал! Только у вас, обалдуев, жестокость через край поперла уже! Как психи, право слово! Хрен бы с вами, убили бы просто — так еще полбеды! А груди кто резать заставлял? Дома палить?

— Так не резали же…

— Не дорезали, хочешь сказать? И то, когда я за автомат схватился! Тебя старшим Клим назначил — куда ты смотрел?!

— Ладно тебе… — смутился второй бандит. — Ну, недоглядел я… бывает. Теперь-то что делать будем?

— Посмотреть надо на недоделка этого. Схожу?

— Так он, поди, опять под кайфом! Ящерицу пошлю, нехай глянет. Ты у нас по лесу один спец, без тебя не выйдем к своим до Нового года!

— Ладно. Пинчищами этого умника поднимайте, да сваливаем отсюда к… словом, быстро сваливаем.

Раздвинув ветки, на полянку осторожно выбрался еще один автоматчик. Поправив свое оружие, он приблизился к полулежащему на траве товарищу и несильно пнул его по сапогу. Неподвижное тело дрогнуло и сползло набок. Удивленно постояв, бандит присел и приподнял голову шкета. В следующую секунду он, словно ошпаренный, вскочил на ноги. Сорвал с плеча оружие и завертелся на месте. Озираясь по сторонам, отступил на несколько шагов назад и, развернувшись, во весь опор бросился в лес. Проломившись, словно лось, сквозь кусты, бандит, с трудом переводя дыхание, упал рядом со старшим.

— Там… это… у Лысого…

— Что у него?! — наклонился Перченый.

— Горло… удавили его!

— Чем?

— А я знаю?! Тонкий такой след… как от струны гитарной…

— Это как?

— Каком кверху! Почем я знаю?! Валить отсель надобно!

— Ладно, не кипешуй! Разберемся… Иди пока.

Проводив Ящерицу взглядом, старший бандит повернулся к Карпу:

— Ну?

— Хреново… Этот баран, про все на свете позабыв, напрямки к нам понесся. Совсем, лопух, запамятовал, что я ему говорил — идти кругом!

— На фига?

— А то, что тот, кто Лысого придавил, теперь точно знает, где мы тут сидим! Оттого и этого барана не кончили на месте!

— Ох, бли-и-н… Братва! — приподнялся над землей Перченый. — Валим отсель…

Фух!

От головы старшего полетели брызги, и его тело безвольной куклой рухнуло на землю.

Ветерок унес в сторону негромкий, придушенный глушителем хлопок выстрела.

— Полундра!

Длинные автоматные очереди вспороли тишину. Посыпались листья с кустов, затрещали сбитые пулями ветки. По опушке стоящего вокруг поляны леса словно прошлись метлой! Взлетела комьями земля, брызнули разбитой корой деревья.

Пригнувшись к земле, Карп спокойно выжидал, время от времени бросая настороженные взгляды по сторонам.

Стрельба на несколько мгновений затихла — бандиты меняли магазины. Воспользовавшись передышкой, один из них, пригибаясь к земле, бросился к другому укрытию, показавшемуся ему более надежным, чем полусгнивший пень.

Фух!

Ноги бегущего дернулись в последний раз.

На этот раз огонь бандитов оказался менее плотным и дружным — некоторые из них, вместо того чтобы стрелять, стали отползать в стороны. Один из них, высокий, хорошо сложенный парень в черной куртке, быстро доползя до большого поваленного дерева, призывно замахал рукой. Укрытие, облюбованное им, действительно выглядело основательным — ствол почти метровой толщины, никакая пуля такую преграду не пробила бы. Ободренные примером товарища, трое мерзавцев шустро двинулись к выбранной позиции. Оказавшись в надежном убежище, они перевели дух.

— Ништяк… как в танке!

Да-дах!

Да-дах!

Брызнула кровь из простреленного виска обладателя черной куртки.

Подломились колени у его соседа.

Да-дах!

Ткнулся лбом в древесный ствол третий уголовник.

Завизжав, вскочил на ноги уцелевший бандюган. Паля из автомата во все стороны, он бросился назад. За грохотом оружия остался совершенно незамеченным выстрел из винтовки первого стрелка.

Не добежав всего пары метров до своего прежнего укрытия, злодей ткнулся лицом в траву.

На некоторое время все затихло. Напуганные столь быстрой смертью товарищей, уцелевшие мародеры затаились в укрытиях. Никто не шевелился и не стрелял — слишком очевидным было то, что беспорядочная пальба никакого урона неизвестным не нанесла.

Однако неведомые стрелки себя больше никак не проявили.

Осмелев, выглянул из-за коряги рыжеволосый парень. Тихо… не шелохнулась ни одна веточка. Быстро осмотревшись, он подтащил к себе лежащее неподалеку тело убитого и торопливо избавил его от оружия и припасов.

Прижавшись к земляному откосу, за ним неотрывно наблюдал Карп. Он старался не привлекать к себе внимания, не кричал и не стрелял.

Рыжеволосый снова нырнул в свое укрытие. Противник никак на это не отреагировал. Снова мелькнула огненная шевелюра. Опять тишина.

Молниеносным прыжком бандит преодолел десяток метров, отделявших его от зарослей, и быстро рухнул в облюбованную ложбинку.

Опять потянулось время.

Прошло еще минут десять, и следом за рыжеволосым проскочил его товарищ. Он обосновался по соседству и высунул из-за прикрытия ствол карабина. Третий мародер бежал уже не так быстро, но и это сошло ему с рук.

В живых осталось еще трое, не считая Карпа, который так же тихо продолжал сидеть в своем убежище. Он не предпринимал никаких попыток выскочить или хотя бы осмотреть окрестности. По-прежнему молча прижимаясь к земле, бандит чего-то ждал.

Наконец, на опушке леса собрались все уцелевшие, за исключением своего предводителя.

— Витюня! Где там Карп? — прошептал один из них.

— Завалили его!

— Да ну?

— Точняк! Вместе с Перченым и ухандокали! Я видел — мозги аж брызнули!

— Так и фиг ли мы тут паримся? Сваливать надо!

— Куда — в лес?

— А и похрен! Лишь бы подальше!

— Поведет-то кто?

— Я и поведу! — осмелевший мародер оглядел своих товарищей. — Или кто против хочет сказать?

Возражений не последовало — единственным желанием уцелевших являлось максимально возможное увеличение расстояния между собою и этим страшным местом.

— Так это… у Перченого рыжье лежит… то, что в деревне взяли. Забрать бы надо…

— Иди и возьми! Раз смелый такой! — отрезал новоявленный главарь.

— Да… ну его…

— Тогда — топаем! — подвел итог командир. — Витюня, ты первый пойдешь!

— А что я-то?! — возмутился тот. — Крайнего нашел?

— С обществом спорить станешь?

Витюня, насупившись, оглядел своих сотоварищей. На их лицах явственно выделялось нежелание идти как первыми, так и вторыми. Сплюнув на траву, он перехватил карабин и осторожно выглянул из-за кустов.

— Миха, следом потопаешь!

Выждав, когда двое передовых отойдут метров на пятнадцать, все остальные вскочили и, не соблюдая никакого порядка, ломанулись следом.

Вот осталась позади страшная поляна с телами убитых. А впереди распахивал свои объятия негостеприимный, но сейчас такой желанный лес…

Да-дах!

Да-дах!

И передовая двойка повалилась в густую траву.

Прилетевшая откуда-то из леса пуля сбила с ног еще одного беглеца. Перепуганные мародеры порскнули в стороны, как зайцы.

Тихо скользнул из своего укрытия Карп. Обходя место боя по дуге, он забрал левее, ориентируясь на крики и беспорядочные выстрелы. Опытный охотник в прошлом, бандит шел тихо. Никаких иллюзий у него не оставалось — совершенно ясно, что живым из этого капкана никого не выпустят. Никого, кроме того, кто смог правильно просчитать дальнейшее развитие событий. Есть ли среди преследователей хорошие следопыты? Судя по тому, как быстро они отыскали в глухой тайге беглецов, таковые присутствовали. А уж как ловко невидимки смогли убрать беспечного наркомана… Да еще прямо на глазах у засады!

Нет уж… играть в салки-догонялки с такими противниками, независимо от их численности, Карп не собирался. Врагов явно немного, два-три человека. Но проверять это на практике никакого желания не имелось. Пусть их… пока там гоняют уцелевших мародеров, опытный ходок сможет уйти достаточно далеко. Когда от места перестрелки стало более трехсот метров, он перевел дух. Наконец-то… теперь можно и побыстрее идти. Карп прибавил шагу, не придав никакого значения тому, что некоторые его шаги иногда отзываются в лесу странноватым эхом…

— Ну! Ну где вы, падлы! А?! Бздите выйти лицом к лицу?! — вертелся на полянке волчком последний уцелевший мародер. Расстреляв все патроны, он бросил пустой автомат и теперь крестил перед собою воздух тускло блестящим клинком. По лицу бандита текли слезы вперемешку с кровью — неудачно приложился щекою при падении. Голос срывался и дрожал, но он продолжал выкрикивать ругательства и угрозы. Только это еще удерживало его от того, чтобы сорваться в черную пропасть дикого помешательства. Совсем недавно в полуметре от него упал застреленный сотоварищ — пуля буквально разнесла его голову в мелкие клочки. Так, что вышибленные оттуда мозги забрызгали и уцелевшего.

Мародер хрипел и задыхался. Уйти назад в лес? Он только что оттуда вышел. Последним из шести вошедших. Все они теперь валялись на земле бездыханными. Глаза его лихорадочно ощупывали кусты. Хоть кто-то… ну, пусть хоть чье-то лицо покажется из-за веток! Иначе можно сойти с ума — решить, что это стреляет сама тайга!

Но вот… вот что-то мелькнуло между стволами! Фигура, человеческая фигура! Свои… какие тут свои? В лохматом бесформенном одеянии?

Человек не торопясь вышел на поляну. Остановился и прислонил к дереву длинную винтовку непривычных очертаний. Откинул капюшон.

Баба?!!

Да быть того не может!

Бандит остановился. Покачнулся — так сильно были напряжены все мускулы, что резкая остановка причинила боль. Шатаясь, он сделал пару шагов навстречу незнакомке.

— Ты… это ты! Нас! Всех! Да я!

— Я. Еще не всех — ты вот остался же? — Странно, но даже сейчас ее голос звучал совершенно спокойно и мелодично. Он даже не был лишен определенной приятности! Хотя это совсем уже не укладывалось в голове…

— Но почему?!

— Разве не за что? Забыл деревню? Женщин, которых вы там…

— Из-за них? — оторопело разинул рот мародер. — Из-за этих телок?!

Пах!

С хрустом прорезав траву, воткнулся в землю нож, выпавший из простреленной руки.

Пах!

Подломилась правая нога.

Пах!

Левая…

— У-е-е-а-а! — завертелся на земле раненый бандит. — А!

— Больно? — присела на корточки незнакомка. — Наверное… Им тоже было больно. Может быть, теперь и ты поймешь, каково это — видеть свою смерть? Видеть — и не иметь возможности убежать… Прощай…

Сунув в кобуру пистолет, она подобрала винтовку и скрылась за деревьями.

Пройдя пару десятков метров, она посмотрела налево — от кустов отделился еще один человек в похожем одеянии.