Глава 5
Снова задержавшись допоздна в академии, сначала в библиотеке, а затем опять пытаясь обуздать доставшуюся по наследству магию, я спешил по опустевшим улицам обратно в Новый город, и нет, нет, но подмечал насколько изменила быт магия.
В какой-то мере, она тут сыграла ту роль, которая в нашей истории принадлежала электричеству. Но если у нас постепенное изучение и открытие новых видов электричества послужило толчком для развития науки и техники и дальнейшим открытиям, то здесь магия вывела быт в обществе на определённый уровень и на этом всё и остановилось, — на причудливом смешении средневековья и викторианской эпохи.
Улицы освещались магическими фонарями, по дорогам ездил общественный транспорт, пусть и представленный многоместными телегами на конной тяге, существовала централизованная система подземной канализации, с подключением к каждому дому в городе, кроме совсем уж стихийно застроенных окраин, имелся даже некий магический аналог кинотеатра, помимо классических театров с обычными актёрами. Искусство было развито весьма хорошо, совсем не характерно для средневековья, и вместе с тем, здесь было ярко выраженное феодальное общество, со всеми его прелестями, в виде крепостных крестьян, практикующегося рабства, рыцарями, и их рыцарскими турнирами и прочим варварством. Оружие тут тоже особо не развивалось, в основном был традиционный для средневековья холодняк, луки и арбалеты.
Но с оружием я понимал почему, — магия. Любое оружие можно было магией усилить, дело было лишь в цене. Хочешь стрелы, пробивающие броню? Плати. Хочешь броню, непробиваемую стрелами? Тоже плати. Здесь извечное соперничество брони и оружия шло исключительно в плоскости, кто больше заплатит магам. Стрелы за тысячу золотых пробьют броню стоимостью в восемьсот, но уже броня за тысячу двести, позволит на такие стрелы плевать свысока. Понятное дело, что в выигрыше, от этой ситуации, всегда оставались маги.
Собственно и Анкарн, хоть и находился на территории Империи, но статус имел вольного города тоже благодаря им.
Мимо прогрохотала, скрипя рессорами, по брусчатке очередная маршрутка, как я их привычно для себя называл, водила которой свистом и криками погонял бедных лошадей. В специальное гнездо на борту телеги был воткнут флажок белого цвета, сигнализирующий, что маршрутка возвращается домой, а не идет по маршруту.
Впрочем, в моей ситуации мне было жалко даже медяка, на проезд. К тому же, пешие прогулки были полезны для здоровья. Как успокаивал себя я.
На воротах стражник лениво посмотрел на мой жетон сотрудника Академии, и нехотя отпер калитку в запираемых на ночь воротах Старого города. Впрочем, отсюда туда выйти можно было почти в любое время суток беспрепятственно. Вот обратно пускали уже не всегда и не всех.
До квартиры в доме миссис Шонс оставалось ещё далеко, как вдруг:
— Помогите, помогите! — раздался задыхающйся женский голос из тёмной узкой подворотни, заставив меня затормозить.
Чуть не споткнувшись, я на секунду замер, а затем бросился туда. Слишком уж жалобным был крик о помощи. Может, подумай я чуть-чуть, так, очертя голову, туда бы не ринулся, но сработали прочно вбитые ещё в юности рефлексы, буквально толкнув меня в темноту.
Естественно, никакой ждущей помощи девушки там не оказалось. А из темноты вынырнуло два тела, что с гнусным выражением лица, отрезали мне дорогу назад.
В свете луны блеснуло лезвие кинжала.
— Кошелёк или жизнь!
Из уст бандитов прозвучала до ужаса банальная фраза, всегда казавшаяся мне больше художественной выдумкой. Не думал, что её действительно говорят, грабя кого-то. Но вот пожалуйста, реальный факт на лицо.
— А где девушка? — на всякий случай уточнил я, отступив на шаг.
На что один из бандитов, достав из кармана и прислонив к горлу амулет, изменившимся на женский голосом произнёс:
— Я девушка.
После чего они оба хрипло захохотали.
Я отступил ещё на шаг, и полоска неяркого лунного света, мазнув по груди, осветила висевшую на ней бляху.
— Это маг! — разом, перестав улыбаться, нервно крикнул второй бандит, распознав жетон академии.
— Гасим его! — рявкнул второй, дёргая из кармана ещё один амулет.
А затем, прямо мне в лицо, рванула яркая магическая вспышка. Рефлекторно вскинув руки, я зажмурился, но тут, вдруг, вновь почувствовал окружившие меня хаотичные магические завихрения, точно такие же, как те, что возникали при малейшей моей попытки колдовать.
Вся одежда на мне мгновенно превратилась в труху и одновременно с этим я услышал два полных боли вскрика.
Открыв глаза, я уставился на бандитов, что баюкали обожжёные руки. Раскалившиеся до красна амулеты, валялись в луже, грязная вода в которой шипела и пузырилась.
Они, в свою очередь, расширяющимися глазами посмотрели на абсолютно голого меня и, с криками ужаса, понеслись из подворотни прочь.
Голую кожу неприятно захолодило, кроме как-то пережившего магический выброс жетона, на мне действительно не осталось ничего, и я заметался тоже, ища чем прикрыть срам, но, как назло, ничего маломальский подходящего не было, поэтому, прикрывшись спереди ладошкой, и сверкая в ночи афедроном, я рысью рванул из проулка в сторону дома, понадеявшись на малолюдность, искренне надеясь, что слишком много свидетелей моего позора не будет.
Стоявший с парой одногруппников Ботлер, сначала потёр глаза, затем посмотрел на бутылку вина в своей руке и ошарашенно произнёс:
— Э-э, я один только что видел, как вон оттуда выбежало два вопящих мужика, а следом за ними наш препод, полностью голый, и понёсся их догонять?
— Нет, — после того, как надолго присосался к горлышку бутылки, мрачно заметил второй, — мы все это видели.
Шлёпать босыми ногами по неровной брусчатке было то ещё удовольствие и очень скоро я не бежал, а прихрамывая шёл, проклиная и эту странную магию, и бандитов, и даже местных магов, за то, что за тысячу лет так и не додумались до нормального асфальта.
Тут сзади послышался дробный перестук копыт и характерные удары оббитых железными полосами колёс. Обернувшись, я увидел карету, с четвёркой лошадей, принадлежавшую, судя по не самому дешёвому исполнению, кому-то из местной знати. Тут же метнулся в сторону, стараясь скрыться в тени дома, но та, неожиданно, остановилась напротив меня, дверца раскрылась, и послышался женский голос:
— Ну же, скорее, заходите.
Помедлив секунду, я махнул рукой на возможные риски, они были явно меньше, чем нудисткая прогулка ночью по средневековому городу полному бандитов, и резво забрался в гостеприимно распахнутое нутро кареты.
Та скрипнула рессорами под моим весом, я плюхнулся на свободное сиденье, одной рукой не забывая прикрывать самое дорогое, а второй захлапывая за собой дверцу и тут же почувствовал, как мы тронулись с места. После чего, наконец, смог разглядеть даму, что так милостиво соизволила меня подвезти.
Она сидела напротив, в дорогом платье, с богато украшенной туникой поверх, пышную причёску удерживала тоненькая сеточка с жемчужинами, а сложенные на коленях ладони обтягивали белые перчатки с узорной вышивкой.
Темноглазая и темноволосая, она не была юной девушкой, хоть и выглядела молодо, во взгляде и в чертах лица проглядывала опытная и волевая женщина, привыкшая командовать.
Весьма, скажу, симпатична женщина.
Моя нагота не вызывала в ней ни капельки смущения, наоборот, она с интересом меня разглядывала.
— Прошу простить, сударыня, — наклонил я голову, — что приходится находится перед вами в таком виде. Против моей воли обстоятельства сложились так. Обычно я предпочитаю прогулки в одежде.
— Я поняла, — усмехнулась незнакомка, — увидела на вас жетон академии и сразу решила, что вам нужна помощь.
— Благодарю, — вновь склонил я голову, закинул ногу на ногу, чтобы выглядеть более прилично, представился, — Вольдемар, профессор магии.
— Злотана, графиня Честер, — в свою очередь назвала она своё имя и титул.
— Если не секрет, что с вами произошло, Вольдемар?
— О, история банальная и старая как мир. Наткнулся на парочку бандитов, — развёл я руками.
— Разве для профессора магии парочка бандитов могут представлять опасность? — дёрнула бровью женщина в некотором удивлении.
— Это произошло неожиданно и они применили какой-то магический амулёт, — со вздохом пояснил я.
И вроде и не соврал и тайну свою не выдал. Рассказывать всему свету, что у меня не получается колдовать, как-то не хотелось.
— Ужас, — покачала головой графиня, — куда смотрит городская стража?!
Впрочем, ужаснулась она только на словах, тон не изменился ни на йоту. Да и про стражу фраза была скорее дежурной. Всякому было известно, что блюдет она порядок только с Старом городе, а с приходом ночи, за пределы стен не высовывается.
— Ещё раз благодарю за помощь, — произнёс я.
— Да пустое, — отмахнулась Злотана, — тем более мой сын сам сейчас обучается в академии.
— Сын? Никогда бы не подумал, вам на вид не больше двадцати.
— Ох, вы мне льстите, — чуть покраснела та, улыбаясь.
— Ни чуть, — покачал я головой, — а на каком он курсе, если не секрет?