logo Книжные новинки и не только

«Операция «Изольда»» Александр Лидин читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Александр Лидин Операция «Изольда» читать онлайн - страница 1

Александр Лидин

Операция «Изольда»

Роман посвящается всем любителям миров Лавкрафта, воображение которых может перешагнуть за грань избитых штампов. Всякое сходство персонажей с реально существующими или существовавшими людьми совершенно случайно.

Автор

Пролог

Р’Льех

(Где-то в глубинах Тихого океана)

1941

Спасите наши души!

Мы бредим от удушья.

Спасите наши души,

Спешите к нам!

Услышьте нас на суше —

Наш SOS все глуше, глуше,

И ужас режет души

напополам!

В. Высоцкий. «Спасите наши души»

— Ну-с, Катерина, ты готова?

Девушка кивнула.

— Да. Но, Григорий Арсеньевич, вы уверены, что это необходимо? Здесь… Пусть здесь… — она не нашла слов, чтобы выразить свои чувства, лишь всплеснула руками, стараясь охватить этим жестом все, что их окружало, а потом совершенно беспомощно повторила. — Пусть здесь… Но ведь там меня приговорили к смерти. И я отлично помню все, что вытворяли со мной…

— Дорогая моя, мы уже не раз все это обсуждали. Все, больше ни слова, — остановил девушку Григорий Арсеньевич. — Все это в прошлом. И пойми, не суть — власть. Все политики в глубине души прогнили. А то, что творится сейчас на «просторах нашей необъятной Родины», вообще ни в какие ворота не влезает, но… это наша Родина. Я говорю не о кровавом СССР, а о России, о великой, некогда могучей империи, цвет нации которой уничтожили несколько проходимцев сомнительного происхождения. Так вот, несмотря ни на что, нам нужно бежать, выбираться отсюда, потому что страна наша в опасности.

— Лозунги… все это лозунги, — обреченно вздохнула Катерина, инстинктивным движением разглаживая юбку своего строгого коричневого костюма. — А вы, Григорий Арсеньевич, бессовестно пользуетесь тем, что я не в силах отказать вам в вашей просьбе.

— Тут дело не в лозунгах, — вздохнул Григорий Арсеньевич, а потом, словно его настроение резко изменилось, хлопнул рукой по краю стола. Сейчас, рассердившись, он удивительно напоминал покойного Государя Императора: те же глубоко посаженные глаза, высокий лоб, аккуратно подстриженная бородка, английский френч. — Да, может быть, это звучит, как сталинский лозунг, но, Катерина, там, — тут он ткнул рукой куда-то вверх, — там могут произойти страшные вещи. Естественно, мы никак не сможем повлиять на ход войны, нанести большой вред противнику, но… там гибнут люди, невинные люди, и если нам удастся… а нам удастся… спасти хотя бы сотню-две жизней, тогда уж мы оправдаем этот побег.

— Но ведь Великий Спящий… У него относительно нас, без сомнения, есть какие-то планы. Мы…

— Пусть Великий Спящий тебя не тревожит. Если он не пожелает, нам не покинуть Р'льеха. Ведь он — Бог, то есть Всезнающий, тот, кто видит прошлое и будущее. Мы с тобой обсуждали это сотни раз…

— Но слуги Ктулху…

— У них может быть свое мнение, к тому же мы постараемся не причинить никому вреда… Ладно, хватит праздных слов. Лучше приготовься. У нас осталась всего пара минут.

— Но…

— Все, Катерина, я сказал, — объявил Григорий Арсеньевич, повернувшись к двери, хотя, если говорить откровенно, дверью это назвать было трудно. Скорее уж занавесь из переплетенных водорослей, плотно закрывавших дверной проем в стене из розового коралла. В тусклом свете ламп на рыбьем жире кораллы казались кроваво-красными, отчего все помещение имело зловещий вид.

— Но вы же обещали слугам… — начала вновь Катерина.

— Я не знал, что начнется война… И хватит «нокать»! Ты же сама слышала, о чем сказал Молотов… Война! Мы должны спешить…

Где-то вдалеке раздался странный звук.

— Патрульные отряды прибыли. Пора…

С этими словами барон Фредерикс решительно распахнул дверь и, пропустив вперед Катерину, последовал за ней. Пара шагов, и они очутились в самом удивительном месте, достойном разве что пера писателя-фантаста, — они очутились на улице подводного города Р'льеха, на дне одной из самых глубоких впадин Тихого океана.

Над головой у них выгнулся гигантский купол прозрачного пузыря, под которым застыли удивительные здания, перемешанные с куполами храмов, минаретами наблюдателей и зиккуратами гробниц. Но еще более удивительный мир лежал далее в водной стихии — мегаполис подводных существ, подданных Дагона — верного слуги Великого Ктулху. Всякий раз, взирая на все это, Григорий Арсеньевич Фредерикс ловил себя на том, что не верит в реальность открывшейся перед ним картины. И тем не менее — более трех лет провели барон, Катерина и еще трое российских полярников в этом удивительном месте, находясь в бессрочном заточении по воле слуг Ктулху. Но теперь, когда пламя войны перекинулось в пределы России, настало время действовать. Впрочем, и до войны барон много раз прощупывал почву, ища способ смыться из подводного города, но всякий раз откладывал побег, во-первых, опасаясь гнева Великого Спящего, во-вторых… Во-вторых, ему нравился подводный город, и даже не сам город, а те тайны, которые он познавал, — тайны древней магии, давно забытой на Земле.

Иногда ему начинало казаться, что все это сон. Что он все еще там, в далеких льдах Антарктики, и стоит ему по-настоящему захотеть, он проснется…

Трое полярников ожидали в условленном месте. Несмотря на то, что в плен они попали одновременно с бароном и Катериной, в подводном городе они жили вдали друг от друга, и Григорий Арсеньевич не делал никаких попыток к сближению. Однако все трое признавали главенство барона.

Они принесли большую скатку из плащ-палатки — оружие и книги, которые несколько дней назад отобрал барон, — книги, где на одном из забытых языков континента My излагались основы Огненной магии, одной из самых разрушительных систем колдовского искусства.

Григорий Арсеньевич внимательно оглядел «троицу». Несмотря на теплый климат в подводном городе, все были одеты в унты и меховые куртки — те самые, в которых три года назад слуги Ктулху забрали их в город под куполом. Ким — бурят, потомственный полярник, охотник, человек, на которого можно положиться. Афанасий — геолог, сибиряк, замкнутый тип. Роман — фельдшер — самое слабое звено в команде. Судя по внешнему виду, они приготовились к побегу, вот только лица у них были кислыми.

— Мы пришли, — выступил вперед Ким, который, судя по всему, был за старшего. — Все сделано, как вы велели, Григорий Арсеньевич. Но мы хотели бы знать, что конкретно вы задумали. Как вы собираетесь выбраться из-под этого колпака.

Барон хитро улыбнулся.

— Ты — хороший человек, Ким, но всегда бежишь впереди паровоза. Всему свое время. — А потом, увидев по выражению лиц полярников, что они ожидали услышать совсем другое, добавил: — Есть такая замечательная пословица: меньше знаешь, крепче спишь… Впрочем, если вы предпочитаете остаться тут, ради бога. Я вас с собою не зову. Тем более, что наш побег слугам Ктулху не понравится, и если он сорвется… Если честно, я не знаю, как поступят с нами подводные обитатели… Однако хватит болтать. В нашем распоряжении не так много времени. Хватятся нас только утром, и чем дальше мы окажемся, тем лучше.

Сказав это, он двинулся по пустынным улицам подводного города. Остальным ничего не оставалось, как последовать за ним. В конце концов, если кто-то и мог вытащить их отсюда, так только он.

После десятиминутной прогулки среди пустующих коралловых зданий они подошли к выходу на широкую площадь. На другой ее стороне располагались причалы патрульных лодок. Сейчас город пустовал, а когда-то в нем кипела жизнь…

Осторожно выглянув из-за угла, Григорий Арсеньевич увидел, что причалы охраняет всего пара часовых. Все точно так, как и раньше.

— Что ж, — пробормотал Григорий Арсеньевич. — Как и было рассчитано. Придется повоевать.

Ким, тут же нырнув в брезентовый мешок, извлек пистолет и протянул его Григорию Арсеньевичу, но тот только покачал головой.

— Я же говорил вам, что стрелять нельзя. Мы нашумим или того хуже — пробьем купол.

— И…

Отмахнувшись от бурята, словно от назойливой мухи, Григорий Арсеньевич шагнул вперед. Оба охранника тут же повернулись в его сторону. Выглядели они, как люди, только вместо голов у них было нечто, напоминающее осьминога.

— Стойте. Что вам нужно? Здесь запретная зона, — объявил один из них, направляя в сторону барона серебристый жезл — своего рода парализующее оружие. Но Григорий Арсеньевич только усмехнулся.

Вот и пришла пора попробовать вновь приобретенные знания. Он вытянул вперед правую руку, широко развел пальцы, а потом скороговоркой произнес заклятие, прочитанное в одной из старинных книг. В первый момент ничего не произошло. Он даже решил, что заклятие не подействовало, но потом оба стража разом, как подкошенные, повалились на землю.

— Вот и все, — пробормотал себе под нос Григорий Арсеньевич, хотя, если честно, он ожидал более зрелищного проявления колдовства. Какой-нибудь вспышки, огненного луча. Нет, все получилось весьма незамысловато. К тому же, что самое удивительное, он сам ничего не почувствовал. Обычно, если творишь заклятие, то оно словно подпитывается твоей энергией. Ты как будто «заряжаешь» его. А здесь… здесь явно действовал иной принцип… Однако сейчас раздумывать об этом не было времени.

Быстро преодолев площадь, он остановился у дверей-люков, ведущих в лодки. С первого рывка ни одна из дверей не поддалась. Замок или заклятие? Наклонившись, Григорий Арсеньевич принялся пристально изучать одну из дверей. Никакого замка. Значит, опять колдовство.

Неожиданно у него за спиной появился Роман — фельдшер, невероятным образом попавший на станцию «Красный полярник».

— Что у вас? Заперто?

Григорий Арсеньевич только хмыкнул, потом, повернувшись, подозвал Кима.

— Похоже, тут все немного сложнее, чем я ожидал. Оттащите часовых в один из пустых домов, чтобы на виду не валялись. А я пока разберусь с этой дверью, — и замер, наморщив лоб и пытаясь вспомнить что-то подходящее.

Наконец нужная формула всплыла из глубин памяти. Крибле, крабле, бумс! И люк распахнулся.

Внутри, как и ожидал Григорий Арсеньевич, было довольно тесно. Собственно говоря, лодка представляла из себя небольшой прозрачный шар, то ли сотворенный огромными стеклодувами, то ли созданный с помощью неизвестной людям технологии. Вход располагался в «задней» части, над ведущими двигателями. Рассчитана такая лодка была на двух патрульных. А беглецов было пятеро, но, как говорится, «в тесноте, да не в обиде». Сам же пульт управления лодкой был проще не придумаешь: пять рычагов и с десяток индикаторов. Зная язык слуг Ктулху, разобраться легче легкого. Конечно, при желании Григорий Арсеньевич мог открыть дверь и второй лодки. Тогда беглецам не пришлось бы, теснясь, сидеть друг у друга на голове. «Нет уж, — подумал он, в очередной раз оглядев своих спутников. — Пусть будут под рукой, а то бог его знает, что они могут учудить». После чего кивнул в сторону двери, через которую они попали в лодку.

— Прикройте входной люк…

Тут же один из полярников прикрыл дверь, с сомнением посмотрев на нее.

— Вы уверены, что эта дверца выдержит давление?

— Но ведь слуги Ктулху плавают на этих лодках.

— Они и под водой дышат. Тут на глубине должно быть страшное давление… — он продолжал еще что-то говорить, но Григорий Арсеньевич только отмахнулся. В отличие от своих спутников, он отлично знал устройство лодок.

— Все готовы?

— Да.

Нажатие на маленькую кнопку, и лодка оторвалась от причала, причем люк (или дверь) остался позади вместе с причалом, а в корме лодки была просто… дыра. Только вода через эту дыру не лилась. Несколько минут все пассажиры, широко открыв глаза, смотрели на плещущуюся воду, которая, словно наталкиваясь на невидимый барьер, не могла просочиться внутрь. Еще одно колдовство? Или одно из чудес неведомой людям науки? На этот вопрос мог ответить только Григорий Арсеньевич, а он был занят. Даже если Великий Спящий сквозь пальцы посмотрит на их побег, слуги Ктулху их просто так не отпустят. А значит, у беглецов не так уж много времени, а после в погоню за ними отправятся не только лодки слуг, но и глубоководные — а посему нужно торопиться.

Развернув лодку, Григорий Арсеньевич сверился с наручным компасом, после чего вдавил до конца рычаги в пульт, задав лодке максимальную скорость и одновременно всплывая к поверхности. Чем дальше они отплывали от города, тем темнее становилось вокруг. Вскоре в лодке воцарилась почти полная тьма. Лишь где-то далеко-далеко позади мерцали желтые огни подводного города. По правилам, им, путешествующим в лодке, надлежало бы включить габаритные огни, но барон не стал этого делать — не хотел привлекать лишнего внимания. Вместо этого он откинулся на спинку кресла «пилота», пытаясь припомнить, все ли сделал перед бегством. Не забыл ли какой-то незначительной детали, из-за которой их предприятие может закончиться полным провалом. Нет… кажется…

Единственное, о чем он жалел по-настоящему, так это о том, что не смог стянуть из храма Ктулху знаменитый «Аль-Азиф» — одну из самых чудовищных колдовских книг, созданных человечеством. В древности так обозначали звуки, которые издавали цикады и другие ночные насекомые. Древние арабы называли эти звуки беседой демонов и часто использовали их в сатанистских аятах. Основу же книги составляли описания Древних, их полные имена, а также заклятия, с помощью которых можно было вызывать их из мирового небытия или обращаться к ним с просьбой. Вот — настоящий источник магических знаний, тем более, что книга, хранящаяся в Р'льехе, была написана на староарабском, или языке джиннов, как его еще называют. Может, даже это тот самый экземпляр, что лично начертал свой рукой безумный Абдул Аль-Хазред — единственный человек, познавший тайны богов. В мире существовало всего несколько переводов этой книги — в европейской транскрипции она называлась «Некрономикон». Но не было ни одного точного перевода, а судя по тому, что видел Григорий Арсеньевич, в Р'льехе хранился оригинал. Вначале барон хотел полностью скопировать древнюю книгу, но, прочитав несколько страниц, понял, что скорее сойдет с ума, чем доберется хотя бы до середины. Человеку претили древние знания. Подобные «мягкой пуле», они, раз попав в голову человека, сводили его с ума. И хотя Григорий Арсеньевич был опытным экспертом в оккультных науках, «Некрономикон» явно был ему не по зубам.

Размышление о древней книге, оставшейся в одном из подводных храмов, прервалось, когда лодка совершенно неожиданно, резко, без видимого повода остановилась.

— Что это?

Григорий Арсеньевич склонился над пультом, пытаясь что-то разглядеть на мерцающих индикаторах. Наконец, с облегчением вздохнув, он вновь откинулся на спинку кресла.

— Не беспокойтесь. Плановая остановка. Балансировка давления.

— Зачем? — поинтересовался один из полярников.

— Необходимо вывести из тела азот, гелий и другие газы, в избытке накопившиеся там. В противном случае, наверху нам грозит декомпрессия. Паралич или смерть…

— А эти? — Ким указал куда-то вниз.

— У них те же проблемы, — ответил Григорий Арсеньевич. — Законы физики еще никто не отменял. Главное успеть к месту встречи…

— Месту встречи?

Тут удивилась даже Катерина. Ведь даже она ничего не знала о планах барона. От природы скрытный, он не собирался никому доверять…

— А вы, барышня, собирались пересечь Тихий и Атлантический океаны вплавь?

— Так вам известны наши координаты? — вновь удивился один из полярников.

— Естественно…

— Выходит, теперь месторасположение Р'льеха…

— По-прежнему неизвестно.

— Но…

— Вы о чем думаете, в самом деле? Вы хотите, чтобы кто-нибудь разбудил Спящего? Надеюсь, вы насмотрелись достаточно, и примете правильное решение.

Все замолчали. В эти мгновения, затерявшись в глубинах океана, каждый думал о своем. Шло время, но сложно было сказать, прошли минуты, часы или сутки… Григорий Арсеньевич сидел, неподвижно уставившись на нечто темное за прозрачными стенами их лодки. Ему предстояло неприятное действо. Он отлично сознавал это. Остальные тоже молчали. Каждый думал о своем, представляя, как встретит его Родина-мать после трех лет отсутствия. Что за это время произошло там, на Большой земле? Ведь это только барон и Катерина не имели семей, а все остальные…

Но вот Григорий Арсеньевич встрепенулся.

— Думаю, часа и моих колдовских навыков нам вполне хватит, — объявил он, вновь взявшись за рычаги управления. — По-хорошему, нам надо было бы просидеть на этой глубине сутки, а то и двое, но будем надеяться, что заклятие сработает.

— Какое заклятие? — невольно вырвалось у одного из полярников.

— Ах, мой друг, лучше тебе не знать, — грустным голосом протянул барон.

Повинуясь движениям его рук, лодка накренилась, а потом, задрав нос, резко пошла вверх. Всех отбросило назад, и Ким с трудом удержался, чтобы не вывалиться через «открытый» люк.

— Держитесь покрепче! — подхлестнул своих спутников барон, хотя те и без того впились руками в скользкие стены корпуса. — Неизвестно, какой погодой нас встретит поверхность.

И он оказался прав…

Неожиданно посветлело, вдоль борта заискрились отблески дневного света, а потом лодка, словно гигантский поплавок, вылетела из воды и закачалась на больших пенистых волнах. И тут же стали слышны завывания ветра.

— И что теперь? — поинтересовался Ким.

— Будем ждать и надеяться, что люди найдут нас раньше, чем слуги Ктулху.

И правда, люди оказались первыми, кто обнаружил беглецов. Только это был не белоснежный лайнер, а мрачная подводная лодка мшистого цвета. На ее рубке была начертана огромная белая свастика, заключенная в красный круг. Субмарина застыла неподалеку от всплывшей лодки слуг Ктулху. Вскоре на воду была спущена моторная лодка, в нее спустилось несколько человек.

— Что-то мне все это не нравится, — протянул Ким, потянувшись к свертку, а точнее, к оружию. — По-моему, это…

Григорий Арсеньевич неожиданно выбросил вперед правую руку, и невидимая сила буквально впечатала бурята в прозрачную стену лодки, а потом барон повернулся к остальным:

— Думаю, больше никто из вас не станет сопротивляться?

— Но это… это… фашисты… — пробормотал Роман, ткнув пальцем в сторону лодки. На лице его было написано недоумение.

— А вы думали, что это Дед Мороз? — зло бросил Григорий Арсеньевич.

— Но…

— Это — люди. Или вы хотите назад на дно морское?

На какое-то мгновение наступило молчание, а потом Роман и Афанасий одновременно бросились на барона, но тот действовал быстро, и в этот раз без помощи магии. Удар, и Афанасий отлетел назад, натолкнувшись на поднимающегося Кима, так что они вместе рухнули на дно лодки, второй удар, и Роман сделал шаг назад, чтобы удержаться на ногах. Но ему не повезло. Он оказался как раз напротив «люка». Одно неловкое движение, и он вывалился из лодки. Несколько мгновений он барахтался в ледяной воде, пытаясь зацепиться рукой за гладкую поверхность люка, а потом и вовсе исчез под водой.

Григорий Арсеньевич бросил косой взгляд на Катерину, но та, сжавшись в комок, застыла в изумлении, широко открыв глаза. Он лишь криво усмехнулся и повернулся к противникам, которые уже поднялись на ноги.

— Григорий Арсеньевич, что происходит?

Но барон только усмехнулся, не ответив.