Глава 4
27 февраля.
Александр. База.
— Воздух — неожиданно крикнул со своего дерева Митяй — самолёт.
Он снова туда забрался и смотрел за полем.
— Какой на хрен самолёт? — задрав голову прокричал Митяю Грач.
— Не знаю, далеко пока.
— Где?
— На 10 часов.
Млять, через эти ветки ничего не видно. Приседаем, отходим в сторону, пытаясь разглядеть самолёт, гул моторов уже кстати слышен.
— Ну щас если ещё бомбить начнут, вообще весело будет — крякнул Клёпа.
Мужиков с брёвен как ветром сдуло, оба тут же ломанулись в свой окоп, только пятки засверкали. А мне, если честно, тоже ссыкотно стало, только бомб нам тут ещё не хватало.
— Рыжий готовь пулемёт — крикнул Туман.
— Уже.
Смотрю, он уже со своим расчётом на этой поляне опять, заряжает миниган. Надеюсь, Рыжий его быстрее собьёт, чем он на нас что-то скинуть успеет.
— Гимнаст вызывает ГДЛ — совершенно неожиданно заговорили наши рации — гимнаст вызывает ГДЛ.
Тут то мы и охренели. Гимнаст, это позывной нашего Матвея, того пилота, который на самолёте выделывает фигуры высшего пилотажа, а все как заворожённые на него смотрят.
— Гимнаст — заорал на весь лес довольный до ушей Леший — свои мужики, свои, нас нашли.
— Это наша Цессна мужики — не менее довольный закричал с дерева Митяй.
Тут и я уже в бинокль разглядел этот белый самолёт. Точно, это наш самолёт, из нашего мира, а значит у Геры с Тучей получилось, значит они открыли ворота. И тут Цессна пошла на снижение. Видимо там из самолёта разглядели и поле, где куча воронок от взрывов, парочка сгоревших катеров и множество дымов из леса, в котором мы находились. Видать решили посмотреть спустившись пониже. Вон он прям как горы перелетел, так и пошёл вниз, летя вдоль них.
— Не снижайся — разом заорали несколько человек.
Я бегом ломанулся в блиндаж, где находился Туман крича на ходу.
— Вызывайте его, вызывайте, пусть не снижается.
Вон около блиндажа уже стоит Туман, Грач, Полукед, да до хрена пацанов и все смотрят на самолёт, тот всё ниже и ниже.
— Да что такое мать вашу? — орал Туман крутя в руках рацию.
— Матвей, Матвей приём — буквально орал в свою рацию Грач — не снижайся, не снижайся.
Но тот почему-то нас не слышал, вон ещё несколько ребят буквально захлёбываются в криках и пытаются до него достучаться.
— Опять глушилка? — тяжело дыша и аж пританцовывая от нетерпения крикнул я.
— Матвей мать твою ответь — снова орёт Туман сжав рацию так, что она аж затрещала в его руке.
— На связи — внезапно ответила рация.
Фух млять. Матвей ответил, сильные помехи, треск, шумы, но он нас услышал.
— Туман в канале, быстро набирай высоту — тут же крикнул Туман — в горах враг, мы в лесу справа от тебя.
Цессна прям как в кино, раз и пошла на взлёт. И тут со стороны гор по ней стали стрелять сразу несколько пулемётов. У них тоже были трассеры, и мы видели, как пули летят в небе пытаясь достать маленький самолётик.
— Уходи, уходи Матвей — кричали ребята.
Мы смотрели как трассеры летят в сторону самолёта, слышали, как опять начали работать наши миномёты, как спустя несколько секунд где-то там в горах начали взрываться мины. Апрель попытался накрыть пулемёты, но куда там, далеко и их не видно. Попали по самолёту или нет я не знаю, но самолёт набрал высоту. От бессилия и злости я себе чуть губу не прокусил. Самолётик уклонялся, сбивал им прицел, пытался вилять из стороны в сторону, движки ревели на всю. Мы все очень хорошо видели, как пилот пытается увезти самолёт из-под обстрела.
— Попали сволочи, они по нему попали — чуть не заплакал уже стоящий рядом со мной Слива.
Это я уже и сам видел, из-под фюзеляжа у самолёта появился чёрный дым, а может и из одного из двигателей, плохо видно. Но зато все отчётливо услышали, как с перебоями стал работать один из двигателей. Высоту он набрал прямо над нами, точно у него дым из одного из двигателей, зацепили-таки сволочи.
— В нас попали — раздался спокойный голос Матвея — назад не дотяну, у нас на борту маяк, открытие ворот после его включения через 3 минуты. Иду на вынужденную, прошу указать куда садиться, сажусь без шасси.
Вот это спокойствие, я бы щас уже на хрен орал бы во всё горло спасите-помогите, а этот так спокойно говорит, как будто кофе в ресторане заказывает.
— Ракеты быстро — заорал Туман развернувшись к бойцам.
— Есть, есть, тут — тут же откликнулись несколько человек — красные все.
— По хрен — быстро ответил злющий Туман и опять схватился за рацию — Матвей как слышишь, приём?
Самолёт где-то над нами, или сбоку, не видно, долбанные ветки мешают, но один движок точно чихает.
— Вон он — толкнул меня локтем Слива показав на него.
— На связи — отозвался тот.
— Садись вдоль опушки, сейчас дадим красные ракеты, прикроем, в горах враг.
Как только Туман сказал про садись вдоль опушки леса и сейчас будут ракеты, с десяток пацанов ломанулись туда, я не выдержал и ломанулся тоже, за мной Сливы, Собровцы.
Первые пацаны, уже добежав до опушки, стали выпускать в небо красные ракеты. Вон Цессна заходит на большой круг и сильно дымит.
— Катера — заорал кто-то — ракеты — закричал второй.
Ну мать вашу.
— К бою пацаны — это уже рядом оказавшийся Грач орёт.
Первые ракеты стали снова взрываться в лесу, опять ухают наши миномёты, заработали пулемёты. Пять этих посудин вылетели из-за горы и устремились в нашу сторону. Два катера вообще какие-то здоровые, но что они из себя представляют пока не вижу, некогда в бинокль смотреть. Гады, они поняли, что самолёт подбит, что сейчас пойдёт на посадку и мы будем вытаскивать экипаж и под это дело они решили прорваться. А тут снег вокруг, у нас нет машин, только бегом.
— Колея, колея заорал я, показывая рукой.
Трактора, когда волокли брёвна, проложили в снегу своими отвалами неплохую такую колею, почти до земли и снега по бокам с пару метров точно, неплохое укрытие.
— Туман скажи Матвею пусть попробует в колею сесть — тут же сообразил Грач, прокричав ему это в рацию.
Что там ему Туман ответил мы уже не услышали, не услышали потому, что все стали стрелять. Заработал миниган Рыжего, потом пулемёты, автоматы. Млять, наша же баррикада нам и мешает.
— Вперёд — заорал я как какой-то умалишённый — нам надо на ту сторону.
Это, мне кажется, было орать излишне. Все и так понимали, что Матвей попытается сесть с той стороны наваленных нами деревьев. И мы начали как какие-то лоси проламываться сквозь эти деревья на ту сторону. Маты, крики, сопенья, треск веток. Обдираем руки, ноги, трещит одежда, снаряжение цепляется за всё подряд, но мы все упорно продираемся сквозь ветки. Я даже не предполагал, что оказывается так сложно прорваться через ветки поваленного дерева. Ноги то и дело проваливаются и цепляются, все руки уже исколоты, тут ещё этот автомат мешается. Пока прорывались, прокляли всё. Тумана, Архи, катера, даже самолёту досталось, что он так не вовремя прилетел. Не. Конечно, вовремя и Туман молодец, что такую штуку придумал, но в данный момент мы были все злющие пипец.
Наконец снеся очередную ветку, я буквально вывалился на ту сторону, на меня частично опять упал Слива. Вот как так? Как он всегда умудряется падать на меня?
Рывком скидываю его с себя. Вскакиваю на ноги и тут же снова падаю в снег. По нам с катеров стреляют. Не сговариваясь, открываем огонь в ответ. Я успел даже выстрелить из подствольника, естественно не попал, мой Вог где-то в поле взорвался.
На него не смотрел, смотрю на самолёт. Вон он, коптя небо заходит на посадку без шасси. Хорошо вижу, что левый двигатель не работает, винт остановился.
Вшик, вшик, взрыв, ещё, ещё. Меня, Сливу и ещё парочку человек накрывает взрывной волной, кажется я опять совершил небольшой полёт, так как почему-то плюхнулся в снег.
— У него башня с ракетами — заорал кто-то с боку.
Вытаскиваю свою морду из снега и вижу этот катер. Ему до нас метров 500, летит быстро и у него позади маленькой кабины действительно башня с ракетами. Как у Града нашего и из этой башни одна за другой вылетают ракеты.
Стреляет он почти прямой наводкой и все выпускаемые им ракеты врезаются и взрываются в одном месте в баррикаде. Вижу, как в огненной вспышке скрываются несколько человек, ещё двоих слизывает огонь, как они бегут и орут и как к ним бросается сразу несколько человек, валят их в снег и начинают тушить. Как ещё несколько ракет пролетают дальше в лес и там уже взрываются. А с катеров поменьше стреляют с пулемётов, наверху, над кабиной спарка из двух и один прям на носу стоит, и с них тоже стреляют. Плотность огня с катеров просто сумасшедшая. Если бы не эти сугробы по бокам, которые сделали трактора, нас бы тут уже всех положили. Я то и дело вижу, как пули попадают в сугробы, но те вроде держат.
Вокруг твориться натуральный ад. Все орут, стреляют в катера, с них стреляют в ответ. Кстати, уже летит четыре катера, поправка, три, два, в том числе и один большой уже дымят на поле как Тигры в великую отечественную.
Всё вокруг нас перепахано взрывами, везде каша, грязный снег, гильзы, пустые магазины, даже вон разгрузка чья-то валяется.