Здесь и правда оказалось почти пусто. Кро не спеша очистил и съел апельсин, получив тем самым право на порцию жареной рыбы и пару жирных свиных сарделек, запил все это горячим шоколадом, скормил посуду седому морщинистому столу и отправился к лестнице. Но во двор возвращаться не стал. Поднялся тремя витками выше, протиснулся сквозь стену в довольно широкий коридор — шага четыре, а то и пять.
Гобелены на жилой корпус администрация школы пожалела. Здесь с потолка светила полная луна, причем по ней то и дело пробегали мелкие облака. Рассыпанные звезды образовывали вполне понятный геометрический узор: множество треугольников остриями вниз. Видимо, знаки отмечали места прохода в комнаты. Разумеется, тут имелся и гриф: птица с серебряными крыльями, широкой грудью, неестественно большим хвостом и взъерошенными на шее золотистыми перьями возникала и тут же исчезала то на потолке, то на стене, то вдруг оказывалась в воздухе прямо посреди прохода.
— Чужакам вход запрещен! — звонкими детскими голосами предупредили мальчишки-первокурсники, выскакивая перед незваным гостем. — Здесь земли ордена!
— Где вы видите землю, недомерки? — покачал головой Битали.
— Уходи, или я позову Густава и Митридата со старшего курса! — предупредил один из мальчишек, и второй уверенно подтвердил:
— Да! Позовем!
— А вы тут что, дежурные псы?
— Мы стражи ордена! Уходи, пока мы не подняли тревогу!
— Постарше никого не нашлось?
— Если придут старшие, тебе не поздоровится!
Далеко в коридоре появились еще двое малышей, тянущих куда-то под луну большое и явно тяжелое деревянное ведро. От босых ног оставались мокрые отпечатки.
— У вас, говорят, есть комната для занятий?
— Этот этаж принадлежит ордену! Не твое дело! Чужакам тут искать нечего! — в два тонких ломких голоса продолжали возмущаться первокурсники. — Уходи! Уходи, не то хуже будет!
— Хорошая штука орден… — Битали решил, что увидел достаточно, и вернулся на лестницу.
Сбежал вниз, попытался выскочить во двор — но промахнулся и попал в коровник, встряв аккурат между двумя тушами. Не в переносном смысле, а в самом что ни на есть прямом: солома под ногами, набитые сеном ясли, резко пахнущие животные.
— Вы-то здесь откуда?!
Коровы, мерно шевеля челюстями, повернули головы. Кончики рогов сверкнули стальными навершиями. В голове промелькнула шальная мысль про боевых животных, Кро спешно вскинул палочку… Однако буренки оценили его пустыми бессмысленными взорами и безмятежно вернулись к кормушкам. Почему-то подумалось, что Горамник смотрела на него точно так же.
— И на том спасибо… — Он развернулся, выскочил на ступени лестницы и чуть не сшиб с ног тощую Генриетту Вантенуа, на этот раз облаченную не в платье, а в свитер и махровые шаровары.
— Осторожнее, окаянный! — отступила девушка. — Откуда ты тут взялся?
— Понятия не имею. Из коровника. Это какой этаж?
— Раз с коровами, значит второй. А зачем ты в хозяйство профессора Налоби забирался? За молоком?
— Коровы? На втором этаже? Почему? Их бы еще на крышу забросили!
— Нет, на крыше наши их… — Она вдруг осеклась, чуть подумала и улыбнулась: — Совсем из головы вылетело, ты же новенький. И тоже не метаморф.
— Да, не метаморф. Уж извини. Меня зовут Битали Кро.
— Я знаю. Мы на одном курсе, забыл?
— Так ты, значит…
Сверху послышался знакомый шелест, топот ног по ступеням, сверху показались сразу несколько ребят:
— О, Генриетта! — весело узнали они девушку. — Глядите, она уже новичка сцапала! Смотри, парень, эта сжует, и как звать не спросит.
— Дураки вы все! — Она резко оттолкнула Битали, все еще загораживавшего ей дорогу, проскочила мимо мальчишек и молниеносно скрылась за витком лестницы.
— Пожалуйста, мсье… — посторонились школяры, театральными жестами предлагая Кро броситься в погоню.
Но он отмахнулся и отправился вниз. Один виток, стена… И он оказался в темной пустой аудитории, подсвеченной лишь глазами одинокого кота, сидящего на небольшом портрете.
— Хоть бы один указатель повесили! — недовольно сплюнул Кро. — Это же издевательство!
— Умный ищет способ, а глупый — повод, — не к месту высказался портрет.
— Не хватает еще, чтобы меня дохлые кошки поучали! — Битали мысленно прикинул, с какой стороны двор, и стал пробираться между столами к нужной стене.
— Как ты смеешь, наглец?! — Портрет так сверкнул глазами, что комната стала светлой, словно полуденный пляж. — Я старше тебя на двести лет!
— А как был котом, так и остался, — парировал Кро и, довольный собой, выскочил сквозь кладку на траву.
Во дворе замка все еще продолжалась отчаянная схватка за мячи, и на появление школьника из необычного места внимания никто не обратил. Битали вдоль стены дошел до знакомого ориентира, попал точно на лестницу и уже без всяких приключений вернулся в башню. Закинув в рот пару конфет, он опять уселся перед конспектом, старательно отгоняя мысли об ордене, коровах, девушках и возможных подвохах в неожиданном соблазнительном предложении. Получалось плохо, и Кро, захлопнув тетрадь, занялся тренировками на концентрацию: писал на листке предмет, о котором требовалось размышлять, после долго о нем рассказывал, а когда проходило десять минут — останавливался и смотрел на запись.
Первые три раза его рассуждения закончились все тем же орденом и его хитростями. Затем два раза он почти удержался в заданном русле. На шестой попытке все опять закончилось орденом, а на седьмой, начав с вечного пера, он остановился на том, что у щуколицей Генриетты вполне даже красивые карие глаза.
Еще два захода принесли потрясающий успех: начав с кувшинки, он закончил по крайней мере рыбьей чешуей, а затем, начав с чешуи, закончил плоской, как прикроватный коврик, камбалой! Однако похвастаться было некому: недоморф, несмотря на сгущающиеся сумерки, все еще не появился, и даже ворон его пока не прилетал. Посему, вознаградив себя парой конфет, Битали переоделся, сходил в душ и уже в полной темноте забрался под одеяло.
Он уже крепко спал, когда по лицу прокатилась волна ледяного холода и тихий голос шепнул в самое ухо:
— Идем со мной, это важно.
— М-м? — еще толком не проснувшись, приоткрыл глаза Кро. — Ты чего?
— Идем со мной! — отпрянул одетый в длинную майку Надодух. — Идем, идем, скорее! Идем, идем, идем! Важно, важно, важно…
— Чего? Сколько времени?
— Идем! Скорее! Это важно! Очень важно!!! Идем, идем! — Сосед нетерпеливо приплясывал у подоконника со стороны двора! Скорее, ты нужен!
Недоморф взмахнул рукой и исчез.
— Ну, смотри, — сев в постели, покачал головой Кро. — Если это дурацкий розыгрыш для новичка…
Он сунул ступни в тапочки, сгреб со стола волшебную палочку, добрел до подоконника, тихонько по нему стукнул и выбрался в сумеречный коридор, изрядно забитый слабо светящимися существами. Разглядеть толком призрачную компанию Кро не успел — слева ему в щеку уперлась огромная рогатая голова с красными светящимися глазами. Холодная, словно только что из погреба.
— Дурацкая шу… — начал было отчитывать недоморфа Битали, как голова вдруг с силой нажала, заваливая его на пол, и большущее копыто устремилось точно в лоб.
Мальчик извернулся — просто чудом в самый последний миг спасшись от удара, — толкнулся от стены ногами, проскальзывая к задним ногам буйвола, нырнул под хвост, вскочил, разворачиваясь:
— Если ты…
Однако обращаться было не к кому. В коридоре перед безмолвным каменным сфинксом стояло не меньше десятка привидений и один буйвол с огромными рогами, но при этом начисто лишенный шкуры. Коричневые в полумраке мышцы перекатывались могучими шарами: зверь попятился, поднялся на дыбы, разворачиваясь в узком коридоре.
Рука мальчика привычно скользнула на грудь… Но алого боевого амулета на месте не было.
— Проклятье… — сглотнул Битали.
Буйвол наконец-то развернулся. Удар передних копыт о плиты пола заставил содрогнуться весь замок, тяжелая рогатая голова опустилась, сверкнули налитые кровью глаза. Юный чародей выставил перед собой, словно шпагу, короткую вишневую палочку, облизнул разом пересохшие губы — но ни единого подходящего заклинания вспомнить не смог. Зверь утробно рыкнул, начал разгоняться.
— Проклятье… — жалобно выдохнул Кро и кинулся бежать.
Топот надвигался, справа и слева мелькали ковры и гобелены. Стены, стены, стены… Сколько шагов, в какую сторону он промчался, Битали совершенно не представлял — но спина его явственно чувствовала уже совсем рядом мертвецкий холод, всем своим нутром он ощущал близость смертоносных рогов.
— Проклятье! — в третий раз обругал он свою судьбу, нырнул под первый попавшийся гобелен и ткнул палочкой в камень: — Онберик!!!
Правый рог буйвола со скрежетом процарапал непобедимую многовековую кладку — но Битали услышал это уже с другой стороны стены, находясь внутри маленького помещения с широким окном. Стол, шкафы, бархатные шторы, два скрещенных зонтика возле дверей с засовом размером с руку взрослого человека… Похоже, это был чей-то кабинет.
— Запретное место… Запретное место… — один за другим начали просачиваться внутрь призраки, излучая своей эфемерной плотью хоть какой-то свет. — Запретное место… Директор… Наказание…