— Надо поставить, — буркнул Битали. — Если проиграю, деньги мне все равно не понадобятся.
— Я уже на тебя поставил, могу взять в долю, — весело предложил Надодух. — Не дрейфь, прорвемся! Я подстрахую. Один день точно выдержим. А там как повезет.
— Кому повезет?
— Всем! Я же за тебя, сосед, ты разве не понял? Рядом буду держаться, вытащу, коли что не так.
— Давай молоко…
Выдернув из тетради чистый лист, Битали поставил на него выданный профессором Налоби стакан, рядом положил мягкий, сладко пахнущий хлеб и позвал:
— Батану! Приходи ко мне, маленький хозяин. Отведай угощения, отдохни сегодня сытым. Не поминай лихом.
— Сосед, скажи правду.
— О чем? — повернулся к недоморфу Кро.
— Какого беса ты сперва согласился стать членом ордена, а потом вдруг сбежал прямо с середины обряда?
— Разве я не говорил? Из-за клятвы. Они потребовали клятвы, что я буду исполнять любые приказы и прихоти всех членов ордена. Я буду неофитом, а они хозяевами. До тех пор, пока меня не соизволят принять в полноправные члены.
— Ну и что? Так всегда происходит. Сперва ты прислуживаешь старшим, потом старшим становишься ты, и прислуживают тебе. Орден этим уже седьмой век живет! И ничего, мир не рухнул.
— Мы на пятом курсе, Надодух, — вздохнул Битали. — И это моя четвертая школа. Если я вступлю в орден, мне придется быть на побегушках, пока не появится очередной новичок. Уже месяц, как идут занятия. Новичков раньше следующей осени ждать не приходится. Скажи, сосед, какой мне смысл выслуживаться целый год перед здешними дураками, если по весне родители могут забрать меня и опять перевести куда-то еще? Первый раз, что ли?
— Логично, — зачесал в затылке недоморф. — А я думал, ты умом тронулся.
— Неправда. На самом деле я ленивый мелочный крохобор. Не хочу вкалывать за просто так.
— Пятый курс, — зачем-то загнул пальцы Надодух. — Остался только шестой и седьмой. А ведь получается, мне тоже орден не интересен, даже если позовут.
— А Ронни, как я понял, на нашем курсе оказался последним. Вот и пытается себе замену подыскать.
— Точно! — вскинул мохнатый палец недоморф. — Он только в прошлом году к нам перевелся. Значит, он… То есть мы… Вот проклятье, мы же на урок опаздываем!
Схватив учебники, оба кинулись к подоконнику, едва не столкнувшись лбами, и один за другим выкатились в темный коридор, который после недавнего разгрома освещался лишь несколькими факелами с синим, холодным колдовским пламенем. Впереди к лестнице топал, понурив голову, мальчишка с рыжими короткими волосами, слева гладко зачесанными, а справа стоящими дыбом.
— Держи его! — восторженно завопил Надодух, кидаясь в погоню.
Мальчик развернулся на крик, пытался побежать, но в столь неудобном положении сцепился ногами и рухнул на пол.
— Ага, попался! — навалился сверху недоморф. — Знакомься, Битали, это и есть тот самый Цивик, что сдал нас директору со всеми потрохами.
— Я никого не выдавал! — закрутился под его весом круглолицый, веснушчатый, курносый паренек. — Меня пытали! У меня было пять переломов! Я три дня в лечебнице пролежал!
— Кто тебя пытал? — присел рядом Битали. — Что ты врешь? Совсем нас за дураков держишь?
— Мне было больно. У меня было семь переломов! А они спрашивали. А мне было больно.
— Девять переломов, — хмыкнул недоморф. — Хочешь, я их все пересчитаю?
— Потом, сосед, — вставая, хлопнул его по плечу Кро. — Сам говорил, опаздываем. Никуда он от нас не денется. Правда, приятель?
Битали подобрал рассыпавшиеся справочники и тетради, сунул их Цивику под мышку, помог ему встать, и они все трое поспешили на лестницу и наверх, к всевидящей мадам Анне Деборе.
— Я вообще никому и ничего не говорил, — продолжал оправдываться Цивик, подходя к стене, отмеченной коврами с рисунком из разноцветных переплетенных пентаграмм. — Я бредил. Меня затоптали. Я слышал ваши голоса и звал вас на помощь.
— Успокойся, потом расскажешь, — уже в который раз попытался успокоить его Битали. — Мы тоже не виноваты, директор нас отпустил. Просто знать хотим, как все было.
Он вытащил волшебную палочку:
— Онберик!
— Странно, ковры передвинули… — удивился Цивик и тоже взмахнул длинным тонким стержнем из черного дерева: — Онберик!
Он ушел в каменную кладку, Битали же, наоборот, притормозил:
— Это правда?
— Что? — вскинул к плечу яблоневую палочку Надодух.
— Ковры сдвинули…
— Да, есть немного… Раньше они шире висели, было три прохода. Теперь получается только один… Думаешь, орден тебе ловушку подстроил?
— Не знаю. Но лучше подстраховаться.
Битали миновал два ковра, поднял край одного из них, взмахнул палочкой и оказался в светлой аудитории с цветными витражами вместо окон. С его появлением быстро сошли на нет восторженные крики. Рассевшиеся за легкими партами из плетеной ивы ученики удивленно смотрели то на него, то на бесформенную ледяную глыбу, застывшую в десятке шагов левее.
— Я же говорил, — шепнул в ухо Битали недоморф. — Цивик страшно невезучий. Вместо тебя под ведро с «мерзлой водой» попался.
— Он же задохнется! — Кро вскинул палочку, вкладывая в опорное слово всю свою жизненную силу: — Мартилло!
— Мартилло! — последовал его примеру Надодух.
Заклинание подхватили еще несколько учеников, и под совместными ударами ледяная корка пошла трещинами, а затем рассыпалась на белые пузырчатые осколки.
Цивик, громко стуча зубами и мелко дыша, съежился в комочек и осел на пол. Тратить силу на полное удаление воды Битали не стал: спрятал палочку, подбежал к невезучему бедолаге:
— Ну, ты как? Лучше вставай, подвигайся. Быстрее согреешься, ну, давай… — Кро протянул Цивику обе руки, но тот мотнул головой и еще сильнее сжался.
— Что здесь происходит, мсье? — Битали не заметил, когда и откуда появилась большеглазая, желтокожая, дородная преподавательница с крючковатым носом и длинными, черными, волнистыми волосами.
— Вот, подшутил кто-то над моим другом.
Слегка поддернув юбку, учительница присела, за подбородок подняла голову Цивика, оттянув веко, глянула ему в глаз, положила ладонь на лоб… Битали машинально отметил желтую янтарную печатку на ее пальце.
— Та-ак… Могу обещать, что этот шутник будет лишен половины баллов в своем выпускном аттестате. Всем сидеть на местах, читать последний раздел главы об эманационных следах.
Она простерла над мокрым насквозь мальчиком руку, резко растопырила пальцы:
— Леви!
Цивик взмыл в воздух, несколько раз качнулся, приходя в равновесие, замер вниз головой и медленно размяк, вытянувшись во весь рост. Прорицательница легко ушла сквозь стену, пострадавший поплыл за ней.
— Вы, ребята, совсем ума лишились?! — повернулась к рассевшимся в дальнем ряду членам ордена Генриетта Вантенуа. — Вы же его чуть не убили!
— Это Кро виноват, — поднял голову курчавенький мальчик с родинкой возле носа. — Он свое заклинание сказал, а вместо себя Цивика пустил.
— Цивик просто невезучий! — возразила Генриетта.
— Не умеете ловушки делать, так и не беритесь, — сразу в несколько голосов посоветовали со среднего ряда. «Троллей» казус ордена явно порадовал. — Правда, дураки.
— Не дураки, а крысы, — холодно сообщил Дожар, глядя прямо перед собой. — Не могут прямо и открыто сразиться, только исподтишка куснуть решаются.
— Ты назвал членов ордена крысами?! — вскинулся курчавый. — Хочешь неприятностей, граф?
— Да, назвал, — так же холодно ответил Арно Дожар. — Ты считаешь себя оскорбленным, Лоран?
Тот почему-то промолчал.
— Здешние ребята и вправду заигрываются, Надодух, — тихо согласился Битали, усаживаясь за одну парту с недоморфом. — Скорей бы ваш Уоллес отдал мне боевой амулет. Без него становится тоскливо.
— Драться на оружии в школе все равно запрещено, — пожал плечами недоморф. — Только на дуэли, по правилам.
— Кому-то сегодня сильно повезло, — появившись в аудитории, заметила мадам Деборе. — Ваш одноклассник вернется на занятия уже к следующему уроку. Однако виновники будут наказаны все равно, это я вам обещаю. Теперь закройте учебники и вздохните с облегчением. Способы пролонгации линии судьбы на основании следов клиента мы в этом семестре закрываем и переходим к снам и их толкованию. Для начала всем вам следует понять, что же такое сон. Как все вы знаете, в теле развитого человека, в отличие от человека смертного, присутствуют три тесно взаимосвязанные души. Душа телесная, присущая всему живому и определяющая низшие чувства и способности, душа мыслительная, дарующая нам разум, либо отнимающая его — как у того нарушителя, что облил ледяной водой мсье Цивика, — и душа вечная, дарующая нам способности повелевать сущим. Или, в просторечии, наделяющая магическими способностями. Третья наша душа, именуемая иногда астральным телом, духовной составляющей, либо просто Ба, имеет способность покидать наше тело и путешествовать вовне, не нарушая при этом наши жизненные процессы. Именно она, отделяясь от вас и переселяясь в животное-тотемника, позволяет сохранить вашу жизнь в случае гибели плоти и обеспечить ваше воскрешение, если плотское тело удастся восстановить. Именно она, отделяясь от вас и проникая в иные места, наделяет вас предвидением или интуицией. Но самое главное — это то, что во время вашего сна, когда вы не нуждаетесь в ее покровительстве, душа Ба способна вовсе покидать здешнее пространство и заглядывать вперед не только в пространстве, но и во времени… Мсье Картье, если вы считаете, что я говорю о чем-то скучном, можете поискать для себя другого преподавателя и другую школу.