— Это что, твоя собственность? — вскинула брови Анита и помахала перед собой расческой.
— Но и не твоя!
— Ведьмы вы обе, — махнул на сокурсниц рукой Надодух. — Правда, к нам в школу других и не берут. Ладно. Коли уж так приспичило, давайте выбираться. Через парк идти нельзя, у них там любимое место — на просторе побегать. Сразу сворачиваем влево, за кустами пробираемся ближе к Тихому лагерю, вдоль него за грядки, а потом по прямой к замку прорываемся. Палочку можешь спрятать, это только взрослые маги оборотней парализовать или оглушить могут, у школьников на это силы не хватит, мы так много еще не накопили. У зверей силы больше, да еще они защитными заклинаниями прикрыты. Такими же, как наши.
— Ты когда-нибудь причесывался, Сенусерт? — воткнула расческу в волосы Анита. — Не знаешь, чем палочка от гребня отличается?
— Постой! — спохватился Битали. — На нас ведь защитная магия. Ее только серебром можно пробить. Метаморфы серебряных клыков не имеют, значит, и защиты не пробьют.
— Дуэль вспомни, — кратко ответил Надодух. — Смертельной раны нанести нельзя, а вот всю кожу изрезать — запросто. Клыками по личику… Понравится? К тому же у каждого заклинания есть предел. Против пары зверей оно, наверное, спасет. Против стаи — не знаю.
— Может, останемся? — вдруг передумала Вантенуа, проведя ладонью по щеке.
— Как хочешь, — пожала плечами Анита. — А мне аттестат нужен. Я иду.
— Ложись в могилку, — предложил Генриетте недоморф, указывая на холмик, в котором проходил обряд Битали. — Тепло, мягко и спокойно. Не пожалеешь. Утром спокойно к завтраку вернешься, и все будет нормально. Скажешь: «перекинулась» и ничего не помню. Никто не придерется.
— А вы?
— Я ухожу, — решительно отрезала Горамник. — Вы как хотите.
— Я тебя провожу. — Битали все еще держал наготове оружие.
— Нет, я как все! — тут же переменила мнение Генриетта. — Одна я тут не останусь.
— До бесконечности думать будете… — Анита пересекла поляну и полезла в узкий ход через кусты. — А время уходит.
— Подожди! — метнулся за ней Кро.
Следом поспешили остальные.
— Меня вперед пустите! — потребовал недоморф, когда они выбрались за акацию. — Дороги ведь все равно не знаете! Налево сразу, налево. Не то из парка заметят.
Он обогнал Аниту, пригнулся и быстрым шагом устремился через густой ивняк, вроде бы оберегающий случайных прохожих от болотных тварей, что содержались в неистребимых топях для учебных целей. Однако Надодух тут поворачивал, там подныривал, здесь отгибал ветки и двигался с легкостью, словно по улице.
— Стоп! — неожиданно вскинул он руку. — Оборотнем завоняло.
— Это как? — старательно стали принюхиваться остальные. — Где? Откуда?
— Разве не чувствуете? — понизив голос, удивился Надодух. — Шерсть, пот, зубной порошок. Половина запахов звериные, половина человеческие. Значит, метаморф…
— Я ничего не ощущаю, — мотнула головой Анита.
— У него нюх острее… — пояснил Битали и чикнул клинком о клинок.
— Тихо! — предупредил Надодух, снова двинулся вперед. — Где-то тут, таится.
— Ой, лисичка! — обрадовалась идущая последней Генриетта. — Совсем ручная, не убегает.
Серая облезлая морда, едва различимая за ветвями, оскалилась.
— Это он, — облегченно перевел дух недоморф. — Ну, этому мы не по зубам. Пусть мышей ловит.
Он стремительно заскользил дальше. Мелкий облезлый оборотень, приволакивая облепленный листьями хвост, затрусил следом, то рыча, то клацая зубами, а потом, подняв голову, жалобно завыл.
— Вот, гаденыш! — оглянувшись, выругался Надодух и пошел быстрее. — Он же нас остальным выдает! На объедки надеется, поганец.
— Пошел вон! — оглянулась на лиса Вантенуа.
Тот вильнул грязным хвостом — и снова завыл.
— Сейчас вся школа сбежится! — У недоморфа в руке возник длинный вороненый учебный меч. — Не отставайте!
Еще несколько минут однокурсники, сопровождаемые подвываниями лисы, бежали молча. Потом вдруг сразу с трех сторон раздался громкий треск: спереди, справа и слева из кустарников кинулись на ребят, оскалив морды и грозно воя, волки, медведи, рыси, кабаны.
— А-а-а! — Страх моментально вышиб из Битали его безграничную, всеобъемлющую любовь. Он без колебаний рубанул по лапам и горлу прыгнувшую на Горамник рысь, развернулся, чтобы вогнать бемгиши в грудь медведя, краем глаза увидел когтистую лапу у своей ноги, крутанулся, подрубая ее, — тут сверху обрушилась неподъемная тяжесть громадного гризли и…
…И оглушительный, разрывающий барабанные перепонки, выворачивающий внутренности вой, больше похожий на скрежет гвоздями по стеклу, заставил его зажать уши, скрючиться и кататься по земле в бессмысленной надежде найти спасение от этого звука.
Тишина обрушилась неожиданно, словно удар молотка по пальцам. Все еще не веря случившемуся чуду, Кро отпустил уши, прекратил кататься. Огляделся.
Недоморф трепыхался в гуще ветвей ближнего кустарника, несколько зверей, поднимаясь на лапы, улепетывали в лес. Место битвы из непролазной чащи превратилось в довольно широкую, хорошо утоптанную поляну, посреди которой хрупкая рыжеволосая Анита невозмутимо оттирала свой резной костяной гребень.
— Что это было? — простонал Битали.
— Я же ведьма, ученица пятого курса и круглая отличница, — напомнила Горамник и указала на стоящего на четвереньках Сенусерта с совершенно круглыми, очумевшими глазами. — Вот он знает. У вас, магов, свои способы драться. Мечи там, амулеты. У нас, девочек, свои. Мы поэтому и учимся гендерным искусствам раздельно. Теперь бежим, мальчики. Метаморфы скоро успокоятся и вернутся. Нам повезло, что у них слух тоньше. Поэтому и досталось им сильнее.
— У-у-у… — Надодух встал на колени, схватился руками за голову, замотал ею из стороны в сторону.
Битали поднял бемгиши, отер о ветви окровавленную кромку:
— Да, порезал я их неплохо. Только крупное зверье царапинами не остановить. Сожрут.
— Ой, вот беда! — только теперь заметила оплошность Горамник. — Надодуха тоже оглушило! Ты сможешь его донести?
— Он вроде и так в себя приходит. А где Вантенуа?
Анита оглянулась, подняла с земли спортивный костюм, скатала и сунула за пазуху:
— Похоже, перекинулась. Испугалась, наверное, когда оборотни набросились.
— Надо же! — съехидничал Битали. — Такого милого пустячка!
— Так ты сможешь его нести? — опять указала на недоморфа девушка.
— Подожди чуть-чуть…
Кро поднял с земли ивовую ветку в локоть длиной, проверил на прочность, бросил обратно, извлек палочку:
— Трунио! Трунио… Трунио! — Под действием заклинания один конец ветки увеличился в диаметре примерно до дюйма, другой — где-то до пяти, длина прута тоже выросла вдвое. — Вот так…
Кро подхватил получившуюся дубинку, в зубы взял меч, перекинул себе через плечо руку уже вставшего на ноги недоморфа и потащил его вперед. Анита, удерживая гребень у губ и постоянно оглядываясь, кралась следом.
— Не туда… — прохрипел Надодух и потянулся к мечу: — Отдай…
Кро с радостью избавился от неудобной железки и повернул, куда показывал сосед. Пару минут они продирались через ветки вместе, потом недоморф отпустил плечо и пошел уже сам, повел носом:
— Сзади догоняют. Но пока далеко.
Еще через несколько минут Сенусерт вскинул меч, демонстративно принюхался:
— Близко…
Битали пропустил девушку вперед, перехватил дубинку двумя руками. Еще десяток шагов — и позади затрещали ветки, сразу несколько волков и рысь ринулись на добычу.
— А если так? — Кро широко взмахнул чуть переделанной ивовой веточкой. От удара по голове сбоку волчару не просто откинуло, но и закрутило волчком. Обратный взмах пришелся другому зверю по ребрам, опрокинув на землю. Совсем близко прорвавшегося серого Битали коротко ткнул рукоятью в нос, мысленно помянув добрым словом сэра Ричарда, отступил и из-за головы с размаху огрел по макушке. Пара отставших зверей попятились, дав юноше время шарахнуть рвущуюся к Аните рысь по хребту.
— Кро!
Битали прыгнул вперед, через пригнувшуюся девчонку, зацепился ногами, упал — но дубинка в вытянутых руках достала-таки до загривка подмявшего недоморфа гризли. Юноша тут же опрокинулся на спину, наугад махнул оружием — волки попятились.
— Надеюсь, это был Уловер, — спихнул оглушенного медведя Надодух. — Я ему всю морду изрезал. Давайте за мной, тут рядом…
Он снова побежал через кустарник. Анита немного отстала, постоянно оглядываясь на Битали. Юноша как мог быстро пятился, время от времени взмахивая дубиной. Волки, числом всего в четыре морды, щелкали клыками в трех шагах. Рысь и еще один верволк остались валяться на месте последней схватки.
— Сюда!
Кустарник наконец-то закончился, и впереди показались огородные грядки, слева граничащие с Тихим лагерем, по которому ползали разноцветные огоньки, а справа — с темной махиной замка. Трое школьников побежали меж капустных кочанов, постепенно замедляя шаг.
— Смотрите, отстали! — удивилась Анита.
— Наверное, школьный огород от метаморфов заговорен, — решил Надодух. — Они же, перекинувшись, тупеют. Затоптали бы все во время прогулок.