logo Книжные новинки и не только

«Страж границы» Александр Тимьянов читать онлайн - страница 2

Knizhnik.org Александр Тимьянов Страж границы читать онлайн - страница 2

— Каким способом? — заинтересовался Катберт.

— Судом божьим, — ответил Кристобаль. — Вооружитесь и выйдите друг против друга на смертный бой. Тот, кто останется жив, станет императором.

— Это сделает императором лучшего воителя, — покачал головой Катберт, — но не лучшего правителя.

— Зато сохранит империю от разора гражданской войны, — отрезал Гутьере.

— Вы ещё слушаете этого полоумного клирика?! — не выдержал Квелар. — Он же издевается над нами!

Не было секретом, что в своём мире Кристобаль Гутьере был не просто клириком высокого ранга, но инквизитором, искоренителем ересей. В Срединном мире таковое понятие было неизвестно, так как из всех культов преследовался только один — поклонники нежити, а занималась преследованием Тайная канцелярия многомудрого Тириндула.

— В предложении стража Кристобаля есть резон, — задумчиво произнёс Сефид, слывший первым мечом империи, победитель многих турниров и неофициальных гладиаторских боёв, где он появлялся в неизменной золотой маске под именем Золотой Грифон.

— Надеешься уложить меня, братец Золотой Грифон?! — рассмеялся Квелар. — Нет, не выйдет! Я не один приду, а со всем полком своим!

— Вот гарантом честности этой схватки мы сможем выступить, — улыбнулся Наэстра.

— А я не желаю никаких драк! — начал паясничать, как в детстве, принц Квелар. — Не хочу драться без полка!

— С таких слов, — вздохнул Кристобаль Гутьере, — и начинаются гражданские войны.

Но с этих слов началась не просто гражданская война, а долгое и жестокое Время Раскола.

Глава 1

Никогда не любил я заглядывать в личный кабинет Кристобаля Гутьере. Бывшего инквизитора, чуть не сподвижника самого Торквемады, а ныне главу стражи Запада боялись, наверное, все, даже полковник Грим по прозвищу Гренадер, хотя тот, скорее, опасался его, как слишком опасного друга. Но лично меня больше всего нервировали не прошлое бывшего инквизитора, не его мрачная репутация, а чучело штандартенфюрера СС, стоящее в углу. Как шутил иногда сам Кристобаль, тот тоже был хорошим таксидермистом, но он добрался до него раньше [Маленький реверанс А. и Б. Стругацким.].

— Проходи, сэр Галеас, — сказал мне Кристобаль, — да что вы коситесь так на фон Бока? Сколько лет он тут стоит, а все смотрят на него, будто в первый раз.

Похоже, Кристобаль был сегодня в отличном настроении. Нет, он не улыбался, а сидел с обыкновенным своим мрачным видом, как будто он узрел все беды мира и теперь горевал по этому поводу. В общем, всё как обычно.

— Для чего ты вызвал меня, Кристобаль? — спросил я, без приглашения садясь напротив него на простой деревянный табурет.

Кабинет Гутьере был обставлен воистину аскетически, единственным сомнительным украшением его можно было считать только чучело штандартенфюрера фон Бока.

— Я знаю, что ты, сэр Галеас, со своими людьми лишь три дня как вернулся из рейда, однако после того, как мы отправили пять рот на восточную границу, у нас осталось слишком мало солдат. Мы и так затыкаем дыры кем можем.

— Я понимаю, Кристобаль, — кивнул я. — Трёх дней моим бродягам вполне довольно для отдыха. Куда теперь пойдём?

На самом деле после недавнего рейда по приграничной с Основой смерти территории многих из моих людей приходилось ставить на ноги лекарям. Мы едва прорвались на обратном пути, только чудом не потеряв ни одного из товарищей. Хотя трое надолго выбыли из дела, ибо лишились конечностей. Ловкача Гимарта пришлось последние мили нести на руках, ногу его зацепило Облаком тлена, пришлось быстро ампутировать её на два пальца ниже колена.

— Вас меньше на три человека, — сказал Кристобаль, — а потому в рейд вам идти нельзя. Отправитесь теперь к Третьей крепости, встретитесь с такой же группой стражей оттуда, примете рапорты, передадите наши. Рутина в общем.

— Спасибо, дон Кристобаль, — без иронии произнёс я. — Вот только скажи, для чего ты нас бережёшь? Ведь это задание займёт примерно столько времени, сколько нужно для того, чтобы восстановились мои люди. Значит, нас после этого ждёт серьёзная заварушка, верно?

— Ничего от тебя не скрыть, сэр Галеас, — кивнул Кристобаль, — может, в дознаватели перейдёшь? В пыточной тебе цены не будет.

И вот сам чёрт не разберёт, шутит сейчас дон Гутьере или нет. И ведь как ловко от темы ушёл. Ну да мы сами с усами, если зацепим, никто с крючка не сорвётся.

— И всё же, дон Кристобаль, — настаивал я, — что вы для меня готовите?

— Из ряда деревень приходят весьма странные вести, — ответил Гутьере. — Очень они мне не нравятся. Я рассчитывал на твой отряд, хотел отправить практически сразу по возвращении, однако сейчас такие времена, что ослабленного тебя я на проверку не отправлю.

— Но ведь может статься так, — задумчиво произнёс я, — что пока я буду мотаться к месту встречи с ребятами из Третьей, пройдёт время и проблема с деревнями станет такой, что одного отряда не хватит.

— Ты про Приграничную резню? — уточнил Кристобаль. — Там совсем другое дело. Тогда стали прибывать абсолютно идентичные рапорты, и я быстро поставил на уши всех, кого смог. А сейчас же рапорты даже не похожи друг на друга, просто стали более формальными, как будто они очередной оброк сдают.

— Значит, прямой угрозы нет, — сказал я. — Сколько времени дадите после возвращения из рейда к Третьей?

— Узнаю тебя, — как будто бы даже пошутил Кристобаль, — так же, как в этот раз, — три дня. Больше дать не смогу, и так самый продолжительный отпуск в наше время.

— А известно хоть что-нибудь о ротах, что ушли на восточную границу? — спросил я на прощание.

— Ничего, — вздохнул Кристобаль, — рапорты из джунглей ходят очень плохо. Похоже, некогда им там писать, граница сильно сместилась в Основу жизни, и теперь у них каждый день война с местной флорой и фауной.

— Ясно, — кивнул я, поднимаясь со стула. — Ждать их не стоит. Пойду я отосплюсь перед рейдом.

— Всё-таки ты раздолбай, сэр Галеас, — сказал мне в спину Кристобаль. — Никакого понятия о воинской дисциплине.

— А чего ты хочешь от главаря раубриттеров? [Раубриттеры (от нем. Raub — грабёж; хищение; похищение, разбой; Ritter — рыцарь) — рыцари-разбойники в средневековой Германии.] — пожал я плечами, открывая дверь кабинета. — К тому же раздолбай я только в мирное время, а на поле боя я — воплощение дисциплины и субординации.

Мои орлы ждали меня. Уже каким-то образом они узнали, что меня вызвал к себе Кристобаль, и теперь сидели в нашем углу общей казармы. Я хотя и числился лейтенантом, не стал переезжать на офицерские квартиры, а остался в общей казарме со своими людьми. Как-то роднее мне эти стены из серого камня и тусклый свет из бойниц. Тем более настоящим офицером меня всё равно ни за что не признают. Несмотря на относительную демократичность стражи, выбиться в ней из рядовых в настоящие офицеры было практически нереально. Ими были обыкновенно какие-нибудь аристократы или хотя бы рыцари или офицеры армии, а такие как я, бывшие самозваные рыцари, выходившие с отрядами на большую дорогу, были не в чести. Считалось, что мы не можем толково командовать людьми, ибо никогда не учились этому и подлинного военного опыта до границы не имели. Да и вообще, что это такое, капитан или полуполковник гвардии по сути своей не кто иной, как беглый преступник, удравший на границу не из каких-либо патриотических настроений, но лишь для того, чтобы скрыться от закона в приграничной глуши. А ведь вся стража по-прежнему числилась полком имперской гвардии, хотя и не являлась им в действительности уже несколько тысяч лет. И империи никакой больше нет, вернее, слишком много стало в наше время этих империй, каждая, естественно, единственная и неповторимая Срединная империя, остальные же — дешёвка и подделка.

— Что такое, господа стражи? — спросил я у своих орлов. — Чего сидим? Чего ждём?

— Тебя, командир, — ответил за всех сержмен Шольц. — От Кристобаля без задания никто не уходит, верно?

— Именно. — Я сел на свою койку и принялся стягивать сапоги. — Рейд завтра лёгкий, к Третьей крепости, обмен рапортами. Покуда Гимарт, Хаиме и Глостер в лазарете валяются, на серьёзное дело рассчитывать не приходится.

— Славно, славно, — усмехнулся Шольц. — Давненько не поручали нашему отряду таких простых дел. Даже когда потери были много больше.

— Да что тебе не нравится, Шольц?! — рявкнул на него вахмистр Деребен, мой заместитель. — Не надоело ещё, что тебя Вороном все кому не лень кличут.

— А не пошёл бы ты, вахмистр… — тут же привычно огрызнулся Шольц, роняя руку на оголовье меча.

— Равняйсь! — даже не сняв с ноги второго сапога, заорал я так, что с коек повскакали и несколько стражей из других отрядов. — Смирно! — И уже в лицо своим орлам я продолжил: — Совсем распустились без меня. Вас на минуту оставить нельзя. Шольц, шагом марш к профосу, получить двадцать розог за неуважение к старшему по званию. Выполнять.

Спорить сержмен не стал. Он скорым шагом покинул казарму, не сказав ни слова, но я мог быть полностью уверенным, что он сейчас же явится к нашему ротному профосу и добровольно заявит о наказании. Хотя обычно приходилось к нему провинившихся доставлять под конвоем. Как говорил Василий Степаныч, капитан стрелков нашего батальона: «Совесть лучший контролёр». Он до меня командовал этим отрядом, я, собственно говоря, у него начинал рядовым стражем. Именно Василий Степаныч воспитал солдат в таком духе и сделал из меня настоящего командира, после чего со спокойной душой ушёл на повышение.