Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Алексей Фомичев

Побочный эффект

Qui prior est tempore, potior est jure [Кто раньше по времени, тот прежде по праву (лат.).].

Часть 1

Если завтра война, если завтра в поход

Длинная шеренга застыла на краю большой хорошо утрамбованной площадки. Строй, не очень ровный, но слитный. Все одеты в темное, на ногах — легкие кожаные поршни (башмаки с низкой подошвой), на теле безрукавки из толстого льна. Штаны из прочного домотканого холста, свободного покроя. Узкие кожаные пояса завязаны тугими узлами.

В строю — молодые парни от двадцати двух до двадцати пяти лет. Все коротко острижены, у каждого на безрукавке с левой стороны пришит кусок ткани с изображениями рун.

Перед строем, заложив за спину руки, стоит человек в черном. Оглядев строй, он кашляет и громко произносит:

— Каждый, кто стоит в этом строю, отныне не принадлежит себе! Он принадлежит Трапару! И своему народу! А они требуют от вас только одно: стать воинами! Лучшими воинами, способными победить любого врага! И с этого дня вы начнете учиться быть такими воинами! Учеба будет долгой, трудной, иногда невыносимой! Но вы настоящие сыны своего народа и Трапар смотрит на вас! Не опозорьте его! Вы готовы?

Сотня глоток единым разом выдохнула:

— Да!

— Трапар жив!

— Трапар жив! — вновь рявкнула сотня.

— По группам разойдись!.. Направо! Бегом марш!

Две сотни молодых неутомимых ног резво стартовали с места и, набирая скорость, помчались по кругу. Лица бегущих были серьезны, взгляды сосредоточены. Все полны решимости пройти испытания и стать воинами, достойными одобрительного взгляда самого Трапара. Или для начала хотя бы его посланников…

1

Группа Бердина

А начинали они с чистого листа. Не имея на руках даже первичных данных о численности хордингов, о способности племен снарядить и прокормить большое войско, о составе и готовности дружин.

И все же начали. Так как иного выбора не было, а план реализовывать надо. Любым способом.

* * *

— Племя Клемленат состоит из тридцати семи родов. В общей сложности в нем двадцать две тысячи сто или сто двадцать человек. Из них мужчин в возрасте от семнадцати до тридцати лет почти четыре тысячи.

— Пятая часть племени. Не так и плохо. Кстати, эта пропорция справедлива и для других племен.

— У Ломенгарса больше всех, почти семь тысяч.

— Лесные жители. У них и народу побольше и живут получше.

— Завтра-послезавтра прибудут гонцы Самадена и Ванадена. Тогда получим все данные.

Василий Бердин заглянул в ноутбук и вывел на экран сводную таблицу по численности населения племен хордингов. Там еще хватало пустующих граф.

— А вообще-то можно подвести предварительный итог. У нас есть шесть племен общей численностью около полутора сотен тысяч человек, из них около двадцати пяти тысяч — мужчины нужного нам возраста.

— Почти две дивизии, — прикинул Адам Зингер. — Но всех ведь в строй не поставишь.

— Половину хотя бы, — вставил Андрей Якушев.

— Пусть так. Двенадцать тысяч. Всего! И это против полуденных королевств, против огромной империи! Пупок развяжется!

— Выводы пока делать рано. — Василий открыл другой файл. — Получим все данные, а потом уже будем думать, что и как. Есть некоторые идеи. Но без досконального анализа излагать их нет смысла. Когда сеанс связи с Орешкиным?

— Через три часа. Но вряд ли он скажет что-то новое, они только добрались до границы Ломенгарса. Впереди Дикая Степь. Так что ничего интересного.

— Посмотрим.

* * *

Работать они начали буквально с момента своего прибытия на Асалентае. Временный штаб развернули прямо в доме Трапара, благо никто из местных не возражал.

Сперва было необходимо наладить контакт с вождями и прежде всего с вождем племени Ленатрам Аллерой. Орешкин с группой ушли, а инструкторов Аллера не знал. Но тут выручил Елисеев, его-то вождь знал хорошо. Так что отношения быстро нормализовались. Чему способствовало не только поведение новых «посланцев Трапара», но и всеобщая лихорадка подготовки к большой войне.

Боевой настрой захватил буквально всех и теперь жизнь племен хордингов была подчинена ему безраздельно.

В первую очередь Бердин потребовал от вождей сведений. О численности людей в племенах, причем с разбивкой по возрастным категориям. О земледелии, скотоводстве, охоте, рыбной ловле. Вплоть до точного количества пойманной рыбы, собранных мер урожая зерновых, о надоях молока.

Потом настала очередь учета голов скота, числа лошадей, запаса кож, тканей. Особое внимание уделялось добыче руды, изготовлению оружия и доспехов.

Сами доспехи, как и оружие, подверглись строгой ревизии, присланные образцы осмотрели, испытали и… отправили для анализа на Землю.

Еще Бердин потребовал данных о добыче серебра, золота, драгоценных камней. А потом попросил прислать из каждого племени по пять лучших воинов в полном вооружении и тех, кто мог поведать о традициях ведения боя.

Вожди схватились за головы. По роду занятий и по своему положению, они и так знали многое о своих племенах. Но теперь требовалось все эти сведения уточнить, перепроверить и записать.

С последним было туго. Хординги уже дошли до создания рунической письменности, однако она была довольно скудной и неконкретной. Один и тот же знак мог иметь до пяти значений, а запись рунами могла трактоваться в совершенно ином, противоположном начальному, смысле.

Это сильно затрудняло работу и заставляло то и дело прибегать к помощи местных для расшифровки посланий. А их было много. И приходили они в таком виде, что иначе как издевательством это нельзя было назвать.

Записи вели на бересте — лоскутах березовой коры с неровно обрезанными, а то и оборванными краями. Писали острой железной палочкой. Вернее пытались писать. Из-за недостатка навыка руны выходили кривыми, косыми, ломаными и стоило большого труда расшифровать их. Конечно, эта «тайнопись» вызывала раздражение!

— Мы над каждой берестой корячиться будем? — как-то в запале воскликнул Зингер. — Так до дела не доживем!

Понять Адама можно, две берестяные грамоты, что лежали перед ним, имели плачевный вид. Гонец спрятал их в складках одежды, и они пропитались потом, размокли.

Пришлось Бердину сделать выговор Аллере. Тот пообещал, что грамоты будут хранить бережнее. Но вот пообещать, что местные писари исправят почерк, он не мог.

* * *

Проблему взялся решить Елисеев. Он пообещал, что составит алфавит на основе рун, и тогда процесс пойдет гораздо быстрее. Но Василий его оптимизма не разделял. Мало составить алфавит, надо научить ему хордингов. А это процесс не быстрый. Хотя нормальная письменность просто необходима для дальнейшей работы. И Бердин уже прикинул, как организовать курсы правописания и сколько будущих писарей надо готовить.

А пока группа инструкторов — штабная группа, как окрестил их Елисеев — продиралась сквозь каракули рун, составляя единый каталог, куда вносили все сведения, вплоть до количества сельхозорудий. Работа была громоздкой, тяжелой и объемной. Но это только небольшая часть подготовительного процесса.

Помимо сведений о хордингах нужны были данные о полуденных королевствах и об империи. А вот с ними все обстояло куда хуже.

С полуденными королевствами хординги худо-бедно торговали. Караваны и обозы торговцев регулярно приходили в земли Ломенгарса, Ванадена и Самадена. Иногда даже добирались до Ленатрама и Клемлената.

И северные, точнее полуденные торговые гости бывали в соседних владениях. Только они могли дать хоть какие-то сведения о королевствах и об империи. Но сведения эти были отрывочны, бессвязны, неконкретны.

Однако лучше такие, чем никакие. И несколько самых крупных торговцев племен Ванаден и Ломенгарс были вызваны в дом Трапара. Но пока они были в пути. А тем временем Бердин попросил через Аллеру передать категорическое требование — торговцев с полуночи в земли хордингов больше не пускать. Ограничить их визиты несколькими прикордонными поселениями, где они будут продавать товары. Туда же свозить свои товары на обмен и продажу.

Аллера почесал в затылке, повздыхал и сокрушенно кивнул. Такое повеление сильно било по интересам вождей и старейшин, но… против посланцев Трапара не попрешь!

— Хотя там все равно догадаются, что дело пахнет керосином, — со вздохом произнес Василий малопонятные для Аллеры слова. — Но других вариантов нет. Увидь они, что здесь происходит, или услышь болтовню сплетников — считай, запороли дело!

Как можно запороть дело, Аллера не знал, порют ведь провинившихся и должников, но переспрашивать не стал. Хитрый и многомудрый вождь уже понял, что посланцы Трапара судят совершенно иначе. Но всегда оказываются правы.

Воздушная разведка тоже не могла предоставить информацию стратегического характера. Хотя запуски зонда продолжались, инструкторы составляли карты, однако нужные сведения они не приносили. Поэтому перед самым отправлением группы Орешкина Бердин изменил задание.

— Пройдете по полуденным королевствам, уточните обстановку и расстановку сил, — напутствовал Василий поисковиков. — Особо не спешите, смотрите лучше. А сумеете подготовить агентуру — вообще хорошо.

Артем только руками развел. Агентура, информаторы, шпионская сеть — это, скорее, дело оперативного отдела. Но он в полном составе пасет ковбоев в Европе. А поисковики лишь ознакомлены с основами оперативной работы. Но тут делать нечего, придется все делать самим.

— И вообще, вы у нас единственные глаза и уши на юге. В смысле на полуночи, — поправился Василий. — Так что смотрите… и слушайте в оба.

С тем группа Орешкина и отправилась. С помощью «станка» ее перебросили к границам племени Ломенгарс и Дикой Степи — довольно большого куска территории, толком не принадлежащей никому. За этой Дикой Степью и лежали полуденные королевства.

Сразу встал вопрос о подготовке армии. Состав, структура, вооружение, стратегия будущей войны. Все это требовало скорейшего решения, но начинать создание армии, не имея данных о вероятном противнике, глупо. Что империя сильна, и так ясно. Но насколько? Количество легионов или полков не показатель. А вот их расположение, степень готовности, подвижность, обеспеченность продовольствием и фуражом — это важно. Вон так называемая Римская империя куда как велика была и сильна! Но ее легионы не стояли единым лагерем, а были разбросаны по всей территории. И чего стоило перебросить хотя бы один через всю империю?!

И полуденные королевства. Что там, сколько их там. Какие они? Бердин поручил вождям собрать все имеющиеся данные о королевствах, вплоть до слухов и небылиц. А также попробовать наладить контакт с ближайшими соседями — окоротами, микариданами, стоводами. Они частенько тревожат полуночные границы, могут рассказать много интересного.

— По поводу королевств, — завел как-то разговор Якушев. — Почему они полуденные? Ведь они дальше хордингов, значит полуночные!

— Так их называют в империи, — ответил Аллера. — Мы же их зовем домининги.

— Это что значит?

— Хорошее место. Королевства, что находятся в хорошем месте. Там вправду очень удобные края. И зерно родится сильным, и лесного зверя много, и зима не такая студеная. А в глубоких пещерах добывают камень герруда. Он дает силу и здоровье и дорого стоит. Камешек размером с полмизинца стоит как стадо дойных коров в десять голов.

— Везде хорошо, где нас нет, — вздохнул Андрей. — Домининги так домининги. Ясно.

Помимо этой информации ничего толкового о доминингах-королевствах Аллера сказать не мог. И практически вся работа группы Бердина застыла до приезда торговцев и получения информации от соседей.

Пока длилась эта пауза, инструкторы спешно решали другие вопросы.

2

Василий Бердин

Как же они все-таки похожи, эти «купи-продай» разных эпох, миров и народов! Словно природа штамповала их под копирку, раз и навсегда определив единый тип «хомо спекулянтиса» во всех веках и пространствах!

Разные рост, сложение, цвет волос и глаз, разные одежды и обувь. Но плутовато-пронзительный взгляд, приклеенная полуулыбка и выражение смотрящей на колбасу голодной дворняги — это едино! Влито, вбито, словно под копирку. И никаких дополнительных пояснений не надо, достаточно взглянуть на выражение лиц, поджатые губы, слащавые улыбки, послушать умасленные славословием речи.

Не все вызывают отвращение, но на всех одинаково неохота смотреть, а тем более говорить с ними.

Говорить, однако, надо, и говорить много. По возможности, вытащить из них все, что нужно, узнать мельчайшие подробности, потому что эти самые детали сейчас ценнее и золота, и острой стали. Они могут стать определяющими в будущем, которое мы здесь ваяем на живую нитку.

По-разному их называют здесь. Передвижники, караванщики, сундукари. Суть одна — они торговцы. Вспоминать о роли, которую сыграли эти энтузиасты торговли и служители золота в мировой истории неохота. Хотя надо признать: они немало сделали для развития отношений между племенами, странами, народами. А помимо основного занятия, торговцы с переменным успехом занимались и побочным делом — шпионили в интересах гильдий, церкви, властителей. Да и сейчас многие торговые компании связаны со спецслужбами своих стран. Старинная традиция, овеянная веками и эпохами.

Ну, можно еще вспомнить, что хозяев торговцы меняли не реже, чем наряды. Работали за страх, звонкую монету, поблажки. И уж совсем редко — за совесть. Но это товар такой редкий, что мало кто из торговой братии имеет его нетронутым. Он как девственность — теряется один раз и навсегда.

Все это я помнил и учитывал перед встречей с торговцами и на особую откровенность не рассчитывал. Хотя Аллера меня заверил, что они скажут все, что знают, что слышали, о чем догадываются.

Разговор я планировал вести в паре с Елисеевым. Он парень жох, коммуникабельный невероятно, быстро раскусит торговцев и при случае поймает на вранье.

Адаму я поручил вести видео— и аудиосъемку, а Андрею наблюдать за беседой со стороны. Вот такая диспозиция. Может, и глупо так обставляться для простой встречи, но я четко знал — нет ничего второстепенного и не важного в этом мире. Ибо это — другой мир! А мы здесь пока всего лишь гости. Пусть и влиятельные.

Торговцы приехали на следующее утро. Спешились за оградой, воздали почести Трапару на пороге его дома, возложили дары богу, потом его посланникам. В присутствии Аллеры и нескольких старейшин его племени поприветствовали нас.

Такой торжественный прием посоветовал сделать Женька. Мол, это настроит визитеров на нужный лад и покажет всю значимость их откровенности.

Пока шли все эти воздаяния-возлияния, я рассматривал гостей и оценивал их внешность.

Торговцев было пятеро. Двое из племени Ломенгарс, трое из Ванадена. Одеты по местным меркам богато, даже роскошно, но без вычурности. У хордингов излишняя красочность в одежде не в чести. Торговцам позволяется больше, ведь они ездят к соседям — там нельзя выглядеть очень уж просто.

Длинные плащи на меху, хорошо сшитые сапожки с каблуками, штаны из цветного полотна, рубахи навыпуск без воротников, кожаные пояса, шитые передники — что-то вроде нагрудника — украшенные узорами и красками. Шапки — немного вытянутые вверх с загнутыми краями, на меху — по обычаю заткнуты за пояс.

На поясах длинные ножи и мешочки с монетами. В руках — традиционные топоры. Кстати, у всех торговцев по одному кольцу на пальце правой руки. И только у самого рослого, в темно-зеленом плаще и ярко-красном нагруднике, два кольца. Одно на указательном пальце, другое — на безымянном.

За приветствием последовало ритуальное преломление хлеба и славословие в адрес Трапара. А потом короткий спич в адрес его посланцев. После этого старейшины с поклонами ушли, а Аллера на правах вождя предложил гостям сесть. После чего сам занял длинную скамью в углу и замер. Его роль сыграна, теперь он вступит в разговор только по моему знаку. Это мы обговорили заранее.

Торговцы были здорово напряжены. И не только из-за присутствия посланников Трапара и срочного вызова. Не знаю, что наговорили им вожди их племен, но, судя по всему, гости летели сюда сломя голову.

Для выстраивания разговора следовало их сперва немного упокоить, но я не стал тратить на это время. Некоторый мандраж даже полезен.

* * *

Темнить не стал, сразу перешел к делу. И предложил торговцам рассказать все, что они знают о полуденных королевствах, то бишь о доминингах.

Самый высокий гость — Ламак Рудый — после недолгой паузы произнес:

— Это долгий рассказ… Что нужно-то?

— Все. Где чьи владения. Кто правит. Какие у них силы, сколько дружины, какое вооружение. Какие отношения между соседями, часто ли воюют. Где какие дороги, где есть родники и колодцы. Какой урожай снимают. Чем торгуют сами и что покупают. Какие связи с империей… Все, что придет вам в голову, что вспомните.

Даже дурак догадается, зачем нужны такие сведения. А торговцы дураками не были. И на их лицах проступило выражение какого-то сожаления и досады. Вполне понятные чувства, ведь где война, там нет торговли, нет прибыли, нет товаров. Ничего нет, кроме смерти, крови и разрухи.

Они переглянулись, сумев в эти мгновения провести безмолвный совет, а потом вздохнули и заговорили. Безостановочно, детально, точно. В пять голосов. Я только дирижировал этим хором, приглушая один голос, давая слово другому, а потом гася и его, чтобы услышать третьего. Запоминал с пятое на десятое, главное сейчас общие впечатления, а анализ оставлял на потом.

Елисеев почти не вмешивался, только иногда просил уточнить детали. Его умение разговорить человека в этот раз не пригодилось. Торговцы и не думали молчать. В доме Трапара в присутствии его посланцев и Аллеры утаивать что-то невозможно.

— А теперь перейдем к империи, — сказал я, когда поток воспоминаний иссяк. — Все то же самое — что знаете, что слышали, что видели, о чем говорят.

И тут в глазах торговцев мелькнул настоящий страх. Война со Скратисом? Это самоубийство!..

Но я продолжал давить их взглядом, и торговцы вновь заговорили. Старательно пряча испуг и заставляя голос не дрожать.

* * *

…Полуденные королевства, они же домининги, были расположены на огромной равнине, не имеющей пока названия, но занимающей значительную часть северо-запада материка. Равнина эта заходила краями и на земли хордингов и в империю.

На самом деле королевств в доминингах было два — Тиаган на северо-западе, то бишь на полдне-закате и Догеласте на полуноче-восходе.

Некогда существовавшее третье королевство Санкетир распалось под ударами тех же хордингов и их не менее воинственных соседей. Теперь там пять баронств, три графства, два маркизата и одно герцогство. В нем-то и правили сейчас потомки королевской династии Санкетира. Что примечательно, размеры дворянских владений совершенно не зависели от титула владельца, как это было когда-то на Земле. Баронство могло соперничать размерами с маркизатом, а тот едва ли не превышать площадью герцогство.

Дворяне не особо заморачивались по этому поводу, во всяком случае, о попытках сменить титул на более высокий никто не слышал.