Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Так что сейчас в результате небольшого и насквозь незаконного деяния у нее на руках имелся паспорт на имя Найденова Марка Ивановича, пятнадцати лет от роду, мать — неизвестна, отец — неизвестен, место последней регистрации — детский дом № 2 города Кирова, судя по расплывшейся фотографии отвратительного качества и лицу тела, на котором был найден, — блондин с тонкими чертами изрядно изможденного лица.

Позвонив Кольке и попросив на всякий случай проверить этот паспорт по базе данных милиции, Ольга осталась полностью удовлетворенной. Неизвестно каким образом, но данный бедолага, чье тело за номером шестнадцать нынче лежало в морге в секторе «неопознанные тела», ухитрился ни разу не попасть в поле зрения «компетентных органов». За ним не числилось даже мелкой кражи!

В плане задуманной ею операции это было очень кстати. «Может, мне его усыновить?» — подумала Ольга и даже подхихикнула от этой мысли. Действительно, весело будет, если она, молодая двадцатипятилетняя человеческая девушка, усыновит шестидесятилетнего снежного эльфа. Смешно! — и она еще раз хихикнула.

Проходивший мимо нее невысокий, немного полноватый мужчина в дорогом кашемировом пальто и с плечами тяжелоатлета, видимо приняв этот «хи-хикс» на свой счет, внимательно окинул взором свою одежду и, не найдя беспорядка, долго смотрел вслед стройной, изящной девушке с длинными светло-русыми волосами и симпатичным, запоминающимся лицом, пытаясь понять, что же в его облике вызвало ее смех.

У подъезда она была остановлена все тем же бдительным трио.

— Здравствуй, Оленька, — приторно-сладким голосом протянула Семеновна. — Спешишь куда?

— Домой, с работы возвращаюсь. — Ольга вздохнула. Боевые действия, ведшиеся против нее бойкой тройкой, на данный момент находились в стадии прекращения огня, но судя по данной встрече, длиться перемирию оставалось недолго.

Причины, по которой «божьи одуванчики» объявили на нее охоту, Ольга не знала. Впрочем, имелись у нее подозрения, что она просто-напросто была единственной более-менее подходящей кандидатурой во всем подъезде. Как бы то ни было, но, с тех пор как она окончила институт и переехала жить в небольшую однокомнатную квартирку, купленную по такому поводу жившими на Севере родителями, они регулярно распускали о ней слухи один веселее другого.

Поочередно Ольга объявлялась сатанисткой (прослушивание «Арийских» песен на максимальной громкости), загульной (пара-тройка небольших празднеств с друзьями), девушкой «нетяжелого поведения» (на недельку приютила Кольку, после того как тот в очередной раз «насмерть» поругался с женой, да пару раз попалась на глаза с очередным кавалером, провожавшим до квартиры) и сумасшедшей (угораздило попасться на глаза при возвращении с ролевки, где Ольга отыгрывала гоблинскую шаманку).

«Интересно, что на этот раз?» — подумала девушка, внимательно вглядываясь в глаза старой сплетницы.

— Мы тут мальчика видели, — индифферентно заявила Николаевна. — Из нашего подъезда выходил. Светленький такой. Волосы белые-белые, словно седой, малец. Не у тебя ли обитает?

Ольга печально вздохнула. Похоже, Рау все-таки не усидел в квартире и, что особо неприятно, попался на глаза этим старым грымзам! «Ну я ж тебе задам», — подумала она, вежливо кивая задавшей вопрос старушке:

— Да. Брат мой троюродный, поступать в медицинский собирается. Вот и приехал. Марком зовут.

— А что ж так рано? Экзамены-то вроде летом будут? — недоверчиво наклонила голову Сергеевна.

— Так на подготовительные курсы походить хочет. Вот и перевелся к нам. Доучится здесь, на курсы подготовительные походит… Все легче поступать будет, — легко парировала Ольга. — Сами ведь знаете, какой сейчас в школе уровень. А на платное идти — так никаких денег не хватит!

Старухи согласно закивали.

— Ох, да что ж мы держим-то тебя, — запричитала Николаевна, и Ольга поняла, что допрос окончен. — Замерзла, поди, да устала, а мы, бабы древние, все тебя держим…

— Ну что вы, приятно было пообщаться, — неискренне улыбнулась Ольга и, распрощавшись, вошла в подъезд, надеясь, что ей удалось убедить недоверчивых бабулек и никаких новых сплетен по поводу появления у нее новоявленного братца не будет.

— А ведь малец-то совсем в легонькой куртке ходит, — как бы невзначай заметила Николаевна, стоило только закрыться подъездной двери за спиной ушедшей девушки.

— И шапчонки у него нет, — немедленно подхватила мотив Семеновна. — А на улице не май месяц…

— И сам скромный такой, стеснительный… — внесла свою лепту Сергеевна. — Худющий, в чем душа-то держится… Глаза большущие, а лицо хрупкое… Так от голода часто бывает. И росточку невысокого…

— А у родителей-то денег мало — слышали, что энта сказала-то? Приехал и, видать, лишнего себе никак позволить не может…

— А она-то в какой шубе дорогущей ходит, заметили?

— Видать, совсем мальчонку затуркала да голодом морит, — удовлетворенно констатировала Семеновна. Надежды Ольги на то, что новых сплетен не предвидится, так и остались пустыми мечтаниями.

Придя домой, раздевшись, поставив на плиту чайник и пельмени, Ольга включила компьютер и углубилась в дебри своего излюбленного форума. Она искренне надеялась, что Рау вернется до того момента, как она вконец изнервничается, и за время своей прогулки не вляпается ни в какие неприятности.

Ей повезло. Не успел чайник вскипеть, как от двери послышалось осторожное поскребывание, словно кто-то не слишком умелый пытался ее открыть.

— Это ты? — поинтересовалась девушка, подходя к двери.

— Это я, — донесся оттуда голос Рау.

Открыв дверь, Ольга увидела на пороге и самого эльфа, чем-то весьма довольного. Широко и радостно улыбаясь, он вошел в коридор и гордо водрузил на тумбочку объемную спортивную сумку.

— Ты говорила, что для того, чтобы сделать документы, нужны деньги? — загадочно прищурясь, спросил он, аккуратно поигрывая «молнией» застежки.

— Говорила. Но как раз сегодня я эту проблему решила. А что? — поинтересовалась она, глядя, как слегка приувяла широкая улыбка малолетнего эльфа.

— Ну… я тоже решил эту проблему, — вновь расцветая, ответил Рау, широко распахивая сумку и демонстрируя плотно уложенные в нее пачки подозрительно знакомых зеленых бумажек с портретом американского президента.

— Как? — только и смогла выдавить из себя ошарашенная Ольга, которой вдруг срочно захотелось куда-нибудь присесть. — Кого ты ограбил?

— Я никого не грабил! — искренне возмутился Рау. — Просто продал слезу Зимы.

— И все? — недоверчиво поинтересовалась Ольга.

— Ну да. Зашел в несколько магазинов, что у вас этим торгуют, показал, попросил оценить… Потом встретился с покупателями… они вначале немного волновались, но, после того как я объяснил им, что владею зимним камнем по праву, успокоились и заплатили не торгуясь.

— Да? — недоверчиво переспросила Ольга.

— Да! — Рау с самым честным видом встретил ее взгляд. — Ну ты пока разбери это, а я в ванну. — Скинув ботинки, эльф слегка пошатнулся, но тут же восстановил равновесие и подчеркнуто легкой походкой направился в ванную. Куртку он при этом снять почему-то забыл.

— Стоять! — решительно заявила Ольга. — Если все было так любезно и мило, как ты описываешь, не мог бы ты мне тогда объяснить, откуда у тебя вот это? — Ее палец обвиняющим жестом уперся в маленькую круглую дырочку на правой стороне куртки, ранее умело прикрытую небольшой складкой. — Калибр девять миллиметров, — с ледяным спокойствием констатировала девушка, разглядывая отверстие. — Расположение — как раз напротив печени. Интересно, почему ты еще жив? Так что ты там говоришь? Все хорошо, прекрасная маркиза? Тихо-мирно продал?

— Ну я же говорил, что вначале покупатели сильно волновались, — неохотно пробурчал Рау, наклоняя голову. — К счастью, моя кольчуга плюс щит льда, как выяснилось, довольно неплохо защищают от вашего оружия. Синяк, правда, будет… Да вот одежду немного попортили… Я пойду помоюсь, а то выложился сильно. Чуть ли не весь запас маны потратил, пока их на покупку уговаривал. Потом я, честное слово, все расскажу!

— Иди уж, — вздохнула Ольга, печально размышляя, за каким бесом она две недели назад встряла в совершенно не свои разборки. А ведь ей так неплохо жилось. Тихо, спокойно… Скучно. — Что ж, со скукой, похоже, покончено надолго, — вздохнула она, взглянув на захлопнувшуюся дверь в ванную, и пошла на кухню снимать чайник, вот уже минуту как оглашающий всю квартиру пронзительным свистом.

Глава 3

Операция «Полярная лисичка»

Спрашивают маленькую девочку:

— Машенька, скажи, кто приходит к тебе на Новый год — бородатый такой, в красной шубе — и поздравляет тебя с праздником?

— Дедушка Мороз!

— Машенька, а кто еще с ним приходит?

Машенька молчит.

— Ну Машенька, девушка такая — в белом, с длинной косой, — кто?

— Смерть, что ли?

Просто анекдот

Подполковник Квашенников, начальник отдела номер тринадцать Управления ФСБ по Свердловской области, с грустью смотрел на лежащую перед ним красную папку, украшенную грифом «Совершенно секретно». Папка содержала милицейский отчет об обнаружении одной из бригад местной преступной группировки в непоправимо мертвом состоянии. В принципе это никоим образом не могло бы испортить настроение фээсбэшника, если бы не один маленький нюанс. Бандиты были не просто убиты: их тела были вморожены в огромные кристаллы чистого льда, словно какой-то безумный ученый решил сохранить их на память потомкам.

Одного этого уже было бы достаточно, чтобы расследование из ГУВД передали ему, в недавно созданный, но уже хорошо зарекомендовавший себя при расследовании дела о гибели генерала Кормухина отдел. Собственно, и создан-то был этот носивший замысловатое название «СО»[Cекретный отдел.] № 13 по расследованию аномально-биологической активности» отдел именно в связи с необходимостью расследования причин загадочных смертей, валом прокатившихся по ГУВД и УФСБ Екатеринбурга при попытках выяснить виновных в странной смерти вначале сына Кормухина Анатолия и двух его друзей, а потом и самого генерала вместе с большинством его людей.[О причине этих и многих других упоминаемых в книге событий см. роман «Путь демона».]

Отдел включал в себя информационно-аналитическое отделение, отделение оперативно-технических мероприятий, оперативно-поисковое отделение, впрочем существующие пока что скорее на бумаге, чем в реальности, в связи с «недостатком средств» и «отсутствием оперативной необходимости», как сформулировал причину такого положения начальник УФСБ по Свердловской области Борис Николаевич Козиненко, поддержанный в Москве.

Впрочем, как ни странно, Квашенников разделял точку зрения своего номинального начальства. Номинального — потому как в реальности он находился в прямом подчинении председателя ФСБ, а Уральским его отдел представлялся только в целях конспирации, упрощавшей взаимодействие с коллегами. Разделял же он данное мнение потому, что даже в таком минимальном составе ресурсов отдела оказалось вполне достаточно для раскрытия «дела Давыдовых», до сих пор остававшегося не только первым, но и единственным делом, которым занималось возглавляемое им подразделение.

Едва вспомнил тот вал «самовозгораний», что прошел среди его коллег менее чем полгода назад, и представил, сколько еще его друзей и знакомых могло бы погибнуть, не приди ему на ум прочитанная когда-то фантастическая повесть[С. Ярославцев (псевдоним А. Стругацкого). Дьявол среди людей.] и не сделай он предположения, что в данном случае действует какой-то механизм наподобие описанного в ней, подполковник захотел выругаться.

Честное слово, он был бы совершенно не против, если бы то дело так и оставалось первым и единственным, которым занимался его отдел. Хорошо еще, что семья Давыдовых, старший отпрыск которой, в ином мире ставший могучим магом, столь оригинальным способом защитил своих родичей, оказалась вполне вменяемой. Ну большей частью… Он припомнил общение с Софией Давыдовой, младшей сестрой этого безумного мага, и непроизвольно поморщился. Несмотря на то что основные и наиболее ценные сведения были получены именно от нее, беседа с данной сверхагрессивной психопаткой никакого удовольствия ему не доставила.

Результатом удачного расследования стало то, что полковник ВДВ Владимир Николаевич Давыдов был переведен на работу в ФСБ и ныне является постоянным участником различных «переговоров» со всяческого рода террористами. В результате этого смертность среди данного рода индивидов стала практически равна ста процентам. Ну не могут террористы думать о ведущем с ними переговоры безоружном, но очень наглом фээсбэшнике без агрессии, не могут. Так что после краткого разговора полковника с бандитами всей работы, что оставалась для бойцов спецподразделения, — это смести с пола пепел да развязать заложников. В тринадцатом отделе даже шутка сложилась, что скоро в связи с появлением Давыдова «Альфу» вместо автоматов вениками вооружат. А то автоматы для выметания пепла плохо приспособлены.

Что касается остальных членов семьи — Натальи Константиновны Давыдовой и Софии Владимировны, — то за ними было установлено мягкое и ненавязчивое (в случае с Софией — ОЧЕНЬ ненавязчивое) наблюдение, с указанием наблюдателям в случае необходимости помочь дамам и по возможности спасать тех несчастных, что попытаются проявить к ним агрессию. Также им было приказано фиксировать все проявления сверхъестественного, что могут происходить с наблюдаемыми. Если в поле зрения появится Олег или другой маг, — соблюдая предельную вежливость (как показало расследование, вежливость — вещь совершенно необходимая при общении с магами и их родичами), постараться вступить с ним в контакт.

Последнее указание было дано на всякий случай. Судя по рассказу Софии, возвращаться на родину без крайней нужды Олег не планировал. У него и в ином мире забот хватало, так что, защитив своих родичей, он посчитал сыновний и братский долг полностью выполненным и немедленно удалился по своим делам.

В общем, на протяжении почти полугода с момента создания отдела его основной задачей и являлся контакт и взаимодействие с данной «веселой» семейкой. Кроме этого единственное, чем доводилось заниматься Квашенникову, было разворачивание агентурной сети, проверка различных «мистических» слухов (до сих пор с приятной регулярностью оказывавшихся лишь досужей болтовней да результатом чересчур богатой фантазии «свидетелей»). Еще его служба присматривала за Украиной, где на территории Чернобыльской зоны отчуждения последнее время стало происходить что-то странное. Однако ввиду того, что это происходило на чужой территории, более того, на территории страны, отношения с которой последнее время складывались отнюдь не лучшим образом, присмотр в основном заключался во внимательном чтении посвященных этим событиям газетных статей да аналитической работы.

И вот новое дело. Квашенников с ненавистью посмотрел на лежащую перед ним папку, после чего поднял трубку внутреннего телефона, вызывая заместителя.

— Сережа, собирай наших, — с печальным вздохом скомандовал он. — В девять ноль-ноль ко мне на совещание.

— Что такое? — настороженно поинтересовался майор Сергей Аркадьевич Серпенцев, один из лучших аналитиков города, старший инспектор тринадцатого отдела и его заместитель.

— Семь трупов. Найдены позавчера на поляне в Уктусском лесопарке в девятнадцать тридцать вечера в полностью замороженном состоянии. Опознаны как члены бригады Оценщика в полном составе. Сам Оценщик с ними.

— И при чем здесь мы? Обычные разборки.

— При том, что убили их весьма необычным образом. Все они найдены вмороженными в огромные глыбы льда. По заключению патологоанатомов, погибли они мгновенно — от быстрого замерзания всех жидкостей в теле. Как сказал Андреич, подобного эффекта можно было бы добиться, опустив живого человека в бак с жидким гелием и продержав его там минут десять — двадцать. Вот только судя по следам, никакого жидкого гелия на поляне не было. Зато был какой-то тип, который, судя по оставленным следам, весил не более килограмма,[Если кто не помнит, то уточняю, что в произведениях упоминается способность эльфов ходить по самому глубокому снегу, не проваливаясь в сугробы. Достаточно вспомнить хотя бы того же Толкиена, с его описанием того, как Лиголас легко расхаживал по сугробам на перевале Карадраса. Тем более что для снежного эльфа такая возможность — это вообще «святое».] при этом обладая стопой тридцать шестого размера. Он или она — тут пока ясности нет, обувь мужская, а вот размеры стопы намекают на невысокую даму — пришел, или пришла, на поляну вместе с бригадой Оценщика, а ушел — один, оставив за собой семь кусков льда с мороженой бандитятиной.

— М-да… весело… — В тоне майора можно было разобрать что угодно, кроме веселья.

— Это еще не все, — продолжил добивать своего подчиненного Квашенников. — После того как этих граждан разморозили, в кулаке у Оценщика обнаружили камушек… Веселый такой камушек — необработанный алмаз чистейшей воды весом порядка восьмидесяти карат. Тебе сообщить, сколько это в американских рублях будет, или пожалеть твои нервы?

— Да ладно уж… молчи. Сам прикину, — с присвистом выдохнул в трубку Серпенцев, которому в молодости как-то довелось расследовать дело о хищениях якутских алмазов, и потому он хорошо представлял себе реальную стоимость данных камешков. — Миллионов шесть вечнозеленых? — поинтересовался он после небольшой паузы.

— Ха, — грустно выдохнул Квашенников. — Я же сказал — чистейшей воды. И никаких дефектов. Так что от десяти — и до бесконечности… — Он интригующе помолчал.

— Ну что еще? — недовольно откликнулся его зам. — Чую же, у тебя еще что-то в запасе имеется… Давай, добивай старика.

— Да какой ты старик! — праведно возмутился Петр Иванович. — Ты ж меня на три года моложе! Недавно ведь твое сорокалетие отмечали!

— Петя, имей совесть! — жалобно протянул майор, имевший в отделе неофициальное прозвище Холмс за страсть ко всякого рода загадкам. Справедливости ради надо сказать, что и разгадывал он их едва ли хуже этого литературного героя. Собственно, одной из важных причин, по которым Серпенцев и пошел в «тринашку», была возможность заняться достаточно сложными и нетривиальными загадками.

— Ладно, — сжалился подполковник. — Самый смак заключается в том, что обследовавшие алмаз эксперты хором утверждают, что по химическим характеристикам камень не соответствует ни одному из известных ныне месторождений, и более того, с девяностопятипроцентной вероятностью, вообще не имеет к нашему миру никакого отношения.

— М-да… — протянул Сергей Аркадьевич. — Весело. Похоже, наш случай.

— А то. В общем, к девяти — ко мне. Дело я у милиции забрал, а то мало ли что они там наворотят, так что будем расследовать сами. Все. Жду на совещание.

* * *

— А вас не смущает тот факт, что оно все как-то чересчур уж хорошо коррелируется? — после ознакомления с документами поинтересовался Паша Булатов, один из инспекторов оперативно-поискового отделения.

— Что именно? — устало переспросил Квашенников. «Мозговой штурм», в который плавно переросло совещание, длился уже около трех часов, и ему, выступающему в роли «адвоката дьявола», уже несколько надоело находить логические нестыковки в предлагаемых версиях.