Змей был снайпером.
Стал он снайпером просто, как все. Уже будучи командиром мотострелковой роты, повез на курсы снайперов своих подчиненных, засмотрелся на стреляющих рядом соседей… и написал рапорт на перевод в Подмосковье. Отбор был строгий, может, один из сотни кандидатов способен пройти все круги рекрутинга в «солнышки». Но Змей прошел. За три года он повысил свой снайперский уровень до мастера-инструктора, освоил все типы снайперского вооружения, принял участие в нескольких боевых операциях, в ходе которых довел свой личный счет до четырех десятков убитых врагов.
И вот — Сирия. Или, как уже было принято говорить — «Песочница», «Саратов» или «Артек». Уже месяц здесь. Уже есть «сирийский» опыт. Уже есть увеличение личного счета. Есть горячее желание наказать тех, кто поднял руку на мобильный госпиталь, кто убил наших девочек — медицинских сестер.
А дома его ждут жена и маленькая дочь. Малышка смотрела отцу в глаза, плакала и говорила: «Папа, вернись быстрее». Он поцеловал дочь, жену и уехал.
И ты никогда не знаешь, увидишь ли ты снова свою семью.
Такова предначертанная судьба элитного спецназа.
К утру буря стихла, и снайперы зашевелились, стряхивая с себя пылеобразный песок. Змей аккуратно выглянул из развалин, удовлетворенно отмечая, что их следы были надежно занесены песчаной пылью, а следовательно, снаружи нельзя было выявить их прибытие на огневую позицию.
Бурый, с которым Змей работал в паре, пробрался на остатки первого этажа. Здесь под покосившейся от взрыва стеной он разложил свой каремат и установил «манлихер» на сошку. Поле зрения из глубины развалин открывалось совсем небольшое, буквально полметра на треть метра, но этого вполне хватало, чтобы наблюдать в прицел участок местности, на котором находилось одноэтажное здание с окружающими его навесами. Там, по данным разведки, находился отряд боевиков, причастный к убийству российских медсестер. Гасан и Бача, которые имели с собой крупнокалиберную винтовку «АСВКМ», расположились в полуподвале — в помещении, смежном с тем, в котором пережидали ночную бурю. Их сектор наблюдения и стрельбы также был очень узок.
Вскоре Змей поставил трипод с прибором наблюдения и через щель в стене стал осматривать объект. Возле здания сновали вооруженные люди, под навесами располагались пикапы боевиков, на которых они привозили к месту атаки на госпиталь свои баллонометы и миномет. Во всем чувствовалась расслабленность «воинов умеренной оппозиции» — у них даже не были выставлены посты, и ни одна машина, по всей видимости, не находилась в положении боевого дежурства.
— Тысяча сто двадцать метров, — сказал Змей.
— Есть, — ответил Бурый.
— Я измерил тысячу сто восемнадцать, — сказал снизу Гасан, с юморком имитируя возмущение.
— А сантиметры? — пошутил Змей.
— Да ну их, — отозвался наводчик второй пары. — В другой раз посчитаю.
— И то верно, — усмехнулся Змей.
Было слышно, как находящаяся внизу снайперская пара накручивает на своего крупнокалиберного монстра огромную банку тактического глушителя. В обычном режиме выстрел из «АСВКМ» следует производить исключительно в наушниках, иначе можно лишиться барабанных перепонок. Жаждущие невидимости «солнышки» еще месяц назад буквально в тупик поставили краснодарского мастера, предложив ему изготовить глушитель на крупнокалиберную винтовку. Тот долго считал объем расширения пороховых газов при выстреле, мудрил над устройством сепаратора, но в конечном итоге явил заказчику вполне работоспособный образец, который преобразовывал оглушительный грохот в слегка растянутый по времени хлопок, соизмеримый со звуком автоматного выстрела. Полигонные испытания вселили в «крупнокалиберных» снайперов уверенность в своей незаметности, чем они сейчас и не преминули воспользоваться.
— Глушитель где? — спросил Змей своего стрелка.
— Сейчас будет, — отозвался Бурый.
Тактические глушители могут использоваться со штатным патроном, нисколько не влияя на его баллистику, но сильно рассеивая звуковую волну до степени невозможности установить направление на источник звука уже с двухсот-трехсот метров. Плюс ко всему такие устройства полностью исключают вспышку выстрела, что коренным образом решает успех обеспечения скрытности в процессе ночной стрельбы. При стрельбе с подобным глушителем на километровую дальность звуковая и зрительная необнаружаемость снайперской позиции полностью гарантирована.
Вопреки расхожему мнению, в снайперской паре наиболее подготовленным стрелком далеко не всегда является тот, который нажимает на спуск винтовки. Зачастую это тот, который сидит рядом со стрелком, ведет наблюдение за целью и готовит данные для стрельбы. Работа наводчика — выявить цель, рассчитать поправки для производства точного выстрела в зависимости от факторов, влияющих на отклонение пули от теоретической траектории, определить для стреляющего установки прицела. Стрелок вносит в прицел сказанные ему поправки и производит выстрел. Наводчик, по хорошо видимым в прибор наблюдения турбулентным завихрениям воздуха, оставляемым летящей пулей, а также по видимой точке попадания корректирует следующий выстрел — и так, пока цель не будет поражена или не выйдет из зоны поражения. При определенных условиях, правильно рассчитав все факторы, можно добиться поражения цели с первого выстрела даже на весьма значительных дальностях — к чему и стремятся все уважающие себя снайперы.
Змей положил перед собой блокнот и стал карандашом заносить туда необходимые данные: записал измеренную дальность, температуру воздуха, размер деривации.
Продолжив визуальное изучение объекта, за полчаса Змей насчитал всего двенадцать человек, обнаружил на крыше спутниковую антенну серьезной станции космической связи, которой у простых боевиков явно быть не должно, и кроме того, определил, что как минимум двое из наблюдаемых людей явно не были аборигенами — по манере держаться, по элементам снаряжения и цвету лица, это были не боевики.
— Пиндостанцы, — резюмировал Змей. — Справа второй, наблюдаешь?
— Вижу. — Бурый слегка переместил ствол винтовки, тут же подобрался всем телом, чтобы не вытягиваться на цель силой мышц, а сохранить естественную точку прицеливания. — Гасим урода первым?
— Ты же слышал, на постановке задачи было особо указано — американцев не убивать.
— «Не убивать» я слышал, — ответил Бурый. — Могу ранить в ногу. Пусть лежит и думает о своем поведении. Если сдохнет, видит Бог, я не хотел. Сам помер. Я стрелял только в ногу.
— Обсудим, — кивнул Змей.
— Командир, — раздался снизу голос Гасана.
— Чего тебе, мой юный друг?
— На крайней справа машине высокая антенна «куликовка». На ней привязан зеленый флажок джихада. Наблюдаешь?
— Вижу. — Змей довернул свой прибор наблюдения и точно — небольшой кусочек зеленой материи безжизненно висел на трехметровой высоте наборной антенны, сигнализируя о полном отсутствии ветра на данном участке местности.
— Прям подарок для нас, — съязвил снизу Бача.
— Ага, — улыбнулся Змей. — Личный вклад от воинов джихада в свою собственную погибель.
— Не в погибель, — встрял Бурый. — А в переход к гуриям…
Все четверо расхохотались.
Пронаблюдав за объектом еще пару часов, пришли к выводу, что враг никуда не торопится. Справа ожила примыкающая асфальтированная трасса — по ней стали ездить машины и даже двинулись пешеходы. До трассы было около километра, и это уже следовало учитывать — как бы оттуда не пришла помощь боевикам, начни снайпера уничтожать людей на объекте. Для этого Змей, побродив по развалинам, наметил еще две позиции, с которых можно было бы попытаться отразить атаку со стороны дороги.
После полудня перекусили, немного отдохнули и стали готовиться к главному — к реализации справедливого возмездия.
К «манлихеру» у Бурого было четыре магазина по десять патронов — один магазин в винтовке, три он выложил перед собой. Еще пару пачек патронов он выложил ближе к Змею, предполагая, что с началом результативной стрельбы наводчику можно будет отвлечься на наполнение опустошаемых магазинов. Расположенный в полуподвале «главный калибр» имел два заряженных магазина по пять патронов и еще штук сорок в специальной сумке. Еще какое-то количество боезапаса находилось в рюкзаке, но Бача считал, что ему для выполнения задачи с лихвой хватит и того, что было под рукой.
— Эй, двое, — Змей обратился к нижесидящим. — Вы пыль перед стволом размели?
— Нет, — честно ответил Гасан. — Одну минуточку… а у кого спиннинг?
— У меня к рюкзаку приторочен, — ответил Бурый, не отводя головы от щеки приклада.
Гасан перебрался в «жилой» полуподвал, где лежало ненужное при стрельбе имущество, и достал телескопическую удочку, которая в сложенном виде была не больше полуметра. Закрепив на ее конце специальную губку, Гасан вернулся на позицию, разложил удочку и стал с ее помощью убирать пыль перед стволом «АСВКМ». На это ушло несколько минут, за которые Бача успел своему наводчику предложить работу в клининговой компании «с хорошей зарплатой и соцпакетом». Бурый успел предложить Гасану произвести уборку в его квартире сразу по возвращении из «Саратова» в родные пенаты. Змей же успел обнаружить третьего иностранца в числе наблюдаемых боевиков.