— Так, в город Саратов, и что?
— Ну, не в тот Саратов, который город, а который южнее…
— Не понимаю.
— В Сирию мы едем, воевать, — плюнув на секретность, сказал Шабалин.
— Ну, надо же, как я сразу не догадался? Какую вы хотите от меня помощь?
— Может, слишком нагло будет…
— Говори.
— Вы нам патронов 338-го калибра не подкинете, сколько сможете? Я получил винтовку «манлихер», а патроны к ней чуть не каждый на счету, и на складах их нету… а винтовка очень хорошая… и точная, почти как у вас…
— Ты сейчас где?
— Возле бригады.
— Я тут недалеко, сейчас подъеду. Жди!
— Хорошо.
Шабалин прошел через КПП и присел на лавочке автобусной остановки. Ждать долго не пришлось. Черный «Гелендваген» остановился через дорогу. Паша подошел к машине.
— Садись, — сказал ему водитель.
Шабалин сел в машину. Поздоровались.
— Тебе когда надо?
— Завтра мы улетаем… утром.
— Магазины уже закрыты, а утром ты уже улетишь. У меня с собой есть две пачки — сорок патронов. Хватит?
— Вполне, — кивнул Паша, обрадованный даже такому результату, мысленно прикидывая стоимость оказанной услуги.
«Генерал» протянул ему две увесистые пачки охотничьих патронов, и вдруг Паша понял их абсолютную бесполезность — у них другая навеска пороха, другой вес пули и баллистический коэффициент — под них нужно специально пристреливать винтовку. А самое главное — пули таких патронов не имеют стального сердечника, а значит, они бесполезны против бронежилетов. Наверное, разочарование было написано у него на лице, так как «генерал» спросил:
— Что не так?
Паша сбивчиво рассказал ему о возникшей проблеме.
— Забирай, — сказал «генерал». — Все равно тебе они нужнее окажутся. Я, может, раз в год стреляю, а тебе пригодятся. И возвращайся назад живым.
— Спасибо, — Паша от души поблагодарил собеседника.
Внезапная тревога, как и ожидалось, была сыграна строго по плану, озвученному однокашником по военному училищу. Прибыв в расположение, Паша достал из сейфа плановую таблицу действий при получении сигнала «Тревога» и некоторое время контролировал действия подчиненных, но парни знали «свой маневр» твердо, и поправлять никого не пришлось. Вскоре появился командир бригады, который довел до Шабалина приказ на боевое применение на «незнакомом полигоне», согласно которому половина роты во главе с Шабалиным убывала в пункт доподготовки и ожидания, после которого им и предстояло убыть туда, где, как ни крути, решалась судьба всего мира.
— А там тебя встретит полковник Федяев, — хмуро посмотрев на Пашу, сказал комбриг. — Он уже там… недолго он на Спутнике просидел…
Автоколонной рота, вернее часть роты — всего тридцать человек, прибыла на аэродром, где им предстояло загрузиться в огромный транспортник «Ил-76». «Горбатый» уже стоял с открытым чревом. Восемь тонн груза и три десятка морских пехотинцев перекочевали в самолет.
— Ну, бывай, — Паша пожал руку сержанту-контрактнику, старшему автоколонны, ибо никто из командования бригады провожать его на аэродром не поехал.
— Вы там осторожнее, — попросил сержант. — Берегите людей…
— Постараюсь.
Створки грузового люка закрылись. Паша сел на откинутое сиденье, ухватился рукой за какой-то поручень и вдруг с совершенной ясностью и тоской подумал, что зря развелся по молодой глупости пару лет назад. Где-то далеко-далеко отсюда детским сном спит его шестилетний сын Егор, а папка вот он, движимый приказом, уезжает на войну.
— Я не знаю, когда вам дадут добро на вылет. — Майор быстрой походкой шел по городку, и Паша едва поспевал за ним. — Скажите спасибо, что на довольствие вас поставили без документов!
Рота уже двое суток чалилась в брезентовых палатках центральной снайперской школы в условиях полной неопределенности. Никто не мог толком сказать, сколько времени они еще тут пробудут, кто руководит всем этим бардаком и кто хотя бы может дать разрешение на выход отсюда — с территории Центра. Ибо там, в Москве, что была в часе езды, Пашу ждало несколько однокашников по училищу, более удачно сложивших свою военную карьеру и теперь проходящих службу в арбатском военном округе.
— А где начальник школы?
— Там, — отмахнулся майор.
— А его зам?
— В отпуске.
— Здесь вообще кто-то решает вопросы? — Паша дернул майора за рукав, и тот остановился.
— Кто-то решает. А вот цепляться за меня не надо! — Он грозно посмотрел на старшего лейтенанта, пытаясь вызвать в нем испуг и чинопочитание. — Вы сами должны твердо знать, кто ваш куратор!
— Своих кураторов я знаю, — сказал Паша. — Но у нас на въезде забрали все телефоны, и я не могу сообщить ему о сложившемся положении!
— Это не мои проблемы!
Майор резко повернулся и чуть не побежал, показывая свою занятость.
Шабалин остановился и осмотрелся. Навстречу шел капитан в модном «мультикаме» и улыбался.
— Паша, ты чего разбушевался? — крикнул он издали.
Конец ознакомительного фрагмента