О! Опять Эстония, только уже пятьдесят восьмой год. Опять тот же рейс, только террорист оказался пожиже и просто передал через стюардессу записку. На что экипаж отреагировал «ну его нахер» и заперся в кабине. А гаденыш в ответ решил попугать и начал взрывать что-то мелкое прямо в салоне. И видимо, переборщил, так как в салоне начался пожар, и самолет пришлось экстренно сажать в какой-то Йыхви. Я было попробовал произнести «Йыхви» вслух, но после вопросительного взгляда Алидина снова уткнулся в бумагу. Так, что дальше? Самолет посадили, все хорошие люди успели выйти, а вот террористу то ли не дали, то ли помогли. Написано, что сгорел вместе с самолетом. Поделом.
А вот и зэки. Чуть позже в этом году, но осенью, двое урок добрались до Ан-2, который стоял в каких-то Нижних Крестах. Завели, взлетели и направились в США. Странно, как зэки самолетом управляли? Пилота захватили, что ли? Потом самолет приземлили в Якутске, где его и освободили в результате штурма. Что случилось с пилотом, да и был ли он вообще, в справке не написали.
Я пометил себе в уме — узнать, кто и как штурмовал. Тут могут интересные кадры нарисоваться.
В шестидесятые тоже было полно захватов. Ашхабад, Батуми, Ереван… Причем в последнем случае пилота ранили и вытащили из-за штурвала. Но из угонщиков получились плохие авиаторы, поэтому, когда его вернули назад, тот целенаправленно разбил самолет. Сам летчик и двое угонщиков выжили. Один террорист погиб. Пилоту — Бахшиняну — кстати, за этот подвиг дали орден Красного Знамени.
Следующий лист меня информировал про бунты в исправительных учреждениях. Его я пролистал быстро — захваты охраны и врачей, баррикадирование в служебных помещениях с заложниками… Тут надо подключать ГУИН [Главное управление исполнения наказаний.] — без их содействия «Гром» работать не сможет.
Еще один документ рассказал про ограбления банков, сберкасс и инкассаторов. Последний лист открыл мне глаза на внутренние разборки всяких папуасов, которые, приехав в Москву на учебу, не смогли отказаться от привычек. Реально, одного бедолагу даже чуть не съели. Или только начали есть, из справки было не понятно.
— Виктор Иванович, так это же… — ошарашенно попытался я сформулировать свои мысли: — Ладно там, где-то на другой стороне шарика, аборигены жрали Кука. Но в Москве?..
— Проняло? Вот и я, как прочитал, со вчерашнего вечера сам не свой, — как-то тихо ответил Алидин, — и это только краткая справка, полную по всем направлениям обещали сделать только через пару дней. Дескать, объем материала чересчур большой.
Алидин еще немного посидел, глядя куда-то в угол кабинета. Да и я молчал, заново перелистывая документы.
— Ладно, не одним же нам радоваться такому, — потянулся к трубке генерал. — Семен Кузьмич, добрый день! Алидин. Имею срочный доклад по порученному вами вопросу. Да, он тоже тут, взять? Понял. Есть!
Виктор Иванович положил трубку и посмотрел на меня.
— Я наверх, а ты подожди у секретаря в приемной. Если вежливо попросишь, она тебя кроме чая еще и бутербродами угостит.
Ну, ждать это мое самое любимое дело. Сидишь себе на жестком стуле, вертишься туда-сюда, чтобы жопа не сильно болела, а рядом на столике тарелка с нарезанной полукопченой колбасой поверх ломтей батона и стакан сладкого чая. Нет чтобы в буфет или столовку отправить… Последний номер журнала «Коммунист Вооруженных сил» изо всех сил агитирует за самое правое дело, то и дело заставляя меня зевать, прикрываясь ладонью. Красота же, ну? От скуки я начал было считать число букв «А» в какой-то статье, но где-то на середине опять зевнул и сбился. Пальцем, что ли, отмечать место, чтобы в следующий раз не надо было начинать сначала…
— Товарищ Орлов?
Я настолько увлекся подсчетом упоминаний Ленина в тексте, что пропустил появление нового действующего лица. Оторвав взгляд, я обнаружил перед собой очередного молодого лейтенанта.
— Да, слушаю вас. — Отложив журнал, я встал, надел фуражку и вернул лейтенанту приветствие.
— Прошу вас следовать за мной. Я провожу вас к Юрию Владимировичу.
Юрию Владимировичу? Андропову? Ни хрена себе заявочки пошли косяком. Эдак и в самом деле Зорин окажется пророком, и мне скоро Брежнев будет водку в стакан подливать в Завидово.
Андропов произвел на меня тягостное впечатление. Змеиный взгляд из-под очков, длинные-длинные паузы между фразами. Цвигун и Алидин сидели за столом для совещаний с каменными лицами, даже не подмигнул никто.
— Присаживайтесь, капитан. — Председатель пролистал документы на столе, я заметил мельком свою фотографию. Личное дело уже успели переслать? Оперативно работают. С другой стороны, у них тут целая служба фельдкурьеров есть для таких нужд.
— Опишите в двух словах как вы представляете себе подразделение «Гром»… — Андропов поднял на меня цепкий взгляд.
— Хирургический скальпель! — выдохнул я. Не зря готовился, пока считал Лениных. — Быстро, аккуратно вскрывать гнойники. Или отсекать наросты.
— Значит, скальпель… — Юрий Владимирович постучал ручкой по столу.
— Так точно. Молотки у нас в дивизии Дзержинского или в конвойном полку МВД есть. Можно хоть танк на происшествие пригнать, только потом слухи по столице пойдут, а если в преступлении будут замешаны иностранцы, так и вовсе международный скандал получится. Идеальная операция для «Грома» — никто ничего не понял, а преступники уже в наручниках.
— Ну с подготовкой все более или менее понятно расписано… — Андропов опустил глаза в записку Алидина. — Штурмовая полоса, тренировки на макетах зданий, самолетов… Это ясно. А где и как группа планирует проходить практику?
— Союз сразу не потянем! — я развел руками и посмотрел на Алидина. Генерал мне коротко кивнул. — Москва и Московская область. Возможно, Ленинград. Потребовать у территориальных управлений МВД и КГБ незамедлительно сообщать о всех попытках захвата заложников, хорошо вооруженных налетчиках и грабителях, дезертирах… Ну и дальше подключаться в зависимости от степени угрозы.
— Сколько потребуется времени на обучение?
— Надеюсь в полгода уложиться. А так, глобально… — я задумался. — Думаю, обучение должно идти постоянно. Преступная мысль тоже не стоит на месте.
— Вот это очень по-ленински… — оживился Андропов. — Учиться, учиться и еще раз учиться! Ладно, подписываю.
Председатель поставил размашистый автограф в углу служебки, поднял трубку телефона вертушки с гербом.
— Командира дивизии Дзержинского.
Пока Андропова соединяли, я глянул на Цвигуна. Тот улыбнулся мне, подмигнул. Ну вот, дело-то налаживается!
— Андрей Петрович? Да, приветствую. К тебе явится капитан Орлов… — тут Андропов внезапно мне улыбнулся. — Майор Орлов. Будет возглавлять специальную группу «Гром» по Седьмому управлению.
Я открыл рот, закрыл. Сразу звание дали?
— Специальные операции. Освобождение заложников, штурм гражданских зданий… Такой внутренний спецназ ГРУ. Кстати, Орлов и сам оттуда. Да, переводом к нам, с Ивашутиным я уже предварительно проговорил.
Теперь мне подмигивал уже и Алидин. Одними губами сказал: «Поздравляю».
— Короче, будешь на Лубянке — я тебя лично введу в курс дела, — продолжал инструктировать неведомого мне Андрея Петровича Андропов. — Базироваться будут у тебя, обеспечь всем по списку. Знаю. И про это знаю. С Щёлоковым поговорю. Прошу помочь, очень полезная служба должна получиться. Договорились?
Повесив трубку, Юрий Владимирович положил завизированную служебку в стопочку каких-то других бумаг. Повернулся ко мне:
— Условия перевода к нам устраивают?
— Так точно! Более чем! — Я постарался вытянуться еще больше, хотя, казалось бы, некуда. Но еще царь Петр говорил, что подчиненный обязан иметь перед начальством вид лихой и придурковатый, вот я и старался вовсю.
— Со Щёлоковым легко не получится, — тихо заметил Цвигун.
— Дивизия только формально в МВД, — резко ответил Андропов. — Она на нас работает!
— Я слышал, Николай Анисимович хочет закупить у швейцарцев специальное оборудование для МУРа. Если Комитет согласует ему сделку, то…
Гэбэшники переглянулись, Андропов кивнул.
— Так, товарищи, еще вопросы остались? Хорошо, тогда я вас больше не задерживаю.
Вышел я в приемную на деревянных ногах и практически ничего не соображая. Майор! Да где — в КГБ! Это же охренеть как круто! Из розовых сопливых мечтаний меня вывел шутливый тычок в бок от Цвигуна.
— Эй, майор! Не спи, а то замерзнешь. — Семен Кузьмич улыбался. — Сейчас подожди тут копию, будешь ее использовать для ускорения процесса, а потом тебя назад к Виктору Ивановичу проводят. Все, желаю удачи!
Пока проворачивались шестеренки бюрократии КГБ, я весь извелся. Была даже крамольная мысль «а вдруг потеряли?», которую я хоть и с трудом, но отогнал. Наконец секретарь вручил мне под подпись тоненькую папочку с листиками внутри. Мой первый официальный комитетский документ. Но, походу, не последний. Бюрократии будет явно больше стрельбы.