Я посматривала в окно на толпу встречающих, и мне было не по себе. Это так ужасно, что ты никогда не можешь остаться один. И твое присутствие всегда собирает вокруг толпу, которая жадно глядит на тебя, желая увидеть, прикоснуться, оторвать себе кусочек… чего? Да хоть чего-нибудь! Власти, денег, славы… да, даже одежды. У нас, я видела, хвастаются лоскутами сорванными со звезд во время концертов. Но я никогда не представляла себя на и месте. А теперь вот ощутила. И мне это не нравилось.
— Вы привыкните, леди Лили, — рассмеялся король, прочитав по лицу мои мысли. — Идемте, мы приехали.
Король вылез из кареты первым и подал мне руку. Уже это вызвало громкий, гуляющий по двору недоуменный гул. А уж когда я вылезла из кареты в своем новом наряде, площадь зашепталась с новой силой. Я пробежала глазами по рядам встречающих… эмоции в глазах людей были разные: зависть, злость, ярость, презрение, равнодушие… но ни одна дама не смотрела на меня дружелюбно. Я чувствовала себя, как лягушка распятая на приборной доске. Меня препарировали и рассматривали под микроскопом. Особенно жакет и юбку… и жилетку… и явно мужскую рубашку, которая слегка выглядывала из рукавов жакета… шейный платок… цилиндр с цветком и вуалью… Дамы кривились. Кажется, им совершенно не понравилось, как я выгляжу.
Я поежилась, не подавая вида, как мне страшно. «Добро пожаловать в серпентарий, Лили,» — сказала я себе.
Его величество же чувствовал себя прекрасно. Нисколько не стесняясь, приобнял меня и зашептал на ушко:
— Не смотрите по сторонам, леди Лили. Смотрите только вперед. Идите ровно, не забывайте держать осанку, и, самое главное, выше нос. Вы не должны показывать свой страх, неловкость или еще что-либо подобное. И помните, вы теперь не баронесса, вы герцогиня и уже поэтому выше почти всех присутствующих здесь.
Со стороны, наверное, показалось, что король шептал мне на ушко что-то совершенно интимное, и гул на площади изменил тональность.
— Леди Лили, — громко, во всеуслышание, сказал король, — поддерживая меня по локоток, — ваш наряд совершенно обворожителен. Вам необыкновенно идет этот… как вы сказали? Жакет?
— Да, ваше величество, — склонила я голову, оценив то, что он сделал, — жакет. Его сшил ваш портной, господин Сеппель. Вы же слышали, что он собирается открывать модный дом, где каждая леди сможет заказать подобный наряд?
— Неужели? — притворно удивился он, — сомневаюсь, что кто-то, кроме вас, настолько смел. Я уверен, вы так и останетесь единственной леди, которая может себе позволить очаровывать мужчин подобным видом.
— Вы меня смущаете, ваше величество, — рассмеялась я, — я не хочу очаровывать никого, кроме вас…
Я ни на секунду не забыла, что десять процентов от каждого заказа упадет ко мне в кошелечек.
Толпа расступалась, пропуская нас ко входу во дворец, гудя, как потревоженный улей, и внимательно прислушиваясь в нашему разговору. И я даже немного удивилась, когда навстречу к нам из дворца шагнула процессия: тоненькая, хрупкая женщина, почти девочка, в окружении своей свиты.
Она смотрела на меня прямо, не отводя взгляда. И в нем не было ненависти. Только чистое, незамутненное никакими другими чувствами, презрение.
Еще одна моя большая проблема, догадалась я. Невеста его величества. Будущая королева.
Король тут же выпустил меня из рук и направился к ней, улыбаясь до ушей. Я отстала на шаг, пропуская его вперед, и оказалась рядом с герцогом, которые до этого шел позади нас.
— И так будет всегда, — притворяясь равнодушным заметил он, — вы никогда не станете для него на первом месте, леди Лили. Что бы он ни говорил, но союз с Треаной для него важнее вас. И он легко бросит вас, если вы будете мешать его планам.
— Я это знаю, — пожала я плечами и не смогла не уколоть, — но, по-крайней мере, он не станет запирать меня в поместье на краю земли, отнимая у меня возможность делать то, что нравится.
— А вам, значит, нравится лезть куда не следует, постоянно попадая в неприятности? — герцог фыркнул, — пожалуй, в следующий раз я оставлю вас выпутываться из неприятностей самостоятельно. Посмотрим, как вы скажете потом…
— Скажите, ваша светлость, — улыбнулась я, — а вам не приходило в голову, что я никогда не обращалась лично к вам за помощью? Я всегда рассчитывала только на себя. И когда отправила Фиппа в городскую управу, и когда сбежала от похитителей… я благодарна вам за помощь, но, поверьте, если бы вы не оказались рядом, я бы справилась.
Герцог хотел что-то возразить, но в этот самый момент мы дошли до встречающих. И пришлось склониться в поклоне, приветствуя будущую королеву. Теперь было не до разговоров.
— Ваше величество, — склонила она голову, — рада вашему возвращению.
— И я рад видеть вас в добром здравии, ваше высочество, — улыбнулся король, — надеюсь вы успели попрощаться?
— Не поняла, о чем вы? — округлила глаза невеста.
— О моем брате, разумеется, — улыбнулся король, — о Рейнере… Или он был не единственным вашим поклонником?
— Как вы смеете! — Девица слегка побледнела, но больше ничем не выдала себя, — я никогда не давала вам повод заподозрить себя в неверности. В отличие от вас! Весь двор видел, как вы мило шептались с вашей, — она замялась, подбирая эпитет, который был бы меня достоин, — девкой!
— Айлерра, дорогая, — поморщился король и подхватил свою невесту под руку, — давайте не будем ссориться. Я слишком устал в дороге, пройдемте во дворец…
— Хорошо, Тидерик, — опустила глазки принцесса, успев за мгновение до этого испепелить меня взглядом, — вы правы. Вам нужно отдохнуть. Я уже приказала, чтобы все приготовили в вашему возвращению…
И они зашагали по ступенькам вверх к парадному входу.
Вокруг нас сразу стало многолюдно, и меня попытались оттеснить из-за королевской спины назад, но не тут-то было. Я с силой отпихивала особо настойчивых придворных локтями и с безмятежным видом продолжала идти рядом с герцогом Бартенбергским. Он временами искоса поглядывал на меня и что-то бубнил себе под нос. Думал, наверное, что я слишком грубо себя веду, но мне все равно. Я больше никому не позволю помешать мне.
А завтра я поеду домой… мне нужно дать указания управляющему в поместье, перевезти цеха на фабрику в Крамсберг, найти управляющего, который будет заниматься работой моего консервного заводика. И заняться своими новыми территориями. Я пока еще не решила что там будет, у Фладда не было подробных карт моих земель. Но он обещал передать их мне перед отъездом и у меня будет пять дней дороги до поместья, чтобы все спланировать.
Чем дальше мы продвигались по дворцу, тем меньше становилась толпа позади нас. Я полагала, что меня снова определят в те самые покои элитной куртизанки, откуда меня украли. Но я понятия не имела, куда идти, помнила только, что они где-то рядом с покоями короля и королевы. И поэтому шла следом, не отставая слишком далеко.
В какой-то момент нас осталось четверо, не считая слуг, конечно. Король с королевой все так же под руку, шли впереди, а мы с герцогом, старательно не глядя друг на друга, на расстоянии вытянутой руки шагали за ними.
— Леди, прошу вас, — слуга распахнул передо мной дверь, мимо которой мы проходили, — ваши покои…
Я кивнула и сделала шаг в свою комнату.
— Запри, — равнодушно приказал герцог слуге.
— Да, ваша светлость, — хотел ответить он, но я, резко развернувшись, гаркнула на слугу:
— Не смей! Запрешь, и я сделаю все, чтобы ты здесь больше не работал! Никогда!
Взгляд слуги заметался между мной и герцогом. Он растерянно теребил в руках ключ и не знал как поступить.
А я уже выдавала ему распоряжения:
— Пришли ко мне горничную порасторопнее, и пусть срочно принесут мой багаж. Ах, да, передай повару, никаких тушеных овощей со сливочным соусом на ужин.
— Ваша светлость, я не могу запереть леди, — слуга жалобно смотрел на герцога, — простите, но его величество не давал такого распоряжения.
Герцог так полыхнул злостью, что бедный слуга съежился и начал заикаться:
— Н-но, в-ваша с-светлость…
— Вот именно, — подержала я слугу, — ваша светлость, вы же не станете мстить слуге за то, что он не выполнил ваш приказ? А я стану. Мне слишком дорого обошлись запертые двери, чтобы еще раз допустить подобное. И я еще не вспомнила, кто именно мне принес овощи со снотворным, когда меня похитили, — задумчиво произнесла я, переведя взгляд на несчастного слугу, — и мне кажется, это был ты… или не ты… или все же ты…
Он побелел и выронил ключ. Я спокойно, пока мужчины приходили в себя после моих слов, подняла ключ и вернулась в покои, захлопнув дверь.
И прислонившись к ней спиной выдохнула… и тихо засмеялась… еще одна маленькая победа над герцогом окрыляла.
Горничная примчалась ко мне очень быстро. Набрала воду в ванную, помогла мне искупаться, испуганно косясь на мои шрамы, приготовила сменную одежду, а я впервые за много дней наслаждалась покоем.
И еще мне не принесли тушеные овощи в сливочном соусе. Это было прекрасно. После ужина я не дожидаясь его величества, отправилась спать. Я почему-то была уверена, что он снова придет сюда, хотя больше не было необходимости дразнить герцога Бартенбергского.