Шиншилла не ответила. В принципе, этого и стоило ожидать, иначе я не знаю, что схлопотала бы, услышав слова ободрения от Фетки. Открыла клетку, выпуская маленькую заразу наружу. И смирно замерла, пока шушка карабкалась мне на голову.
Это у нас своего рода такое развлечение: она залезет и сидит там, лапками трогает волосы. А я боюсь пошевелиться, чтобы ненароком эта мелочь не свалилась…
Звонок наконец-то утих, и я снова вздохнула. Ну вот… Хватило на каких-то пятнадцать минут. А раньше ведь мужчины годами могли стоять под окнами прекрасных дев… А тут…
Пятнадцать минут…
Значит не так уж сильно и поговорить надо было. Оно и к лучшему… Лапша определенно не идет моим маленьким и аккуратненьким ушкам.
Задумалась… Даже не заметила, как Фетка скатилась с моей головы и радостно поскакала по комнате, подбирая с пола остатки чипсов. Пришла в себя лишь тогда, когда эта мелочь уселась мне на колени и с деловым видом, держа в маленьких лапках чипсину, начала ее поедать.
Мой вопль, наверное, услышали все соседи. Шуша же и ухом не повела, лишь обиженно посмотрела на меня и перебралась на диван. Но чипсину не выбросила.
Следующие полчаса я гонялась за ней по квартире. Ползала на четвереньках, когда эта засранка пряталась под диваном, поднималась, когда Фета забиралась на стол или небольшую тумбу, и снова падала на четвереньки, чтобы выудить ее из-под стола.
Наконец, пребольно стукнувшись лбом о дверцу тумбы, я устало опустилась на пол и закрыла глаза. Фета воспользовалась передышкой и снова перебралась мне на колени уже с новой чипсиной.
— Скотина ты, ты знаешь об этом? — устало выдохнула, приоткрывая один глаз. — Плюнь каку немедленно, иначе надеру твой пушистый зад!
Шуша глянула на меня с вызовом, мол, ты сначала поймай.
Пришлось признать полное поражение. Я за ней не угонюсь — не научилась еще так быстро скакать. А вот квартиру в попытке угнаться разнесу, все же габариты поболее, чем у крошечной шиншиллы.
— Иди уже домой, а? Не беси меня, — вновь приоткрыла глаз и взглянула на мелочь.
Неожиданно, Фетка послушалась и переместилась в клетку. От греха подальше, пока она не передумала, я совершила последний рывок и захлопнула дверцу. После рухнула на пол как тюлень и перевернулась на спину. Кто бы мог подумать, что плевание в потолок может быть таким увлекательным занятием?
Спустя время пришлось вставать. Оглядела небольшую комнату, которая теперь больше напоминала поле боя, я вздохнула и взялась за пылесос. И только через час мне удалось вернуть квартире нормальный, более-менее, вид.
Разложила диван, кинула подушку и улеглась, накрывшись одеялом с головой. Спать…
Но сон, как назло, особо не спешил. Ворочалась долго, пытаясь умоститься поудобнее. Потом, когда вроде умостилась, стало душно и пришлось раскрываться…
Замерзла… Укрылась, высунув из-под одеяла одну ногу и… поняла, что сон окончательно прошел.
В голове роились мысли. Их было столько, что я не успевала выделить одну какую-нибудь, и хорошенько ее обдумать. И все из-за Тимура…
Вот говорила мне мама три года назад, что это до добра не доведет, а я не слушалась. Думала, что самая умная и обязательно разберусь в своей жизни без посторонних. Разобралась, блин! Да так, что выть хочется волком в подушку.
Тогда он казался идеальным мужчиной. С идеальным характером. Идеальным для меня, конечно же… Тогда… Сейчас же, спустя время, понимала, что он тот еще говнюк, с завышенным чувством собственной важности и непомерным эго, с которым я не смогла бы ужиться на одной жилплощади.
Любовь, как говорится, зла…
Момент нашего расставания я запомнила на всю жизнь. Это как личный триггер, который все время преследует. Стояла у подъезда и смотрела в его глаза, пытаясь отыскать там хотя бы частичку былого тепла.
Тепла не было. Были острые, как бритва слова, которые больно резали по живому. Сравнения, в которых я проигрывала по всем фронтам… Печальная картина реальности, от которой мурашки по коже и голос до дрожи.
У тебя нет образования…
У тебя нет достойного заработка…
Посмотри, в кого ты прекратилась…
На мгновение замерла, а после с силой стукнула кулаком по матрацу. Ну конечно, блин, умник! Образование я не получила, потому что отдалась этой любви на полную. Понимала, что нужно выбрать кого-то из нас и… чаша внутренних весов всегда склонялась в твою пользу.
Без образования и о достойном заработке не могло быть и речи. Тогда, как и сейчас, бегала с подносом, сцепив зубы. Зарабатывала. И ведь не меньше, чем он… Хоть и в основном за счет чаевых.
В кого превратилась… В лахудру. Особо нет времени следить за собой, когда пашешь по четырнадцать часов, а выходные тратишь на заботу о доме, да банальный отдых. Потому что потом снова пахать…
Уходила от него с жалкими крохами в кармане. Звонила матери, в надежде на помощь, но та оставалась непреклонной. Предала их? Променяла на мужика? Пустила жизнь под откос? Детка, твои проблемы. Считала себя самой умной — выкручивайся, как можешь. Отныне это только твои проблемы. Голова на плечах есть, и не для того, чтобы есть… А для того, чтобы думать.
Нет, я родителей ни в чем не винила, хотя поначалу было немного обидно. Лишь спустя время поняла, что такие меры мне пошли на пользу. Я нашла жилье — крохотную квартирку. Нашла работу… ладно, с этим посложнее! У меня есть Фетка, которую я люблю, хотя порой и хочется скрутить ей шею…
Любить разучилась — единственный минус. После предательства Тимура долго пыталась его забыть. Были случайные связи, а были попытки в отношения… Вот одна из таких попыток мне и оставила на память шушу.
Фетка словно почувствовала, что я подумала о ней и принялась грызть зубами прутья клетки. Я закатила глаза и в который раз пожалела, что не купила себе беруши.
— Замолчи, — огрызнулась я.
Шуша принялась грызть прутья еще сильнее.
— Фет, угомони таланты, умоляю, — взвыла, накрывая голову подушкой.
Тщетно. Все равно до слуха доносилось это раздражающее «бам-бам-бам».
Делать нечего, пришлось вставать. Стоило подойти к клетке, как мелочь успокоилась и с деловым видом отправилась в свой домик спать…
— Ни себе, ни людям, — проворчала я, вновь возвращаясь под одеяло.
Уснуть удалось только спустя час…
Пробуждение было не из легких. Настойчивый звонок в дверь ворвался в мое сознание, резко выбросив меня из сна. Приоткрыла один глаз, чтобы взглянуть на часы…
— Черт! Опять проспала! — завопила, подскакивая с кровати.
На ходу впрыгнула в джинсы, нацепила блузку и понеслась в ванную. Пока чистила зубы и умывала лицо, вспомнила, что спешить мне уже некуда.
Пошла к двери, в которую уже не звонили, а настойчиво колотили руками и ногами. Распахнула и… облегченно выдохнула. Как же хорошо, что я вчера навела порядок, а не оставила все на потом.
— Доброе утро, Вера Андреевна, — улыбнулась, заискивающе глядя в глаза. — А вы чего в такую рань?
— Мне нужны деньги, — резко ответила она, оттесняя меня вглубь квартиры. — Поэтому, давай, доставай свою заначку. Я тороплюсь!
— Но… — начала было я, однако осеклась под ледяным взглядом женщины.
— Никаких «но», — твердо ответила она. — Или плати, или собирай вещи, и чтобы к вечеру твоего духа тут не было!
— Вера Андреевна, срок оплаты только через неделю, и я еще не получала зарплату, — виновато выдохнула я. — Я сейчас вам не смогу отдать всю сумму. Только часть!
Женщина смерила меня недовольным взглядом, а после тихо прошипела:
— Займи, одолжи… В конце концов, поехали на работу — возьмешь деньги у начальника! Но чтобы сегодня вся сумма за месяц вперед лежала в конверте, в моей сумочке. Поняла?
Я опустила голову и кивнула.
— Не слышу, — еще тише сказала хозяйка.
— Поняла, — прошептала я.
Вера Андреевна снова хмыкнула и вышла из квартиры. Я же привалилась спиной к стене и легонько стукнулась затылком о твердую поверхность.
Говорят, беда не приходит одна… И если потерю работы я бы классифицировала как мелкую неприятность, то потерю жилья…
Решила не раскисать. Нашла телефон на столе и попыталась включить. Без толку — разряжен. И ведь даже не подумала вчера о том, что нужно зарядить его.
Бросилась в прихожую. На полке с обувью нашла старые балетки. Обула. И понеслась на бывшую работу. Крокодил хоть и козел, но он отходчив. Может согласится мне выдать хотя бы часть заработанных денег.
На посту охрана уже сменилась. Теперь стоял хмурый Олег Саныч. Вроде хороший мужик, но слишком уж из себя много строил. А может сказывалось военное прошлое…
— Куда? — взревел он и выскочил из своего помещения, чтобы броситься мне на перерез.
— На работу, — пискнула я, пытаясь обогнуть его.
— Не положено! — категорично заявил Олег Саныч. — Приказ Крокодила. Тебя на территорию не пускать.
Задумалась на мгновение, а после широко улыбнулась.
— Я, все же, пройду…
— Не положено! — еще громче рявкнул мужчинка. — Ты здесь больше не работаешь!
— А может я машину пришла покупать, — хитро ответила я. — Или клиентов пускать тоже не положено?
Олег Саныч задумался. Пожевал губы, пошевелил усами… Мне даже показалось, что я слышу, как мысли движутся в его голове.