— Нет, нет и еще раз нет, — мягко сказал Антон, когда я сделала шаг к одному из шкафчиков. — Ваше место за столом. Я сам приготовлю обед.
— Неудобно как-то… — промямлила я, глядя на парня теперь как на инопланетянина.
— Неудобно спать на потолке, — отбрил он. — Одеяло падает.
Я согласно кивнула и умостилась на высокий барный стул. Чтобы лучше видеть, что и как он там делает. Не буду же я его постоянно дергать, чтобы поесть. Это, как минимум, неприлично.
Антон вел себя так, будто родился и всю жизнь провел, готовя какие-то изысканные блюда. Быстро нарезал мясо и принялся за овощи. Я восхищенно глазела на него, прикидывая в уме, сколько пальцев и как быстро я бы себе отрубила, если бы резала с такой же скоростью. На плите уже вовсю что-то шкворчало, источая легкий, но такой приятный аромат.
Желудок, почуяв, что совсем скоро будет трапеза, теперь не унимался. Рот был полон слюней.
Когда Антон завершил все, разложил по тарелкам и подал на стол, я уже места себе не могла найти от желания поскорее попробовать хоть что-то из новых, неведомых мне блюд.
— Не возражаешь, если мы все же будем на «ты»? — спросил парень, усаживаясь напротив меня. — Составлю тебе компанию. Или ты мне… Ненавижу есть в одиночестве.
— Тоже, — кивнула я, осторожно накалывая на вилку румяный гриб. — Поэтому по ночам и не ем…
Он уставился на меня и хитро подмигнул.
— Встретимся ночью у холодильника? — спросил он.
Рассмеялась и кивнула в ответ.
— С радостью!
Наминая еду, думала лишь о том, что за последние минут пятнадцать успела получить парочку гастрономических оргазмов. Настолько все было вкусным и сытным.
Прикончив обед, вытерла губы салфеткой и откинулась на спинку стула.
— Ты давно работаешь тут? — поинтересовалась я.
Странно, конечно, но мне хотелось узнать об этом парне побольше. Подумала, что неплохо было бы задружиться с ним, чтобы не было так скучно в те моменты, когда Тима нет, и поговорить не с кем.
— Работаю? — удивленно переспросил он, и тут же спохватился. — Ах, да… Работаю… Не совсем, конечно, верное определение, но… Несколько лет точно.
— И какой он сейчас? — спросила я. — Тимур, в смысле, какой сейчас? Мы не виделись пару лет, и мне кажется, что он здорово изменился.
— Причем не в хорошую сторону, — подмигнул Антон.
— Т-с-с-с, — приложила палец к губам. — Может не стоит такое говорить о своем работодателе?
Антон прожевал еду, сделал глоток воды и улыбнулся.
— Да, наверное, ты права. Уволит еще!
Еще немного поболтав ни о чем, я засобиралась в комнату. Нужно было разложить вещи, которые перевезли. Хотя бы самое необходимое, чтобы потом не шарахаться в поисках нужного предмета.
— Спасибо, Антон, все было очень вкусно! — поблагодарила я парня, поднимаясь со стула. — Посуду помыть?
— Не стоит, с этим справится и посудомойка, — покачал головой тот. — Иди, отдохни. Это будет лучшая помощь.
Я еще раз улыбнулась ему и вышла из кухни.
Все страньше и страньше, как говорила моя мама. Антон этот — загадочный тип. Да и Тимура я мало узнаю в последнее время. Надо бы присмотреться к этим братцам кроликам… В конце концов, Тим рано или поздно, не без моей помощи, найдет себе свою единственную… А мне же нужно будет думать, как снова собрать осколки хрустального сердца.
— Итак, цель номер один, — в моих руках оказалась папка с аккуратно подшитыми листами. — Зарецкая Анна. Дочь ювелирного магната. Двадцать два года, высшее образование, работает в сфере экономики. Помогает папочке с его маленьким заводиком.
Я сонно зевала, разглядывая скучную обстановку в кабинете Тимура. Как вообще можно работать в таком месте, которое давит мрачностью? Создавалось ощущение удушья, словно здесь не хватало кислорода. Перевела взгляд на бумаги и улыбнулась.
С фотографии на меня смотрела молодая брюнетка с карими глазами. Мягкие черты лица, вздернутый носик и тонкие губы, которые, почему-то, были поджаты, словно девушка чем-то недовольна.
— Стерва, — вынесла вердикт я. — И знает себе цену. В деньгах не нуждается с таким-то папкой, но и за нищего замуж не пойдет. Брачный контракт составит так, что в случае развода уйдешь в трусах… И то не факт.
— Да нет же, — растерянно пробормотал Тим. — Я с ней перебрасывался парой фраз, вполне адекватная девушка. Интересная… — задумчиво почесал подборок, а я ехидно усмехнулась.
— И ее глаза были полны смирения, нежности и ласки, когда она смотрела на тебя… — пропела я. — А ты, дурака кусок, повелся на стандартный ход бабы, которой очень уж замуж невтерпеж.
Он обижено засопел. Скрестил руки на груди и глядел на меня исподлобья.
— Нет, не стоит впадать в траур, — поспешила добавить я. — На самом деле, ты очень даже достойный экземпляр. При деньгах, и на мордашку симпатичный. И молодой. Это же лучше, чем старый пень, за которого, в конце концов, и сплавит папенька Анечку.
— Ты так говоришь, будто сама меркантильная до мозга костей, — мрачно сказал Тим.
— А разве это не так? — удивленно приподняла брови. — Согласилась переехать к тебе в дом, хотя ты скотина и нанес мне в прошлом серьёзную травму. Улучшила жилищные условия шушки, хотя и старая клетка была вполне себе ничего. А теперь еще и есть-пить за твой счет буду… Разве это не то, что называется меркантильностью?
— Это называется безвыходностью, — покачал головой он.
— Выход есть всегда, — не согласилась я. — Даже два… Даже если тебя съели…
— Ладно, я тебя услышал! — Тимур взял со стола следующую папку и протянул мне. — А эта тебе как?
Я открыла ее, пробежалась глазами по напечатанному тексту и взяла в руки фотографию. На этой уже была блондинка с хитрыми голубыми глазами, в которых даже не было намека на интеллект.
— Тупая, но хитрая, — не задумываясь ляпнула я. — Такая приберет к рукам тебя, твоих друзей, партнеров и так далее. Пискнуть не успеешь.
— Это все ты тоже по фото увидела? — нахмурился Тим.
— Нет, по ее анкете, так сказать, — покачала головой я. — Если бы ты читал глазами, а не задницей, и думал головой, то понял бы, что в двадцать лет просто так дважды вдовой не стать… Считаешь, что пожил и хватит? Тогда женись на этой и дело в шляпе. Бог, как говорится, любит троицу.
Он промолчал. Вырвал папку из моих рук и швырнул в корзину для бумаги. На смену ей всучил мне третью.
Открыла и… обомлела. На фото была изображена я, собственной персоной, а ниже шло полное досье, включая даже время после расставания.
— Это шутка такая? — рявкнула я, закрывая папку. — Прости, Тим, но за тебя я замуж не пойду, хоть ты трижды умолять будешь, стоя на коленях с веником в зубах!
Он удивленно уставился на меня. Подошел ближе и заглянул в папку.
— Ой, это не та, прости, — попытался вырвать из рук, но я уцепилась мертвой хваткой.
— Быстро разжал пальцы! Это я оставлю себе! И вообще, кто дал тебе право? — подскочила на ноги и потянула папку на себя. — Ты совсем берега попутал?
— Это всего лишь досье, — Тим неуверенно отбивал мои нападки. — Ничего личного, но я должен был знать, кого в дом пускаю.
— Отдай, сказала! — не унималась я, продолжая тянуть на себя. — Ну ты и скот! Редкостный!
Неизвестно, сколько долго мы бы перетягивали папку, если бы не корзина для бумаги, которая стояла позади Тима. Налетев на нее, он пошатнулся и не разжимая рук, рухнул назад. Я же, взвизгнула и приземлилась сверху на него, припечатывая парня к полу.
— Встань, — поморщился он. — Пожалуйста! Быстрее!
— Вот еще! Папочку отдай и я встану! — рявкнула я.
— Встань, дура, встань! — взвыл он. — Ты мне коленкой сейчас все хозяйство отдавишь!
Я ойкнула и едва пошевелила ногой, отчего Тим еще больше взвыл. И точно ведь! Сработал защитный механизм организма при падении.
Конец ознакомительного фрагмента