Глава 3
Я вцепилась в Нокса, уткнулась в него лицом, и мир постепенно перестал вращаться. Я понимала, что Нокс переместил нас так, как способны лишь некоторые бессмертные: этот дар боги ниспосылали самым сильным, могущественным существам.
Я задышала чаще, хоть и пыталась унять реакцию тела на то, что его подняли слишком высоко над землей. Воздух был разрежен, а значит мы находились далеко над городом, на высочайшем пике высочайшей горы, балансируя на чем-то мне невидимом. Никак не находя под ногами опоры, я подняла взгляд и обнаружила с интересом изучающие меня глаза цвета морской волны.
— Ну как, уже страшно? — хрипло спросил Нокс.
— Да кто ты, черт возьми, такой? — прошептала я, осторожно поглядывая вниз с опасного обрыва и чувствуя, как сердце колотится все быстрее.
Нокс положил ладонь на мою щеку, и я прижалась к нему еще крепче. Со скалы, над которой он меня держал, срывались камни.
— Кто ты, черт возьми, Арья? — с любопытством парировал Нокс, легонько поглаживая мою скулу большим пальцем.
— Не знаю, — ответила я дрожащими губами; тело реагировало на чертовски близкую возможность рухнуть вниз страхом… и в то же время нет. Нокс держал меня над обрывом, и мои ноги не касались земли, но я не боялась упасть, пока была в его руках. — Мать не говорила ничего кроме того, что я зло.
— Ты меня боишься? — спросил Нокс, опуская лицо и легонько касаясь моих губ своими, отчего меня накрыло волной жара. — Тебе надо быть в ужасе, — мрачно хохотнул он, и звук эхом отразился от гор. — Ты понятия не имеешь, что такое страх. Была б ты умной, Арья, уже бы сбежала. Входишь в мой город — играешь по моим правилам. Я здесь владею всем и всеми. Тебе не понравлюсь ни я, ни изменения, которые я внес.
— Об этом я уже догадалась. И я не хочу здесь находиться, но бывают в жизни огорчения, и вот мы здесь. Ты, может, и владеешь всем, но не всеми. Мной — уж точно нет, Нокс. Или мне следует называть тебя «вашим величеством»? — фыркнула я под пристальным взглядом. — Не жди от меня поклонов, Нокс. Я ни перед кем не преклоняю колени.
— М-м-м, а ты много лучше бы смотрелась на коленях с чем-нибудь в миленьком ротике. Жаль, что ты ведьма.
— Да что, черт возьми, тебе сделали ведьмы?! — огрызнулась я, раздраженная оскорбительными намеками в наш адрес. Не все ведьмы одинаковы, и стричь нас под одну гребенку — херово.
— Все, я ненавижу решительно все в тебе подобных, — прорычал Нокс, обнажая истинные чувства, отчего у меня предостерегающе сжалось сердце. — Вы — само воплощение зла, вы ломаете жизни только потому, что можете. Вы убиваете невинных и коверкаете судьбы так, мать вашу, легко, потому что вам никогда не приходится задержаться и увидеть результат.
— Да не сдерживайся, — ухмыльнулась я.
— Вы все никчемные сучки, которые разрушают все, к чему прикасаются. Не говоря уже о том, что вы трахаете все, что готово плеснуть семенем в вашу ядовитую утробу.
— Я в жизни никого не убивала. А еще у меня даже порыва захотеть мужчину не было, как и сломать ему жизнь. Меня не касался ни один мужчина, Нокс, и я не опущусь до убийства ради траха. Не надо судить обо мне по стереотипам. Я не такая, как другие ведьмы, можешь быть уверен. А вот разрушения на своем пути я действительно оставляю, если кто-то причиняет боль моим соплеменникам. Давай-ка заключим сделку, прямо здесь и сейчас? Держись, нахрен, от меня подальше, а я буду держаться подальше от тебя.
— Город недостаточно велик для этого, Арья.
— Ты удивишься тому, что я умею в тесных пространствах.
— От тебя смердит нуждой, чтобы тебя нагнули и трахнули.
— Так заткни нос, потому что нагнешь меня уж точно не ты, — огрызнулась я, с отвращением чувствуя, как от гудящего между нами электричества у меня затвердели соски.
Бабочки в животе, кажется, устроили дискотеку, и что-то происходило с мозгом. Обычно я умнее. Обычно я не заигрываю со смертью. Этот мужчина был хищником, пусть я и знала, каким именно, но в его личности хватало острых граней, которые об этом буквально кричали. То, как он за мной наблюдал, высматривая малейшие перемены, вставало у меня в горле комом, а затем последовала и реакция моего тела на Нокса.
Я никогда ничего не замечала в мужчинах, никогда ими не интересовалась, и все же успела запомнить, что в океанских глубинах его глаз пляшут сапфировые искорки. Что его волосы не каштановые, они светло-песочные, просто в бледном свете луны кажутся темнее. Что его тело создано для скорости, для горячей силы — и в то же время он не нуждался в физической мощи для достижения своих целей, потому что он умен.
— Или целуй уже, или возвращай меня на землю. У меня сегодня вечером еще до черта дел.
Нокс улыбнулся, задержал взгляд на моих губах — а потом опустил нас вниз, но не только. Он заморозил время и пространство. Губы невидимого мне Нокса коснулись моих — и я выдохнула, вдруг наблюдая, как отъезжает темный внедорожник. Нокс вернул меня обратно и заморозил время. Заморозил время для меня! Никому еще не удавалось применить ко мне магию, что всех озадачивало… но, с другой стороны, мы ведь понятия не имели, кто наш с Амарой отец. Я сглотнула ком страха и, развернувшись, уставилась на сестер, которые глазели в ответ.
— Он, сука, меня заморозил, — призналась я дрожащими губами.
— Плохо дело.
— Очень плохо, — я всмотрелась в задние габаритные огни машины, гадая, кто же он все-таки, черт возьми, такой. Я не собиралась уезжать, пока не выясню, что стряслось с моей сестрой. Я отказывалась допускать, чтобы какой-то хер, который кипятком ссыт от собственных попыток быковать, выгонял меня из города.
— Его присутствие здесь меня беспокоит, — объявила Сабина, чем заставила нас всех обратить на нее внимание. — Знаете же, как мы обязаны входить в Девять миров и обозначать там свое положение? Может, Амара отправилась в Дом ведьм. Я слышала о протоколе, согласно которому, если одна из нас незаконно останется в Девяти мирах или явится раньше времени, за ней отправят убийцу. Что, если он охотится на Амару, а она скрывается?
Я рассеянно пожевала губу, гадая, правда ли это. Не исключено. Ну, то есть мы в ближайшее время должны были отправить в Дом ведьм еще одну ведьму из рода Гекаты. Это демонстрация силы, напоминающая людям, почему они удерживают замок, знак одобрения короля и королевы, которых мы оставили править в наше отсутствие. А еще усиление магии двора, то, что способны сделать лишь в нашем роду, ведь мы создали эту землю. Без нашего ежегодного возвращения магия в Девяти мирах иссякнет.
Каждая первородная семья была обязана раз в год возвращаться в Девять миров. Это укрепляло их власть и одновременно демонстрировало мощь законов, заверяло людей, что короли и королевы, наши наместники, достойны править, восполняло магию.
— Думаешь, она заявилась раньше времени? — я не могла избавиться от страха, скользнувшего мурашками по спине.
— Ей всегда не терпелось, Арья. Так что вполне возможно. В этой версии больше смысла, чем если б она была с Фрейей.
— Сабина, попасть в Девять миров без пропуска — пойти против завета, а мы уже знаем, что Амара его не получала. Повсюду расставлена охрана. Как Амара вообще туда пробралась? — спросила я, прокручивая в голове миллион сценариев. — А еще я не думаю, что Нокс убийца. Они не заявляют о своем присутствии, а просто убивают. Нокс… однозначно смертоносен, однако не то чтобы это скрывает, как и свою силу. Он просто-напросто заморозил меня во времени, унес на вершину горы и подержал над обрывом. Нокс — король, а в каком мире — можно только догадываться. Я не считаю его подозреваемым, но что-то в нем взывает ко мне, и это пугает.
— Взывает к тебе как? — прищурилась Сабина.
— Не знаю, он словно чувствует то, что внутри меня, а оно — его. Он издал звук, и у меня горло сжалось, как будто хотело повторить. Я никогда не испытывала острой нужды заниматься чем-то, кроме магии, но что бы он ни сделал, во мне что-то изменилось. Словно он ощутил это нечто и пробудил ото сна.
— Тебе почти двадцать пять, так что если он пробуждает твою вторую половину, то пусть. Для поисков Амары пригодятся все силы. — Сабина пристально меня оглядела, потом указала на машину. — Поехали домой, дамы.
Я проследила, как сестры загружаются в салон, и медленно выдохнула. Нокс был другим, и не в хорошем смысле. Я отозвалась на его прикосновение, а ведь раньше я никогда не реагировала на мужчин. Внутри кипели возбуждение и страх, словно все тело вспыхнуло огнем. А это могло вылиться в проблемку, которую придется решать осторожными шажками.
Гибнуть во время поисков Амары я не собиралась, особенно, если она покинула нас по собственной воле. Ужасно, что такое возможно — или что она исчезла без следа. Люди просто так не исчезают, не растворяются. Она должна была оставить след, надо просто найти его и выяснить, что с ней случилось. Может, она где-то рядом и жалеет, что я не спасла ее раньше.
— Садишься? — позвала Сабина.
Я, кивнув, шагнула к автомобилю.