Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Он буквально швырнул меня на ворота. Чтобы не впечататься лицом в ржавые завитушки, я рефлекторно выставила вперед ладони. Но под пальцами не оказалось даже намека на преграду. Что-то сверкнуло, едва не ослепив меня, и я с запоздалым визгом кувырком полетела куда-то вперед.

Глава 2

Слишком мертвый и слишком живой

Кое-как поднявшись на четвереньки, я первым делом закрутила головой. Слава всем богам, меня не преследовали. Ворота, в которые я только что влетела, были закрыты, и сквозь кованую решетку не проникал ни один звук. Впрочем, через нее вообще ничего не проникало, за створками клубился плотный непроницаемый туман. Нервно икнув, я выпрямилась и, поминутно оглядываясь, пошла вперед по усыпанной сухими ветками и листьями дорожке. Разумеется, ни к чему хорошему это не привело: запнувшись в какой-то выщербине, я снова растянулась во весь рост. А когда отплевалась от песка, наконец увидела его…

Ну что ж… Особняк существовал не только в воображении драчливых юристов. Однако, стоя на тропинке между двумя склепами и машинально отряхивая джинсы от налипших прошлогодних листьев, радоваться этому у меня пока не получалось. Я вообще не могла решить, что же мне такое досталось в наследство: подарок судьбы или основательно подгнивший плод фигового дерева.

В доме, сложенном из массивных, почти черных каменных блоков, было три этажа. Высокие стрельчатые окна упорно навевали мысли о средневековых замках и бойницах. Зато длинные шпили и загнутые края крыши словно сошли с китайских гравюр. Несколько метров пространства под темными стенами занимал чахлый газон, окруженный низким заборчиком, который даже я с моим невеликим ростом спокойно могла бы переступить. Калитка была гостеприимно приоткрыта, а рядом на витом столбике висела покосившаяся вывеска. Облупившаяся краска и толстый слой пыли делали ее совершенно бесполезной.

Проскользнув сквозь калитку, я поднялась по каменным ступеням к входу в особняк. «Дуб, не иначе, — с невольным уважением подумала я, всем телом повиснув на позеленевшей от времени медной ручке. — Мореный какой-нибудь…»

Тяжелая створка поддавалась нехотя, но мне все-таки удалось ее немного сдвинуть. Порадовавшись, что никогда не отличалась крупным телосложением, а о груди и вовсе только мечтала, я протиснулась в образовавшуюся щель и оказалась в огромном гулком холле. Дверь моментально захлопнулась за моей спиной, но я этого не заметила, разинув рот разглядывая убранство.

Честно говоря, я так ошалела, что осознать сразу всю картину была попросту не способна. Взгляд выхватывал отдельные детали, мозг их отмечал, но и только. Прямо у входа начиналась длинная мраморная стойка. За ней высились шкафы с множеством узких картотечных ящиков. По углам торчали старинные доспехи в два моих роста. В простенках висели даже на вид пыльные портьеры, а потолок терялся где-то в полумраке. Чуть дальше широкая лестница, на месте которой современный архитектор выстроил бы целый дом, уводила куда-то на второй этаж. И все это великолепие освещалось десятком свечей в замысловатом канделябре из черненого серебра.

«Мне достался в наследство музей? — сорвался с губ нервный смешок. — Или я просто адресом ошиблась?» По углам зашелестело эхо, и сразу стало как-то неуютно. В тот момент я почти хотела, чтобы где-нибудь наверху лестницы появилась строгая бабулька с высокой халой на макушке и заявила, что музей закрыт. Или вообще отругала бы меня… Но лестница оставалась пустой.

— Есть кто живой? — вполголоса позвала я.

— А вам именно живой нужен? — прозвучал в ответ приятный бархатистый голос, и раздались цокающие шаги.

Мистическая атмосфера мгновенно рассеялась без следа, и я рассмеялась от облегчения. «Надо же, до чего меня, оказывается, легко напугать, — мелькнула в голове веселая мысль. — Впихнуть на старое кладбище, и вот уже…»

— Скелеты мерещатся!

Мысль превратилась в дикий визг: из-за дальних доспехов вышел самый настоящий скелет, а цокали по мраморному полу не каблуки смотрительницы, как я вообразила, а костяные пятки.

Сама не заметив как, я оказалась у двери и замолотила в нее кулаками:

— Люди! Помогите!

— Вам только люди подходят?

— Что? — опешила я, оглядываясь через плечо в безумной надежде, что монстр мне только померещился. Какое там?! Чистенький, какой-то ухоженный скелет стоял посреди холла, нервно постукивая ногой, и пялился на меня пустыми глазницами.

«Вот бы сейчас в обморок упасть… — тоскливо подумала я, прижимаясь спиной к упрямой створке.

— Люди, говорю, обязательно нужны? — повторил бархатный баритон. — Их тут давненько не было.

— А кто был? — пискнула я, не отводя взгляда от монстра в нескольких метрах перед собой.

— Кого тут только не было, — раздался какой-то мурлыкающий смешок прямо рядом со мной, и я в панике шарахнулась в сторону. — Да что ж вы такая нервная, девушка?

С хрустом врезавшись лопатками в мраморную стойку, я заморгала и уставилась на нового собеседника.

— Ну… разве я такой страшный? — показал в подобии улыбки острые клыки крупный рыжий кот, и я наконец-то рухнула в спасительный для разума обморок.


Сознание возвращалось медленно и неохотно. Сначала я почувствовала, что лежу. Потом осознала, что подо мной что-то мягкое, а на лицо льется вода. И только долгие секунды спустя с визгом подскочила, пытаясь одновременно и увернуться от ледяной струи, и стереть то, что на меня уже вылилось.

— Не любишь воду? — В поле зрения появилась рыжая усатая морда. — Понимаю. Сам все эти купания терпеть не могу. Но что поделать? Иногда по-другому никак. Вот я даром что бессмертный, а блохи меня, как любого дворового крысолова, кусают. Только ванна с шампунем и помогает.

— Где я? — жалобно пискнула я.

— Дома, — оскалился кот, и у меня в глазах опять помутилось. — Эй! Не смей снова отрубаться!

Новая порция ледяной воды пресекла попытку отключиться на корню. Пришлось признать, что скоропостижное помешательство — это всего лишь мечты, а болтливый кот — суровая объективная реальность, и снова открыть глаза. В памяти всплыли нечеловеческие зубы прилизанного Фокса.

— А те… адвокаты, которые меня сюда привезли… Они тоже коты? — спросила я. Звуки собственного голоса немного успокаивали. Хотя бред, произнесенный вслух, казался еще бредовее.

— Оборотни, что ли? — Котище запрыгнул на кровать, где я лежала, брезгливо потряс лапой и, выбрав место посуше, уселся напротив. — Вроде была у них премиленькая киса… Девушку видела? Черненькую такую, с белыми полосочками над ушками?

— Нет, там одни мужики крутились, — покачала головой я.

Страшно хотелось выбраться из неприятной прохлады мокрых простыней. Да и кот, ведущий светскую беседу, не внушал спокойствия. Но я боялась обернуться и снова увидеть проклятый скелет, а потому лежала смирно. Кот, даже болтливый, все же казался предпочтительнее для моих и без того перегруженных сверхъестественным мозгов.

— Тогда не знаю. Мне же не сообщили, что тебя сегодня привезут. Хотя Серый мог бы и озаботиться. Но нет, дождешься от них, как же… Никакого уважения.

Котяра театрально вздохнул и принялся вылизывать лапу.

— Слушай, а ты мне точно не мерещишься? — с тайной надеждой уточнила я, осторожно садясь.

— Доказать?

— А как?

— Могу оцарапать. — Из лапы, секунду назад невинной и мягкой, выдвинулись четыре немаленьких когтя, едва не сверкнувшие в неверном свете свечей. — Или укусить.

— Пожалуй, не стоит, — невольно отодвинулась я.

Тут сработало мое пресловутое «везение». Сдвинувшись в сторону, я угодила задом в самое промокшее место на постели. Если прилипшие к шее мокрые волосы я еще терпела, то мокрые трусы стерпеть не смогла и резво выскочила из кровати.

Разумеется, босые пятки тут же заскользили на отполированных влажных половицах. Взвизгнув, я покачнулась и едва не рухнула на пол. Едва, потому что мою неуклюжую тушку с характерным пощелкиванием подхватили нежные костлявые руки и аккуратно поставили обратно на ноги.

— Спасибо, — ляпнула я прежде, чем успела сообразить, что, собственно, произошло.

— Вот и правильно, — одобрительно промурчал кот, пока я хлопала глазами, решая, что делать в первую очередь: визжать, бежать или падать в обморок. — А то визги, писки… Прям истеричка какая-то, а не госпожа Потусторонья.

— Госпожа чего?

— По-ту-сто-ронь-я, дубина, — по складам повторил котяра таким тоном, что падать в обморок мне сразу расхотелось. Зато возникло труднопреодолимое желание прихватить нахала за рыжий загривок и хорошенько встряхнуть.

— Ты выражения-то выбирай, скотина рыжая, — обозлилась я.

— А ты мозги включи, тогда и я для тебя другие эпитеты подбирать буду. Прав был Серый, чучело ты, как есть чучело.

— Ну это уже ни в какие ворота! — Я уперла кулаки в бока. — Ты уж реши, кто я: дубина и чучело или госпожа чего-то там?

— Так это не мне решать, — ехидно оскалился котяра.

— А кому?!

— Тебе, милая, — пропел он и грациозным движением соскользнул с кровати.

Мягко переступая мощными лапами, он мимоходом потерся об мои ноги, едва не усадив меня при этом обратно в мокрые простыни, и, толкнув лобастой головой дверь, вышел вон.