— Папа? — Я приложила ладонь к отражающей поверхности, та была холодной и гладкой. Я уже начала думать, что мне все это кажется на почве стресса, но майор обернулся и посмотрел точно в мои глаза.
— Нежданая? Это что еще за фокусы?! Тебя вся часть ищет! Два вертолета подняли в воздух, а ты в моем кабинете забавляешься? — Видно было, как мужчина аж покраснел, но вот дышать начал спокойнее. Он рывком перевернул зеркало, отчего теперь я видела только зеленую стену. — Ты где?
— Я здесь.
Зеркало вернули в прежнее положение.
— Здесь — это где, дочка? — Отец нахмурился и встал за правым плечом майора. Так как предмет ежедневного туалета в кабинете Ситцева был маленьким, он легко снял его со стены и удерживал в руках, тогда как я вынуждена была стоять на носочках, чтобы меня было лучше видно. Взять в руки этого кованого монстра я даже не пыталась.
— Ну-у-у… — я даже не знала, как это объяснить.
— Четко, Нежданая! Твое местоположение? — отчеканил майор.
Почему-то я боялась начальника гораздо больше, чем отца, целого генерала, поэтому незамедлительно ответила:
— В другом мире!
И тут связь оборвалась. Изображение двух мужчин застыло. Оказывается, и межмировой интернет так себе. Соединение явно нестабильно.
Однако додумать свою мысль я не успела, зашевелился майор. Оказывается, ничего не зависло, это военные словили шок.
— В другом — это… — Папа сглотнул. — В ином?
— Можно сказать и так. — Я не понимала, почему оба мужчины начали креститься, а отец к тому же схватился за сердце.
— Эй, вы чего? Я понимаю, конечно, что магия для вас в диковинку, но зачем же читать молитву за упокой души?
А в ответ лишь бормотание майора и скупые слезы на красивом лице генерала. Кажется, они на меня уже даже не смотрели. А ведь крепкие мужчины, должны были спокойно принять факт существования других миров. Вот и верь потом в то, что женщины слабее.
Когда Ситцев перекрестил зеркало три раза, я уже даже не удивилась, скорее обиделась. Нет чтобы спасать, он меня уже хоронит. Тоже мне начальник!
Связь прервалась спустя десять минут, из которых я смогла пообщаться с той стороной только две. Все остальное время мужчины меня не слышали и впали в некий транс. Очень хотелось кричать, плакать и все расшвыривать в стороны, но я сдержалась. Погром в комнате мне ничем не поможет, а на крики мог явиться Полох. Поэтому пришлось ограничиться воплем в подушку. Колотить тоже пришлось только ее, чтобы не создавать лишнего шума.
Когда фрустрация от первых неудачных переговоров с родным миром отпустила меня, я решила попробовать еще раз. В деле убеждения главное — постоянство и не отступать. Я поправила неровно срезанные волосы, что еле доходили мне до плеч только в некоторых местах, пощипала за щеки, чтобы те приобрели розоватый оттенок, и приступила к чтению заклинания. Из книги следовало, что связь может быть возобновлена через проводник, который был использован в первый раз. Новый объект для связи может быть создан только тогда, когда предыдущий будет полностью уничтожен.
Местные светлые хорошо излагали свои мысли и учитывали почти все возможные ситуации. Я даже удивилась подобной образованности. Подход к заклинаниям был не менее кропотливым, чем у нас к теоремам и аксиомам. Имея три высших образования за плечами, я могла оценить труды здешних людей.
Когда поверхность зеркала снова пошла рябью, я приготовилась любыми способами добиться внимания отца и майора. Мне было необходимо, чтобы они поверили мне.
— Папа! — радостно воскликнула я, заметив знакомую фигуру по ту сторону зеркала. Правда, пришлось поумерить пыл и понизить голос. — Папа, я здесь.
Генерал сидел за столом, на котором стояла моя фотография с черной лентой на уголке и одна единственная свечка в граненом стакане с пшеном. Зерно использовали как держатель, чтобы свеча могла стоять ровно, а не падать. Рядом я заметила графин, две рюмки и алюминиевые армейские тарелки с закуской.
— Максим! — гаркнул генерал, обращаясь к майору.
— Да, товарищ генерал? — Мужчина зашел в кабинет практически сразу.
— Она снова здесь, — скорбно произнес отец. — Моя дочь здесь.
— Священник уже пришел. Можем отпеть душу Федоры и выпить за ее упокоение, — слегка прерывающимся голосом произнес майор. — Ваша дочь обязательно будет покоиться с миром.
Ситцев почему-то все время стоял ко мне задом, а когда нужно было подойти к той стене, где висело зеркало, он двигался спиной вперед. Это что, очередное суеверие?
— Федя, Федечка, мы обязательно найдем твое тело и захороним. Я вырублю весь лес, если понадобится, но отыщу тебя. Ты можешь быть спокойна, — пуская слезу, сказал генерал, поднял стопку и опрокинул в себя. — Пусть земля тебе будет пухом.
— Пусть земля тебе будет пухом, — повторил Ситцев и тоже выпил. — Я позову батюшку.
— Товарищ майор! Я жива! — От всего, что творилось по ту сторону, мне было дико не по себе. Не каждый день тебя хоронят и отпевают на твоих глазах. Я же не могла и в самом деле умереть? Или могла? Неужели мое бездыханное тело лежит где-то в лесу, а душа теперь в ином мире? Буквально.
Стало дурно. Вот только боль ощущалась, вкус и запах тоже. Все это не было похоже на сон или состояние бестелесного духа. Хотя что я об этом могла знать.
— Иди с миром, не держи зла! Господи, за что мне все это? — У майора начали сдавать нервы. Я ему их и при жизни трепала, а теперь, по его представлению, и после смерти. Но это ведь именно он во всем виноват!
— За то, что вытолкали меня из самолета! — не выдержала я. — Это вы кинули меня в открытый портал! Я же говорила, что там дыра, я вас предупреждала, но вы не слушали!
— Что! — взревел генерал Нежданый. — Ты выбросил мою дочь из самолета?
Папа встал из-за стола, отодвигая его своим мощным и внушительным телом. Сейчас это был грозный военный, а не несчастный отец, потерявший дочь.
— На ней был парашют, товарищ генерал! — сказал майор, но шаг назад от начальства все же сделал.
— Тогда где моя дочь?! Почему не приземлилась, как остальные солдаты? Что ты с ней сделал, Ситцев?!
Нужно было срочно остановить этих двоих. Только драки мне не хватало, тогда до них и вовсе не докричишься.
— Да в другом мире я! Магическом, с демонами и другими тварями. Призвали меня избавиться от темного владыки местные служители бога Света.
— Другом мире?
— Магическом?
Мужчины одновременно задали вопросы, наконец возвращая все внимание мне.
— Да, товарищ майор случайно высадил меня прямо в портал, поэтому и не было меня в небе над полигоном. Я оказалась посреди храма в другом мире.
— Что значит тебя призвали уничтожить темного владыку? — отец уцепился за это.
— Местный злодей всех достал, и они решили призвать воина, который его зарубит, — охотно пояснила я, тараторя, чтобы успеть все рассказать.
— И из всех жителей Земли они выбрали тебя? — кажется, майор оправился от шока. — Худо у них там с магией и головой. Это ж надо так умудриться. — Теперь мужчина смело смотрел на меня через зеркало.
— Следи за языком, Ситцев. Это все-таки моя дочь.
— Есть следить за языком! — тут же отчеканил мужчина.
— Я тоже считаю, что маги что-то напутали, но вот вернуться пока не могу. Заклинание обратного призыва написано заумным языком, и нужно время, чтобы в нем разобраться.
— Вот это моя дочь! Не пала духом, а начала местные грамоты учить! Молодец, старший прапорщик! — громыхал своим басом на весь кабинет генерал.
— Доложи о текущем статусе! — потребовал майор. — Твое местоположение? Ресурсы?
— Эм… — И вот что ответить? Я в городе, полном всякой нечисти и нежити?
— Я жду, старший прапорщик. — У Ситцева всегда был тяжелый взгляд.
— Я во дворце, — нехотя призналась.
— А точнее?
— У темного владыки во дворце. Текущий статус — совесть злодея. Заперта в комнате и под охраной, — выложила все как на духу и зажмурилась.
Никто на меня так и не накричал, хоть я этого ожидала. Никто вообще ничего не сказал, и тогда я решила посмотреть на начальство. Встретили меня родной взгляд голубых глаз и бледное отражение уставшей девушки. Десять минут прошло, связь оборвалась. Я выдохнула с облегчением и упала спиной на кровать. Была мысль попробовать снова поговорить с отцом, но она была вытеснена усталостью и сонливостью. Стоило мне расслабиться и закрыть глаза, как я незаметно провалилась в объятия Морфея.