logo Книжные новинки и не только

«Яд для императора» Андрей Гончаров читать онлайн - страница 6

Knizhnik.org Андрей Гончаров Яд для императора читать онлайн - страница 6

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Ничего этого князь Орлов вслух, конечно, не сказал. Он решил взять с неизвестным чиновником тактику молчания. С людьми, не слишком уверенными в себе, она часто приносила успех.

Орлов молча указал вошедшему на стул, стоявший сбоку от его роскошного стола. А когда тот уселся, еще некоторое время рассматривал лежавшие перед ним бумаги — выдерживал посетителя, доводил до нужной кондиции. А выдержав, вдруг бумаги отодвинул и уставился на посетителя в упор. Многие, входившие в кабинет графа Орлова, при таком его обращении робели, начинали путаться и вставали в положение подчиненное — хотя были и при высоких чинах, и при званиях.

Однако Кирилл Углов от пристального взгляда его высокопревосходительства нисколько не оробел. Расценив такой взгляд как приглашение говорить, он негромко произнес:

— Я прибыл к вам, ваше высокопревосходительство, по личному поручению нового императора. Вот записка Его Высочества, адресованная вам. В ней изложена суть дела.

И он подал князю сложенный вчетверо листок гербовой бумаги, скрепленный сургучной печатью. Шеф жандармов искоса взглянул на листок; в глаза ему сразу бросился вензель покойного императора в верхнем углу. Этот его взгляд не остался незамеченным.

— Писано на бумаге покойного Его Императорского Величества, — счел нужным пояснить статский советник. — Сами понимаете, Александр Николаевич еще не обзавелся собственной канцелярией…

«Александр Николаевич! Однако! — отметил про себя Орлов. — Этак про Государя может говорить или болтун, вертопрах, или лицо достаточно близкое. На болтуна этот Углов не похож. Нет, явно не похож. Значит — особо доверительные отношения? Интересно, интересно…»

Он сломал сургуч, развернул письмо и стал читать. По мере чтения выражение его лица изменилось, и вместо величавого довольства (маска, с которой князь обыкновенно проводил часы в присутствии) оно выразило неподдельное изумление.

— Как же это прикажете понимать?! — воскликнул он, дочитав письмо до конца. — Вам поручено расследовать обстоятельства смерти императора Николая Павловича? И вот здесь, здесь!

Тут граф ткнул пальцем в листок.

— Здесь говорится о возможном убийстве! Но этого не может быть!

— Почему же, ваше высокопревосходительство? — спросил посетитель все так же тихо.

— Да как такое могло прийти вам в голову?! — вскричал шеф жандармов. — Вы что, подозреваете кого-либо из особ, приближенных к покойному Государю? Допускаете государственный переворот?

— А почему бы и нет? — возразил чиновник для особых поручений. — Разве в прошлые царствования не случалось подобных…

— Да, случалось! — гремел князь. — Но то были другие времена и другие правители! Правители слабые, или чрезмерно жестокие, или неспособные к управлению… Император Николай Павлович никак не походил на этих… этих… Как можно такое допускать?!

— Я, собственно, не имел в виду непременно заговор при дворе, — заметил Кирилл Углов. — Рассматриваются и иные возможности.

— Возможности? Какие возможности? — шеф корпуса жандармов удивился так сильно, что даже забыл про гнев.

— Вы же понимаете, что в государстве имелись силы, испытывающие по отношению к Государю совсем иные чувства, нежели мы с вами. Силы, считающие Николая Павловича виновником происшедших с ними несчастий…

— А, вы имеете в виду поляков! — воскликнул Орлов. — Это — да! Эти, конечно, желали бы свести помазанника Божия в могилу. Но — руки коротки! Никто из этих Высоцких и Чарторыйских не имеет доступа ко двору. Их и близко не было в окружении императора!

— Вовсе не обязательно находиться в окружении императора, чтобы организовать его убийство, — заметил на это статский советник. — И вовсе не обязательно быть в прошлом участником восстания. Это может быть лицо вовсе неизвестное. Кто-нибудь из слуг… Или из медиков…

— Вы что, допускаете, что император погиб от рук собственных медиков? — вновь возвысил голос граф Орлов. — Немыслимо! Слышите, милостивый государь: это немыслимо! И вы что, полагаете, что наше жандармское ведомство совершенно бессильно и не может выявить злодея? Какая наглость! Черт знает что такое!

— Хочу напомнить вам, ваше высокопревосходительство, — спокойно заметил на это посетитель, — что я действую не по своей инициативе, а волею нового императора. Государь далек от мысли винить вас в каком-либо упущении — тем более что собственно управлением корпусом жандармов занимается в последнее время генерал-майор Дубельт. Государь хотел бы лишь одного: беспристрастного и профессионального расследования всех обстоятельств, связанных со смертью его отца. А к вам он питает прежнее расположение, какое питал и покойный император.

— Вот как? — уже совсем иным тоном произнес Алексей Федорович. — Действительно, если на то есть воля нового Государя… Расследование… Как это вы выразились? Беспристрастное и… какое?

— Не обращайте внимания, ваше высокопревосходительство, — сказал Углов. — Это я использовал новый термин, который пока еще не вошел в общее употребление. Я только хотел вас заверить, что расследование будет проведено быстро и в глубокой тайне. Никто из членов царствующего дома не будет потревожен. Да и высоких особ мы касаться не будем.

— «Мы»? — поднял бровь граф Орлов. — Вы хотите сказать, милостивый государь, что надеетесь получить в свое подчинение группу моих подчиненных?

— Нет, не хочу, — заверил его Углов. — Точнее, не смею на это надеяться, зная занятость жандармского корпуса. У меня есть своя коман… То есть у меня есть свои подчиненные. Мне их будет вполне достаточно.

— Значит, все будет проведено быстро и тайно… — задумчиво произнес граф, повторяя слова посетителя. — Это неплохо, неплохо… Этакое secret de l’enquête… В таком случае да, пожалуй…

— Да, вот именно secret de l’enquête! — сказал Углов — теперь уже он повторял слова князя.

— Хорошо, но чего же вы в таком случае от меня хотите? — спросил Орлов. — Царское повеление у вас уже есть, людей вам не нужно…

— Но я же не мог начать действовать в такой сфере, как следствие, — объяснил статский советник, — не заручившись согласием вашего высокопревосходительства. Это было бы неучтиво, верно ведь? Я должен был поставить вас в известность с самого начала. Кроме того, я надеялся получить от вашего высокопревосходительства хороший совет относительно направления расследования. Ведь вы лучше меня знаете окружение покойного императора и вообще ситуацию в стране…

— Как вы, однако, необычно выражаетесь, — заметил граф. — Ситуация… Тоже, верно, какой-то новый термин? А насчет совета, что ж…

Видно было, что глава Третьего отделения собственной Его Императорского Величества канцелярии, с одной стороны, польщен просьбой, а с другой — несколько растерян.

— Что ж, я могу повторить то, что уже говорил, — с важным видом изрек Орлов. — Польские круги, вечно недовольные своим положением, — это, пожалуй, самое первое направление, которое приходит в голову, если всерьез ставить вопрос о таком преступлении, как убийство русского Государя.

— А еще кто мог? — спросил Углов.

— Еще? — граф в растерянности развел руками. — Не знаю… Нет, просто не представляю!

— А какие-нибудь революционеры? Бунтовщики? Ну, вроде тех, кто потрясает Францию?

— Бунтовщики? — с удивлением произнес граф. — Карбонарии? У нас, в России? Нет, это немыслимо! Совершенно немыслимо!

— Тогда, может быть, происки соседних государств? — не унимался посетитель. — Например, Блистательная Порта, столь часто битая нашими армиями? Или Англия, вдохновительница теперешнего нападения на Россию?

— Турки? — задумался Орлов. — Что ж, турки могли бы… да, могли… Но, опять же — каким образом? В окружении Государя нет никого, кто мог бы стать проводником замыслов султана. А что касается Англии… Как-то это на нее не похоже… Впрочем, это предположение стоит проверить.

— Хорошо, я проверю, — кивнул Углов. — Тогда, ваше высокопревосходительство, у меня останется к вам лишь одна просьба. Не могли бы вы выдать предписание для всех чинов жандармерии, дабы они оказывали всемерное содействие в моем расследовании? Мне бы такая бумага очень помогла.

— Предписание? Да, это возможно, — согласился Орлов. — Я распоряжусь, чтобы составили. Скажите, куда вам доставить этот циркуляр?

— А не надо составлять, у меня уже составлено, — заявил статский советник. — Вот, извольте прочесть, и если все в порядке, то можно было бы и визировать.

С этими словами он подал главе корпуса жандармов еще одну бумагу — и вновь с вензелем императора Николая Павловича. Князь Орлов прочел документ, произнес «Кхм, ну-с…», после чего взял перо, поставил внизу свой росчерк и вернул бумагу статскому советнику. Кирилл Андреевич Углов встал, произнес «Премного вам благодарен» и уже направился было к выходу, но на полпути вдруг обернулся и произнес:

— Совсем забыл вам сказать. Его Императорское Величество изволили пожелать, чтобы начатое мною расследование оставалось в тайне, насколько это возможно. Стало быть, и мой визит к вам тоже не подлежит огласке.

— Понимаю… да, воля Государя… — веско отвечал шеф жандармов. — Это все?