logo Книжные новинки и не только

«Яд для императора» Андрей Гончаров читать онлайн - страница 9

Knizhnik.org Андрей Гончаров Яд для императора читать онлайн - страница 9

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Ну, вот, молодые люди, ваша «машина времени»! — сказал Нойман.

— Что, вот эти кресла? — спросил Дружинин.

— Это, Игорь Сергеевич, никакие не кресла, а считывающие устройства, — сказал научный руководитель. — Сейчас каждый из вас разденется и ляжет на свое… гмм… на свой аппарат, устроится поудобнее… Устраивайтесь, устраивайтесь! Теперь слушайте меня внимательно. Когда колпаки опустятся, вы уже не будете меня слышать. После этого аппаратура погрузит вас в состояние анабиоза и считает ваш генетический код. И ваши двойники оживут в точке, обозначенной как 10 часов 43 минуты 12 февраля 1855 года. Оживут и начнут действовать. Что вам делать — вы знаете. А еще вы должны знать, что ваша миссия должна окончиться ровно три месяца спустя, то есть 12 мая того же года. И тоже в 10 с половиной часов! Минуты тут не так важны, но до полудня вы обязательно должны уложиться. Потому что именно в это время будет включен приемный луч, который перезапишет ваш код — уже обогащенный новой информацией — и внедрит его в ваши тела, которые все это время будут ждать вашего возвращения в этой самой комнате. Все понятно?

— Дату встречи изменить нельзя… — пробормотал в ответ Дружинин.

— Я же говорила: отвыкайте от этих речевок! — резко сказала Катя. После чего, повернувшись к Нойману, сказала:

— Мы все поняли, ваше превосходительство! До скорой встречи!

— Да встречи! — хором откликнулись ее спутники.

Нойман перевел ряд рычажков на пульте, и больше Кирилл Углов и его товарищи ничего не слышали…

Глава 5

19 февраля, в первом часу дня, к подъезду Демутова трактира, что на Большой Конюшенной, подкатила извозчичья пролетка. Из нее вышел господин в военной шинели, но при этом в партикулярном платье. Рассчитываясь с извозчиком, господин несколько задержался: кажется, обращение с деньгами вызывало у него некоторые затруднения. Так, он вначале протянул «ваньке» рубль, чем немало удивил сидевшего на козлах мужика. Однако, будучи человеком богобоязненным, а также осторожным, извозчик поспешил указать пассажиру на его ошибку.

— Тута двугривенный полагается, ваше превосходительство! — сообщил он. — Ежели оченно довольны, то от щедрот можно еще гривенник добавить, но никак не более!

— Сам знаю, обознался просто! — отрывисто ответил господин в шинели, после чего поднялся на крыльцо. Перед тем как войти, он обернулся и окинул взглядом улицу. Впрочем, особо ни к чему не приглядывался: так, поглядел и скрылся внутри.

«Однако, взгляд у этого Углова — чистая бритва! — отметил про себя пассажир кареты, что подъехала к гостинице чуть позже и встала поодаль. — Хорошо, что я не поскупился, карету взял. В пролетке он бы меня вмиг приметил! Надо этот факт отметить. Хотя, с другой стороны, чиновник для особых поручений и должен внимание иметь, так что ничего странного тут нет. А вот что это он при расчете задержался? Надо узнать…»

И поручик Михаил Машников, будучи человеком дотошным, направился к извозчику и переговорил с ним. А затем, войдя в гостиницу, побеседовал и с портье. От которого узнал, что статский советник Углов с супругой разместился на втором этаже, в номере с видом на Мойку. Посчитав, что сведений пока собрано достаточно, а следить за объектом силами одного человека невозможно (да граф Орлов и поручал не следить, а понаблюдать), поручик отбыл обедать.

Между тем в номере, который занял статский советник, происходило производственное совещание. В нем, помимо самого статского советника и его супруги, принимал участие помощник Углова титулярный советник Игорь Дружинин.

— Будем считать, что первый этап внедрения завершен, — заявил Углов, который вел совещание. — Хронологический переход прошел успешно. Одеждой мы обеспечены, деньги на первое время есть. Пора приступать к работе. Собственно говоря, я уже приступил. За прошедшие дни я побывал во дворце, поговорил кое с кем из слуг. А сегодня нанес визит графу Орлову. Все прошло без накладок, так что напрасно ты, Катерина Дмитриевна, опасалась. Представился графу, и даже бумагу получил. Вот — предписание всем чинам жандармского ведомства оказывать всемерное содействие статскому советнику Углову. Так что можно начинать. Я думаю, что сегодня мы должны нанести визиты…

— А дозволите ли, господин статский советник, женушке вашей слово молвить? Прежде чем вы указания ценные давать начнете? — нарочито кротким голосом, в котором, однако, чувствовалась издевка, спросила консультант Половцева.

— Вообще-то я еще не закончил, — выразил недовольство чиновник для особых поручений. — Только если что-то крайне важное…

— Думаю, что важное, — кивнула Катя. — Видите ли, дорогой супруг, мне кажется, что вы спешите. Прежде чем наносить визиты и вообще разворачивать оперативную работу, надо бы обустроиться и обеспечить тылы.

— А разве они не обеспечены? — удивился Углов.

— Думаю, что нет, — покачала головой Катя. — Ты что, так и собираешься жить в этой гостинице?

— А почему и нет? — пожал плечами статский советник. — Живем в самом центре, всюду легко добраться. Внизу ресторан, можно еду в номер заказать. И потом, мне сказали, что тут, чуть ли не впервые в Петербурге, устроено газовое освещение. Идут в ногу с прогрессом!

— Это хорошо, что в ногу. Но в гостинице жить нельзя. Во-первых, дорого. В царской шкатулке, как ты помнишь, мы нашли всего 527 рублей. Сумма приличная, но не очень большая — едва на месяц хватит. Так что нужно жить по средствам. А в квартире дешевле. Во-вторых, в гостинице не живут — в ней останавливаются на время. Тем более женатые люди. Это не принято.

— У тебя все? — с кислым видом произнес Углов.

— Пока да. Ты, конечно, можешь со мной не согласиться — ты у нас начальник. Но ведь руководство не случайно наметило нам квартиру, которую мы могли бы снять. То есть Григорий Соломонович думал так же, как я.

— Ладно, ладно! — воскликнул Углов. — Наверно, ты права. Даже наверняка! Просто мне жалко тратить время на все это обустройство. Не для того ведь нас сюда засылали, чтобы мы кареты покупали и обеды устраивали! А время уходит — драгоценное время, пока все следы еще горячие!

— Мне кажется, у тебя еще одна причина есть, чтобы здесь остаться, — заметил молчавший до этого Дружинин. — Причина чисто психологическая. Жить в гостинице привычнее. Это больше похоже на нашу — ну, ту, будущую — жизнь. Там ведь ни у кого из нас не было ни выезда, ни прислуги. А в гостиницах останавливались, и не раз.

— Может быть… — кивнул Углов. — А особенно хорошо у тебя получилось насчет «нашей будущей жизни». Ладно, так что вы предлагаете? Отложить пока дела и ехать всем на Литейный проспект, квартиру снимать?

— Зачем же всем? — ответила Катя. — Квартиру и я могу снять — если супруг доверит, конечно. И прислугу нанять могу. Ну, и всякие мелочи, вроде белья, платьев… А вы с Игорем в это время можете заниматься делами.

— Каких еще платьев? — удивился Углов. — На тебе вон платье самой императрицы! А ты все недовольна…

— Ну, ты даешь! Ты что, всерьез считаешь, что в этом можно выйти на улицу? Это же вечернее! А нужно еще дневное, домашнее, для выездов… И тебе, кстати, тоже нужно приодеться. Все эти вопросы я возьму на себя.

— Хорошо, — согласился Углов. — Вот деньги, бери, распоряжайся. А мы с Игорем сначала займемся врачами. Распределимся так: я побеседую с главным императорским лекарем господином Мандтом, а ты, — тут он повернулся к Дружинину, — должен встретиться с профессором Енохиным.

— Что за профессор такой?

— Лейб-медик покойного императора, а также приближенный врач нового царя Александра. Енохин Иван Васильевич. Доктор наук, профессор. В последние дни болезни Николая находился при нем безотлучно. Так что его показания могут быть очень важны. Живет он недалеко от Зимнего, на Мойке. Так что можем ехать вместе. А потом договоримся, где встретиться… Вот черт, все время забываю! Да, вот главное отличие этой эпохи — отсутствие связи! Стало быть, встретимся снова здесь.

У подъезда расстались. Екатерина Дмитриевна взяла карету до Литейного, а Углов и Дружинин сели в пролетку, приказав «ваньке» ехать на Мойку. На углу, при повороте на набережную, он попрощался со своим секретарем и пешком направился на Дворцовую площадь.

Встреча с доктором Мандтом была делом отнюдь не простым. Подчиненным майор Углов этого, конечно, не стал говорить, но сознавал всю шаткость своего положения. Ведь доктор Мандт квартировал не где-нибудь, а в самом Зимнем дворце. И там же, во дворце — можно сказать, по соседству с доктором — со вчерашнего дня поселился новый император Александр. Таким образом, представляясь Мандту «доверенным лицом нового императора», Углов сильно рисковал. А вдруг доктор выразит сомнение и предложит пройти в покои самодержца, чтобы тот подтвердил полномочия «чиновника для особых поручений»? Или к нему в комнату во время беседы вдруг зайдет кто-то из придворных — кто-то, прекрасно знающий, что никакого статского советника Александр к себе не приближал?

«Запалюсь, ой запалюсь! — думал Кирилл Андреевич, входя под арку Генерального штаба. — Ну, да делать нечего. Побеседовать с доктором совершенно необходимо. Однако, что это тут за сборище? Никак митинг! Быть такого не может!»