Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Точно. Это то, что я хотел тебе предложить. Вам нужно делать компания, который будет этим заниматься.

— Чем этим?

— Intertainment. Ты пойми, я хочу тебе помочь.

Тут Лукас заговорил с Тимом и достал из внутреннего кармана свернутые листки каких-то проспектов. Он говорил, водя по странице пальцем, а Тим переводил на ломаный русский.

— У Лукас в Стокгольме студия. Там есть оборудование, которое вам подойдет, недорогое.

Закончив разговор с Лукасом, Тим стал подробнее пояснять суть своего предложения: на следующей неделе Лукас привезет усилитель, пульт и один пластиночный проигрыватель «Technics», и все это продаст Тиму за две тысячи крон. Тим, в свою очередь, привезет все это на Фонтанку и передаст ребятам с условием рассчитаться потом или стать партнерами. Неожиданные перспективы, открывающиеся за этим предложением, взволновали Алексея, и он стал грызть ногти.

— Что ты думаешь? — спросил Тим.

— Да, конечно, отлично, здорово, супер.

После этих слов разговор закрутился вокруг того, как бы формально закрепить общее намерение. Разливая чай по кружкам, Андрей, как старый канцелярист, предложил перевести все на бумагу и тут же на тетрадном листке подготовил «рыбу» интересующего всех контракта. За этим занятием их застал пришедший невесть откуда Миша. Бегло вникнув в суть вопроса, он завладел проспектами и стал изучать позиции, обведенные фломастером Лукаса.

— Алекс, а как ты хочешь называть это все? — спросил Тим.

— Я уже придумал название. «Танцпол», — ответил Алексей.

— What do you mean? — не понял Тим.

— Это слово с несколькими смыслами. Во-первых, это место, пол, на котором танцуют. А во-вторых — пол, все равно что секс в английском. Ну как род, что ли. Род человека танцующего. Understand?

— «Танцпол»? That’s great.


Алексей Хаас за пультом «Танцпола». 1990


После ухода Тима и Лукаса друзья еще долго сидели у круглого стола, обсуждая, как им модернизировать квартиру, чтобы максимально приспособить ее для танцев. Алексей давно придумал идею светового эффекта на стене и сейчас, схватив телефонную трубку, навертел номер.

— Алло! Дворец пионеров? Алло! Здравствуйте, а можно Колю? Коля? Привет, это Хаас. Слушай, у меня к тебе дело. Нужна твоя техническая мысль. Давай увидимся, ну когда? Хоть завтра. В два? Договорились.

Алексей повесил трубку и стал что-то чертить на листке бумаги.

— Этот Коля — настоящая научная личинка, электронщик из Дворца пионеров. Он у них там светом на сцене занимается. Хочу заказать ему устройство, наподобие бегущих огней, но сложнее.

— Зачем? — спросил Андрей.

— У нас есть стена справа от камина, она получается в центре танцпола. Я давно думал, что было бы здорово придать ей вид оптического тоннеля, уходящего вдаль уменьшающимися светящимися квадратами. Что думаешь?

— Круто! А как это сделать?

— Из очень маленьких лампочек.

— Ну, с прибором понятно, а кто сможет собрать все эти лампочки, ты? — спросил Андрей с сомнением.

— Нет. Помнишь, Ангола приводил к нам своих дворовых друзей? Они еще рассказывали, что учатся в морском радиотехническом училище, а живут в казармах, на Лермонтовском?

— Они дети! Им по четырнадцать лет.

— Какая разница? Они рвутся в бой и дружат с проводами. Звони Анголе.

Как говорится, сказано — сделано. На неделю все погрузились в работу и украшательскую суету. Андрей повесил по углам комнаты имеющиеся колонки, Миша оклеил стены танцпола алюминиевой фольгой, а два молоденьких курсанта и Ангола собрали сложнейшую цепь из трехсот двадцати маленьких лампочек. К концу четверга светотехнический проект был закончен, и волнующийся Коля-световик нажал кнопку на своем приборе. Эффект превзошел самые смелые ожидания. В темной комнате вспыхнул светящийся квадрат размером три на три метра. Поколебавшись миг, он стал распадаться, и уменьшающиеся квадраты побежали по направлению к центру. Скорость и направление их бега менялись, зрители пришли в состояние эйфорического восторга. Все огни Лас-Вегаса и голливудских ресторанов не смогли бы доставить столько радости, сколько принесли Колин технический гений и моряки с паяльниками. Лазерщик из Мюзик-холла Гоша Копылов подарил клубу прибор для получения ультрафиолетового света и сказал, что перед вечеринкой принесет отсутствующую ртутную лампу и покажет, как все работает.

Все эти приготовления вкупе с расползающимися слухами о новом оборудовании принесли свои плоды. К пятнице телефон звонил и днем, и ночью. Бесконечная вереница старых друзей и знакомых извещала, что скучать друг без друга более нельзя и они непременно зайдут повидаться.

Тим сдержал слово, и в пятницу вечером к дому подкатила старенькая «вольво», из которой вышел Лукас. С любопытством, с каким смотрят на новорожденного, все взирали на заносимые в квартиру коробки. На столе стояли распакованный усилитель, кассетная дека «Aiwa», пульт «Vestax» и проигрыватель «Technics» с одной иголкой. Все было подержанное, но это нисколько не уменьшало невероятность момента и не снижало градуса всеобщей радостной суеты. По мелочи Лукас привез еще кучу проводов, наушники, поворотную лампу-фару и, что самое неожиданное, два десятка пластинок с house-музыкой. Несколько часов все возились вокруг металлической стойки на колесиках, в которую слоями установили все оборудование. К часу ночи коммутация была собрана, и все услышали первый звук с виниловой пластинки. По сочности, чистоте и интенсивности он на порядок превосходил уже ставшее привычным вялое звучание кассетных записей, да и мощность звука с новым усилителем возросла вдвое. Все по очереди застревали над проигрывателем, изучая это чудо техники, запуская освещенную специальной лампочкой пластинку, резко ее останавливая и по всякому меняя скорость вращения. Изумляли и возможности пульта, способного одновременно соединить всю имеющуюся аппаратуру и смешивать звуки с разных линий. Молочная тележка превратилась в алтарь, перед которым все по очереди стояли на коленях, вожделенно читая наименования разных штепселей.

Все, час пробил. О да! Одержимость новым звуком была настолько сильна, что возникло желание вообще не ложиться спать. Но сон сморил всех, и перед бурей следующего вечера наступило утреннее затишье.

5

Вам! Вам! Бум!!!! Ба-ба-бам!!!! Птс-с, птс, бум!!! Бамс, бамс, бамс!!!!!!

Счастливо улыбаясь или смеясь, в постоянно распахнутые двери квартиры входили всё новые и новые лица. Гости прибывали группками и поодиночке, создавали в прихожей водоворот из тел, который растекался потом по двум направлениям: прямо в гостиную и налево в комнату, соседствующую с танцполом. Вечер только начинался, и прогуливающиеся из комнаты в комнату осматривали изменения в интерьере и весело обменивались впечатлениями. Наибольший интерес вызывала фигура Алексея, отстраненно стоящего у аппаратуры с наушниками на голове. В образе диджея он был настолько загадочен, что некоторые из старых знакомых даже не решались подойти поздороваться. Щуря глаза, Алексей приветствовал всех качанием головы, крутил ручки на панелях приборов и поминутно прикладывал ухо к наушнику. Вокруг него образовался круг зрителей, зачарованно наблюдавших за небывалым действом. Из ярких конвертов Алексей доставал пластинки, вчитывался в надписи на яблоках и осторожно ставил их на проигрыватель невиданной формы. Восторженный шепот и всеобщий интерес собрали вокруг него настоящую толпу, и окончательно запруженная комната перестала быть проходимой.

Буме! Буме! Птс, птс!!!

В это же время в танцполе, внутри каминного очага Миша колдовал над ультрафиолетовой машиной. Прибор состоял из гудящего ящика с красным огоньком и странной лампы с темно-синим непроницаемым стеклом. Нажимая кнопки на ящике, Миша добился желаемого эффекта, резко щелкнув, лампа стала разгораться, и в воздухе запахло озоном. Эффект был настолько неожиданный, что раздались радостные возгласы, и люди с хохотом повалили на танцпол, показывая друг на друга пальцами. Свечение лампы усилилось и стало невероятно ярким. Общий свет куда-то провалился, из коричневой мглы ярчайшим сиянием вылезли белые фрагменты одежды, светились белки глаз и зубы, незаметные пятна, оставшиеся после стирки, нитки, а у некоторых даже перхоть на воротнике. Волшебный фонарь прибавил драматизма, и на оживившемся танцполе музыка заиграла чуть громче. В тот же миг на полке каминного зеркала вспыхнул свет, неожиданно и резко он махнул через всю комнату над головами гостей. Девушки взвизгнули и стали подставлять под яркий луч ладони, а он заметался по комнате, разрезая в движении табачные вихри. Музыкальный ритм набрал темп и мягко захлопал по спинам танцующих басовыми волнами. Музыка стала осязаемой, и танцпол пришел в движение. Затанцевали все неожиданно и сразу, легко, без предварительной разговорной прелюдии под шампанское. Танцпол заполнился несколькими группками, в центре которых были Настя Смирнова, Денис Егельский, Андрей Медведев, Тимур Новиков, Наташа Пивоварова, Адриан Аникушин и Габриэль с Яночкой. Когда плотность среди танцующих стала максимальной, включился световой тоннель, и огоньки уменьшающимися квадратами побежали вдаль, пробивая в темной стене трехмерную перспективу.