Эри
— Откройте ваши тетради и запишите тему сегодняшнего занятия… «Кровеносная система человека». Кровеносная система, или, как еще ее называют, кровеносно-сосудистая система предназначена для переноса красных кровяных телец по телу человека… Центром системы является пульсирующий орган — сердце…
Погнали, тоскливо подумал я, полуложась на парту и подпирая голову локтем. Еще час моего времени на бла-бла-бла…
Когда ректор вещал про то, что специальные предметы начнутся после первого года обучения, он почему-то забыл сказать, что кафедра целителей — исключение. Специализация на ней началась сразу.
— За этот год мы должны будем с вами изучить основы человеческого тела — его строение, отдельные органы, системы, образуемые им, их функционирование и взаимодействие между собой. Материала много, объем большой, но это основа, без чего вы не сможете двигаться дальше, когда научитесь управлять своей силой. Поэтому от вас потребуются усидчивость и трудолюбие, усидчивость и трудолюбие… Все, что я говорю, вам необходимо записывать… — Магесса Элеона Танийская, преподаватель первого курса целителей, с первого занятия взяла быка за рога, загоняя студентов в стойло послушания и трудолюбия.
Ну… если совсем точно — то со второго. Первое занятие я пропустил, выбрав из двух вариантов темную кафедру. Уж больно мне хотелось посмотреть, придет преподаватель или нет? Вышло забавно. Вместо учителя приперся ректор, чтобы мы не чувствовали себя одиноко. Спасибо, конечно, но я бы лучше подремал. У меня как раз с собой три мантии было. Можно было хорррошую подушку сделать! Нет, пришлось слушать вводную лекцию, куда деваться. А потом меня замели у целителей.
— И где же вы были, юноша? Почему я вас не видела на первом занятии? — сразу начала разбор полетов магесса, едва только отзвенел колокол к началу урока и я вошел в аудиторию. — Я вас слушаю.
Она строго смотрела на меня темно-карими глазами. Элеона была плотной в теле женщиной невысокого роста, с закрученными на голове в кокон светло-каштановыми волосами и ухоженным холодным лицом. Выглядела вполне молодо, лет на тридцать-тридцать пять, но это если не смотреть ей в глаза. А вот если посмотреть, то становилось ясно, что ей отнюдь не тридцать и не шестьдесят… и может, даже и не восемьдесят…
— Госпожа магесса, я был на занятиях на темном факультете.
— Вот как? — Судя по голосу, Элеона была неприятно удивлена. — Вы предпочли мои занятия другим? Не соблаговолите ли объяснить причину вашего столь странного выбора?
Слова «мои» и «странного» она выделила голосом. В аудитории наступила настороженная тишина. Все молча глядели на нас, ожидая, чем кончится наш разговор.
— У меня были причины, госпожа магесса.
Кто-то отчетливо хихикнул.
— Неужели? И что же это были за причины, позвольте узнать?
— Аудитория для темных была на втором этаже, а ваша на третьем… Туда было ближе…
Я постарался улыбнуться как можно лучезарнее.
— Острите? — Взгляд магессы был как кончик клинка кинжала, направленный в лицо. — Что ж, приятно, что у нас есть остроумный человек…
Если взгляд у нее был как лезвие, то голос был зловещ, как скрип двери склепа.
Не стоило тетю дразнить… Да ну их! Задрали уже! Я собирался изображать студента, а не учиться! Ну может, самую малость, чуть-чуть… Но это уже ни в какие рамки не лезет! Що я вам, студент действительно, что ли?
— Ну что ж, проходите, садитесь, — многозначительным тоном сказала Элеона.
— Благодарю вас, — кивнул я и, повернувшись к аудитории, окинул ее взглядом.
Не очень большое помещение с рядами деревянных столов светлого дерева, уходящих амфитеатром к потолку. Из-за них на меня настороженно таращатся десять… двенадцать пар глаз. Два ряда по пять и еще двое. Десять девок, двое парней. Я тринадцатый. Чертова дюжина, значит… Мило. Тут на глаза мне попалось знакомое лицо. Красавица, которая хихикала и аистом называла.
Так ты у нас второгодница, подумал я, направляясь к приглянувшемуся месту, с краешку. Или третьегодница… Значок-то у тебя был, когда ты хихикала! А если учесть, что присягали императору всего пять целителей, то, выходит, что половина тут — второгодники…
Университет хоть и смахивал на земные, но все же отличался. Все-таки не математиков готовили или врачей, а магов. А магия, она штука такая, расписания и сроки у нее свои. Ну вот должен ты на первом курсе овладеть силой, а у нее на это другие планы. Через год или через два решит, что пора ей в руки хозяина-мага даться. Да и потом с развитием тоже у всех по-разному может быть. У кого сразу, а кто бьется, бьется — все равно ничего не выходит. А потом раз — и скачок. И все получается. Короче говоря, магия — это непросто. Новичков сразу всех предупредили, что, если что не так — не паникуйте. Терпеливо и трудолюбиво ползем вперед… пусть на бровях, но ползем… А там стрельнет. Обязательно стрельнет!
Побочный результат такой необязательности магии — отсутствие четкого разделения по возрастам. Запросто можно встретить на одном курсе людей разного возраста с разбегом между ними эдак от двух до пяти лет. Но чтобы у ленивцев не возникало желания списать свою лень на неисповедимые пути магии, в университете существовала экономическая бодрилка.
Обучение тут — условно бесплатное, с оплатой по завершении обучения. Поступил — император за первый год твоей учебы платит. Год проучился, экзамены сдал — перевели на следующий курс. Не сдал — сиди по новой, жди озарения. Император опять платит, но к сумме годового обучения плюсуется еще четверть от годовой стоимости. Опять не сдал — император платит, но ты уже должен снова за год плюс плату за полгода плюс предыдущий долг. И так, пока годовая плата с добавкой за тупость не сравняется. Ну а там как в университете решат. Или долги все возвращаешь и продолжаешь грызть гранит науки уже за свой счет, либо, коли денег нет, выходишь из стен альма-матер каким есть — балбесом и дуешь отрабатывать долг в какой-нибудь гарнизон или еще куда-нибудь руками махать, насколько ты научился это делать за время учебы. Впрочем, если ты умник-разумник и нигде больше года не сидел, то ты все равно должен. Император ведь за тебя платил! Так что будь готов должок вернуть… Причем весь и сразу. Правда, сумма долга будет меньше, чем у балбеса, да и отличникам бонусы по выплатам полагаются. Но все равно — должник. Очень мне этот момент не понравился. Не люблю быть кому-то должным… Однако порядки тут такие. Ничего не поделаешь…
Под трудолюбивый скрип перьев я рассеянно наблюдал за магессой, вещавшей с кафедры. Я был единственным, кто не записывал ее лекции.
Элеона это сразу заметила.
— Эриадор, почему вы не пишете? — поинтересовалась она, опуская в обращении ко мне все уважительные слова. В университете правило — обращаться на «ты». И еще никаких своих слуг. Только местные. Мол, на «ты» — это значит, мы все — большая дружная семья, а отсутствие слуг — привыкайте к трудностям походной жизни. Мне это тоже не понравилось. Если в обществе нет цветовой дифференциации штанов, то что же такое будет? В средневековье без разноцветных-то штанов совсем нельзя! Это ведь даже не Земля, хотя дифференциация и там есть. И потом… Я же собирался тайлиш себе присмотреть! Полученные деньги от продажи найденных в пустыне древностей позволяли соблюсти традиции моего мира. Традиции нужно чтить… В данном случае они то единственное, что удерживает меня от сползания на одну ступень с низшими…
Так вот, почему вы не пишете, поинтересовалась она у меня, показывая этим «вы» свое недовольство.
— Потому что тетрадь можно потерять, а голова у меня всегда с собой, — вежливо ответил я.
— Да, но вы можете что-то забыть, а вот конспект — нет! Открыли, посмотрели — вспомнили!
— Я и так все прекрасно помню…
После того как у меня несколько прибавилось сил в плане магии, я наконец смог немного позаниматься со своими мозгами. Точнее, с мозгами Эри… Короче, неважно, чьи это сейчас мозги. Важно то, что память моя оказалась на месте. Весь архив, собранный на Земле, был при мне. И еще. Я снова мог искать в нем. Не вспоминать, морща лоб, чего там и как было, а задавать поиск и находить то, что нужно. То, что ничего не пропало, было весьма приятно. Кроме того, вместе с памятью вернулись способности к точному запоминанию информации.
— Неужели? — не поверила магесса. — Тогда, может быть, вы перечислите мне основные органы человека и системы, в которые они входят?
— Пожалуйста, — сказал я и принялся дословно цитировать материал вчерашнего занятия. Голосу ее я подражать не стал, это было бы уже чересчур, и так она была неприятно поражена.
— М-да, — с некоторым разочарованием подвела итог магесса, после того как я замолчал, — вижу, что с памятью у тебя действительно все в порядке.
В качестве поощрения за правильный ответ она перешла на «ты».
— Но все же я бы тебе рекомендовала не полагаться целиком только на нее и хоть что-то, но записывать.
— Конспект тоже может быть внезапно съеден мышами.
— Какими мышами? — не поняла она.
— Голодными до знаний…
Элеона только губы чуть плотнее сжала.