Мотэдиус был торжественен, но мыслями не растекался. Речь была не длинная, не короткая — короче, такая, какая нужна. Уместная в данной ситуации. Чувствовался опыт оратора.
Небось не первый год он речи произносит… Может, даже не первое десятилетние…
Закончив, ректор сделал легкий поклон публике и вернулся на свое место. Туда, где только что он находился, поставили золотой столик на треноге, рядом с которым встал маг в серебристой мантии с здоровенным, скатанным в рулон свитком в руках.
Секундная пауза.
— Его величество император Элитании Альвеар Хайме!
Герольды дудят три раза.
Император величественно поднимается с кресла и, спустившись по ступеням, встает рядом со столиком. Наклонив голову, он неспешно снимает с себя знак императорской власти и кладет его на стол.
Легкий шепот в зале, но все быстро стихает. Император кивает.
— Баронет Нолиус Торинто! — громогласно объявляет маг в серебристой мантии, размотав на полный размах рук свиток и прочитав первую фамилию.
Из толпы воздушных магов на красную дорожку выходит парень в голубой мантии и, как-то неуклюже переставляя ноги, направляется по ней к императору.
— Баронет Нолиус Торинто! Присяга! — вещает маг в серебристой мантии.
Нолиус, отвесив глубокий поклон императору, кладет руку на знак императорской власти и, запинаясь, начинает:
— Я, баронет Нолиус Торинто, вступая в гильдию магов, клянусь: всегда и везде способствовать славе, величию и процветанию гильдии и империи…
Скукота, подумал я, наблюдая за приносящим присягу. Хорошо, что новичков всего восемнадцать человек, я девятнадцатый. Пока все отбормочут… Если по три минуты на каждого, это же почти час! Но наверняка в три минуты все не уложатся. Это уже час с лишним. Стоять опухнешь. Интересно, я который там по списку?
Нолиус между тем добрался до конца присяги.
— Ваша присяга принята, Нолиус Торинто! Отныне вы маг империи! Встаньте в строй и служите на благо империи и гильдии! Вот ваш значок мага! — произнес император, пожимая ему руку и вручая знак цеховой принадлежности.
Публика разразилась аплодисментами. Красный и взволнованный новоиспеченный маг проследовал на свое место.
— Баронет Вильямс Доленторф! — объявил следующего распорядитель.
Что ж… будем ждать, все когда-то кончается…
Прошел примерно уже час. Публика устала. Стала меньше и реже хлопать, и в зале появился легкий гул от разговоров.
— Баронесса Стефания Терская! — громко в очередной раз объявил распорядитель, занырнув головой куда-то уже в самый низ списка.
В ответ на произнесенное имя из-за толпы торопливо расступившихся целителей вышла девушка в черной мантии и, гордо держа высоко поднятую голову, направилась к императору. В зале мгновенно наступила тишина. Стоящие рядом с императором сановники как-то враз насторожились, впрочем, как и охранники.
Ничего себе, подумал я, наблюдая за дефиле девушки в черном по красной дорожке. А это еще кто? Если учесть то, что ее вызвали для принятия присяги, а также одетый на нее мешок фасона «студенческая мантия», то получается, что она тоже только что принятая студентка. Но черных мантий я тут раньше не видел… Странно… Я что-то пропустил? Хм…
Девушка между тем дошла до императора и, сделав глубокий реверанс, начала присягу. У меня возникло ощущение, что весь зал с каким-то нездоровым напряженным вниманием вслушивается в ее слова, произносимые звонким голосом.
— Ваша присяга принята, Стефания Терская! Отныне вы маг империи! Встаньте в строй и служите на благо империи! Ваш значок! — произнес император.
Тут возникла некоторая заминка. Значка у императора не оказалось. С недоумением тот оглянулся на ректора. Ректор в свою очередь наклонился к нему и что-то произнес. Что именно, я не расслышал.
Император снова обернулся к девушке и что-то тоже тихо сказал.
— Благодарю вас, ваше императорское величество! — присела в ответ Стефания и, выпрямившись, повернулась и пошла назад. Весь зал снова уставился на нее.
А значка он ей так и не дал, отметил я. Интересно, почему? Кончились?
И почему они так на нее реагируют, подумал я, разглядывая девушку. Благо теперь она шла лицом ко мне — густые и блестящие, до плеч черные волосы, тонкие изогнутые брови, правильно очерченные губы… Стройная. Даже в этом мешке. И глаза… Красивые темные глаза… Чувствую, что ее все опасаются. А на вид ничего страшного… Девушка как девушка, таких тут полно. Да, сильно расстроена или обижена… Однако голову держит гордо. Но пардон, кто тут, кроме меня, чувствует ее настроение? Эмпатов в университете я как-то не замечал… Так что ее настроение — это не повод от нее шарахаться. А чего тогда? Если внешность и настроение тут ни при чем, то, значит, дело в одежде… Точнее, в цвете…
Хм… А где она учиться-то будет? Кафедры темных я тут не видел, впрочем, как и магов. Но если ее зачислили, то, значит, куда-то же пристроят… Не просто так же взяли! Однако коль я тут впервые вижу студентку в черном, то вполне можно предположить, что у нее могут быть проблемы с преподавателями. А если точнее, с их недостатком или отсутствием. В свою очередь это значит… это значит, что с учебой никто приставать в этом случае не станет… Будут учить от случая к случаю или поручать самостоятельные занятия где-нибудь в библиотеке. Типа — идите, теорию учите! А там ведь рядом архив… Хм… очень интересный вариант…
— Дорогие друзья! Я несказанно рад видеть вас сегодня всех здесь… — Внезапно начавший речь император перебил мои мысли.
Стоп, сказал я сам себе, а как же я? Не понял? Меня ведь не пригласили! Как так? Почему? Ведь должны же были! Когда я присягал доверенному лицу, сказали — императору потом, со всеми… И вот, все присягнули, а я, получается, нет? Странно… Может, что-то со списками? Наверняка… Хе-хе, еще и учиться не начали, а мага уже потеряли… Вот деятели! Интересно, хорошо это для меня или плохо? Мм… Пожалуй… хорошо! Получается, что императору я лично-таки не присягнул. Доверенному лицу — да, но не императору. А это значит… Что теперь вполне возможны варианты… которые позволят более вольно трактовать положения присяги… Кульненько!
Тем временем император закончил торжественную часть, ректор подождал, пока из зала выйдет вся гвардия, которая пришла с императором, и уберут расстеленную дорожку. С императором осталась его личная охрана и приближенные. Флагоносцев и алебардщиков выставили за дверь.
Тут ректор объявил первый танец, заиграла музыка, и в другой половине зала, среди студентов, началась кутерьма. Новопринятых приглашали, выводили в центр зала и строили в две шеренга. Юноша держал вытянутую вперед левую руку, его партнерша клала на нее свою правую руку, и они замирали в ожидании начала. Шла подготовка к первому танцу.
Хм… А Стефанию никто не приглашает, автоматом отметил я, увидев в разрыве строя студентов фигурку в темном, прижавшуюся спиной к колонне.
Не… не приглашают, подвел я итог несколько мгновений спустя, увидев, что, похоже, уже последние танцоры становятся в строй. Не хотят… Или боятся?
А не пригласить ли мне ее потанцевать? Местных эпатну и с ней пообщаюсь… Может, чего интересного узнаю?
По-быстрому проскочив на другую сторону зала, я подошел к девушке и, делая поклон-приглашение, произнес:
— Леди, вы танцуете?
А в ответ — тишина!
— Лэ-э-эди!
Похоже, она настолько глубоко погрузилась в свои печали, что просто уже не замечает окружающего, сделал я вывод из этого молчания. Ладно, попробуем достучаться!
— Прошу простить, леди, что отрываю вас от ваших глубоких раздумий, но нынче бал, и я не прощу себе, если не приглашу такую красавицу, как вы, станцевать! Леди, я прошу вашего согласия на танец!
— А? Что? — наконец встрепенулась она и принялась растерянно озираться по сторонам, усиленно хлопая своими длинными и густыми ресницами.
— Станцуем? — просто и по-компанейски предложил я, протягивая ей руку. — Меня зовут Эриадор!
— Баронесса Стефания Терская, — делая ударение на первом слоге фамилии, ответила она и после некоторого колебания осторожно вложила свои тонкие пальцы в мою ладонь.
— Прошу! — сделал я приглашающий жест свободной рукой и новел девушку за собой.
Пока я ее приглашал, первый бал магов уже начался, и в зале образовалась некоторая прослойка глазеющих на вальсирующие пары. Наше появление в их тылу произвело фурор. Правда, поначалу на нас никто не среагировал, но как только мы оказались в толпе, люди принялись срочно расступаться и убираться с нашего пути. Такая быстрая и однозначная реакция публики мне понравилась. Пару мгновений — и мы попали на танцпол. Убедившись, что Стефания готова танцевать, я дождался начала такта и, кивнув головой, потянул ее за собой в первую фигуру танца. Несколько минут мы двигались меж танцующих пар, потом вокруг как-то посветлело, потом еще, и уже ближе к середине танца мы гордо вытанцовывали посреди большой людской проплешины, в самом центре зала. Ну, по крайней мере, я гордо. Партнерша моя как-то углубилась в себя, то ли стараясь не наступить мне на ногу, то ли переживая о чем-то, и по сторонам не глазела. Все это время я самым дружелюбным образом улыбался ей, усиленно транслируя в ментал чувства доверия и радости.