Слепыш задумчиво смотрел на разбредающихся по укрытиям новичков. Близилась ночь, сумерки спускались на Зону.
— Гошан, как можно незаметно проникнуть в бункер? — выпалил после затянувшейся паузы парень.
— Да как… через дверь, когда Торгованыч уснет, — замявшись, ответил тот.
— Слышь, сталкер, кончай темнить, для дела ведь надо, — понял настроение охранника Вепрь.
— Ага, там столько всего интересного, вам вернуться захочется, пощупать. А старый хрыч потом половину лагеря разнесет, но я этого не увижу — буду остывать в бурьяне.
— Он и так уже потихоньку разносит. Скоро тут руины останутся с пастбищами для кабанов, — возразил бродяга.
— В любом случае торгаша сначала надо привести в себя, — поддержал Вепря Слепыш.
— Ладно, есть еще один вход. Но чтоб никому! — сдался Гошан.
— Да будет Судьба ко мне несправедлива, если я выдам тайну лабаза, — торжественно провозгласил Слепыш.
Вепрь просто кивнул, и Гошан рассказал о секретном выходе. Конечно, нельзя же себя в мышеловке запирать, особенно если ты такой шалопут, как Торгованыч. Не исключено, что недовольные ценовой политикой и хамским обслуживанием сталкеры в конце концов захотят черкануть пару постов в жалобную книгу. Тогда пригодится Очень Тайный Ход, через который можно унести ноги и материальные блага, сколько поднимешь.
Ночь опустила свое черное покрывало на Зону, в тишине периодически раздавался доносившийся издалека вой лаеров, которым приснилось что-то страшное. Трое заговорщиков, наконец, двинулись в путь. Уже через полкилометра поход завершился оврагом, в его пологом склоне и скрывалась дверь-близнец той, что закрывала официальный вход в торговое помещение.
— Вот она, дверца моей мечты, — пошутил Вепрь и улыбнулся, глядя на рассерженного Гошана.
— Значит, так, говорю в последний раз: ничего руками не трогать, не гладить и не проверять, войдет ли в карман! — прорычал охранник и дождался, пока сталкеры кивнут. — Кто не справится, положит на полку еще и что-нибудь свое.
— Судьба за такое по головке не погладит, — тихо проговорил Слепыш. Ему все казалось, что торгаш подслушивает за дверью и поглаживает автомат трясущейся ладошкой. — Чужого нам не надо, свое бы сбыть.
— Через эту дверь я часто товар вывожу, чтобы на глазах у лагеря не светиться. Дверь хитрая, может и захлопнуться, так я сделал одну приспособу, теперь могу открыть и снаружи, — объяснял Гошан, шаря рукой по склону над самой дверью. Охранник потянул за найденную цепь, ухватил приоткрывшуюся дверь, распахивая ее. Та повернулась на массивных петлях практически бесшумно, из коридора потянуло сквозняком и сыростью.
— Давай, Слепыш, действуй, — напутствовал сталкера Вепрь. — Мы не пойдем, извини уж. Нам тут еще работать.
— И жить, — добавил Гошан, передавая снятый с крюка за дверью старенький ПНВ. — Если что, возвращайся сюда немедленно. Вот ключ от двери, она ведет в хранилище.
— Нет, лучше вы идите к той двери. Я вам открою. Если что.
— Давай. Зона в помощь, сталкер.
«Судьба ведет меня», — хотел ответить Слепыш, но ему это показалось неуместным. Натянув на голову ПНВ, отчего ночь сразу сменила цвета, парень осторожно шагнул в коридор. Дверь тихо закрылась, оставшиеся снаружи бродяги двинулись в сторону лагеря.
Слепыш постоял, прислушиваясь к тишине впереди, и медленно зашагал по покрытому кусками линолеума полу длинного хода. Коридор хоть и был извилистым, с довольно крутыми поворотами, но каких-то альтернативных путей в нем не наблюдалось, поэтому заблудиться сталкер не боялся.
Бесшумно продвигаясь вперед, Слепыш через какое-то время подобрался к двери, отделяющей обитель торгаша от аварийного хода. Створка была усилена металлическим листом, с обеих сторон от нее виднелись здоровенные скобы для запирающего бруса, который стоял рядом. Возможным преследователям наверняка пришлось бы задержатся, выбивая такой, что прибавляло, в случае чего, Торгованычу шансы скрыться.
Ключ по миллиметру осторожно входил в замочную скважину, но Слепышу казалось, что визг металла слышен даже в лагере. К моменту, когда дверь открылась, «Лесник» на сталкере можно было выжимать от пота.
Тревожный храп, раздавшийся по ту сторону двери, показался парню небесной музыкой. Переступая через порог, сталкер ногой задел за что-то моментально лопнувшее. Вой сработавшей сигналки потонул в торжествующем вопле проснувшегося хозяина. Слепыш еле успел отпрыгнуть — дверь, перед которой он только что стоял, покрылась вмятинами от пуль.
Оглохший, перепуганный сталкер вырвал автомат у торгаша и слегка ударил его прикладом. Торгованыч расслабленно вытянулся на полу.
Слепыш разглядел слабо светящееся в темноте табло с цифрами, ведущими стремительный обратный отсчет, оставалось уже меньше минуты. Сталкер ошалело ломанулся к входной двери, безуспешно попытался открыть ее, но идущие от взрывного устройства провода замкнули замок намертво.
«Давай, Слепыш, думай, пока твоя любимая Судьба не ушла к другому. Так, провода, надо резать красный! — лихорадочно соображал парень, нервно жуя печеньку, которую он стащил со стола. — Блин, тут точно есть красный, но я его не вижу! Только какой-то темный, другой еще темнее и… черт знает какой! Старый скупердяй, этим проводам лет сто, где лабазник их только отрыл? Ага, это точно не тот! Но какой из оставшихся двух? Давай! Ну, темный или второй?
Слепыш зажал пальцами один провод, другой. Нет, никаких ощущений. Ножом дотронулся до почти черной жилки, зажмурился и вдруг увидел Хамелеона, скептически глядящего на него, рядом ухмылялся умник Стиляга.
— Ну и что ты собрался резать? — спросил Хамелеон. — Ты слепой?
— Андрюха, он же новичок, что ты хочешь от человека? — заступился за Слепыша гигант-напарник. — Маловато мы его поводили, не успел освоиться.
— Так он сейчас не подумает, а потом будет бегать по Зоне призраком и пугать честных сталкеров.
— Где ты видел призраков, Хамелеон?! Почему мне не показал?!
— Мужики, помогите! — слабо простонал Слепыш. — Потом будем призраков смотреть, вместе!
— Так ты никогда сам не научишься, — возразил Хамелеон. — Думай, чувствуй, ощущай.
— Андрюха, он научится, подскажи ему! — взмолился Стиляга. — Я его потом натаскаю!
— Красный провод надо резать, — устало ответил тот.
— Да не знаю я, который красный! — заорал Слепыш. — Нет тут его!
— Сам уже посмотрел, не дальтоник. — Хамелеон был неумолим. — Что ты видишь перед собой?
— Темный провод, почти черный и какой-то странный, — дрожащими руками перебирал провода Слепыш.
— Ну так и действуй, — улыбнулся строгий наставник. — Тем более красного провода там нет.
Слепыш застыл на секунду, поглядел на беззвучно смеющихся друзей и перерезал «странный» проводок. Наступила тишина, клацнувший замок заставил парня вздрогнуть, в бункер ворвались Вепрь с Гошаном.
— Что так долго… — начал было Вепрь, но разглядел прибор и удивленно поднял брови. — А почему ты перерезал именно этот?
Спеленутый Торгованыч метался на койке, будто пойманный зверь. Трое сталкеров который час пытались утихомирить его, взывали к спящему сознанию лабазника, но ответом были только неразборчивое рычание и плевки.
Огорченный неудачей, еще не пришедший толком в себя после пережитого стресса Слепыш сидел за столом, рядом с ложем, на котором бесновался торговец. Чтобы чем-то занять себя, парень выложил контейнеры на стол и принялся открывать их. Вдруг Торгованыч умолк. Вепрь с Гошаном, изучающие содержимое банки с тушенкой из запасов торговца, бросились к койке.
— Что ты сделал?! — заорали они. — Как его успокоил?!
— Мужики, вы что! — взмолился Слепыш; он сползал по спинке стула и пытался унять подскочившее к горлу сердце. — Я ничего…
Торгованыч молча глядел на открытый контейнер. В нем, распространяя теплое сияние, похожее на солнечный луч, лежал артефакт.
— Я такого еще не видел, — признался Гошан. — Хабара приносили много, а этого не было.
Вепрь кивнул и помог Слепышу освободить торговца. Тот как ни в чем не бывало деловито подсел к столу, взял артефакт в руки: переливающийся желтым светом предмет озарил его лицо. Торгованыч сосредоточенно поворачивал покрытый морщинками «осколок солнца» туда-сюда.
— Сколько за него просишь, сталкер? — Он поднял глаза на Слепыша.
— Договоримся, — ответил тот.
Простившись с Вепрем и махнув рукой Гошану, вышедшему из лабаза, Слепыш отправился своей дорогой. Патроны и припасы обычно прижимистый Торгованыч продал щедро, оставшиеся банкноты приятно молчали глубоко в рюкзаке. Артефакт, который торговец назвал «мозгоправом», удалось сбыть за баснословные деньги.
В лавке Торгованыч бросил взгляд на старый телевизор, который воспроизводил древний фильм под странным названием «Лунатики». Старик вздрогнул, когда в кадре появилась шипевшая кошка, и тут же выключил экран. Хозяин лабаза тяжело поднялся и направился к стеллажам, а уже через мгновение Гошан подскочил от рева начальника.
— Где мой «золотой петушок»?! — пронесся по коридору горестный вопль.
Охранник подошел, посмотрел на открытый контейнер со следами когтей, устало вздохнул и смахнул со стеллажа клочок серой шерсти.