— С удовольствием. Если вы мне скажете, что это за операция.
Билл сдвинул брови и исподлобья посмотрел на своего друга. «Ты же обещал» — говорил его взгляд.
— Я напомню капитану, если вы не возражаете, председатель — чуть громче, чем следовало бы, сказал молодой человек.
— Будьте добры, лейтенант, — кивнул председатель.
— Эта операция, в которой вы непосредственно принимали участие. Руководили ей. — Начал молодой человек, с вызовом взглянув на Илью. — В ходе операции погибли пятнадцать человек, двое из которых несовершеннолетние! Припоминаете? — он ехидно улыбнулся. — Такое вряд ли забывается! Не так ли, капитан?
Перед тем как ответить, Илья долго смотрел на лейтенанта, пока тот не опустил глаза. Он не без удовольствия заметил, что синяк под левым глазом этого молодого выскочки еще не совсем сошел. Хотя тот и старательно замазал его каким-то тональным кремом.
— Да, я помню эту операцию, — наконец сказал Илья и перевел взгляд на председателя.
Билл с облегчением выдохнул.
— Пожалуйста, расскажите о ней.
— Разве в деле, которое лежит перед вами, нет моего подробного отчета?
— Мне хотелось бы услышать это от вас. Я не доверяю бездушной бумаге. — Председатель поправил очки в золотой оправе и посмотрел на Илью. В его серых глазах не было и тени высокомерия. В них не читалось «Я все знаю, кровожадный ублюдок, расстрелявший невинных детей! Рассказывай!», как у всех предыдущих, которые допрашивали Илью. Глаза председателя напомнили ему глаза его школьного учителя философии, с которым он так любил общаться. Даже голос был похож.
— Хорошо, — кивнул Илья. — С чего мне начать?
— С самого начала, — предложил председатель.
Перед тем как начать говорить, Илья порылся в кармане. Вытащив зажигалку и пачку сигарет, он открыл ее и, достав «никотиновую палочку», прикурил. Глубоко затянувшись, он положил пачку с зажигалкой на стол.
— Здесь нельзя курить, — сказал молодой лейтенант.
— Да, я знаю, — кивнул Илья, выпуская дым. Он стряхнул пепел в урну для бумаг, стоявшую рядом с его стулом и посмотрел на Билла. Тот покраснел и, кажется, готов был лопнуть. — Мы полгода вели разработки по этому делу, — начал Илья, глядя перед собой. — На совести этих ублюдков тридцать три души. Тридцать три невинные девушки в страшных муках распрощались с жизнь благодаря этой секте. Нам никак не удавалось напасть на их след. Они всегда шли на шаг вперед. Никаких следов. Лишь изуродованные юные тела. — Илья глубоко затянулся и, затушив об стол, бросил наполовину выкуренную сигарету в урну. — Теперь ясно, почему мы так долго блуждали в темноте, словно слепые щенки.
Комиссия молча слушала Илью, не прерывая замечаниями.
— В секту входили несколько высокопоставленных чиновников, один из которых непосредственно курировал это расследование. Что-то наподобие приходило мне в голову, но я не мог представить себе всего масштаба коррупции, опутавшей нашу систему. У меня до сих пор не укладывается в голове, как люди могли делать такое! Тем более те, кто обещал служить и защищать. Ведь я голосовал за одного из них. — Илья немного помолчал. — Как только мы с ребятами пришли к выводу, что среди нас завелась крыса, наша группа решила вести расследование самостоятельно, не ставя никого в известность. И сразу же появились результаты. Нам удалось задержать одного из членов секты. Он был на самой низшей иерархической ступени и не знал главарей, но вполне подходил на роль информатора. С его помощью мы узнали, где и когда будет проходить очередное жертвоприношение, именно так они это называли. Я принял решение действовать только нашей группой. Призывать кого-то на помощь было очень рискованно. Информация опять могла попасть не в те руки. Мы тщательно разработали план и приступили к его выполнению. — Илья взял со стола пачку сигарет, намереваясь снова закурить. Но, повертев ее в руках, он передумал и, положив обратно, продолжал. — В ходе операции двое из моей группы были ранены. Один убит. Секта, которая отняла так много человеческих жизней, была обезврежена. Это все, что я могу сказать относительно дела «Семь тире десять», — произнес Илья, посмотрев на председателя. — Больше мне добавить нечего.
Он замолчал. Председатель долго смотрел на Илью. Тот не отводил глаза.
— Скажите, капитан, — спросил председатель, немного наклонившись к Илье. — По прошествии всего этого времени вы мне можете сказать, что вы действовали правильно?
— Да.
— Иного выхода не было?
— Нет.
— Те человеческие жертвы в ходе операции были оправданы?
— Смерть человека, даже если он убийца, нельзя оправдать.
— Перефразирую свой вопрос. Они были неизбежны?
— Да!
— Если бы вы вновь оказались в такой ситуации…?
— Я действовал бы точно так же!
Председатель кивнул, откинулся на спинку стула и, повернув голову, посмотрел на мужчину, сидевшего рядом с ним. Тот выразил согласие. Председатель вновь посмотрел на Илью.
— Спасибо капитан, — кивнул он, — у нас больше нет вопросов.
Илья взял со стола пачку сигарет с зажигалкой и, засунув их в карман пиджака, поднялся.
— Одну минуточку, председатель, — вмешался лейтенант, — у меня еще есть вопросы.
Илья вновь хотел сесть, но его остановил голос председателя.
— Вы можете идти, капитан. Мы вас больше не задерживаем, — сказал он, посмотрев на лейтенанта. Тот, немного помедлив, опустил голову.
— Шеф! Вы не могли бы задержаться на несколько минут, — сказал председатель.
Билл уже почти встал, но покорно опустился на свое место
— Подожди меня в моем кабинете, — сказал он стоявшему в дверях Илье.
Тот молча кивнул и вышел в коридор.
3
Илья сидел в кресле Билла и рассматривал свежий выпуск журнала «Оружие» (его друг был помешан на всем, что стреляло), когда дверь открылась. Илья поднял голову.
— Поднимай свою задницу из моего кресла, — сказал Билл, переступая порог и закрывая за собой дверь. — А то еще, чего доброго, привыкнешь.
Илья затушил сигарету в пепельнице и, закрыв журнал, встал.
— Пожалуйста, пожалуйста, мой генерал. У меня и в мыслях не было претендовать на это место. — Он обошел стол и сел на стул рядом.
— И это правильно, — кивнул Билл, садясь на свое место. — С твоим несносным характером выше капитана тебе никогда не прыгнуть.
— Ты же знаешь. Мне всегда нравились улицы. Они заставляют меня всегда быть в форме. Офисная работа не для меня. Мне нужно двигаться, нужно чувствовать. К тому же, улицы не дают мне набирать лишний вес.
— Да ты прав, — внезапно погрустнел Билл, похлопав себя по животу, — за последнее время я набрал несколько лишних килограмм. Но это мне не помешает надрать твою тощую задницу в любой момент.
Илья запрокинул голову и громко расхохотался.
— Насколько я помню, счет двадцать семнадцать в мою пользу.
— Тебе просто повезло в последние разы. Вот и все. Не вздумай задирать нос, — покачал головой Билл, выдвигая верхний ящик стола и доставая черный кожаный портсигар. Вытащив из него толстую сигару, он убрал портсигар на место. Чиркнув зажигалкой, стоящей на столе, он глубоко затянулся и выпустил струйку ароматного дыма. — Тебе просто повезло, — повторил он, смотря на друга сквозь сизый дым.
— Везет сильнейшим, — сказал Илья
— Да, — кивнул Билл, — это так. Но не в нашем случае.
— Как Светлана?
— Немного дуется. Немного бубнит. Все как обычно.
— А Андрей с Региной?
— У них все хорошо. Сын недавно приезжал. Выиграл математическую олимпиаду. Его наградили недельными каникулами. Я брал отгул. Ездили на рыбалку. Чудесно провели время. — Билл мечтательно затянулся. — Регина звонит часто. По несколько часов болтает с матерью. У них там свои женские секреты, меня не посвящают. Остается только подслушивать… По-моему, она влюбилась и думает, что это на всю жизнь и такого больше никогда не будет. Шестнадцать лет — Билл покачал головой. — В этом возрасте мы все максималисты.
— Да. Это уж точно, — усмехнулся Илья.
— Ну, а ты? Жениться не надумал.
— Нет уж, увольте. С меня одного раза, — Илья поднял руку и провел большим пальцем по горлу, — во как хватило. Наелся на всю оставшуюся жизнь.
— Ну и дурак!
— Тебе виднее. Хотя… если Светлана от тебя уйдет, должна же она наконец-то понять, что такой прекрасной и чудесной женщине нужен более достойный спутник, может быть тогда…
— Ха-ха-ха. Думаешь, она любит экстрим. К тому же она влюблена в меня по уши.
— Да, я знаю, — кивнул Илья. — Тебе очень повезло с ней. Ты вытащил призовой билет. Хотя до сих пор не могу понять, за что Бог оказал тебе такую милость.
— Ты же сам говорил. Везет сильнейшим. Ты ночуешь сегодня в городе?
— Да.
— Светлана затеяла сегодня маленький праздник.
— По поводу?
— Просто так. Без повода. Ты приглашен. Она будет рада тебя видеть.
— С удовольствием. Во сколько?
— Часов в восемь.
— Непременно буду.
— Вот и отлично, — Билл положил сигару в пепельницу и поднялся. Подойдя к небольшому сейфу, стоявшему в углу кабинета, он достал из кармана пиджака ключи. Открыв сейф, он вытащил из него кобуру с пистолетом и прикрепленным к ней значком. Повернувшись, кинул ее Илье. Закрыв сейф, Билл вернулся на свое место. — С понедельника приступаешь к своим обязанностям. Хватит прохлаждаться и пропивать деньги налогоплательщиков.