logo Книжные новинки и не только

«Книжные воры. Как нацисты грабили европейские библиотеки и как литературное наследие было возвращено домой» Андрес Ридел читать онлайн - страница 7

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Кроме того, им приходится вести неравную битву против своих бывших коллег, которые на протяжении десятилетий вымарывали надписи, срывали экслибрисы и фальсифицировали происхождение этих книг, чтобы они влились в коллекцию. Тем не менее ни Финстервальдер, ни Бокенкамм не собираются сдаваться: они определяют предыдущих владельцев, изучая фрагменты оторванных экслибрисов и сравнивая их цвет и размер с неповрежденными экслибрисами в других книгах.

В 2010 году Центральная и региональная библиотека Берлина начала систематическое изучение своей коллекции. Вместе с коллегами Бокенкамм и Финстервальдер вручную пересмотрели около 100 000 томов. Согласно нынешней оценке Бокенкамма, в библиотеке может храниться более четверти миллиона украденных книг.

Сложнее всего не искать украденные книги, а находить их владельцев или потомков. Только около трети обнаруженных Бокенкаммом и Финстервальдером украденных книг имеет какие-либо экслибрисы, подписи или штампы, которые позволяют установить предыдущих владельцев. Еще труднее разыскать выживших жертв грабежа или их потомков, чтобы вернуть им книги.

Сначала они пытались отслеживать владельцев в каждом случае. Хотя несколько раз им улыбнулась удача, в конце концов они сочли это слишком трудоемкой задачей. Вместо этого в 2012 году они запустили поисковую базу данных, в которую стали вводить данные об украденных книгах и фотографии найденных в них надписей и ярлыков.

«Мы пытаемся сделать так, чтобы потомки пришли к нам сами. База данных доступна для поиска в Google, поэтому нас находят многие люди, которые занимаются исследованиями генеалогии. И это работает — мы возвращаем книги каждый месяц», — сказал Финстервальдер.

В настоящее время в базе данных содержится пятнадцать тысяч книг, и все время добавляются новые. На регистрацию всех книг уйдет не один год.

Однако ресурсов недостаточно. Проект поддерживается берлинским муниципалитетом и федеральным Центром по установлению происхождения культурных ценностей. Однако средства на проект выделяются лишь раз в несколько лет.

«Нужна пара лет, чтобы хотя бы начать понимать, с какой стороны подступиться к этой работе. Нам все приходится строить с нуля, потому что никто не знает, как это сделать. Библиотеки редко интересовались происхождением книг, их волновало лишь содержание, поэтому ни метки, ни подписи никогда не регистрировались», — объяснил Финстервальдер.

По его словам, уровень интереса к похищению книг как в местных органах власти, так и в библиотеках по-прежнему довольно низок: большинство библиотек и учреждений Германии, как правило, игнорируют этот вопрос.

«Нет ни политической воли, ни ресурсов, чтобы заняться этим вплотную. Из тысяч библиотек Германии свои коллекции активно проверяют лишь около двадцати. Никто ни с кем не сотрудничает, все библиотеки работают самостоятельно. Люди больше интересуются искусством, ведь его ценность выше», — мрачно заметил Финстервальдер.

За некоторым исключением, попавшие в собрание Берлинской городской библиотеки книги не обладают особенной финансовой ценностью. Это обычные книги, которые когда-то принадлежали обычным людям: романы, детские сказки, песенники, которые можно купить в букинистическом магазине за несколько евро. Но зачастую они обладают огромной личной ценностью для людей, которым их возвращают.

В период с 2009 по 2014 год было возвращено около 500 книг — это просто капля в море, если учесть, что в библиотеке может находиться до 250 000 украденных книг.

«Мы действительно хотим вернуть эти книги, но нас мало. Мы обнаружили пятнадцать тысяч томов с „подо-зрительным“ прошлым и три тысячи томов, которые точно были украдены. Нам понадобятся десятки лет, чтобы разыскать всех потомков, если кто-то вообще еще остался в живых», — сказал Бокенкамм, выкладывая на стол особенно красивые экслибрисы. Стало совершенно очевидно, что он глубоко привязан к этим книжным знакам. Он знает каждый из них. Именно они сподвигли его к изучению истории библиотеки. Он показал мне экслибрис, на котором ангел с двумя копьями боролся со змеями. На другом был изображен стоящий на задних лапах лев с высунутым языком, на третьем — женщина с гусиным пером, сидящая на крылатом коне. На большинстве экслибрисов также видны звезда Давида и еврейские фамилии — Хирш, Бакенхаймер, Мейер. Это личные произведения искусства, многие из которых иллюстрируют события из жизни их владельцев, а также их отношение к чтению, культуре и литературе. Но они также полны символизма из потерянного мира и потерянных жизней, никто не может более истолковать их смысл. Это мир книг и читателей, которые были уничтожены и разбросаны по всему свету.

«Хуже того, завершить эту работу невозможно. Просто невозможно! Но мы должны стараться», — сказал Бокенкамм.

Многие украденные книги лишены опознавательных знаков. Что будет с этими книгами, не знает ни Бокенкамм, ни Финстервальдер. Возможно, в один прекрасный день владельцы этих книг найдутся, но вероятность этого мала.

«Эти книги — как призраки библиотеки. Мы знаем, что они украдены, но у кого?» — заметил Финстервальдер, пожимая плечами.

Хотя вернуть пока получилось лишь небольшую часть от общего количества книг, Бокенкамм считает, что значима каждая возвращенная книга. В нескольких случаях им удалось вернуть книги непосредственно уцелевшим при холокосте. Одним из них был Вальтер Лахман, немецкий еврей из Берлина. В 1942 году, когда он был подростком, его вместе с бабушкой депортировали в концлагерь в Латвии. Его бабушку убили, а его самого перевезли в концлагерь Берген-Бельзен, где он содержался в одно время с Анной Франк. Франк умерла, вероятно от брюшного тифа, всего за месяц до того, как лагерь был освобожден британскими войсками в апреле 1945 года. Лахману удалось выжить, хотя его также лихорадило от брюшного тифа. После войны он эмигрировал в Соединенные Штаты. Шестьдесят семь лет спустя с ним связался друг, который прочитал в немецком журнале Der Spiegel статью об украденных книгах в собрании Центральной и региональной библиотеки. Одна из книг, цитировавшихся в журнале, когда-то принадлежала Лахману, это была книга еврейских сказок, которую подарил ему его учитель.

«Он не смог приехать сам. Но его дочь проделала весь путь из Калифорнии, чтобы забрать книгу. За исключением пары фотографий да шляпы, которую он носил в концлагере, у него не осталось никаких предметов из детства. Его дочь сказала, что отец никогда не говорил о прошлом, но все изменилось, как только ему вернули книгу. Растрогавшись, он начал рассказывать свою историю. Теперь он приходит в школы и рассказывает ее на встречах с детьми», — сказал Себастьян Финстервальдер, который считает, что этот пример прекрасно объясняет, почему их работа так важна.

«Эти книги — хранители памяти, — продолжил Финстервальдер. — В финансовом отношении они не слишком ценны, но могут оказаться бесценными для людей и семей, которые когда-то владели ими, а затем их потеряли. Порой, когда мы возвращали их, дети и внуки впервые слушали рассказы родителей, бабушек и дедушек. Это были очень эмоциональные моменты».

«Когда я занялся историей этих книг и залез в Интернет, чтобы поискать написанные в них имена, результаты поиска снова и снова указывали на Освенцим. В Освенцим вели все следы. Мы не в силах вернуть людям жизнь, но мы можем вернуть им кое-что еще. Книгу, а быть может, и память», — добавил Детлеф Бокенкамм, глядя на экслибрисы, лежащие у него на столе.

* * *

Я взглянул на привезенные из Вавилона синие ворота Иштар, которые доходили до самого потолка, однако не успел восхититься золотыми волами, потому что пожилая темноволосая женщина, ведущая меня за собой, быстро прошла дальше. Она видела ворота много раз. В нескольких сотнях метров от Центральной и региональной библиотеки, в одном из крыльев Пергамского музея, расположены офисы Центра по установлению происхождения культурных ценностей — федерального органа, который отвечает за финансирование проводимых музеями, библиотеками, архивами и другими учреждениями исследований происхождения артефактов нацистской эпохи.

Меня привели к искусствоведу Уве Хартманну, который возглавляет этот центр. Хартманн — высокий мужчина средних лет с угловатым лицом и коротко подстриженными седыми волосами. На носу у него очки в полуоправе. Он начал заниматься вопросами происхождения украденных предметов искусства в 1990-х и возглавляет центр с момента его создания в 2008 году. В 2013 году он также был назначен руководителем команды, задачей которой было выявить украденные работы в печально знаменитой коллекции произведений искусства, насчитывающей около тысячи четырехсот работ, недавно обнаруженных в Мюнхене Корнелиусом Гурлиттом, сыном арт-дилера, сотрудничавшего с нацистами.

Хартманн засучил рукава. В его кабинете стояла духота, хотя несколько окон и было открыто нараспашку. Центр по установлению происхождения культурных ценностей помогает финансировать работу, которая ведется в Центральной и региональной библиотеке.

«Мы давно знали, что в наших коллекциях есть такие книги. Мы видели штампы, подписи и экслибрисы. Были разговоры о скелетах в шкафу, но никто ничего не предпринимал», — сказал Хартманн.