Обожженные нервы. Вот как это ощущается. Когда все нужные нити сами легли тебе в руки — только чтобы спустя мгновение утечь сквозь пальцы. И ты совершенно ничего не можешь с этим поделать. Разве что плестись на кухню в совершенном раздрае.
Шкафчики снова забиты кофе — видимо, папа сходил в магазин и пополнил запасы. Причем хорошим, не какой-нибудь присыпкой из «Старбакса». Я нахожу пакет с французским кофе ручной обжарки из Dream & Bean и…
Крохотный тектонический сдвиг в груди: сердце вспоминает первым.
Dream & Bean. Футболка Парня-с-коробкой. Как я мог забыть?
Если бы я был детективом по найму, то сейчас вылетел бы с работы пинком под зад. Это не просто важная деталь — это улика, меняющая ход расследования, и все это время она была у меня под носом. Потому что кто носит футболки с логотипами кофеен?
Сотрудники этих кофеен, вот кто.
Я гуглю адреса ближайших точек с такой скоростью, что опечатываюсь в двух местах. И пожалуйста: один из филиалов Dream & Bean находится в паре кварталов от маминого офиса, прямо между ним и почтой.
Остатки спокойствия улетают в трубу. Что, если, что, если, что, если…
Я обязан его найти. Мне суждено его найти. Сердце колотится как ненормальное, пока я в подробностях воображаю нашу вторую встречу. Я в замедленной съемке распахну двери и зайду в почти пустой кофешоп в медовом ореоле заходящего солнца. Знакомая пара близнецов будет сидеть за столиком в углу, но мы их даже не заметим. Наши глаза будут прикованы друг к другу. «Артур?..» — выдохнет он едва слышно, и его губы Эммы Уотсон задрожат от бури плохо сдерживаемых чувств. Я только кивну — потому что, разумеется, потеряю дар речи. «Я думал, что никогда тебя больше не увижу, — прошепчет он. — Знаешь, я повсюду тебя искал». «И вот наконец нашел», — прошепчу я в ответ. А он, само собой…
Так, ладно, где тут тормоза. Нужно продумать стратегию.
Завтра у него вполне может оказаться выходной. На такой случай стоит захватить с собой фотографию. Интересно, совать ее под нос дежурному бариста будет совсем стремно?
Возможно, ее лучше прикрепить на доску объявлений. Получится тот же Крейгслист, только в старом добром реале. В кофейнях ведь есть доски объявлений? Должны быть, мне кажется.
Одно я знаю наверняка: этот шанс я упускать не намерен.
Я возвращаюсь в свою комнату, открываю ноутбук и принимаюсь печатать.
Ты тот парень с почты?
Честно говоря, я сейчас от смущения сгореть готов. Сам не верю, что это делаю, но…
Мы проговорили несколько минут в почтовом отделении на Лексингтон-авеню. Я был в галстуке с хот-догами, а ты отправлял коробку с вещами бывшему.
Я до сих пор вспоминаю твой смех. И жутко жалею, что не попросил номер телефона.
Мироздание, дашь мне еще один шанс?
Arthur.Seuss@gmail.com
Глава десятая
БЕН
— «Крутяцкий кофе» отстой, — мрачно говорит Дилан, когда мы выходим из Dream & Bean с одноразовым стаканчиком (вместо того чтобы воспользоваться термосом, спрятанным у меня в рюкзаке). Он совсем приуныл с тех пор, как назвал Саманту будущей женой — в том же тоне, в котором обычно говорит это мне. Но шутить про женитьбу со мной — одно дело, а выдать подобное девчонке? После двух дней знакомства? Это просто не могло закончиться хорошо. — Впрочем, все к лучшему. Плохой кофе сахаром не исправить, и, если Саманта намерена и дальше там работать, мне пришлось бы провести всю жизнь во лжи. Я признался бы ей только на смертном одре, чтобы умереть честным человеком.
Я вздыхаю.
— Господи, и почему ты такой?
— Слишком много паршивого кофе, Биг-Бен.
— Это еще не конец. Думаю, она уже поняла, что иногда ты просто слишком Дилан.
— Ты так говоришь, будто это плохо. Диланить кого-то можно только из лучших побуждений! Даже если этот кто-то подает худший кофе на старушке Земле.
Мы идем через Вашингтон-Сквер-парк. Я замечаю на ближайшей скамейке симпатичного мексиканца в хипстерских очках. Он кивает в такт музыке в наушниках и увлеченно облизывает мороженое. Хадсон обожает мороженое. Для него это не десерт, а полноценная еда. Однажды мы развлекались у него на кухне: я закрывал глаза, он запускал ложку в один из множества контейнеров в морозилке, и я должен был по вкусу угадать, что это за сорт. Это было в самом начале марта, когда любой совместный идиотизм казался милым и поселял бабочки в животе. Один из наших маленьких секретов.
У Дилана звонит телефон.
— Это Саманта. Ха! Я же знал, что Женушка не сможет долго без Папочки Ди.
— Все, что ты сейчас сказал, отвратительно. Соберись.
Дилан подмигивает, но я-то вижу, что на самом деле он в панике. Он отвечает на звонок.
— Привет! Я… — Улыбка Дилана стремительно блекнет. — О.
У меня екает сердце за друга. Однако следом он поворачивается ко мне.
— Это тебя.
Что ж, возможно, это не тот счастливый поворот сюжета, на который мы надеялись.
Я беру трубку.
— Алло?
— Кажется, я напала на след твоего мальчика, — говорит Саманта.
— Да ладно!
— Было нелегко, но я допросила интернет с пристрастием. Сперва погуглила юридические фирмы, у которых есть филиалы и в Нью-Йорке, и в Джорджии, — бесполезно. Затем проверила в инстаграме хештег с забавными галстуками, но он не обновлялся больше года, так что здесь тоже по нулям. А потом я зашла в группу Йельского университета в фейсбуке и увидела объявление о встрече будущих первокурсников… Сегодня, Бен. В Нью-Йорке. В пять.
— Да ты шутишь, — выдыхаю я.
— Сейчас отправлю ссылку на встречу.
Телефон у уха коротко вибрирует. Я открываю сообщение и кликаю по ссылке: группа 2022, встреча-знакомство в Центральном парке.
— Не факт, что он там будет, — предупреждает Саманта. — Я просмотрела список предварительной записи, но ты же знаешь, как редко люди предварительно записываются. Думаю, надежда есть.
— Ого. Ты потрясающая.
— Слушай, мне тут стучат в подсобку, так что я лучше побегу. Удачи с поисками и передавай привет Дилану!
Я начинаю говорить «спасибо», но она уже отключается.
— Что такое? — взволнованно спрашивает Дилан. — Она говорила обо мне?
— Прости, Ди, она собирается сбежать в Лас-Вегас с Патриком, — сообщаю я трагическим тоном. Дилан пытается отобрать у меня телефон, но я не отдаю. — Да ладно, я шучу. Она просто сказала, что, вероятно, нашла Артура. Сегодня на Манхэттене состоится встреча первокурсников Йеля. Как думаешь, это слишком хорошо, чтобы быть правдой?
— Слишком хорошо то, что моя будущая жена делает за тебя всю работу.
— Ди, я серьезно. Есть миллион способов классно провести время в городе, в котором ты всего на одно лето. Он и так увидит этих чуваков в Йеле. Я бы на его месте туда не пошел.
— Мы тоже можем не ходить. — Дилан наконец отбирает у меня телефон и просматривает страницу встречи. — Ого. Все-таки Саманта зря тратит время в этом кофешопе. В нашем трио она была бы Гермионой. Если что, я претендую на Гарри.
— Но тогда я Рон.
— Сочувствую.
— Именно Рон в итоге замутил с Гермионой.
— Да, но… Черт, я не хочу быть Роном. Никто не хочет быть Роном. Даже Руперт Грин наверняка не хотел быть Роном! Давай лучше так: я Хан Соло, а она принцесса Лея. Тогда ты можешь быть Люком.
— Да хоть магистром Йодой, — ворчу я. — Сосредоточься.
— Да, да. Надо все же заглянуть на эту встречу. Может, Артур туда и не собирается. А может, собирается.
Мне хватило бы намека, что он там будет, чтобы отправиться в Центральный парк.
— Проверим?
— Да пребудет с тобой Сила.
— Нам нужны вымышленные имена, — говорит Дилан.
Мы шагаем к замку Бельведер [Стилизованный замок на территории Центрального парка в Нью-Йорке, центр помощи посетителям и смотровая площадка. Построен в викторианском стиле в 1869 году по проекту архитектора Калверта Вокса.], у которого должна состояться встреча. Есть что-то будоражащее в идее воссоединиться с Артуром под сводами почти настоящего дворца. Плохо лишь то, что я благоухаю отцовским одеколоном и потею в прошлогодней — и теперь уже явно тесной — рубашке поло. Дилан сказал, что в ней я буду больше похож на абитуриента Йеля.
— Это только все запутает, — отвечаю я. Не надо было поддаваться его уговорам и заходить переодеваться к Боггсам. В обычной футболке я чувствовал бы себя естественнее.
— Да ладно, это же весело! Думаю, я буду Дигби Уиттакером. А ты — Бруксом Тигом.
— Нет.
— Орсоном Бронвином?
— Нет.
— Последнее предложение: Ингрэмом Йейтсом.
— Нет. — Мы уже приближаемся к лестнице на смотровую площадку. — Ладно, Ди, давай начистоту. Я вроде как напуган до усрачки. То есть да, я надеюсь, что Артур туда придет, но мне кажется ненормальным так быстро западать на кого-то нового. В общем, если у второго пилота завалялся совет — жги, Дигби Уилсон.
— Уиттакер, — поправляет меня Дилан, а затем хлопает в ладоши. — Допустим, что Артур действительно там появится и тоже на тебя западет. Он ведь по-любому уедет в августе, верно? Можешь относиться к этому как к приятной случайной связи.
— Нет, Ди. Я не хочу так ни с кем поступать. И с собой в первую очередь.
— Ты прав. Плохой совет, Биг-Брукс.
— Бен.
— Послушай. Ты своего все равно не упустишь. — Дилан сжимает мне плечи и проникновенно заглядывает в глаза, будто тренер — непутевому спортсмену. — Может, тебе и правда нужен тайм-аут, прежде чем двигаться дальше. Я не осужу, если ты сейчас развернешься и уйдешь. Но я же тебя знаю, Биг-Бен. Ты мечтатель. И, может быть, мироздание в самом деле дает тебе второй шанс.