Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

И тем не менее сейчас, когда подобравшиеся уже на двести метров пулеметчики фрицев едва ли не заливают бруствер ливнем пуль, я крепко сжимаю в руке одну из эргэдэшек, словно свою последнюю надежду. Как же мучительно ожидание, когда в тебя стреляют, а ты не отвечаешь!

Судя по тому, как крепко стиснул гранату побледневший Василий — аж пальцы побелели, парторг испытывает схожие со мной чувства. Ну, ничего, скоро уже старлей даст команду, и…

— Гранаты к бою!!!

Крик Михайлова, несмотря на тягостное, продолжительное ожидание, прозвучал внезапно. Но команду начальника заставы я выполняю в точности, начав распрямляться и одновременно встряхивая РГД. Тут же меня бросает в жар — с предохранителя ведь не снял! — после чего суетливо смещаю флажок предохранителя до появления красного маркера и вновь встряхиваю гранату.

При том, что счет идет на секунды, сознание каким-то чудом успевает зафиксировать, что немцы еще не добежали до куста осоки, и прилично так не добежали, метров двадцать. А мгновение спустя замечаю, как несколько фрицев одновременно с нами бросают в воздух свои «колотушки» — и наконец-то понимаю, почему команда старшего лейтенанта прозвучала так заполошно и отчаянно… В следующую секунду одеревеневшая рука практически без моего участие метает эргэдэшку — и прежде, чем я ныряю обратно на дно окопа, успеваю заметить, насколько корявым и слабым получился бросок: граната пролетела едва ли половину дистанции, упав где-то в двадцати метрах от траншей.

Граната М-24, принятая на вооружение вермахта, называлась советскими бойцами «колотушкой» из-за чрезмерно длинной деревянной ручки. Однако именно за счет нее солдаты противника умудрялись точно метнуть ее на дистанцию и в 60 метров.

Да не до тебя сейчас, послезнание…

Сразу несколько немецких «колотушек» падают рядом с траншеей; одна же влетает в окоп. Она упала практически посередине между нашей пулеметной площадкой и ячейкой старлея: вжавшись спиной в земляную стенку, я прикрываю голову руками, а живот коленями, со страха начав считать. Раз, два, три… На «четыре» гранаты взрываются со звонкими хлопками — а секундой ранее раздаются взрывы эргэдэшек в поле.

— Огонь!!!

Вновь пронесло — осколки легкой М-24 меня не задели; от пережитого ужаса я весь покрылся потом. Хватаюсь было за СВТ, но Нежельский, взгромоздив пулемет на бруствер, отчаянно кричит:

— Гранаты! Ромка, гранатами бей!

Позиция отделения оживает частыми очередями ППД и ДП, а рокот германских машингеверов перекрывает рев ДС-39, ударившей фрицам во фланг. Переждавшие взрыв не долетевших до них РГД, немцы попытались было рывком добежать до траншеи, но цепочку солдат противника буквально смело дружным автоматическим огнем! При этом вторая атакующая волна (человек из тридцати фрицев) залегла сейчас на метке долбаного куста осоки!

— Н-н-на-а-а!

В этот раз я сделал все четко: своевременно снял предохранитель, встряхнул гранату и метнул ее уже на приличную дистанцию. Эргэдэшка практически долетела до огрызающихся частым винтовочным и пулеметным огнем германцев. Не удержавшись, я укрылся за бруствером по самые глаза, дожидаясь результата броска; граната взорвалась где-то спустя секунду после падения, не позволив немцам хоть как-то на нее среагировать. Один из двух ближних к ней стрелков после взрыва — не такого уж и громкого хлопка да безобидного с виду белого облачка — безвольно распластался на земле, выпустив винтовку из рук. Второй же схватился за лицо и перевернулся на спину — даже сквозь грохот стрельбы я расслышал его пронзительный визг!

— Ура!

Полный боевого азарта — и где мой недавний страх?! — хватаюсь за очередную эргэдэшку. Все необходимые манипуляции произвожу в считаные секунды — и очередная граната системы Дьяконова (обожаю тебя, послезнание!) летит в сторону врага. Хорошо летит, далеко… Меня буквально накрывает волна эйфории от осознания собственной неуязвимости и превосходства над врагом — те самые ощущения, которые я так желал испытать, запуская игру! Изготовив очередной смертельный подарочек фрицам, замахиваюсь для броска и… И правую руку буквально пронзает резкая, острая боль — будто ее чем обожгло. А сорвавшаяся с пальцев эргэдэшка летит не к немцам, а падает всего в полутора метрах от бруствера… Хорошо хоть, не под ноги. Трачу последние силы на не слишком сильный толчок, все же сумев сбить удивленного Василия с ног — и только мы упали на дно окопа, как сверху раздался взрыв, показавшийся мне уже далеко не таким безобидным.

Пульсирующая боль в правой руке быстро нарастает и становится нестерпимой, а сознание начинает словно бы тухнуть. Буквально: в глазах темнеет на самом деле. Понимая, что может дойти и до скорой гибели рандомно выбранного персонажа, усилием воли вызываю игровой интерфейс — и сознание тут же проясняется, а боль автоматически притупляется и ощущается лишь где-то на периферии. Приободренный, я выбираю в открывшемся меню «Сохранить».

Ошибка.

Какая, на хрен, ошибка?! Сохранить!!!

Ошибка. Аварийное отключение электропитания. Программа инициирует режим дублирования пользовательских настроек с целью обеспечить функционирование текущего игрового процесса.

Что?! Выход!!!

Ошибка…

Интерфейс пропадает, и сознание вновь заполняет кажущаяся нестерпимой боль. Так и не осмелившись посмотреть на раненую руку, зажимаю ее кистью левой там, где больно — пальцы тут же ощущают что-то влажное и горячее.

Кровь.

Блин, так и загнуться недолго! Вновь отчаянная попытка вызвать игровой интерфейс, которая проваливается, несмотря на все мои усилия.

Долбаная игра!!!

Я пытаюсь позвать Василия, которого особо уже и не вижу, — но с губ срывается лишь тонкий всхлип.

А затем меня накрывает тьма…


Интермедия

Ромка Самсонов по жизни был неплохим парнем, умеющим сопереживать чужой беде. Хотя далеко не всегда ему хватало решимости прийти на помощь окружающим или постоять за себя. Этакий домашний мальчик, хорошо учившийся в школе и самостоятельно поступивший в университет; уважение у одноклассников он пытался завоевать, помогая им с домашкой. Как результат, ребята охотно его использовали, но мало уважали, а девушки замечали только тогда, когда им нужно было что-то списать.

Родители Ромки снимали ему жилье в другом городе, давали денег на питание, но более уже ничем не могли помочь сыну-студенту. А тут на втором курсе обучения Самсонова в продажу как раз поступили навороченные капсулы игровой реальности «Великая Отечественная». Увлекающийся по жизни Самсонов решил во что бы то ни стало накопить денег и купить себе капсулу! Ведь это было очень круто и престижно в среде студентов — а главное, она позволила бы ему отправиться на поле боя великой войны XX века! Там, в игровой реальности, он мечтал найти себя, точнее, построить нового себя — сильного, смелого, уверенного в себе. Этакого киношного героя, способного мочить фрицев направо и налево и обязательно нравящегося всем девушкам.

Короче, закусился Ромка, стал копить деньги. Полтора года копил, перепробовав кучу подработок от уличного интервьюера до грузчика, от официанта до землероя. Но накопить удалось чуть больше половины требуемой суммы.

И тут вдруг знакомые подсказали отличный вариант: есть заводская капсула с техпаспортом, но продается за полцены, типа возврат! Удивился и насторожился Ромка, но, увидев игровую капсулу в нулевой заводской обертке со всеми необходимыми штемпелями и полным пакетом технических документов к ней, Самсонов решился на покупку. Нет, он, конечно, прошел все предварительные тесты, попросил домой документы — «на посмотреть». Но все вроде бы соответствовало утвержденным нормам. На вопрос, почему капсула стоит всего половину, продавец-частник флегматично пожимал плечами: возврат.

Ну, возврат так возврат. Роман осуществил свою мечту, установив у себя в квартире капсулу и с головой погрузившись в игру. Вот только невдомек ему было, что капсула-то оказалась бракованной, с редким заводским дефектом: при аварийном отключение тока и запуске резервной батареи игра начинала очень опасно глючить. Обнаружив неисправность только при контрольной проверке уже перед самой отправкой в продажу, специалисты пришли к выводу, что при подобном глюке юзер не сможет самостоятельно выйти из игрового процесса, а вытащить его сможет только заводской специалист, подключившись к системе извне. Самое страшное в этой ситуации было то, что при гибели персонажа последствия для игрока были совершенно непредсказуемыми — от последующих психических расстройств до летаргического сна (по самым мрачным прогнозам).

Короче, дефектную капсулу отправили в утиль, ничего не объяснив техперсоналу пункта утилизации. А там, увидев, считай, полностью рабочую капсулу с полным набором предпродажных документов, который просто забыли убрать (да и кому в голову пришло бы это сделать, ведь в утиль же отправили?!), решили самостоятельно ее потестить. Потестили с исправно работающим электричеством — и, не обнаружив никаких дефектов, решили ее по-тихому толкнуть на черном рынке…

Короче, Роману досталась дефектная капсула — и по закону подлости электричество в съемной квартире, в которой он остался на выходные, отключили именно в тот момент, когда он попытался покинуть игру.