Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Мёрке даже немного повеселела в предвкушении приключения и свободы от мрачных стен Тэнгляйха, когда настойчивый стук в дверь заставил ее подскочить на месте.

— Брорд? — крикнула Натт в надежде услышать голос студента, который обещал к вечеру сделать дубликат ключа по слепку.

— Нет. А кто такой Брорд? — недовольно спросил голос, совсем недавно хлестко отчитавший ее при всех.

— Господин Флэм? — Сердце снова кольнуло.

— Во плоти. Разрешите? Или выходите ко мне. Нам нужно поговорить, — уже мягче сказал мужчина, и Мёрке заколебалась. Стоит ли пускать незнакомца в комнату, где хранится самое ценное, что у нее есть: осколки души Фирса Хассела, запаянные в десятки сфер? С другой стороны… Безумная идея возникла в голове, и девушка поспешно отворила дверь.

— Заходите, но у меня не прибрано. Сами знаете. — Она так жадно изучала лицо призывателя, что он немало смутился и отвел взгляд.

— Понимаю. Вы простите нас с деканом Андом. Даже не представляю, что было бы со мной, потеряй я любимую. — Дэл Флэм улыбнулся уголками губ и нежно посмотрел на Мёрке, так, как смотрел только Фирс.

— Вы про свою невесту? — осторожно спросила Натт, и по лицу призывателя прошла тень. Всего секунда, но некромантка поймала это странное выражение обреченности в глазах мужчины.

— Да. Илвмаре серьезно больна, и это разбивает мне сердце, — сухо признался Дэл. — И вы не ответили, кто такой Брорд?

Мёрке почувствовалась легкая ревность в вопросе, и она зачем-то начала оправдываться:

— Один из моих студентов. Помог перенести вещи. Очень добрый для стихийника.

— Понятно. — Магистр Флэм посмотрел на сферы. — Это все сделал Фирс Хассел?

— Да.

— Можно посмотреть на него? — Мужчина сделал шаг к стеллажу. — Интересно увидеть того, на кого, по-вашему, я похож.

— Его там почти нет, — Натт почувствовала, как в горле встал ком, — в основном я.

— Как мило. Так сильно любил вас?

— Сильнее, чем я того заслуживала, — горько добавила девушка.

— Можно создать сферу с ним из ваших воспоминаний. Пробовали? — предложил Дэл и, не спрашивая, взял пустой сосуд.

— Не могу, его образ ускользает всякий раз, когда пытаюсь сделать запись.

— Хотите, прямо сейчас заполним сферу вместе?

— Вы умеете?

— Немного. Ваши мысли, моя энергия. Думайте о Хасселе. — Он положил руку на голову некромантки, и ее разум мгновенно затуманился. Картинки из самых разных времен всплывали стремительным калейдоскопом. Астрономическая башня и стыдливый поцелуй. Сцепленные ладони и нежное пламя. Ночь в придорожной гостинице, прощальный взгляд и последнее несбывшееся обещание. Натт не могла выхватить ни одно из воспоминаний, они ускользали, а затем все заполнил недавний эпизод.

Дэл Флэм смотрел на себя глазами Натт Мёрке. В жемчужной сфере видел, как отвечает на поцелуй девушки.

— Простите… — Заклинательница закрыла ладонями лицо.

— Ничего страшного. — Магистр снова и снова просматривал воспоминание. — Любопытно.

— Что именно? — Девушка убрала руки и тоже стала наблюдать за парой.

— Это не я. Я выгляжу иначе. Вы действительно видите во мне другого человека.

— Гостклиф Анд прав, мне нужны целители, — устало выдохнула Мёрке и села на край кровати.

— Вам нужно время. Но не хотелось, чтобы вы уезжали из Тэнгляйха из-за меня, — внезапно сказал Флэм.

— Тогда тем более нужно уехать. У вас невеста, а у меня опасные галлюцинации.

— Вы правы. — Гость не торопился уходить и жадно изучал каждую деталь в комнате.

— Магистр Флэм, у меня к вам странная просьба. — Девушка поерзала на кровати, затем вскочила и вытащила еще одну пустую сферу и коробки.

— Что угодно, — с готовностью предложил призыватель, и Натт схватила его за руку и потащила в тесную ванную комнату.

Они стояли перед зеркалом, и Мёрке как никогда ясно ощущала нечто похожее на счастье. Пусть иллюзорное, но Хассел был рядом. Вероятно, всему виной одержимость погибшим парнем, но некромантке вдруг стало наплевать. Глупо было упускать шанс обзавестись сферой с образом любимого.

Оказавшись перед зеркалом, Натт передала артефакт своему гостю.

— Запишите моими глазами наше отражение.

— Госпожа Мёрке, это обман памяти вашего возлюбленного. Я не он, — виновато пробормотал Флэм, словно это зависело от него.

— Пожалуйста, у меня не осталось ничего. Его вещи не несут тепла. Кристаллы с заключенной в них магией потускнели. На сферах запечатлены не самые лучшие моменты. На многих я отталкиваю Фирса и не отвечаю на чувства. Помогите исправить это хотя бы в фантазиях.

— Хорошо. — Одной рукой он обнял девушку, второй сжал сферу.

Они хорошо смотрелись рядом. Слишком правильно и естественно, что не хотелось отпускать. Мужчину захлестывали чувства Натт. Пытаясь запечатлеть ее видение, он невольно улавливал сильное томление и нежность, смешанные со сладкой горечью от осознания, что через несколько минут им обоим придется вернуться в суровую реальность. Он не Фирс Хассел, но очень сильно захотел подыграть. Так сильно, что сам забылся.

Дэл не заметил, как уже сам притянул девушку к себе.

Они довольно быстро поняли, что происходит, но страх мешал остановиться. После этого запретного поцелуя придется что-то говорить друг другу, встретиться глазами. Непременно нахлынет чувство вины перед живыми и мертвыми, и, чтобы немного оттянуть момент, призыватель не выпускал Мёрке.

Переполненная сфера обожгла ладонь мужчины. Он чуть не выронил артефакт и зашипел от боли. Это помогло обоим прийти в чувство, но они старательно избегали смотреть друг на друга.

— Пожалуй, я пойду. Госпожа Мёрке, простите, но не могу оставить вам сферу. Если это попадет в руки Илвмаре, она точно не переживет. — Дэл глядел себе под ноги.

— Понимаю, это ваше право. Простите.

— Не за что. Я сам пришел к вам.

Неловкость до краев заполнила крохотную ванную комнату, и Натт поспешила поскорее выйти в не менее тесное помещение. Ей хотелось открыть балкон и почувствовать на горящем лице холодный ветер. Пусть слабую иллюзию полета, как тогда…

— Позволите забрать печать от бывших покоев аспиранта Хассела?

Девушка замерла, поглаживая в кармане круглый ключ, который от ее прикосновений стал горячим.

— Это сложно.

— Я знаю. — Флэм протянул раскрытую ладонь. — Мне очень жаль, что все так вышло.

Мёрке быстро отдала печать, резко отвернулась и закрыла лицо руками.

— Уходите.

Мужчина с тоской смотрел на потерявшую надежду девушку, пережившую сегодня одно из самых тяжелых испытаний. Поверить, что любимый жив, а затем вновь его потерять.

— Мне жаль, что я не Фирс Хассел, — вырвалось само собой, и Натт вопросительно посмотрела на гостя покрасневшими от слез глазами.

— Что вы имеете в виду?

— Я хотел бы стать вашим Фирсом Хасселом.

— Разве вам не привычнее быть Эндэлиге Флэмом? — горько усмехнулась некромантка.

— Не знаю.

— Вы хоть понимаете, насколько двусмысленно звучит то, что вы предложили? — Натт вытерла слезы.

— Конечно. — Что-то шкодливое на миг загорелось в зеленых глазах, вновь сменившись тоскливой обреченностью. — Надеюсь, ваш отпуск будет плодотворным, а душевный недуг пройдет, чтобы вы смогли жить и работать дальше.

— Спасибо. Я еще даже не решила, куда хочу отправиться.

— В Сорплате в это время года очень красиво. Особенно в прибрежной части. Скоро зацветут платаны. Вы слышали о платанах?

— Слышала, — прошептала Натт, чувствуя, как новая волна надежды топит разум.

— Если будете там, привезите мне половинку листа, госпожа Мёрке… До встречи. — Дэл Флэм почтительно поклонился и скрылся за дверью.

Мысли молодой преподавательницы внезапно прояснились, она вновь взяла пустую сферу и записала очень старое и горькое воспоминание, в котором Фирс рассказал ту самую легенду о дереве влюбленных.

Девушка посмотрела вслед ушедшему призывателю. Это не могло быть простым совпадением. Флэм определенно подал знак. Теперь ход за ней, и Мёрке знала, кого навестит в Рискланде первым делом и кто может знать о фениксах.